13. Судьба Тринадцатого

Что-то зазвенело там, где билось сердце Дерена, и начало расти, как огромное чудовище, которому тесно в объятиях костяной клетки. Хизер наверняка это ощущала, касаясь его груди так осторожно, словно та могла сломаться. — Хизер, но ведь я… — начал Путник охрипшим голосом и осекся, нервно сглатывая, потому что не верил в происходящее. Вообще-то Дерен не ожидал, что она его опередит — сам хотел набраться смелости и все ей рассказать, но гораздо-гораздо позже. Горевшее в его душе чувство было похоже на взрыв, на безумие, на огромный цветок мака. Он не знал, когда это началось. Вероятнее всего в тот день, когда серая сталь его глаз впервые схлестнулась в неравной битве с янтарным пожаром в ее зрачках. — Я тоже тебя люблю, — наконец ответил он, и вспышка улыбки озарила лицо, когда он невесомым движением заправил за ухо прядь ее волос. Она перед ним такая уязвимая и родная, что сказанные выше слова не могли выразить все его чувства к ней. Сейчас не были важны звания, желания их родителей и даже судьба их страны. Остались только они сами. И они были друг у друга. Дерен вновь потянулся к ней и поцеловал. Раскаленное желание смешалось с нежностью в одно взрывчатое соединение, и остановить химическую реакцию было невозможно. Услышав об ответных чувствах, Хизер не сдержала слабую улыбку. Вдруг стало так приятно и легко, как будто с плеч свалился тот тяжкий груз, что ещё недавно непосильной ношей давил на неё. Аккуратно она запустила руку под футболку Дерена и провела рукой по его животу, медленно поднимаясь к груди, словно бы проводя очередное изучение местности перед главной миссией. Наверняка раньше можно было нащупать рёбра, но сейчас благодаря хорошему питанию он был крепким и здоровым, что не могло не радовать. Они вновь соединились в нежном поцелуе, и лишь одна мысль проскочила в голове — хорошо, что она успела запереть дверь через терминал, едва Дерен вошёл в кабинет, чтобы никто их не увидел. Слегка вздрогнув от прикосновения узкой женской ладошки, Дерен окончательно все понял. От Хизер веяло жаром, дыхание прерывалось, словно ей не хватало воздуха, и он становился смелее, понимая язык ее тела. Когда они высказали друг другу то, что хотели, все чувства между ними стали казаться правильными и простыми, равно как и их желания. Дерен скинул свою хулиганскую кожанку, бросив ее на спинку стула, и помог Хизер снять военную куртку. Его руки уже гораздо смелее нырнули под ее рубашку, пальцы пробежались по позвонкам на спине, наслаждаясь мягкостью и упругостью атласной кожи. Медленно, шаг за шагом, он вел их обоих в сторону спальни, не разрывая поцелуй. Для Хизер это было волнительно, в частности, потому что она знала, насколько неправильно поступала и по отношению к своему долгу и по отношению к самому Дерену. Всего несколько шагов — и она лежала на мягкой постели, в то время как Дерен оказался сверху. Иронично, но скорее всего именно на этой кровати в ближайшем будущем Хизер будет спать с тем офицером, которого была вынуждена выбрать себе в мужья. И всё-таки в груди вместе со страстью горела уверенность, какой раньше девушка не ощущала — она хотела разделить этот момент первой близости только с Путником и ни с кем другим. Их взгляды пересеклись, и в глазах Дерена офицер увидела тот же трепет — он явно ощущал себя как на минном поле, боясь сделать хоть что-то неправильно. Хизер мягко погладила парня по розоватой щеке, стараясь показать, что не отправит обратно в камеру с фотонно-резонансным полем вместо решётки. Грудь Хизер вздымалась, она улыбалась так, словно хотела его. Эти глаза под густыми ресницами просто… они действовали на него сильнее, чем звуки гитарных струн и самый забористый алкоголь. Сверяя каждый свой шаг с ее реакцией, Дерен помог ей раздеться, потом разделся сам. Когда они оба остались в одном нижнем белье, пальцы его пробежались по ее бедрам, талии и груди, запоминая каждый дюйм ее гибкого, крепкого тела. Он наклонился, поцеловал неровный шрам на ее животе, который остался после ранения арматурным штырем. Тот почти затянулся, но Путник помнил, какой