No pueden ocurrir dos muertes, pero una no se puede evitar (Двум смертям не бывать, а одной не миновать)

Она спешно спускалась по лестнице, громко стучали каблуки по металлу, каким-то невероятным чудом она не навернулась, держась за перила. Она опоздала. Лало был мёртв. Захлебнулся в собственной крови. С пулей в области шеи и с кровавой улыбкой на лице. Она рухнула рядом с ним на колени. Эдуардо… Эдуардо больше нет. Слёзы ручьями текли из её глаз и у неё не было ни сил, ни желания их стереть. Эдуардо больше нет. Она обернулась, обратив внимание на ещё один труп. Но нет, лежавший в полусознательном состоянии Густаво Фринг был ранен, но ещё жив. — Ты! — Эсме потянулась к нему дрожащими руками в явном намерении задушить этого мерзавца. Отомстить за смерть Эдуардо. Она уже коснулась шей чилийца, надавила, услышав хрипы… Чуть сильнее, чуть дольше, и с ним будет покончено. Затем она разжала хватку. Нет. Как бы не было заманчиво убить эту тварь, она не может позволить себе это сделать. Фринг нужен Болсе живым, а пойти против дона Хуана она не смеет. Рубашка Фринга была в крови. В его собственной. По всей видимости Густаво хорошенько досталось. Эсме оторвала от своей юбки кусок ткани и теперь прижимала его к ране мужчины, пытаясь остановить кровь. — Не смей умирать, сволочь, — проговорила она, судорожно роясь в кармане юбки свободной рукой в поисках мобильного. Достала, набрала номер Майкла. — Заткнись и слушай. Бери доктора и пулей на этот ваш секретный объект. Пока босс не сдох. Босс не сдох. Доктор успел спасти пациента. Тот даже уже раздавал ценные указания по телефону, попросив Лайла завтра открыть ресторан самостоятельно, почти как будто ничего и не случилось. Так, шальная пуля, задевшая по касательной. Царапина. Которая, однако же могла оказаться смертельной, если бы не Эсме, просидевшая с ним всё это время, зажимая рану рукой и собственной юбкой… — Что делать с Эсме? — спросил Майкл, подозревая, что одним трупом скоро станет больше. Но всегда лучше спросить. Чтобы наверняка. Ему в какой-то степени даже было жаль эту непутевую девчонку. Фринг помнил её пальцы на своей шее. Она вполне могла прикончить его. Но не стала. По вполне понятным причинам, за это Болса по головке её не погладил бы. А ещё он помнил свои пальцы на её шее, когда придушивал в порыве страсти. И тоже не довёл дело до конца. Просто потому, что убить можно лишь раз, а играть с живой куда веселее. — А ничего с ней не делать, — ответил Фринг. — Не слишком ли это опасно, оставлять её в живых? —  идея «убрать» Эсме Майклу не нравилась. Просто по определению. Но ещё больше ему не нравились возможные последствия оставления столь важного свидетеля в живых. — В самом деле. — Густаво тяжело вздохнул. — Приведи её ко мне. Я сам с этим разберусь. С этим Майкл спорить не стал. В самом деле, пусть сам разбирается. — Густаво хочет тебя видеть, — произнёс Майкл. — А я — нет. — Огрызнулась Эсме, сидя на краю кровати в спальне Фринга, вертя в руках незажжённую сигарету. Испорченная юбка валялась у её ног, порванная. — Как он? — Пойдём, сама у него узнаешь, — мужчина положил руку ей на плечо. Она отмахнулась и с гримасой злости посмотрела на охранника, яд – в каждом слове. — Поверь мне, мистер Майкл. Твоему боссу сейчас очень-очень опасно находиться рядом со мной. И все мы пожалеем, если сейчас я окажусь с ним рядом. Так что я, пожалуй, останусь здесь. Майкл взвесил все за и против, настаивать не стал. В самом деле. Пожалуй, лучше сейчас этим двоим не встречаться. — Где Эсме? — спросил Густаво. — Она не в настроении разговаривать сейчас. — Вот как? Придётся мне пойти к ней. — Я бы не советовал. — Хорошо. Отложим на потом. — Согласился Фринг. — Майкл, проследи, пожалуйста, чтобы она не сделала какой-нибудь глупости. Эти двое действовали Майклу на нервы всё больше и больше. Фринг, затащивший Эсме Саламанка в свою постель — это плохая идея с самого начала. Эсме с её ненавистью к боссу, дать волю которой она всё же не могла. Но и не подчинялась его приказам теперь, своевольная баба. И Густаво в свою очередь не спешил её заставлять себе подчиняться. Как же Майклу надоели эти их игры во врагов-любовников… Хотелось уснуть и не просыпаться несколько дней подряд. Но эта длинная ночь всё никак не хотела заканчиваться. В списке дня значилась уборка трупов, и ещё присмотреть за Эсме. Просто прекрасно. Майкл заглянул в секцию гардероба, где висели пиджаки Густао, выбирая первый попавшийся, чтобы прикрыть наготу Эсме. Юбка была испорчена окончательно и бесповоротно. Эсме была в чёрном лифе-топе и чёрных же хлопковых трусиках. Рядом на кровати валялась маленькая дамская сумочка, расшитая блестками, а на полу — словно пьяные, малинового цвета туфли на длинных-длинных шпильках (удивительно, как вчера не навернулась в них, спускаясь и поднимаясь потом по лестнице…) Он протянул ей пиджак. — В багажнике Феррари лежит запасное платье. Предусмотрительно, в самом деле. Платье-футляр было чёрным и в комплект к нему шли чёрные кожаные туфли на куда меньшем по высоте каблуке.      