Часть 4 - фестиваль

Площадь перед нашим замком была преобразована в настоящее волшебное место. В её центре возвышалась трибуна, украшенная праздничными фонариками, излучающими мягкий золотистый свет. Ларьки с различными яствами, мини-игры для детей и взрослых, а также экскурсоводы, готовившиеся сопровождать группы гостей по территории заповедника, создавали оживлённую атмосферу. Над всем этим постоянно кружились иллюзорные листья осенних цветов — красных, жёлтых и оранжевых, добавляя пространству сказочного очарования. Моя семья выглядела впечатляюще, и каждый из нас выделялся своим нарядом. Мама, в чёрном кимоно с золотыми журавлями и красными цветами, выглядела как воплощение благородства и женственности. Её пояс оби насыщенного бордового цвета с цветочными узорами добавлял яркий акцент. Её волосы, собранные в изящный пучок, украшали шпильки с красными цветами и золотыми элементами. Отец в своём элегантном чёрном жакете с золотыми и огненно-красными драконами излучал силу и уверенность. Его образ, дополненный бордовым жилетом и строгой белой рубашкой, подчеркивал его статус главы семьи и владельца заповедника. Сора, в своём бирюзовом хаори, украшенном журавлями и облаками, олицетворял спокойствие и уравновешенность. Его жилет глубокого синего цвета и серо-синие брюки с лёгкой плиссировкой создавали гармоничный образ, подчёркивая его связь с магией воды. Мой голубой наряд с изящным кимоно, украшенным вышивками волн и журавлей, олицетворял утончённость и стремление к гармонии. Мой широкий пояс оби, тёмно-синего цвета, дополнял общий образ, а высокая причёска с голубыми шпильками завершала мою внешность. На площади было множество гостей: семей, взрослых и детей, все в восторге разглядывали украшения и витрины ларьков. Свет фонариков отражался в счастливых глазах людей, и повсюду слышался смех и оживлённые разговоры. Когда площадь была заполнена, отец выступил вперёд и произнёс заклинание "Сонорус", усиливающее голос. Его слова громко и чётко разнеслись над толпой: — Добро пожаловать в Камэ Рюкоэн — "Парк божественных драконов"! Сегодня мы открываем двери нашего заповедника для гостей из Британии и всей Европы. Наша семья, объединившая традиции Британии и Японии, рада разделить с вами эту радость. Он остановился на мгновение, позволяя своим словам проникнуть в сердца слушателей, а затем продолжил: — Наша семья веками заботилась о драконах, изучая и сохраняя их уникальность. Мы живём в гармонии с этими разумными существами, и мы просим вас относиться к ним с уважением. Камэ Рюкоэн — это не просто заповедник, это место, где природа и магия соединяются воедино. Меня зовут Рюта Куросава, и я с гордостью объявляю о начале фестиваля! Его речь была встречена восторженными аплодисментами, но прежде чем овации успели усилиться, свет на площади внезапно погас, оставив толпу в ожидании. Шёпоты пробежали по рядам гостей, а все взгляды устремились к трибуне. Мы с Сорой, стоя на помосте, синхронно достали свои веера, которые мгновенно начали искриться магической энергией. Первая вспышка молнии озарила площадь, выхватив из темноты наши фигуры. Веер в моей руке наполнился электрическими разрядами, которые с треском пробежались по воздуху, словно приглашая стихии к танцу. Сора, держа свой веер, начал создавать водяные спирали, поднимающие прохладные потоки влаги в воздух, словно эхо морских глубин. Мы начали двигаться. Наши шаги, идеально синхронные, задавали ритм вместе с громкими ударами барабанов. Я взмахнула веером, и яркая молния прорезала воздух, рисуя фигуру дракона, который изогнулся в небе, сверкая серебристо-голубым светом. Сора ответил движением своего веера, и из воды поднялся другой дракон, его прозрачное тело переливалось в свете молнии. Они закружились вокруг нас, словно сражаясь в вихре энергии. Толпа ахнула, когда два дракона