Часть 11.

Драко дёрнулся, чтобы открыть калитку и пойти следом, но вдалеке заметил женщину, что вышла на крыльцо, смотря на идущую к ней Гермиону. Малфоя словно окатили холодной водой, когда он осознал, что видит перед собой Джин Грейнджер. Выходило, что Гермиона каким-то способом всё же смогла вернуть память родителям. Особое чувство протекло по его венам. Гордость, восхищение ею. Она смогла решить то, что достаточно сильно гложило и выбивало её из колеи. Драко наблюдал, как Гермиона быстрым шагом вошла в дом с ребёнком на руках, а её мать внимательно посмотрела на него. Её взгляд был пронзительный, внимательный. И Драко был уверен, она знала, кто стоял у их забора. Октябрь, 2000г. Драко распахнул дверцы шкафа, сразу понимая, что Гермиона ушла с вещами. Он с силой ударил по двери, оборачиваясь, пробегая взглядом по комнате. Он вышел в гостиную, и на глаза моментом попалось то самое кольцо Малфоев, что Гермиона сняла со своего пальца каких-то полчаса назад. — Блядь, — осознание накрыло двойным цунами. То, чего он так долго ждал, о чём мечтал, растоптал в тот момент, когда она решила, что пора. Малфой ринулся из дома, переместившись недалеко от площади Гриммо, бегом приближался к дому Поттеров. Тёмная массивная дверь принимала на себя звук ударов, но не отворялась. Свет в окнах не горел, и Драко, повернувшись, схватился за перила крыльца, упираясь обеими руками в них и опустив голову. — Где же ты... — прошептал он сам себе. — Какой я идиот... — ненависть к себе, отцу, чёртовым Гринграссам поднималась всё сильнее. Драко поднял взгляд, словно в пустоту, смотря вдоль площади Гриммо. Он уверенным шагом направился к проулку, чтобы переместиться в Мэнор. Он поговорит с матерью, снова выскажется отцу, но не пойдёт на этот шаг. Он не откажется от неё, даже если и останется без кната в кармане... Осознание накрывало, что ради неё, ради его девочки он был готов грызть землю, зарабатывать, лишь бы быть с ней и ни в чём не нуждаться. — Мамочкааа, — девочка уткнулась носиком в шею Гермионы, — я соскучилась, — прошептала она, сильнее прижимаясь к матери. Грейнджер поцеловала дочь в макушку, поглаживая по спине. — И я, моя родная, — отвечая на автомате, Гермиона вошла в кухню и усадила дочь на высокий детский стульчик. — Как прошёл твой день? Малышка принялась рассказывать о том, как она играла со своими куклами, как они с бабушкой ходили в магазин и читали книжку на заднем дворе. Гермиона не слышала. Перед её глазами стоял тот, кто переворачивал её привычный мир вновь. Тот, кто не выходил из мыслей. Кого она ненавидела всем сердцем, но также сильно любила. — Я ведь правильно поняла? — Джин Грейнджер вошла в комнату, осторожно смотря на дочь, что замерла с пустым взглядом, полностью погружённая в свои мысли. Гермиона обернулась, посмотрев на мать, а потом перевела взгляд на дочь, что своими пепельно-белыми волосами отвечала на вопрос. — Малышка, а давай начнём собирать тот паззл, что мы купили пару дней назад? — Гермиона ласково погладила дочь по голове. Девочка соскочила со стульчика быстрее, чем обе взрослые успели среагировать, и уже мчалась в свою комнату. Гермиона устало посмотрела на мать. — Это ведь он? — Джин обошла стол, останавливаясь перед дочерью, получая согласный кивок. — И что ему нужно? Гермиона опустилась на стул, устало выдыхая. — Просто поговорить, — тихо усмехнулась она. Джин внимательно смотрела на неё, понимая, что то, чего Гермиона так боялась, наступило намного раньше. — Ты же понимаешь, что он всё понял и точно вернётся, — на выдохе проговорила Джин, тоже опускаясь на стул. — Понимаю, — кивнув самой себе, негромко ответила Гермиона, — но это ничего не меняет. Октябрь, 2000г. — Я не намерен выслушивать твои истерики! — высокомерно смотрел на сына Люциус. — Твоя обязанность продолжить чистейший род Малфоев и Блэков! — Я не женюсь на Гринграсс! — повысил голос Драко, уверенно смотря на отца. — У меня своя жизнь, своё... — У тебя нет ничего своего! — взревел Малфой старший, отчего стоящая в стороне Нарцисса слегка поморщилась — Всё, что ты имеешь, принадлежит Малфоям! И я не позволю растратить вековые богатства на какую-то грязно... — Не смей! — рявкнул Драко, делая шаг к отцу. — Не смей произносить то, что собирался, — угрожающе смотрел он на него. На лице Люциуса разрасталась ядовитая ухмылка, не предвещающая ничего хорошего. — Я предполагал, что мы придём к чему-то подобному... Так вот, — Малфой-старший неспешно прошёл по гостиной и присел в глубокое высокое кресло. — Ты сейчас же берёшь себя в руки и молча готовишься к свадьбе с Асторией. Либо же, — он создал паузу, что своей тишиной выбивала барабанные перепонки Драко и стоящей в стороне Нарциссы, быстро подняв и направив на сына палочку. — Я сотру у тебя воспоминания об этом отребье, а ей помогу удачно попасть в Мунго на долгие года. А ты знаешь, что за те золотые, что я могу заплатить, многие нищие после войны согласятся пойти на такой шаг, — довольно восторжествовал Люциус, смотря на сына. — И это может быть не сегодня, не завтра... А в тот момент, когда вы этого