Глава VI

      — То есть ты хочешь сказать… что эта гадюка отдала тебе наше оружие?! — крикнул Бельфегор. — Так еще и хочет… украсть идеи для себя? Нет, ты не должен этого допустить, ясно?! Это МОЕ детище!       Ах! Так значит все механизмы спроектировал и собрал Бельфегор! Ну да, он же еще давно говорил, что инженер.       — Твое детище в моих руках, и я точно не собираюсь ни с кем делиться секретами их проектировки, — вздохнул Гавриил. — Да и тем более… они уже пришли в негодность. Не знаю, что они делали с ними, но на их восстановление точно уйдет не одна неделя.       — Гр-р… это даже наглостью нельзя назвать. Это лицемерие! Они убивают нас, называют нас нечистыми и врагами, а сами же воруют у нас технологии! — Бельфегор во тьме озарился оранжевыми полосами: кровь, текущая по венам, яростно люминесцировала под стать его злости.       — Так это значит, что мои перчатки живы! Юху! — Эми засмеялась и радостно замахала хвостом.       — Ага! И они в руках у ангела, — фыркнул Бельфегор       — Я вам помочь пытаюсь вообще-то! — возмутился Гавриил.       — Да-да, ты со своим «небесным» образованием ни за что не починишь эти механизмы, — Бельфегор показал Гаврилу язык и сложил руки на груди. — Они совершенны. Сложно устроены. Их делал я!       Гавриил сжал руки в кулаки. Раздражение нахлынуло его с головой, и он подошел к решетке Бельфегора, сжимая прутья пальцами.       — Ты даже не представляешь, на что я способен.       — Ага, способен шестеренки крутить — вот так дар! Мое творение тебе ни за что не повторить.       Гавриил и Бельфегор впились друг в друга взглядами. Бельфегор натянул на губы дразнящую улыбку, а Гавриил мрачнел только сильнее. Его болящий глаз подозрительно хорошо улавливал движения Бельфегора даже в темноте.       — Давай поспорим. Поспорим, что я смогу восстановить эти механизмы. Без твоей помощи.       — Ха! А давай! Все равно проиграешь!       Они пожали друг другу руки, и когда Гавриил хотел ее отпускать, Бельфегор притянул его ближе к решетке, так что юноша почти прильнул к ней своим лицом.       — У тебя неделя. Если не управишься, то выполнишь любое мое желание, — промолвил Бельфегор и подмигнул ему.       — А если управлюсь… тогда ты выполнишь мое, — прищурился Гавриил и с вызовом задрал голову.       — По рукам.       Тогда Бельфегор наконец его отпустил, и Гавриил невольно отряхнулся. Он презрительно закатил глаза и, успокоившись, подвинул к камерам мясные копчености и мешочек с ирисками.       — Угощайтесь.       — Ты где столько мяса раздобыл?! — удивился Шакс и захохотал.       — Вот что значит настоящий мужчина. Добытчик, — подмигнула Эми. — У нас в городе за такого, как ты, все девушки передерутся. Еще и соседних деревень прибегут, ха-ха!       Гавриил поджал губы и залился краской в лице. Ну а кто его еще так похвалит, а? Только Эми! Гавриил, конечно, демониц не видел более, но он уже уверен, что Эми из их числа — самая красивая.       — Да тут и есть-то нечего, — придирчиво отозвался Бельфегор, откусывая вяленого глухаря. — Эта корзина мне на один присест.       — В следующий раз тебя оставлю вообще без еды, — фыркнул Гавриил и кинул ему в руки пару конфет. — Жуй и не жалуйся!       — Ой, да ладно тебе, пташка, — Бельфегор облизал свои губы и промолвил: — В следующий раз есть буду начинать с тебя — ты мне тоже сгодишься на один зубок.       Гавриил искривил лицо в недовольстве и раздражении, показательно отвернулся и фыркнул.       Михаил их в этот раз не побеспокоил. Гавриил вернулся в хижину ближе к началу рассвета. Уставший, хотевший больше всего на свете заснуть.       