1.12. Дом

Лучи рассвета ласково коснулись лица Мин Джу, разбудив её мягким теплом. За стеной слышался лёгкий звон посуды — Ин Хо, как всегда, встал первым и готовил завтрак. Она потянулась, чувствуя, как улыбка сама расплывается по лицу. Месяц совместной жизни. Тридцать дней пробуждений под его тихое бормотание у плиты. Тридцать вечеров, проведённых в обнимку перед телевизором, с тарелкой закусок между ними. Бесчисленное количество совместных походов на работу, спонтанных прогулок в парке и дурацких настольных игр с Джун Хо, где она неизменно побеждала, вызывая у братьев смесь восхищения и лёгкой досады. Оказалось, жить с мужчиной — легко. Если это твой мужчина. Ин Хо никогда не торопил её. Не ворчал, когда она забывала убрать косметику с туалетного столика. Не жаловался на её привычку включать виниловый проигрыватель поздно вечером. Он просто... ждал. Смотрел, как она крутится перед зеркалом, и каждый раз находил новые слова, чтобы сказать, какая она прекрасная. И самое удивительное — она начала верить. Пальцы всё реже тянулись к кольцу, чтобы нервно покрутить его. Смех становился громче, свободнее. Она узнала, что значит — расслабиться. — Доброе утро. — мужчина каждый раз был не в силах отвести глаз от Мин Джу по утрам — в своих халатах или пижамах, без грамма косметики на лице, только после душа она выглядела такой родной, уютной и домашней. Мин Джу босыми ногами прошла по прохладному полу, подошла сзади и поцеловала его в щёку. Руки скользнули по бокам, обняли за талию, прижались к тёплому телу. — Опять не спишь? — прошептала она, чувствуя, как напрягаются его мышцы под ладонями. Он лишь глубже вдохнул, сжимая пальцами ложку так, что костяшки побелели. Каждое утро — один и тот же ритуал. Она прижимается к нему, дразня близостью. Он сдерживается, хотя глаза уже темнеют от желания. А потом — душ. Долгий, под ледяной водой, где его ладонь скользит по напряжённому животу вниз, представляя вместо своих грубых пальцев её нежные. Как бы она касалась его? Медленно, кончиками ногтей. Целовала шею, грудь, спускалась ниже... Как бы стонала под ним, когда он наконец вошёл бы в неё? — Ин Хо? Мин Джу приподняла бровь, наблюдая, как он вздрагивает. — Завтрак... — он охрип, откашлялся, — Завтрак готов. За завтраком они неспешно обсуждали планы на день, обмениваясь тёплыми взглядами и украдкой касаясь пальцами. Кофе, тосты, лёгкая болтовня — всё это создавало ту самую атмосферу домашнего уюта, о котором Мин Джу даже не мечтала. Ин Хо сидел на диване, якобы смотря телевизор, но его взгляд постоянно скользил к дверям спальни. Он ждал. И вот она появилась. Дыхание перехватило. Сегодня Мин Джу была воплощением элегантности: — Длинные чёрные волосы, уложенные в мягкие волны, струились по спине — Розовый твидовый пиджак с белой окантовкой подчёркивал тонкую талию — Короткая юбка облегала бедра, открывая загорелые ноги — Высокие каблуки делали её походку ещё более грациозной Она ловила его восхищённый взгляд и кокетливо повернулась к кухонной стойке, где лежал телефон. — Ты выглядишь потрясающе, — прошептал он, не в силах отвести глаз. Мин Джу лишь подмигнула в ответ, делая вид, что погружена в сообщения. Но её пальцы слегка дрожали — она чувствовала, как он приближается. Тёплые губы коснулись шеи. — Ин Хо... — её голос дрогнул, когда его дыхание обожгло кожу. Он медленно сдвинул волосы в сторону, давая губам больше простора. Его руки обхватили талию, прижимая к себе. — Ты пахнешь... — он вдохнул глубже, — как любовь. Мин Джу откинула голову назад, чувствуя, как мурашки бегут по коже. Её спина прижалась к его груди, и она на мгновение закрыла глаза, растворяясь в этом ощущении. — У нас же сегодня выходной, да? Её шёпот прозвучал томно, когда она наклонила шею, давая ему больше доступа к нежной коже. Его рука крепче обхватила талию, и Мин Джу