страшной была та рана. Если бы он тогда передумал, если бы не пришел на помощь… Вздымающаяся грудь девушки еще пряталось под тонкой черной тканью, поцелуи Хизер стали горячее, требуя большего, и всепоглощающее желание сделать ее полностью своей в этот момент заставляло Дерена учащенно дышать. — Ты уверена, что хочешь этого? — спросил он, нависнув над ней так низко, что его светлые волосы, выбившиеся из хвоста, падали на ее лицо. — Так точно, — со слабой улыбкой ответила хрипловатым голосом офицер, одной рукой мягко поглаживая Дерена по голове и осторожно запуская пальцы в гладкие светлые волосы. — Только… Отведя взгляд, Хизер взволнованно выдохнула, не зная, осознавал ли Дерен, что это был её первый раз, или нет. — Будь нежнее, ладно? Просьба прозвучала немного испуганно, и Дерен сразу понял, что никто и никогда не видел того, что видит он. Он был первым мужчиной, с которым Хизер стала близка настолько, чтобы обнажиться перед ним, стать податливой и бескостной — нежной. И это ее ироничное «так точно», брошенное с улыбкой, чтобы скрыть волнение — никогда еще он не любил ее сильнее. — Я буду очень осторожен, — понимающе прохрипел он, глядя на нее остекленевшими от желания глазами. — Я знаю, что ты не любишь показывать боль, но прошу тебя, не скрывай от меня, если станет неприятно. Полностью осознавая всю возложенную на него ответственность, Дерен вновь поймал ее губы своими, а после начал спускаться к шее до впадинки между ключиц. Обнажил ее небольшую аккуратную грудь, обводя языком твердые ореолы ее темных сосков. Одежды на них больше не осталось, жар тела Хизер не давал ему почувствовать прохладу безликой комнаты — он вообще сейчас смутно осознавал, где находится, полностью сосредоточившись на женщине в его полной власти. С губ офицера сорвался приглушённый стон от будоражащих прикосновений губ к груди, вызывающих волну мурашек по обнажённой спине. Пальцы слегка сжали светлые волосы парня, что пытался сдержать обещание — его прикосновения были легче, чем у сухого ветра на Столичной пустоши. Ладонью она провела по напряжённому плечу Путника, мягко поглаживая его и показывая, что полностью доверяет. Всего лишь полмесяца назад Хизер была готова скорее застрелиться, чем оказаться под кем-то, но сейчас чувствовала, что могла позволить такое только одному блондину с небрежно завязанным хвостом на затылке. Дерен покрывал поцелуями каждый дюйм его тела — вздымающиеся ребра, гладкий впалый живот, ложбинку на границе ее пупка. Находил такие места, от прикосновения к которым она начинала задыхаться. Распалял ее, чувствуя, как и без того горячая Хизер нагревается все больше, как ядерный реактор. Решительно разведя ее колени в стороны, он положил пальцы на самое чувствительное место между ее ноги и понял, что она не лгала и действительно была готова. С губ ее сорвался тихий стон, когда он коснулся влажных складок, что наощупь казались нежнее лепестков орхидеи. Прикосновения становились все более необузданными, и Дерен старался сдержать себя и осторожничать, пока пальцы Хизер не впились в его плечи, безмолвно требуя большего. Он уперся в матрас по обе стороны головы девушки и заставил ее обнять его ногами за талию, а после осторожно вошел и замер, давая ей привыкнуть к своему присутствию внутри себя. Рассматривал каждую черточку ее лица, чтобы уловить малейшие признаки боли, которую может нанести мужчина, впервые проникающий в девственное тело женщины. Издав громкий стон, прикусив губу, Хизер слегка выгнулась в спине. Лёгкая боль пронзила тело, вместе с тем смешиваясь с горящей внутри страстью. Закинув голову назад, медленно выдыхая, девушка старалась привыкнуть к столь странным ощущениям. Даже сейчас ей не хотелось выглядеть слабой и уязвимой, и офицер нервно сглотнула, аккуратно сжимая слегка дрожащими руками крепкие плечи парня. Она была безмолвно благодарна за то, что он старался дать ей время привыкнуть — продолжал целовать бледную шею, наверняка понимая, что она испытывала небольшую боль. Наконец, немного расслабившись, Хизер аккуратно положила ладонь на пылающую щёку Дерена и