начали переплетаться. Я повернулась, делая прыжок, и мой дракон метнул молнию, которая рассыпалась искрами, освещая лица зрителей. Сора, следуя за мной, с силой махнул своим веером, и водяной дракон выпустил поток воды, который превратился в сверкающий дождь, осыпавший трибуну. Вода отражала электрические всполохи, создавая иллюзию, что капли сияли как звёзды. Мы кружились, добавляя сложные акробатические элементы: прыжки, перекаты и повороты. Я подняла веер, и молния рассыпалась по площади, создавая маленькие электрические ореолы вокруг каждого зрителя, заставляя их ахнуть от неожиданности. Сора, в свою очередь, поднял водяные спирали, которые превратились в волны, перекатывающиеся вокруг трибуны, но ни разу не коснувшись зрителей. В кульминационный момент мы встали спина к спине. Молния в моих руках вспыхнула ярче, чем прежде, а вода, управляемая Сорой, засияла мягким синим светом. Мы одновременно махнули веерами, и наши стихии объединились: молния пробежалась по водяному дракону, заставляя его сверкать, как звёздное небо. Драконы поднялись вверх, кружась в танце, а затем слились в единый вихрь света, озарив весь заповедник. Свет исчез так же внезапно, как появился, оставив после себя тишину. Но мгновение спустя площадь взорвалась аплодисментами и криками восторга. Мы поклонились, чувствуя, как энергия зала наполняет нас. Гости аплодировали, обсуждая увиденное, а некоторые шептали друг другу о том, что это было настоящим магическим искусством. Наши родители стояли в стороне, наблюдая за нами с гордостью. Этот вечер стал не только открытием фестиваля, но и началом новой главы в нашей жизни, полной магии, традиций и гармонии. Мы спустились с трибуны, проходя через толпу гостей, которые аплодировали и щедро раздавали комплименты. Мы с Сорой улыбались, кланяясь в ответ. Люди восхищённо смотрели на нас, обсуждая выступление. Я заметила, как некоторые дети показывали на нас пальцами, шепча родителям. Атмосфера была наполнена радостью и удивлением. Подойдя к родителям, мы увидели, что рядом с ними стояли Малфои и профессор Снейп. Малфои выглядели так, словно специально готовились к этому событию, подчёркивая свой аристократизм. Люциус был одет в изысканное чёрное кимоно с серебряными узорами, изображающими извивающихся змей. Вышивка выглядела настолько детализированной, что казалось, будто змеи оживают при каждом его движении. Его осанка и манеры излучали холодную уверенность, а серые глаза внимательно изучали обстановку. Нарцисса, как всегда, воплощала грацию и утончённость. Её чёрное кимоно с серебряной вышивкой перекликалось с образом Люциуса, создавая гармоничный дуэт. Украшения в её светлых волосах, собранных в сложную причёску, были выполнены из серебра и добавляли образу изысканности. Она держалась сдержанно, но её глаза выражали лёгкое восхищение. Драко, одетый в чёрное кимоно с серебряными узорами в виде змей, старался копировать осанку отца. Его наряд выглядел утончённо, но с мягкими линиями, подчёркивая его юный возраст. Он пытался сохранить серьёзный вид, но глаза блестели от лёгкого возбуждения. Профессор Снейп, стоявший рядом с Малфоями, выглядел элегантно, как никогда. Его чёрный костюм был безупречно скроен, подчёркивая его высокий рост и стройность. На воротнике и манжетах можно было заметить тонкую серебристую вышивку, создающую утончённый контраст. Его длинные чёрные волосы блестели в свете фонарей, а его тёмные глаза внимательно следили за происходящим. Сдержанная аура профессора идеально гармонировала с торжественной атмосферой фестиваля. — Добрый вечер, — поприветствовали мы с Сорой, склонив головы в знак уважения. Нарцисса первоя заговорила, её голос был тёплым, но сохранял нотки аристократизма. — Вы были бесподобны. Невероятное выступление! Настоящая магия, — её глаза блестели от восхищения, и она чуть склонила