вцепилась в неё, словно это единственная опора прямо сейчас. — Выходной, да, — его губы скользнули к мочке уха, оставляя горячий поцелуй. — Но у нас есть планы. — Да, — её дыхание прервалось, когда она развернулась к нему, впиваясь пальцами в его шею и притягивая к себе. Их губы встретились в жадном, нетерпеливом поцелуе. Ин Хо шагнул вперёд, прижимая её бёдра к краю стойки. Его руки скользнули под пиджак, ощущая тонкую ткань блузы и тёплое тело под ней. Последнее время их поцелуи стали другими — более страстными, более голодными. Мин Джу провела языком по его нижней губе, и в ответ услышала тихий рык, вырвавшийся из его груди. Её ладони скользнули по плечам, впиваясь в мышцы, пытаясь притянуть его ещё ближе. Он снова опустился к её шее, покрывая кожу влажными поцелуями, не оставляя ни сантиметра без внимания. Её пальцы дрожали, когда она взяла его руку и опустила ниже — к краю короткой юбки, к оголённой коже бедра. — Нет, — он прервал поцелуй, поднимаясь к её подбородку, зная, что ей придётся поправлять макияж. — Пожалуйста, — её голос звучал как мольба, когда она подняла его руку выше, к внутренней стороне бедра. Мин Джу слегка отклонилась, раздвигая ноги шире, её глаза — тёмные, полные желания — не отрывались от его лица. Грудь Ин Хо тяжело вздымалась. — Мы же не хотели торопить события, Мин Джу, — напомнил он, но пальцы уже слабо поглаживали мягкую кожу её бедра. — Мы и не торопим, — её губы дрогнули в умоляющей улыбке. — Просто... помоги мне расслабиться. Ты же хочешь сделать мне приятное? Её взгляд — смесь мольбы и вызова — заставил его широко улыбнуться. Его рука поднялась выше, останавливаясь в паре сантиметров от кружевного края трусиков. — Как пожелаешь, Мин Джу, — он медленно приблизился к её лицу, коснулся губ и начал смаковать поцелуй, чувствуя, как она дрожит в его объятиях. Ин Хо нравилось видеть её именно такой — мягкой, послушной, покорно изгибающейся под каждым его прикосновением. Она ластилась к нему, как кошка, жаждущая тепла и власти одновременно. Он чувствовал её желание — это было почти осязаемо: в том, как она впивалась в его губы, с голодом, с напором, будто боялась потерять момент. А потом — этот мягкий, извиняющийся язык, скользящий по разорванному поцелую, словно просил прощения за нетерпение. Он медленно провёл пальцем по внутренней стороне её бедра, ощущая сквозь ткань влажное бельё, и в ответ услышал её довольное, низкое мычание. Его свободная рука переместилась со спины на тонкую шею Мин Джу — не грубо, а властно, почти ласково, удерживая её лицо ближе к своему, не позволяя ей отстраниться. Палец надавил на центр влажной ткани, нащупывая через неё чувствительный бугорок, и Ин Хо начал нежно, но уверенно тереть его круговыми движениями. Мин Джу задохнулась от удовольствия, её стон сорвался с губ, как выстрел, — внезапно, почти испуганно. Она двигала бёдрами навстречу, теряясь в ощущениях, откидывая голову назад, полностью отдавая себя ему — в теле, в дыхании, в беззащитности. Он сдвинул ткань в сторону, и её смазка тут же оказалась на его пальцах — горячая, тягучая, предвкушающая. Он провёл вдоль влажных половых губ, задерживаясь у самого входа, то лаская клитор, то мягко надавливая на чувствительное кольцо мышц, от чего Мин Джу резко вцепилась в его руку, словно пыталась удержаться в этом мире. В её глазах горел огонь — не только страсти, но и абсолютного доверия, чего-то почти сокровенного. Впервые она смотрела на него так — не просто желая, а позволяя себя желать. Он ввёл один палец внутрь, чувствуя, как она жадно сжимается, и её бёдра сами начали двигаться, словно подчиняясь инстинкту. Её веки дрожали, дыхание стало тяжёлым. Ин Хо добавил второй палец, сгибая их внутри, и с каждым движением цеплял за чувствительную переднюю стенку — её тело отозвалось дрожью. — Ин Хо… — её голос был