улыбнулась, стараясь показать, что он мог продолжать. Осознав, что Хизер удалось преодолеть важный рубеж и пережить первую боль, Дерен начал двигаться внутри нее, поначалу медленно и плавно, но затем постепенно наращивая ритм. Отчаянная любовь к девушке, что дрожащими руками крепко обнимала его, пытаясь расслабиться и в то же время не показывать свою боль, переполняла его тело и душу. Прижавшись к ней всем телом, он неторопливо пробовал на вкус ее губы, ласкал чувствительные участки кожи под ее подбородком и изящную тонкую шею. Обжигая дыханием, Дерен запустил пальцы в мягкие каштановые волосы девушки, так соблазнительно пахнущие орхидеей. Стен между ними не осталось: лишь запахи пота, секса и цветов на руинах баррикад, которые они разрушили. — Всё хорошо? — томным голосом с бархатисто-сладострастной ленцой спросил он, откидывая со лба взлохмаченные волосы. Несмотря на богатый опыт с женщинами, Путник не был уверен, что сможет привести ее к точке высшего наслаждения в первый раз, но он очень старался, чтобы этот самый раз хотя бы не вызвал у нее отторжения в дальнейшем. Потому что позже он собирался попробовать с ней очень много приятных вещей — таких, от которых у нее звезды будут загораться в глазах, а в соседних квартирах подумают, что он ее убивает. Ведь она была его спасением, его американской мечтой. Постепенно боль стала отступать, заменяясь приятными, доселе неизвестными ей чувствами настоящей любви и страсти. Напряжённо дыша, ощущая, как неторопливо и осторожно двигается внутри парень, офицер лишь кивнула на его вопрос, после чего мягко поцеловала, прикрывая глаза. Если раньше у неё были сомнения, то с каждой минутой они всё больше таяли, как сама девушка, будучи рядом с Дереном. Что бы ни было дальше, она не жалела, что первый раз посвятила именно Путнику. Ногами непроизвольно она слегка сжала талию Дерена, замечая, как на его лбу блестели крохотные капельки пота. Казалось, он был сосредоточен, словно бы взламывал сложный сейф или собирал оружие. Со временем, Хизер больше расслабилась, позволив себе издавать тихие стоны, когда парень ускорился. — Моя девочка… — слетело с губ Дерена, когда находясь внутри нее, он ощущал незримую нить между ним и Хизер, что только крепла, превращаясь в прочный канат с каждым интенсивным толчком. Хизер становилась все более раскованной и даже слегка стонала, почти отпустив свой железобетонный контроль. Бедра их двигались в унисон, тела и лица стали мокрыми от пота, и парень чувствовал, как каждый уголок его тела напрягается, и это напряжение волнами постепенно концентрируется внизу живота, выводя на финишную прямую. Остановиться было невозможно — только Хизер могла это сделать, имея над ним полную власть, но она не просила, а наоборот — вошла в ритм, обучаясь в процессе и позволяя себе все больше и больше коротких прикосновений, нежных поцелуев и других вольностей. Дерен не сразу понял, оргазм на него обрушился, или это все же была маленькая смерть. Волна удовольствия заставила тело выгнуться в позвоночнике, почти сразу схлынув обратно и оставив телу лишь интенсивную дрожь. Ноги слегка дрожали, выдавая трепет тела, подчиняющегося Дерену. Наверное, раньше она бы убила себя за подобные мысли, но принадлежать ему в эти минуты было чем-то столь приятным и будоражащим, что весь мир остался где-то лишь на фоне, вместе с проблемами, долгом и работой. Несколько последних толчков были особенно резкими, выбивая из неё чуть более громкие стоны удовольствия, хотя девушка всё же пыталась быть тише, чтобы никто их не услышал. Когда парень остановился, офицер осторожно притянула его ближе к себе и одарила коротким, но жарким поцелуем. Её пальцы на пылающих щеках Путника слегка дрожали. Хизер ощущала его горячее дыхание, и ей казалось, что даже несмотря на систему кондиционирования, здесь было нестерпимо жарко. Особенно сильно жар ощущался внизу живота, приятным теплом растекаясь по всему телу вместе с будто кипящей кровью. Дерен пытался выровнять сбившееся дыхание, но безуспешно. Ощущая себя приятно измотанным, он пристроился рядом с Хизер, которая тоже тяжело дышала