Как только Гавриил начал раздеваться, уголком глаз он заметил мерцание на столе. Голубое, уже знакомое мерцание. Что за…       Гавриил осторожно подошел к столу. Кристалл. Который Гавриил уже выкидывал с острова. Издевательски расположился прямо меж пальцев механической руки.       Нет, таких чудес не бывает. Над ним словно бы шутит сама судьба. Начиная с участи падшего изгоя и заканчивая проклятым голубым кристаллом!       Это вот так теперь с Гавриилом обращаются высшие силы? Или это Михаил подсунул специально? Да откуда бы ему вообще об этом кристалле знать…       — Если не хочешь пропадать… я сам тебя уничтожу! — Гавриил оскалился и стукнул по механической руке.       Кристалл выпал из железных пальцев, испустил искры и стал яростно пульсировать, имитируя с точностью его настроение. Кристалл как живой. Словно в нем кто-то застрял и теперь рвется наружу.       Гавриил поднял кристалл. Он провоцировал. Мерцал. Манил к себе. Гавриил сжал его в руке и бросил его со всей силы на стол.       Ошибка. Зрачки Гавриила мгновенно расширились: кристалл испустил такую вспышку, что Гавриилу пришлось зажмуриться и потереть глаза.       Еще одна ошибка. Гавриил вновь потянулся к кристаллу. Только он дотронулся до камня пальцем, как время вокруг него замерло. Жесткий удар, молнии и всполохи. Голубые искры обтекли сначала руку Гавриила, а затем и все его тело. Бабах!       Мощным взрывом Гавриила откинуло назад.       Тьма. Холод.       Он умер?       Нет, он спит. Наверное…       Шум волн. Свист ветра. Лежа на полу, Гавриил сжал руки в кулаки и постарался приподняться. Контуженный от взрыва, Гавриил не мог сообразить, что происходит: вся голова шла кругом.       Где это он? Слишком холодно… такой холод встречал его только когда он летал высоко в облаках… или зимой. Поежившись, Гавриил открыл глаза. От увиденного у него мгновенно упало сердце. Вокруг только вода. Вода! ВОДА!       Океан! Бескрайний, холодный, с дрейфующими громадными льдинами! На одной из таких Гавриил и лежал. Конечно, его льдина была меньшей из всех, представленных его взору.       Паника охватила его, и он впился ногтями в лед под собой, будто от этого зависит вся его жизнь. Мороз кусал кожу на лице, пробирался в кровь Гавриила и заставлял его дрожать в бесполезных попытках согреться.       Он поднялся на босые ноги, чтобы осмотреться. Нет… быть того не может, чтобы синий кристалл оказался телепортом… нет! Это невозможно: телепорты — огромные сооружения, больше дирижаблей по размеру, а тот кристалл как треть его пальца!       Айсберг под ногами шатнулся, и Гавриил упал на колени. Рядом в черной воде юркнул чей-то длинный хвост. Гавриил поджал губы и испуганно сжался. Кто там? Левиафан? Кит? Или ему просто показалось?       Пискнув от страха, юноша прильнул к льдине животом и щекой: пытался сделать так, чтобы его вдруг не заметили здешние хищники.       Это все сон? Кристалл наверняка отрубил Гавриила, вот он теперь и спит… глубоким сном. Но здесь все такое настоящее…       Гавриил поднял голову и замер. Рот его разинулся от удивления. Сколько звезд… сколько новых звезд! И северное сияние! Белую россыпь с проблесками далеких туманностей на неожиданно ярком небе Гавриил видит впервые: обычно его взорву открывается давно выученная комбинация созвездий, которая меняется только со сменой времен года.       Губы расплылись в улыбке, и Гавриил даже забыл о том, что его окружает бескрайний холодный океан. Вот, значит, каково быть внизу, далеко-далеко от летающих островов. И ведь этим видом можно наслаждаться каждую ночь!       