голову в знак признательности. Люциус кивнул с лёгкой улыбкой, его тон был сдержанным, но искренним. — Ваше исполнение впечатлило даже самых строгих наблюдателей, — он бросил короткий взгляд на профессора Снейпа. Отец, наблюдая за нами, не скрывал гордости. Его лицо озаряла редкая, но искренняя улыбка. — Вы превзошли все ожидания, — сказал он, слегка наклонив голову, а потом добавил с лёгкой шуткой: — Кажется, теперь всем стало ясно, почему мы живём с драконами. Профессор Снейп, сложив руки на груди, слегка склонил голову, его голос прозвучал ровно, но в нём чувствовалось восхищение: — Исключительное владение магией и утончённость исполнения. Нельзя не признать, что это редкое сочетание, достойное восхищения. Драко, который до этого старался сохранять сдержанность, не смог удержаться. — Это было так круто! — сказал он, а потом, осознав, что был слишком эмоционален, поправился: — То есть... впечатляюще. Мама улыбнулась, глядя на нас с теплотой: — Мы гордимся вами. Ваш танец стал настоящей изюминкой фестиваля. Толпа вокруг нас продолжала восторженно обсуждать наше выступление, а мы с Сорой чувствовали, как сердце наполняется радостью и гордостью за этот момент. Как мы и договаривались, я должна была сопровождать Драко и показать ему фестиваль. Сора остался с родителями и взрослыми, они соберались встретися с деректором школы посколку мистер Малафой один из членов попечителского совета. Драко с нетерпением тянул меня за руку через толпу фестиваля. Его светлые волосы слегка поблёскивали в свете фонариков, а глаза сияли от волнения. — Акира, ты должна познакомиться с моими друзьями! Они тоже поступают в Хогвартс в этом году. Они потрясающие, ты обязательно им понравишься, — затараторил он, буквально таща меня через толпу. — Подожди, подожди! — попыталась я его остановить. — Я хоть должна знать, кого ты называешь друзьями. — Ты сама всё увидишь! — он лишь хитро ухмыльнулся и ускорил шаг. Через несколько мгновений мы оказались в окружении небольшой группы детей, которые явно чувствовали себя очень уверенно. — Это они, — гордо объявил Драко, жестом представляя мне свою "свиту". — Познакомьтесь, это Акира Куросава. Первым заговорил высокий худощавый мальчик с тёмными глазами и тонкими чертами лица. Он был одет в строгую мантию тёмного цвета, его манеры излучали спокойствие и уверенность. — Теодор Нотт, — представился он коротко, его голос звучал ровно и слегка отстранённо. — Рад знакомству, мисс Куросава. Рядом с ним стоял ещё один мальчик, явно выделявшийся своим высоким ростом и благородной осанкой. Его тёмная кожа и короткие чёрные волосы были подчеркнуты элегантностью его наряда. — Блейз Забини, — представился он, его голос звучал тепло и даже слегка кокетливо. — Драко много о вас рассказывал. Вы действительно впечатляете. На фоне этих двоих два крепких мальчика выглядели... ну, как будто их выбрали по принципу "сила вместо слов". Один из них, с густыми тёмными бровями и слегка растерянным выражением лица, первым заговорил. — Это Грегори Гойл, — перебил его Драко, прежде чем тот успел сказать хоть слово. — А это Винсент Крэбб. — Второй, с короткими волосами и массивной фигурой, лишь кивнул в мою сторону, словно подтверждая свои имя и роль. — И, конечно же, — добавил Драко, с особым удовольствием указывая на девочку с тёмными волосами, уложенными в завитки, — Пэнси Паркинсон. Пэнси окинула меня изучающим взглядом, в котором читалась смесь интереса и недовольства. Её изящное платье и высоко поднятая голова явно говорили, что она привыкла быть в центре внимания. — Так это ты та самая Акира, о которой он всё уши прожужжал, — протянула она, немного холодно улыбнувшись. — Очень приятно познакомиться. — Взаимно, — ответила я, улыбнувшись вежливо, хотя её тон заставил меня насторожиться. — Скажи, а ты правда умеешь управлять молниями? — тут