Эсме сидела на заднем сиденье автомобиля и не задавала лишних вопросов. Вроде: чей это труп у вас там в холодильнике? Изъявила желание увидеть Лало ещё раз, перед тем как его закопают вместе с трупом из холодильника. — Не надо. Ты не хочешь это видеть, — сказал Майкл. — Не хочу. Но должна. Возражать он не стал. И вот она стояла рядом с выкопанной ямой, бесстрастно смотрела, как труп Лало Саламанка бросили вниз. Она присела на корточки, зачерпнула горсть земли ладонью и бросила землю в могилу, молча, ничего не сказав. Смотрела, как у Лало появился компаньон — куда бережнее и осторожнее в яму опустили второй труп. Смотрела, как оба тела исчезают. Когда пришло время уходить, она ни разу не обернулась. Майкл выдохнул. Оставалось совсем немного и можно будет отдохнуть. — Куда теперь? — спросила Эсме.   — Домой. Спать. Отвезу тебя только в гостиницу. — В том, что видеть Густаво она всё ещё не желала, можно было не сомневаться. Также Майклу было известно, что Эсме остановилась в гостинице, а не в доме семьи Саламанка в Альбукерке. — Можно сразу домой, минуя гостиницу. Он обернулся, смотря на Эсме, почему-то ожидая увидеть на её лице неуместную хищную ухмылку. Но лицо её не выражало ничего, кроме усталости. — Ближе. Не знаю как вы, Майкл, но я чертовски устала сегодня. Поразмыслив немного, он с ней согласился. Действительно, ближе. К тому же чёрт её знает… когда её отпустит эта фаза безвольной усталости. Сотворит ещё что-нибудь глупое, а ему потом перед боссом отвечать. Поэтому домой. Спать. Постелет ей на диване.    *** Он предложил ей выпить, обещав, что после этого ей полегчает, хотя на собственном опыте знал, что нет. — Я пробовала, мне не помогает. Ужасное похмелье и дикое желание кого-нибудь убить. Он и сам пить не стал. Пошел в спальню, за подушкой, постелить на диван, плед в качестве одеяла там уже имелся. Эсме исчезла, заставив Майкла на секунду поддаться панике. Но исчезновение было вполне объяснимо, женщина воспользовалась моментом и забралась в душ, чтобы смыть с себя эту длинную-длинную ночь. Хотя бы частично. Хорошая идея, в самом деле. Майкл тоже принял душ. После гостьи, обнаружив, что предложенное им гостеприимство в виде спального места на диване в гостиной Эсме проигнорировала, нагло улегшись в кровать, к тому же закутавшись в одеяло. Фена в стране, конечно же не было, поэтому пришлось довольствоваться тем, чтобы завернуть мокрые волосы в полотенце. Майкл только тяжело вздохнул. Спать на диване он тоже не собирался. Потому пришлось забрать обратно оттуда подушку и покрывало и лечь в кровать, благо та была достаточно широкая для двоих и ещё оставалось свободное пространство. Некоторое время спустя Майкл проснулся, не окончательно, но попить водички, ощутив на себе взгляд Эсме. Женщина тоже проснулась. Извиняться, что разбудил её, он не стал, предложил воды, она отрицательно покачала головой, продолжая смотреть на него. — Что? — Не могу уснуть. Как только закрываю глаза, вижу Лало. — А я говорил тебе не смотреть. — Нет, не лицо трупа. Живой Лало. Она не сводила с мужчины своих пронзительных зеленых глаз. Затем потянулась к нему. И вдруг оказалось, что в какой-то момент своего беспокойного сна она сняла с себя халат и теперь была голой. — Очень плохая идея, — проговорил Майкл. — Мне обычно помогает, — прошептала она, ещё больше вторгаясь в личное пространство бывшего копа, положив руку на ещё ни к чему не готовый член под хлопком нижнего белья. Ну ничего, это она сейчас быстро исправит. Женские пальцы ловко спустили вниз ткань, добираясь до тела. Легли на член и принялись делать очень приятно. Конечно, стоило всё это остановить сразу же. Но… Он почему-то этого так и не сделал, позволив ей всё. Возбужденно вздрогнув, когда женский язычок коснулся головки, когда поцелуи стали сразу обжигающе горячи.   После Густаво послал Эсме корзину красных роз благополучно оставшись в счастливом неведении каким именно образом Майкл позаботился об Эсме в тот раз.