А вот и луна. Сегодня убывающая. Желтая. В попытках найти знакомые созвездия, Гавриил смотрел во все стороны света, пока не наткнулся на созвездие Южного треугольника. Всегда он указывает строго на юг, и сейчас эти звезды находились слишком далеко, ближе к горизонту, и были сильно искажены, наклонившись под большим градусом — значит Гавриил где-то на другом полушарии, на крайнем севере.       Эверфрост? Или место еще более глухое и неприветливое? Гавриил о нем слышал и не раз, когда разговаривал с коллегами-инженерами: земная провинция высоких технологий и вечномерзлого грунта. Но пока что грунта Гавриил тут не увидел! Только айсберги.       Встряхнув головой, Гавриил предпринял попытку вырваться из странного сна. Не получалось. Все казалось вполне настоящим. Только холод куда-то пропадать начал. А так быть не должно! Ну, значит, точно сон, ха-ха!       Неожиданно показалась суша. Гавриил распахнул глаза и наклонился к краю льдины, на которой плыл. Вдалеке все белым-бело. Ну точно Эверфрост!       Дрейфовал Гавриил неожиданно быстро: суша становилась ближе и ближе. И Гавриил даже напрягся. А что там может его ожидать? Бескрайняя красота севера? Или немыслимые опасности незнакомых земель? Белые медведи, драконы… или еще какие животные, о которых Гавриил пока не знает!       Еще не примкнув к суше, льдина стала раскалываться: глухой треск заставил Гавриила отойти к краю. Тут он потерял равновесие и приготовился свалиться в воду, но вместо этого его встретил снег. Рыхлый, глубокий и какой-то не совсем холодный.       Расколотая льдина прибивалась к берегу, пока ее части окончательно не расползлись и не уплыли невесть куда. Гавриил стряхнул снег с кудрявых волос и, осмотревшись, не увидел ничего, кроме ледяной пустыни.       Ни деревьев. Ни травы. Только снег и лед. И куда идти теперь? Скрестив в квадрат пальцы на обеих руках, Гавриил снова нашел юг. Вот только сколько ему идти до своих летающий островов, если сейчас он в Эверфросте?       Хотя, зачем это ему вообще нужно идти куда-то! Проснется и окажется у себя в хижине! Тем не менее, стоять на месте было скучновато, поэтому он все же решил держать курс на юг. Вдруг наткнется на что-то интересное, хм?       Прошел час. Шаги давались тяжело. Рыхлый снег не давал разгуляться: ноги у Гавриила были не длинные, потому и шел он медленно, проделал путь не более, чем в тысячу ярдов.       Томно выдохнув пар, Гавриил решил передохнуть. Он лег в снег и медленно моргнул. Бирюзовые полосы авроры нежно переливались высоко-высоко в небе.       Гавриил вытянул руку вверх. Северное сияние стало ярче. Зеленый свет обрушился на ледяную пустыню, как второе солнце. Медленно зеленый свет сменился на бирюзовый, а после на синий.       Гавриил наслаждался видом по крайней мере десять минут, пока не заметил новую вспышку. Ему показалось, что одна из полос авроры опустилась на землю.       Это как с концами радуги. Ходили на материках слухи, будто под радугой спрятан горшочек с золотом: хотя и ангелы в это не верили, потому что радуга для них всегда была круглой с летающих островов, однако верить в подобное все равно забавно — хуже от этого ведь не будет, пусть и все знают, что до конца и начала радуги добраться невозможно.       Так и с этой авророй. Опустившийся конец ее так и манил за собой, повторяя красивую легенду с золотом, и пусть не было ему фактического конца, Гавриил решил последовать за сиянием, как завороженный. Под ногами не чувствовал он ни холода, ни влаги, ни тяжести. Тело несло его с невиданной ранее силой и скоростью.       Аврора придала ему сил. Он почти бежал. Выдыхал горячий пар, который устремлялся вверх, смотрел на эту мерцающую линию и шел.       Его звал некто. Что-то хотел ему сказать. Всевышний? Всевышний не отвернулся от него? Конечно нет! Это точно знак!       