же спросил Блейз, его глаза зажглись от интереса. — Можно сказать и так, — ответила я, стараясь держать себя уверенно. — Это часть нашей семейной магии. — Невероятно! — восхитился Теодор, взглянув на меня чуть более живо, чем раньше. — Ты ведь не просто создаёшь молнии, ты управляешь ими, верно? — Ну, да, — я слегка покраснела от такого внимания. — Но это требует много практики. — Я так и знала, что это не что-то особенное, — вдруг перебила Пэнси, её голос звучал натянуто. — Думаю, это просто красиво смотрится. Никакой практической пользы. — Если только ты не используешь её для обороны, — парировал Теодор, посмотрев на Пэнси с явным неодобрением. — Магия молний невероятно мощна. — Это правда, — поддержал его Блейз, бросив на меня восхищённый взгляд. — Думаю, в Хогвартсе ты станешь настоящей звездой. Пэнси закатила глаза и отошла в сторону, но я заметила, как она недовольно сжала веер в руках. Драко, видимо, почувствовал напряжение и быстро перевёл разговор. — Так, кто хочет поиграть на фестивале? — воскликнул он, явно стараясь разрядить обстановку. — Уверен, здесь найдётся что-то интересное для каждого из нас. Мы двинулись дальше по площади, и я заметила, что за разговором с Теодором и Блейзом я совсем забыла, что сегодня не взяла с собой Сэкая. "Он явно бы нашёл что сказать по поводу этих новых знакомств," — подумала я с улыбкой, представив его саркастические комментарии. Мы бродили между ларками, погружаясь в атмосферу магического фестиваля, где традиционные японские игры были переработаны с добавлением магической концепции, делая их невероятно увлекательными. Я с энтузиазмом рассказывала друзьям Драко об играх, предлагая попробовать каждую из них. Магическое "Рыбное лото": На небольшом пруду, созданном с помощью заклинания, плавали разноцветные рыбы, каждая из которых была зачарована. Игроку нужно было поймать рыбу с помощью специальной волшебной сети. Улов определял приз — от мелких магических сувениров до редких ингредиентов для зелий. — Теодор удивлённо наблюдал, как сеть начинает светиться, едва касается воды. — "Это точно требует практики," — заметил он, пока Блейз, поймав самую крупную рыбу, широко улыбался. Стрельба из магического лука: Игроку выдавался лук с зачарованными стрелами, которые светились разными цветами. Целью служили подвешенные в воздухе иллюзорные мишени — драконы, журавли и облака. За попадание в центр давались очки, а самые меткие получали маленькие магические награды. — "Лук действительно стреляет, или тут всё дело в магии?" — спросил Грегори, который с трудом натянул тетиву, выпустив стрелу мимо цели. — "И то, и другое," — засмеялась я, метко попав в облако, вызвав восхищение Блейза и Теодора. Сбор падающих листьев: В воздухе кружились иллюзорные осенние листья, которые необходимо было ловить руками или с помощью вееров. Листья исчезали в момент касания, оставляя за собой искры, а каждый собранный лист приносил очки. Но были и ложные листья, которые при касании взрывались конфетти. — "Это похоже на поединок!" — крикнул Драко, уворачиваясь от "взрывающихся" листьев. — "Только без травм," — добавил Теодор, бросая на Пэнси издёвку, когда её листья всё время оказывались ложными. Магическая эстафета: Участники сражались на скорость, передавая друг другу зачарованный шар, который менял форму и пытался выскользнуть из рук. Эта игра требовала не только ловкости, но и магической интуиции. — "Эта штука как живая!" — воскликнул Винсент, когда шар внезапно превратился в миниатюрного дракона и попытался уползти. Мы не только играли, но и заходили к ларькам с угощениями, где я с удовольствием рассказывала друзьям Драко о японских магических блюдах, приглашая их попробовать всё, что казалось интересным. Каждый шаг по фестивальной площади был полон удивлений и восторгов. Первой остановкой стала яркая палатка, откуда