затуманен, протяжен, как стон, она придвинулась ближе, жаждая поцелуя, но его рука на шее всё ещё держала её, как якорь. Внезапно он отстранился. Вынул пальцы и, глядя ей в глаза, медленно облизал их, смакуя её вкус. Мин Джу казалось, что в этот момент она могла задохнуться — от желания, от нахлынувших ощущений, от него. Ин Хо опустился перед ней на колени, не сводя с неё взгляда, и начал целовать её ногу — от колена выше и выше, пока не оказался почти у самой её середины. Он стянул с неё бельё, а она, не раздумывая, приподняла ногу, позволяя ему легче это сделать. Он уложил её бедро себе на плечо, поддерживая и целуя уже почти на границе дозволенного. — Ты даже не представляешь, как я тебя люблю, Мин Джу, — прошептал он, и его голос прозвучал как признание, как присяга. Он коснулся языком её половых губ — нежно, сдержанно, и девушка тут же содрогнулась, вцепившись пальцами в его волосы. Он снова ввёл в неё палец, а её спина выгнулась дугой, дыхание стало прерывистым, словно каждое новое движение отбирало у неё остатки сил. Ин Хо не терял ритма — он знал, где искать, и снова и снова находил её клитор, лаская его языком, доводя до предела. Он водил по нему, закручивая спирали, иногда причмокивая — так жадно, так точно, что её тело почти билось в конвульсиях. Его язык стал жёстче, быстрее, настойчивее, и когда он снова придавил чувствительную точку — она вскрикнула. Этот стон был как удар — пронёсся по комнате, словно раскат грома, наполненный всей смесью её наслаждения и потери контроля. Ещё пара движений — и Мин Джу расслабленно осела в его руках, дрожа, задыхаясь, с головой, откинутой назад в абсолютной, сладкой истоме. Ин Хо медленно поднялся, чувствуя вкус её на своих губах, и легко поцеловал её в губы, будто ставил печать. — Нам всё же надо выходить, милая, — тихо сказал он, с мягкой улыбкой.

***

Они приехали в семейный дом Ин Хо под вечер, в полумраке моргающих фонарей, бросая друг на друга взгляды — тёплые, молчаливо довольные. Что-то в этой простоте сближало их даже сильнее, чем все шумные приёмы Сеула. Маль-сун, как заведённая, металась по дому, подбирая посуду со стола, вытирая крошки, унося чашки, как будто не могла усидеть на месте — суета была её языком любви. Мин Джу чувствовала себя на удивление спокойно. На своём месте. Ин Хо сидел рядом, справа от неё, а по левую сторону — его семья. Эта простая, настоящая близость пугала её меньше, чем она могла себе представить. Дом был чужой, но странно уютный — и во всём сквозило прошлое. Потёртые стены, старое дерево с трещинами и теплом ладоней прежних поколений, маленькая кухонька, низкий стол, за которым ели на полу. Мин Джу давно не видела ничего подобного — ни в своей квартире, ни у кого-то из её круга. Она никогда бы не назвала обстановку бедной, нет — скорее, честной. И потому особенно душевной. — Вы уже определились с датой? — поинтересовался Джун Хо, жуя кимчи, глядя через стол на брата и его невесту. — Да, весной следующего года, — ответила Мин Джу с мягкой улыбкой, кивнув Маль-сун в знак благодарности, когда та поднесла ей чашку чая. — Мы пока не слишком вовлечены в организацию. Я попросила свою подругу, однокурсницу — она займётся всем. — Тебе неинтересны свадебные хлопоты, дочка? — спросила Маль-сун, внимательно глядя на девушку. Мин Джу чуть замерла от неожиданного обращения, но быстро справилась с собой. — Работы сейчас много, госпожа. — Она сделала небольшой поклон. — А свободное время мне куда приятнее тратить на Ин Хо... и на вашу семью, чем бесконечно листать свадебные каталоги. Маль-сун кивнула, и в её взгляде мелькнуло нечто почти материнское — тёплое, принимающее. Как будто она в этот момент окончательно поняла: эта девушка действительно будет рядом с её сыном. — Ну и хорошо, — тихо сказала она, — главное, чтобы всё прошло так, как вы сами хотите, дети.