и слегка дрожала, будто от холода. Он крепко прижал ее к себе и обнял, укрывая ее обнаженное тело в коконе из своих рук и в точности повторяя ее позу. Он будто хотел защитить ее, поместить их обоих под купол, за который не прорвутся скучные уставы, долг перед страной и красно-белые полосы американского флага, осуждающе трепыхающиеся от ветерка вентиляции. Казалось, что девушка стала в несколько раз меньше лишившись своей анклавовской формы и львиной доли дисциплинированности. Дерен представил, как она сможет раскрыться, окажись они в ином месте, где у стен нет ушей, а жизнь не проистекает по расписанию и маршу, под ритм которого которого надо подстраивать даже соитие. Впрочем, у них на это еще было время. Казалось, что им принадлежало все время мира. — Я люблю тебя, — ласково шепнул Путник, проводя кончиком пальца по ее острому подбородку и поворачивая ее лицо к себе так, чтобы увидеть блестящее темное золото в янтарных глазах. А больше, в общем-то, сказать ему было ей нечего. Аккуратно уткнувшись носом в горячую шею, вдыхая запах близкого человека, Хизер осторожно прижалась к нему, будто бы ища больше тепла, хотя и ощущала нестерпимый жар. — И я люблю тебя… — прозвучал тихий ответ, когда Хизер аккуратно заправила торчащие пряди золотистых волос за ухо парня, что обнимал её, и словно бы никогда не хотел отпускать. На столе среди кучи бумаг с печатным текстом и серых папок молчаливо цвела одна орхидея, распустив золотистые лепестки и тонкие зелёные листья, будто бы тянулась к яркому свету потолочной лампы над тихо гудящим терминалом.

***

Пара и не заметила, как уснула в тёплых объятиях друг друга. Лишь внутренние часы заставили Хизер, как обычно, проснуться ранним утром, а затем осторожно выпутаться из крепких объятий похрапывающего Дерена и надеть белье, валявшееся где-то на краю кровати. Тихими шагами она подошла к столу и включила кофемашину — две чашки разбавленного напитка вскоре оказались полными. Приятный аромат горячего кофе заполнил комнату, и Хизер, осторожно поправив сползающую лямку бюстгальтера, села на край постели, мягко положив руку на плечо всё ещё дремавшего Дерена, что теперь прижимал к себе белую подушку — словно бы ему было просто необходимо обнимать кого-то или что-то во сне. — Доброе утро, — негромкий голос окликнул парня, что жмурясь обернулся, пытаясь понять, где он вообще находился и сколько было времени. — Вставай, я заварила кофе. Дерен давно не помнил, чтобы ему так хорошо спалось. Лишь пару раз за ночь он просыпался и внимательно всматривался в спокойное лицо Хизер, чтобы убедиться, что вчерашняя близость случилось с ними на самом деле. Но все было реальностью: она мирно лежала у его на руке, свернувшись калачиком, как фигурка на дне коробки с игрушками. Девушка, с которой он легко обменивался колкостями, болью, а теперь еще и любовью, была самой что ни на есть настоящей. Услышав еще не до конца бодрый голос Хизер, Дерен заурчал и ловко перехватил ее узкую ладонь, подтягивая к себе, чтобы оставить поцелуй на губах. — Нет ничего лучше утра, когда тебя будит офицер Анклава в одном нижнем белье и говорит, что кофе готов, — сонно промурлыкал он, запуская пальцы в ее разлохмаченные каштановые пряди. Лишь снисходительно вздохнув, пригладив торчащие во все стороны волосы Дерена рукой, девушка одарила его слабой улыбкой. Иногда его шутки раздражали, но сегодня настроения на это не было — Хизер слегка сжала ладонь парня и потянула, заставляя медленно сесть. — Пойдём, пока не остыл, — спокойным голосом позвала его девушка, поднимаясь. — У тебя ведь ещё смена начинается через час, помнишь? Черт, у него же была работа! Утонув в этом ощущении праздника, Дерен совсем позабыл об этом, но Хизер как всегда безупречно помнила и о своих обязанностях и о его. Проворчав что-то про невразумительное, Путник торопливо поднялся и прошел в крошечную ванную Хизер, откуда вернулся уже посвежевшим и с аккуратно собранными в хвост волосами. Он не спешил утруждать себя натягиванием футболки и куртки, поэтому сел пить кофе рядом с Хизер обнаженным по пояс. Пожалуй, он не врал, сказав