доносился аромат якитории и свежеприготовленной лапши. Я показала друзьям якисобу с огненным соусом. Лапша сама раскручивалась на вилке, а искристый соус, словно живое пламя, усиливал вкус. Грегори, рискнувший попробовать первым, воскликнул: — Это остро! — и, смеясь, отпил большой глоток тыквенного сока, под одобрительный смех Блейза. Дальше мы подошли к прилавку с моти, аккуратно выложенными на подносе. Магическое посыпание меняло вкус и цвет каждого пирожка, и ребята не могли устоять перед соблазном попробовать. Драко, поймав взгляд Теодора, заявил, что он справится лучше всех, но вскоре его голос стал звучать с эхом. Это вызвало взрыв смеха у всех, даже Пэнси не удержалась от лёгкой улыбки. — Теперь тебя точно услышат на всей площади, — поддразнил его Теодор. Пока мы шли дальше, яркие огоньки привлекли наше внимание к ларьку, где подавали сладкие удоновые нити. Они светились при каждом движении, будто звёздная пыль танцевала в воздухе. Блейз первым взял нить и с восхищением проговорил: — Это просто волшебство. Теодор, медленно пробуя, кивнул в знак согласия, наблюдая, как световые искры исчезают во рту. В завершение мы остановились у ларька с напитками. Чай с парящими пузырьками был чем-то новым даже для меня. Пузырьки, всплывающие из чашки, взрывались в воздухе, наполняя пространство сладким ароматом жасмина и цитрусов. Драко, с детским восторгом ловя пузыри руками, заявил: — Я бы хотел такой чай в школе! На это Блейз усмехнулся: — Только если они позволят тебе пить его на уроках. Мы продолжали гулять, наслаждаясь едой и атмосферой. Даже Пэнси, которая всё это время старалась выглядеть равнодушной, в какой-то момент начала пробовать блюда, тихо комментируя их вкус. Я видела, как их глаза светились интересом и радостью, и чувствовала, что этот фестиваль стал для них таким же особенным, как и для нашей семьи. После долгой прогулки по фестивалю и множества игр Драко предложил вернуться к родителям. Он слегка потянул меня за руку, его глаза всё ещё светились энтузиазмом после веселья. — Пойдём, — сказал он, вытирая руки салфеткой после очередной сладости. — Они наверняка захотят узнать, как всё прошло. Я кивнула, улыбаясь. Мы прошли сквозь толпу, обмениваясь приветствиями с участниками фестиваля, которые узнавали меня после выступления. Люди продолжали восторженно обсуждать магию молний и воды, которую мы продемонстрировали. Подойдя к группе родителей, Малфоев и профессоров, мы замедлили шаг, наблюдая, как они оживлённо беседуют. Люциус стоял с высоко поднятой головой, его манеры как всегда излучали строгость, но в то же время уверенность. Нарцисса, с лёгкой улыбкой на губах, время от времени одобрительно кивала в ответ на слова. Мои родители выглядели расслабленными, но их выражения лица выдавали готовность к любому неожиданному вопросу. — А вот и наши звёзда, — заметила Нарцисса, когда мы подошли ближе, её взгляд упал на нас. — Вы прекрасно выглядели на сцене, — добавил Люциус, слегка кивая, а затем повернулся к Драко. — И что ты думаешь о фестивале? — Великолепно, отец, — ответил он, стараясь говорить сдержанно, но я заметила, как его губы слегка подрагивают от волнения. — Акира показала нам столько игр и угощений, что я даже не знал, что магия может быть такой... весёлой. — Это правда, — вмешалась я. — Мы даже не успели всё попробовать. Ваши друзья были очень заинтересованы в наших японских традициях. — Хорошо, что у вас был повод сблизиться, — отметила моя мама, смотря на нас обоих. — А как тебе удалось удержать их внимание, Драко? — Мне помогли пирожки с магическим посыпанием, — ответил он с лёгкой улыбкой. Все рассмеялись, даже профессор Снейп позволил себе короткий смешок. Мы присоединились к группе, чувствуя, как атмосфера становится всё теплее. Родители продолжили обсуждать детали фестиваля и предстоящего