Значит, это вещий сон, подумал Гавриил. Потому и смелости у него хоть отбавляй: во сне ведь можно делать все, что захочешь!       Поднявшись на снежный холм, Гавриил удивленно поднял брови. Аврора спускалась в ледяное ущелье! Он распахнул крылья по привычке, чтобы взлететь, но приятной тяжести от перьев не ощутил: даже во сне его крылья были ощипаны и забинтованы.       Тогда Гавриил подорвался, да так сильно и быстро, что споткнулся и, упав в снег, больно покатился по склону к ущелью. Ай! Что-что, а крылья, побывшие в снегу, начинают мерзнуть! Без перьев и легкого пушка им нечем сохранять тепло.       Встав обратно на ноги, Гавриил подбежал к обрыву. Зеленое свечение с неба ползло вниз, как мягкий, развевающийся на ветру лоскут. Как же хотелось спуститься! И как не хотелось рисковать: высота огромная, никакой лестницы нет… на крыльях даже парить не получится.       Прыгать? Ну это же сон. Если вдруг что случится, то он сразу же проснется! Гавриил задумался.       Треск. Как на той льдине. Сейчас произойдет что-то явно не очень хорошее!       Гавриил испуганно выдохнул и вскрикнул, когда ледяная стена ущелья сошла прямо у него из-под ног! Спасло от боли Гавриила только то, что упал он снова в снег. Который в придачу ударил ему сверху по голове.       Крупицы снега сделали одежду и волосы Гавриила блестящими в свете проходящей вдоль ущелья авроры. Потрогав пальцами ледяную стену, он принялся пробираться вглубь.       То ли сама аврора, то ли отражение ее в зеркальных лабиринтах толстого льда делало похождение в ущелье невообразимо ярким, так что даже глаза стали болеть от зеленого. Постепенно оттенок перешел в бирюзовый, а после вовсе в голубой.       Обернувшись, Гавриил обнаружил, что ущелье превратилось в пещеру. Лоскуты авроры нежно приглашали вглубь, и парень перестал оборачиваться.       Путь вновь казался Гавриилу изнурительно долгим: он то и дело спотыкался об кристаллы, росшие сквозь снег, лед и камень. С потолка громадной пещеры свисали древние сталактиты, а по полу постепенно стали располагаться редкие мхи и лишайники. Такие росли и у Гавриила на летающих островах, разве что только чуть более пышные.       Лоскуты авроры стали гаснуть: свет тускнел, и Гавриил шел почти вслепую, ориентируясь исключительно на необычно хорошее ночное зрение.       Когда свет совсем пропал, и глазам было не за что ухватиться, Гавриил остановился. Топнув ногой по полу, он убедился, что все еще существует: эхо пробежалось по пещере.       А затем явилось чудо. Звук заставил засветиться стены и потолок пещеры. Все было подчистую засеяно голубыми, синими и белыми корундами, мерцая в ответ на каждый резкий звук Гавриила. Подойдя ближе к цветущему кластеру бирюзовых кристаллов, Гавриил ахнул.       Пульсирующее свечение. Прямо как у того проклятого кристалла, отправившего его спонтанным взрывом в нокаут! Только сейчас Гавриил обнаружил, что каждый корунд реагирует на звук его сердца. Пока все остальные кристаллы поодаль стали гаснуть, Гавриил засвистел, заставляя пещеру вновь озариться светом.       Гавриил расплылся в улыбке. Увиденное резко ему так понравилось, что он не мог сдерживать своего восторга. Сколько кристаллов! Как же тут красиво!       — Чувствую, как твоя голова кипит от идей. — Неожиданно сказал некто.       Гавриил попятился и подозрительно прищурился. Откуда голос? За ним кто-то следит?       — Что за… Покажись, — робко отозвался Гавриил. — Кто здесь?       Молчание. Когда корунды стали тускнеть, Гавриил «разбудил» их очередным свистом. Некто все еще не ответил. Через полминуты голос заговорил вновь.       — Я нигде и везде одновременно, — загадочно начал некто, — да и не думаю, что это сильно важно.       — Для построения диалога это важно. Странно, когда собеседники не могут смотреть друг другу в лицо.       Некто залился добрым смехом. Именно что добрым — как у дядечки, который рассказывает смешные истории детям и молодежи. И без того невеликое чувство угрозы у Гавриила напрочь исчезло. Сложно бояться, когда знаешь, что все вокруг — сон.       — Важнее, когда собеседники друг друга слышат. — Голос некто в этот раз стал громче, словно стоял он теперь у Гавриила за спиной.       Это голос пещеры? Дух? Или сам Всевышний? Ну нет, Всевышний ведь не осязаем. Он общается знаками, а не словами.       В ущелье к Гавриилу проникли потерявшиеся давно лоскуты авроры. Они кружили возле него, точно накрывая одеялом, и тут он понял. Это ведь и есть голос, да? Сияние… Голос Сияния?       — Кто ты?       — М-м… — Сияние чуть подумало и метнулось дальше в пещеру. — Наверно, твой наставник. Голос прогресса и твоих творческих идей.       — Наставник? — Гавриил невольно усмехнулся. — Прогресс… Как-то не сходится с этим местом. Ледяная пустыня и прогресс не стыкуются.       — Совсем забыл, куда тебя занесло? — хмыкнуло Сияние.       Ах, да. Точно. Эверфрост. Провинция инженеров и ученых. Конечно… Вот только своими глазами Гавриил пока что ничего такого прогрессивного не увидел. Разве что вот эти кристаллы. Наверняка с родни тому голубому корунду, взорвавшемуся у Гавриила в руке.       — И все же я не понимаю, — честно и просто ответил Гавриил.       Пока Сияние звало за собой, Гавриил послушно продвигался дальше по пещере. Лишайники теперь обрастали и по стенам и по потолку, под ногами расстилался мягкий ковер из странного голубого мха, который люминесцировал каждый раз, когда Гавриил наступал на него. Волшебное, однако, место.       Остановившись возле лоскута Сияния, Гавриил ткнул пальцем цветущий бутон светло-голубых кристаллов. Они мгновенно посыпались, и юноша неловко опешил. Сев на корточки, он быстро собрал все кристаллы себе в карман, как бы заметая следы своего проступка, и шагнул ближе к Сиянию.       — Ты поймешь. Пока ты неопытный последыш, все может казаться безумным.       — Последыш? — возмутился Гавриил. — Твой последний ученик?       — Сейчас — да. Настанет время, и последышем станет кто-то другой… а ты будешь пожинать плоды нового прозрения.       Вопросов много. Что за прозрение? Что за плоды? О чем оно в принципе пытается сказать? Но Гавриил предпочел молчать. И без того в голове ураган из мыслей. Пускай Сияние объяснит все само.       — Лучше скажи… как хорошо ты знаком с этими кристаллами?       — Ну… один такой меня чуть не убил. Может, и убил. Не знаю, не могу сказать точно. В них сосредоточена мощь, способная за раз отнять жизни десятков человек.       — Ты думаешь, о нем, как о воплощении разрушения?       — Скорее, как об инструменте, способном допустить ужасное в неправильных руках. Как магия. — Гавриил вдруг сжал руку в кулак и посмотрел вниз. — Такая вещь не должна была оказаться на Небесных лугах.       — Почему?       — Ангелам нельзя давать в руки этот кристалл. Я точно знаю, что если кто-то из вышестоящих узнает о его силе, ангелы тут же возобновят войну… Поэтому появление кристалла было ошибкой.       — Тогда почему он оказался в твоих руках?       Вопрос Сияния не сразу дошел до Гавриила. Мир слегка качнулся. Стольких сил ему требовалось, чтобы устоять на ногах от этих слов. А ведь действительно, почему он оказался в его руках? В руках ангела, на Небесных лугах, куда ни при каких обстоятельствах кристалл попасть был не должен.       — Это ошибка. — Отчеканил Гавриил. — Я такой же ангел, как и все остальные.       