Хизер про утро. Несмотря на ее привычно сосредоточенное выражение ее лица, это все равно было лучшее утро. И лучший кофе. Все после вчерашнего казалось окрыленному любовью парню особенным, будто он смотрел на мир другими глазами. Даже квартира Хизер казалась не такой мрачной, наполнившись ароматами кофе и орхидеи. Девушка отстраненно молчала, опустив взгляд в чашку, и Дерен судорожно осматривался, пытаясь найти тему для разговора. Обычно девчонки уходили от него еще до завтрака, избегая всех этих утренних разговоров. — Много работы днем? — поинтересовался он у возлюбленной, что снова постепенно преображалась в непробиваемого офицера. Отпивая горячий кофе из чашки, довольно прикрывая глаза, она выдохнула, подпирая ладонью подбородок. Для неё утро было не менее приятным, чем вечер — словно бы они могли провести вместе ещё целый день. Жаль, что нужно было закончить работу. — Всего лишь бумаги, а потом тренировка кадетов… Ещё нужно твоё досье обновить, — ответила ему девушка, посмотрев на парня. Жаль, что они не смогут спать рядом каждую ночь. — Надеюсь, никто не заметил, что тебя не было в общих спальнях ночью… Услышав про досье, Дерен заметно оживился. Все-таки любопытно было почитать о том, каким его видела Хизер задолго до их знакомства. — Это секретно? — осторожно подступился он, прокручивая чашку в длинных пальцах. — Всегда было интересно глянуть на биографию Одинокого Путника со стороны. — Ну… — немного подумав, она вздохнула, посчитав, что много вреда от этого всё равно не будет. — Ты можешь прочитать, но там устаревшая информация. Отпив ещё глоток кофе, она поднялась и подошла к своему терминалу, вводя достаточно длинный и сложный пароль, который помнила наизусть. Открывая папку, где хранились открытые для её должности досье с информацией, она позволила Дерену усесться в кресло, потирая ладони. — Только не натвори ничего, ладно? — на всякий случай предупредила девушка, после чего пригладила свои растрёпанные каштановые волосы. — Я буквально на пять минут в душ. — Я могу сходить второй раз с тобой, если хочешь? — весело крикнул Дерен ей в удаляющуюся спину, но снисходительное хмыканье со стороны Хизер переводилось как «обойдешься». Улыбаясь во весь рот, Дерен глотнул еще кофе и крутанулся в кресле, а затем закинул ногу на ногу. Казалось, что счастья в нем столько, что вот-вот оно сломает грудную клетку и вырвется наружу, заливая квартиру Хизер чистым светом. Услышав в ванной комнате шум льющейся воды, юноша нажал кнопку, включая терминал. «Новое сообщение! Всему высшему офицерскому составу: ГЭКК был перенесёт в складское помещение №6. Его охрана и защита является приоритетной задачей. Несанкционированный доступ влечёт за собой строгое наказание по законам военного времени». Кажется, это читать Дерен не должен был, и потому, негромко вздохнув, парень закрыл сообщение, а затем перешёл в папку со своим именем, и вчитался в текст, дабы забыть об этом ГЭККе. «Имя: Дерен Фамилия: Форд Возраст: 23 года Статус: в розыске Обвиняется в государственной измене, нескольких убийствах первой степени, пособничестве вражеским организациям, расхищении государственного имущества и оказании сопротивления властям, а также укрытию других лиц в розыске. Примерное описание: Молодой парень примерно 20-25 лет европеоидной расы, имеет серые глаза и светлые волосы, которые предпочитает завязывать в хвост. Рост — примерно 5,9-6,0 футов. Обычно носит кожаную куртку с нанесённым на спину рисунком змеи. Информация: Родился у Кэтрин и Джеймса Форда, основателей проекта «Чистота». Происходит из убежища 101, которое покинул в 2277 году. С тех пор обвинён во множестве преступлений и государственной измене. Является активным пособником Братства Стали. Известен на радио «Новости Галактики» как «Одинокий Путник». Прим. пользователя #1: Отследить направление цели с помощью информации с радио. Прим. пользователя #2: Возможно, собирается найти ГЭКК. Исследовать довоенные накладные Волт-Тек. Прим. пользователя #3: Какого чёрта эти идиоты его выпустили? Прострелю же я кому-то колени… Устроить засаду в Вашингтоне, пока