точно не будете ожидать. Драко закипал, сжимая кулаки, а палочка на него так и была направлена. — Я тебя предупреждаю, сын, — с новой порцией угрозы произнёс Люциус, — сделай всё как положено и живи себе дальше свою прекрасную жизнь. Но в браке с чистокровной, подобающей тебе женщиной, с полными богатства подземельями. — Я найду способ развестись, — сквозь зубы и ненависть произнёс Драко. — Малфои не разводятся, — довольно рассмеялся Люциус, — а чтобы ты не сомневался в своём новом выборе, заклинание Тсураско лэйтли, которое может случайно вылететь из чьей-то палочки, говорит тебе о многом, — смотря, как глаза сына расширяются от ужаса. — Ты не посмеешь! — произнёс Драко, подумав о том, что заявится к Поттеру, чтобы передать сегодняшние свои воспоминания, дабы предупредить об угрозах отца. — Ещё как посмею, если ты отступишься или прервёшь свадьбу! В Министерстве никто не будет заниматься внутрянкой браков чистокровных, как только ты заявишься к ним с подобной жалобой на собственного отца, — сразу же оборвал Люциус. Ещё несколько секунд Драко смотрел с самой настоящей ненавистью на отца, а потом молча развернулся, направляясь на выход, по пути встречая огорчённый взгляд матери. Отвернувшись от той, что всегда его поддерживала, он вышел из ненавистного поместья, почти бегом направляясь к воротам. Ему нужно было найти Поттера, срочно. Май, 2004г. Драко находился весь вечер в какой-то прострации. Дочь. У него есть дочь. Его мечта. Его маленькая радость. Его ещё один ребёнок. Только не так, как он часто видел во снах. Не в их крепкой любящей семье. Не в радости и тепле. Это всё было разорвано на куски. И Драко понимал, что эти куски воссоединить будет почти невозможно. Он смотрел на играющего с Люмосом сына, и его сердце сжималось от тоски. О тех двух, что были в грёбаной Италии, пока он пытался найти Гермиону в Британии. Следующим днём Драко снова использовал портал, направляясь к тому же сорок шестому дому среди всех одинаковых, но такому отличающемуся ото всех. Его сердце замерло, а потом снова начало биться с новой силой, когда он увидел девчушку в лиловом простом платьице, что бегала по лужайке, откидывая и ловя мяч. Драко остановился за одним из деревьев, что росли вдоль дорожки, замечая сидящую на пороге Гермиону. Она читала книгу, периодически подбивая дочери мяч, когда тот летел в её сторону. Девчушка смеялась, когда мяч укатывался далеко, а она бежала за ним. Её белоснежные волосы подпрыгивали ей в такт. Пружинили, точно как у её мамы. Драко любовался картиной. Ему казалось, что мурашки пробежали по позвоночнику, когда мяч начал катиться в сторону его укрытия, а девочка приближалась к нему. Дочь. Их маленькая копия. И он не был с ними обеими, когда был так нужен... Мяч подкатился к заборчику, и девочка уже подбежала за ним, когда увидела Драко. Её взгляд, такой пронизывающий, казалось, выбил весь воздух из лёгких Малфоя. У неё были ярчайшие голубые глаза. Точно такие же, как у Нарциссы. И взгляд, взрослый, осознанный не по годам. — Здравствуйте, — поздоровалась девочка, внимательно смотря на Драко. — Привет, малышка, — с хрипом от переполняющих эмоций, выдавил он. — У вас волосы такого же цвета, как и у меня, — заключила девочка, отчего пожар полыхнул внутри Малфоя. — Да, но твои намного красивее, — с нежностью ответил Драко, пряча за словами всю грусть, что терзала его эти сутки. — А как вас зовут? — интересовалась малышка, вызывая ещё большую тёплую улыбку в нём. — Драко. Меня зовут Драко Малфой. Девочка чуть свела бровки, задумавшись. — Это как дракон? Он кивнул, не в силах спрятать настолько счастливую улыбку. — Как дракон, да. — А... — Ригель, ты что там делаешь? — раздался озадаченный голос Гермионы, что уже направлялась в их сторону. Драко сделал шаг, выходя их своего укрытия, сразу же встречая пылающий злостью взгляд Грейнджер. — Малышка, иди в дом, уже пора обедать, — мягко попросила её Гермиона. — Мам, это дядя дракон! — восторженно сказала дочь. В груди Гермионы сжалось то самое, болезненное, что она несла в себе всё это время. — Иди в дом, я сейчас приду, — строже сказала ей Гермиона. — Я много раз говорила тебе, что нельзя разговаривать с чужими людьми, — наказала девочку Грейнджер. — Но ты же знаешь дядю дракона, вы вчера говорили с ним, — насупившись, произнесла малышка. Она взяла мяч и медленным шагом направилась к дому. — Я сказала тебе не появляться здесь! — тихим голосом взорвалась Гермиона. — Тебе нечего здесь делать, Драко! Его имя, прозвучавшее из её уст первый раз за столько лет, но так часто и много раз проговариваемое в мыслях. — Ты назвала дочь Ригель... — констатировал Малфой. — Это ничего не меняет! — грозно произнесла Гермиона. — Это моя дочь, к которой ты никакого отношения не имеешь! — Ошибаешься, это... — Дядя Витя! — радостно прозвенел детский голосок, отчего оба взрослых посмотрели в сторону дома, куда направилась девочка, которая уже на всех парах бежала, раскинув ручки в сторону калитки, где остановился никто иной, как Виктор Крам, который внимательно смотрел на стоящую в стороне пару.