Сияние словно ждало, когда Гавриил продолжит, но юноша молчал. Подумать только, если все эти случайности с кристаллом — обычная шалость Сияния.       — Но окажись он в руках других ангелов, случилось бы непоправимое. Ты все еще думаешь, что это ошибка, а не благословение?       Сияние право. Наверно, это все-таки благословение. Благословение, которого Гавриил так испугался, что выбросил с острова в океан, не дав вероятной беде случиться.       — …Вам лучше знать.       — Мне важно, что думаешь об этом ты.       — Я думаю, что этот кристалл бы лучше смотрелся в городах прогресса Эверфроста, чем на Небесных лугах. Там точно знают, как правильно с ним обращаться.       — И чем же ты хуже людей Эверфроста? — Сияние усмехнулось и засветило ярче.       — Я…       Гавриил не нашелся с ответом. А ведь и вправду — чем он хуже? Люди в Эверфросте такие же, как Гавриил. Тем более, что Гавриил тоже инженер. Да, возможно, не такой опытный в силу своего места рождения и обитания, и тем не менее в механизмах он смыслит очень даже хорошо. Не зря именно его выбрали для перевода в Небесную обсерваторию.       Раз здесь могут обуздать силу кристаллов, то и Гавриил сможет, так ведь?       — Я даже не знаю их природу. Не знаю их границы, их истинную мощь… — Гавриил поднял взгляд на соцветия корундов. — Но я могу попробовать. Попробовать их понять.       За рисками скрывается великий прорыв. Только сейчас Гавриил понял, с какими высокими перспективами можно использовать эти кристаллы. Он уже направлял их энергетические лучи линзами. Быть может, у Гавриила удастся… изобрести нечто новое для Небесных лугов.       И это не будет оружие. О, нет, он не будет следовать приказам Иши, чего бы ему это ни стоило. Гавриил скорее умрет, чем отдаст кристаллы ангелам для военных целей!       — То-то же. Я в тебе не сомневался. — Хмыкнуло Сияние.       — В смысле? — не понял Гавриил и чуть нахмурился, поднимая взгляд на аврору. — Что вы имеете в виду?       — Говорю: добро пожаловать на путь прогресса, Гавриил.       Сияние после этого поблекло, и Гавриил стал в панике осматриваться. Светящиеся кристаллы с мягким звоном посыпались со стен и потолка на землю, и юноша стал быстро обступать их. Пещера стала осыпаться от землетрясения? Челюсть у него окончательно отпала после того, как все кристаллы стали медленно взмывать в воздух.       — Эй? — нервно отозвался Гавриил. — Хей! Слушай, это все очень смешно, но, может, ты вытащить меня отсюда?       Сияние молчало. Померкло также резко, как и загорелось, и теперь вокруг Гавриила кружились тысячи острых корундов. Поворачиваясь в разные стороны, Гавриил пытался находить пути обхода, но все было тщетно.       — Э-эй! Эй! Послушай, Сияние, я-я не знаю, что происходит, но это перестает быть забавным! — Гавриил нахмурился и рвано выдохнул через нос.       Через мгновение в воздух поднялся и сам Гавриил. Он задергал ногами и руками, отчаянно глотая легкими воздух, который застревал в горле. Всполохи и молнии больно били Гавриила по открытым участкам кожи, отчего он ежился и проклинал нецензурной бранью и Сияние, и судьбу и эти чертовы кристаллы.       Мана! Голос в голове сказал, что всему виной мана! Разрушительная и чудотворная, опасная и манящая: она есть везде и нигде одновременно.       Это все мана. В кристаллах сконцентрирована мана!       Кручение кристаллов остановилось, и Гавриила насквозь пробила новая молния. Взрыв. Нестерпимая боль, от которой парень закричал, что были силы, и на что хватало воздуха в легких.       Он открыл глаза. Весь в холодном поту. На бледном лице застыл чистый ужас, боль не стихала, колко отдавая в грудь и спину.       