он не добрался до Цитадели.» Сухие строчки отчета Дерена здорово развеселили. Так вот каким злодеем видела его Хизер Отем для знакомства: изменником, преступником, неисправимой сволочью. Неудивительно, что она так старательно поворачивала колесико пульта на щедрый электрический разряд, когда пытала его. Хизер была поистине рьяным охотником, и глядя на примечания, Форд убедился, что при иных обстоятельствах уже бы кормил червей на руинах Вашингтона. Впрочем, он видел ее не меньшей злодейкой, наивно полагая, что организация определяет человека. Обернувшись на мятую постель, которая вчера стала их полем боя совсем иного рода, Дерен лишь усмехнулся тому, как быстро меняется погода на Пустошах. Имена родителей слегка резанули по сознанию, напоминая разговор с полковником Отемом, по вине которого он стал круглым сиротой. Тогда ему удалось загнать в кулак отчаяние от той встречи и вдавить его в стену подсобки. Вода за стеной еще шумела, и Дерен позволил себе вольность — переместил курсор на гиперссылку «Чистота», но слегка промахнулся, и попал на слово «Убежище». Экран обновился, и в списке появились сотни других подземных бункеров, выстроенных в столбик. Дерен не думал, что их столько. Казалось, что ими застроена вся страна. Неужели везде там проводились бесчеловечные эксперименты над людьми? Убежище 13 оказалось первым в списке, и о таком Дерен точно не слыхал. Судя по дате, оно было первым из обнаруженных. Вновь воровато обернувшись в направлении, в котором ушла девушка, Путник кликнул на досье Убежища 13. «

УБЕЖИЩЕ 13

Начало строительства — август 2063 Окончание строительства — март 2069 Общее количество жителей — ~1000 (при полной эксплуатации на момент закрытия) Статус: Уничтожено Располагалось в содружестве Юго-Запада (Калифорния). На момент 2242 года было единственным убежищем в регионе, где ещё оставались живые резиденты. Из-за необходимости в чистом генетическом материале для создания усовершенствованного штамма ВРЭ, все жители были в добровольно-принудительном порядке передислоцированы на главную базу Анклава, располагавшуюся на нефтяной платформе у берегов Сан-Франциско. В результате экспериментов: Погибло — 39 человек Мутировало — 41 человек Выжило без генетических изменений — 2 человека Из-за человека, известного как «Избранный» среди дикарей, местному отделению Анклава не удалось закончить опыты — все резиденты сбежали с базы на нефтяном танкере. Согласно последним региональным отчётам от 2243 года, выжившие смешались с дикарями, основав поселение «Нью-Арройо». Дальнейшая судьба бывших резидентов убежища 13 неизвестна. Более не рекомендуется использовать их как генетический материал для создания усовершенствованного штамма вируса.» Горячий кофе обжег горло, и Дерен закашлялся. Мирное утро вмиг наполнилось тревогой, когда он почти уткнулся носом в экран, перечитывая строки и надеясь, что понял что-то не так. Нет, он не ошибся. Анклав действительно пришел в Убежище 13 и уничтожил почти всех его жителей. И не просто лишил их жизни, а проводил над ними жуткие эксперименты с ВРЭ, от которых испытуемые либо переставали быть собой, либо умирали самой страшной смертью из всех, какие можно себе представить. Дерен уже слышал эту аббревиатуру и знал, что бывает с теми, кто подвергается его воздействию. Те супермутанты, что бродили по Столичной Пустоши и едва не прикончили Хизер — они появились на свет благодаря вирусу рукотворной эволюции. В желудке закопошилось какое-то мелкое, беспокойное животное, и Дерен сглотнул, пытаясь справиться с накатившим на него ужасом. Он лично пригласил Анклав в свой дом — в Убежище 101. Туда, где тоже жили люди с чистым генетическим материалом. Он оставил их там вместе с Анклавом, наивных и неподготовленных к жизни, да и сам был не лучше: поверил, что организацию, на которую он сейчас работал, просто выставляли в черном свете. Путник не услышал, как выключилась в ванной вода. Не почувствовал присутствия Хизер за спиной, полностью оказавшись во власти зеленого света и букв на экране терминала. — Ну, ты закончил? — буднично поинтересовалась