контракта с Хогвартсом, а я снова взглянула на площадь, освещённую мягким светом фонарей и магией, чувствуя, что этот день стал началом чего-то нового. После окончания фестиваля я вернулась в свою комнату. Я подошла к своему письменному столу, на котором лежали аккуратно сложенные свитки, книги о драконах и небольшие артефакты, которые я так любила. Но, несмотря на уют, я чувствовала себя странно опустошённой. Сняв украшения и уложив волосы, я села на кровать. Всё это время, пока я была занята фестивалем, встречей с профессорами и новыми знакомствами, я старательно избегала одной мысли: я оставила друзей в Японии. Но теперь, после встречи с друзьями Драко, это чувство одиночества стало особенно острым. Я поняла, что мне придётся начинать всё с нуля, а это казалось пугающим. Я вспомнила их лица, словно они были передо мной. Рейко с её строгим, но добрым взглядом и неизменным спокойствием. Она всегда знала, как поддержать и как решить любую проблему, оставаясь серьёзной и собранной. Мы с ней часто обсуждали магические обряды, её рассказы о старинных ритуалах всегда меня завораживали. Кенджи, который был противоположностью Рейко, всегда находил способ рассмешить нас. Его шутки и лёгкость в общении делали его душой нашей компании. Но он не только шутил: когда дело доходило до магической каллиграфии и свитков, он становился невероятно сосредоточенным, а его работы были настоящими произведениями искусства. И Хана — нежная и мечтательная, но удивительно решительная в сложные моменты. Её кулинарные эксперименты стали легендой среди нас. Её сладости не только восстанавливали силы, но и поднимали настроение, а её мечта открыть лавку всегда вдохновляла нас. Я улыбнулась, вспоминая, как мы сидели под деревьями в саду нашего дома, обсуждая планы на будущее. Но теперь я была далеко от них. Слёзы предательски начали стекать по моим щекам. — Я скучаю по ним так сильно... — прошептала я себе, чувствуя, как боль одиночества накрывает с новой силой. В этот момент я услышала лёгкий шорох у окна. Обернувшись, я увидела, как на подоконнике появился Сэкай в своей форме ящерицы. Его бледно-серая чешуя слегка поблёскивала в свете ламп, а голубые спирали на его теле мягко светились. — Акира, ты что, плачешь? — его саркастичный голос был таким же уверенным, как всегда, но в этот раз в нём прозвучала нотка заботы. — Оставь меня в покое, Сэкай, — ответила я, вытирая слёзы. Он перепрыгнул на кровать, затем, устроившись рядом, посмотрел на меня своими проницательными глазами. — Ты скучаешь по своим друзьям, — произнёс он, но это было не вопросом, а утверждением. — Конечно, скучаю! — не выдержала я. — Они были частью моей жизни, частью меня. А теперь их нет рядом, и я даже не знаю, когда увижу их снова. Сэкай кивнул, словно раздумывая над моими словами. — Да, они важны для тебя. Но разве это значит, что ты не сможешь найти новых друзей здесь? — его голос стал мягче. — Ты ведь сильная, Акира. И ты сможешь сохранить те связи, которые у тебя были, не теряя возможности построить новые. Я посмотрела на него, удивлённая тем, как он серьёзно говорил. Его хвост слегка коснулся моей руки, и я почувствовала лёгкое тепло. — Ты думаешь, я смогу? — спросила я, чуть дрогнувшим голосом. — Конечно, сможешь. У тебя есть я, есть твоя семья. А ещё есть куча людей, которые только ждут, чтобы узнать, какая ты замечательная. Даже если они это пока не осознают, — он усмехнулся. Я засмеялась, чувствуя, как тяжесть на сердце постепенно ослабевает. — Спасибо, Сэкай, — прошептала я, обнимая его. Он немного дёрнулся, но остался на месте. — Не благодари. Просто перестань плакать, ты не даёшь мне спать, — ответил он, но его тон был тёплым. Этой ночью я уснула с ощущением, что, несмотря на расстояние, я всё ещё связана с теми, кто мне дорог, и что впереди меня ждут новые удивительные встречи.