Перед лицом маячила морда Аеро. Он беспокойно обнюхивал Гавриила и лизал его лицо своим длинным языком. Встряхнув головой, Гавриил пихнул морду Аеро в сторону, и дракон глухо зарычал.       — Гавриил? Ты проснулся? — тихо спросил он и наперекор раздражению юноши снова облизал его голову. — Очнись!       — Да здесь я! — огрызнулся на него Гавриил и снова отодвинул его морду, корча лицо в недовольстве.       — Я тебя нашел на полу, всего синего! Думал, что ты умер!       — Я еще всех тут переживу, — фыркнул Гавриил и посмотрел на руки. Все в ожогах от всполохов. Черт…       — Это не смешно. — Недовольно буркнул Аеро и грубо боднул его мордой в грудь. Гавриил вскрикнул от резкой боли.       Аеро сразу виновато поджал уши и осторожно прильнул к боку Гавриила в надежде, что боль уйдет. Гавриил закашлял и легко обнял Аеро за шею. Чего это вдруг на Гавриила такое нашло? Аеро испугался. Делал, что мог: пытался разбудить, даже переложил тело на подстилку.       — Ха… где кристалл?       Они вдвоем посмотрели на рабочее место Гавриила. Кристалл лежал целым и невредимым. Он потух. Значит, это все-таки дурной сон. А боль… из-за взрыва. Как он только жив остался?       — Это из-за него? — Догадался Аеро.       — Из-за него, — мрачно подметил он и добавил: — Давно мне еще такого бреда не снилось… не знал, что моя фантазия вообще на подобное способна.       Пытаясь перевернуться на другой бок, Гавриил замер. Из карманов черного плаща высыпались корунды того цветущего бутона, который он случайно сломал во сне. Это все еще сон… Или галлюцинации. Он сошел с ума!       — Отойди! — Почти машинально крикнул Гавриил и махнул Аеро рукой. — Быстро!       Аеро послушно попятился к выходу. Громоздкие крылья врезались в несколько полок, заставив хлипкую хижину немного вздрогнуть, посыпав с крыши песок и пыль. На подстилке расположились пять новых кристаллов.       Вопросов стало еще больше. Значит, не сон?       — Аеро, ударь меня.       — Что?       — Ударь меня! Укуси! Я не знаю! — Гавриил в отчаянии сел на пол и покачал головой. — Просто докажи как-нибудь, что это не сон!       Аеро зарычал и, кажется, даже с удовольствием исполнил свой любимый прием: зарядил пернатым хвостом Гавриилу по голове так, что он поймал звездочки перед глазами. Вздрогнув и смахнув перышки с лица, Гавриил на всякий случай посмотрел Аеро в глаза. Он все еще не верил.       — Если попросишь еще раз, я тебе голову откушу.       Теперь поверил. Эта фирменная фраза Аеро окончательно вернула его в чувства.       — Ты объяснишь, что здесь происходит?       — Я… я сам до конца не могу понять. — Искренне ответил Гавриил.       Значит, разговор с Сиянием действительно был. Значит, и в Эверфросте он тоже был. Но как же… он не понимает, как в один момент времени его тело было и тут и там. Наверно, такие вещи и не поддадутся никогда объяснению. Пока в мире существует магия, поверить можно во все.       — Но… я точно знаю, что нас ждет прогресс.       Голос его звучал воодушевленно. Взглянув на чужеродные кристаллы, он все понял, все осознал и все расставил по местам. Уж не знает, чем Гавриил такое заслужил. Быть может, необычайно сильным желанием помочь даже тогда, когда сам на мели.       — Прогресс?       — Прогресс, — снова повторил Гавриил, — я вытащу нас отсюда. Всех.       Во взгляде его читались неведомые ранее уверенность — хоть в чем-то — и легкая доля мании или безумия. Теперь помочь демонам, Аеро, другим запертым ангелам — это не просто амбициозный план или высокое желание. Это цель. Первостепенная цель.       Иначе умрет. Не потому, что чувствует, а потому, что знает. И сделает это Иша, когда поймет, что Гавриил ее ослушался.       Значит, времени перед побегом у него осталось не много.