подошедшая к офисному столу девушка, поправляя воротник своей бережно выглаженной офицерской формы чёрного цвета с бежевыми вставками. Взгляд пробежал по тексту, и брови Хизер удивлённо приподнялись, когда она заметила, что именно читал Путник. — Как ты вообще залез сюда? На лице Дерена уорент-офицер заметила нескрываемую тревогу и прекрасно понимала, почему — история об Убежище 13 не была белой страницей в истории Анклава, скорее самым большим грехом… Оставалось надеяться, что парень не успел изучить другие «спорные моменты», противоречащие идеологии Анклава, вроде раскопок на Марипозе или убийстве нескольких семей, что отказались присоединиться к команде учёных Анклава. Она осторожно положила руку на плечо Дерена и почувствовала, как тот слегка вздрогнул, обернувшись и посмотрев на неё так, как если бы Хизер застукала его полуголым в кабинете где-то месяц назад, когда он ещё был в розыске. Первым порывом Дерена было стряхнуть руку Хизер. «Ты знала?» — хотел спросить он, но не стал, потому что, ну конечно, она все знала. — Почему ты не рассказала мне об этом, когда просила впустить Анклав в Убежище 101? — голос его проскрежетал холодным металлом, и в нем слышалось что-то тёмное, несвойственное Дерену. — Дерен, трагедия в 13 Убежище случилась почти сорок лет назад, — нахмурилась Хизер, скрестив руки на груди, намекая, что в то время ещё служил её дед, Отем-старший. — Я ведь пообещала тебе, что в твоём доме всё будет хорошо. Если сомневаешься — проверь тюремный блок, там нет никого из резидентов. Он поднялся, обходя Хизер по широкой траектории, и надел футболку. Старался не глядеть на девушку, когда набрасывал на плечи кожаную куртку. Как бы здесь ни пахло кофе и орхидеей, сейчас ему хотелось просто уйти и подумать. Если он совершил ужасную ошибку, простить он ее себе не сможет никогда. Дерен давно смирился, что живет в кредит, но жизни людей в его доме — они были важны. Хизер знала это лучше других, когда просила его принять решение, и все же скрыла от него информацию, которая могла на него повлиять. — Я у тебя никогда ничего не просил, — тихо сказал Форд, стискивая кулаки в кармане кожанки, чтобы девушка этого не увидела. — Всего лишь быть честной со мной. — Калифорнийское отделение Анклава было совсем другим. Мы не поддерживаем их методы, понимаешь? — нахмурилась Хизер, смотря на то, как торопливо собравшийся парень сверлил её взглядом. — Для меня жизни гражданских важны, Дерен, как и для моего отца, и для президента. Стиснув зубы, офицер отвернула голову, явно задетая такими обвинениями. — Чёрт, многие служащие — потомки резидентов убежища 76 в Вирджинии, думаешь, стали бы они убивать кого-то из 101? Кажется, Хизер действительно верила в то, что Анклав пришел в Убежище 101 с благородными намерениями, но ведь она была еще так молода и предана своей стране, что попросту не видела, что у нее до сих пор могли оставаться темные стороны. Просто она не видела лицо своего отца, когда тот безжалостно застрелил Дженис Каплински после того, как Джеймс Форд отказался добровольно передать Анклаву Очиститель. Не видела, как отряд полковника по его приказу расстреливал безоружных ученых на Мемориале Джефферсона. Ничего не стоило ему также заявиться в дом Дерена и провести там зачистку или сделать его жителей новыми подопытными кроликам. Впрочем, Дерен и сам был виноват. Влюбился в девушку и так хотел ей верить, что вытравил из памяти все плохие воспоминания и доверил ей самое дорогое и единственное, что у него осталось. После встречи с Отемом они начали вновь оживать, возвращаться и окрашиваться в багровые тона. Поэтому на себя он злился куда больше, чем на нее. Он глянул на часы, встроенные в Пип-Бой и заметил, что его смена начинается через несколько минут. — Я должен идти, — обронил он, не глядя на Хизер и словно закрываясь от нее. — Дерен, — окликнула его девушка, когда Путник уже почти вышел. — Я не нарушаю своих обещаний. Послышался тихий вздох, и парень, даже не взглянув на Хизер, холодно смотрящей ему в спину, вышел в коридор, поторопившись на работу, ведь опоздания техникам редко прощали.