15. То был мой путь

Силовую броню Дерен носить так и не научился, поэтому всё, что ему оставалось — это задирать голову и смотреть на солдат «Львиного Прайда» в полном облачении, которые обступили его со всех сторон. И вот лучше бы они просто запинали его ногами, но не пялились так, будто он убил их любимых дедушек. Впрочем, Дерена это мало волновало. Он собирался запустить Очиститель, и на этом завершить свои отношения с Братством навсегда. Сара Лайонс, которая по случаю важной миссии в кои-то веки надела шлем силовой брони, провела Путнику получасовой инструктаж, суть которого сводилась к двум словам: не высовывайся. Прикрытие Дерену до Очистителя обеспечивал «Львиный Прайд» в полном составе, и всё, что от него требовалось — просто выжить и набрать код на панели управления в главной комнате. Небольшим отрядом, им нужно было пройти через тоннель Тафта, тот самый, по которому Дерен и ученые эвакуировались в день, когда Мемориал Джефферсона осадил Анклав. Пока основные силы неприятеля отвлекал на себя огромный робот Либерти-Прайм, Путник и «Прайд» должны были попасть в Мемориал снизу, установить ГЭКК и запустить Очиститель. Звучало просто, но оказалось очень сложным в исполнении. Либерти-Прайма уже подняли на поверхность по шахте лифта, и теперь огромный строительный кран перетаскивал эту махину за пределы Цитадели. Дерен видел, как ноги железного монстра с грохотом встали на землю, поднимая тучи пыли. Над его головой пронёсся с десяток винтокрылов, устремляющихся к Мемориалу Джефферсона. О, робота там примут с распростертыми объятиями — в этом сопротивляться не приходилось. Паладин Варгас снял здоровенный замок с люка, ведущего в туннель Тавта, и Дерен в последний раз взглянул на безликое темно-серое небо и остовы разрушенных зданий Вашингтона, над которым возвышался Монумент Вашингтона. На том берегу Потомака грохнула артиллерия, и мир вокруг постепенно начинал гореть в горниле новой разрушительной войны. Эффектное, должно быть зрелище — увидеть бой между Братством и Анклавом, но Путнику вновь была уготована участь кротокрыса — бродить под тоннами бетона и земли, осыпаемому пылью разворачивающегося наверху сражения. Твердая рука Сары подтолкнула его вперед, и Дерен поставил ногу на лестницу. В тоннелях было темно, а пахло гнилью и сыростью. К счастью, здесь не было ни диких гулей, ранее занимавших подземелья, ни солдат Анклава, что держали оборону на поверхности. Однако проход закрывал энергетический барьер с тихо гудящим генератором на противоположной стороне. Синее фотонное поле мерцало, перекрывая проход в центр Очистителя. Сара молча махнула рукой рыцарю Сумраку, что установил возле барьера целую связку импульсных гранат — этого должно было хватить, чтобы вызвать перегрузку устройства. Короткий хлопок сопровождался яркой вспышкой, клубы пыли и пепла поднялись в воздух, но план сработал — барьер отключился, и отряд пошёл дальше. Наконец, показался люк, выводящий отряд в сам Очиститель. Сара была в напряжении, палец слегка сжимал курок — девушка в любой момент готовилась отразить атаку противника, зная, что приём отнюдь не будет тёплым. Грохот артиллерии сотрясал тоннель Тафта, вытряхивая из щелей многовековую пыль, и вскоре силовая броня «Львиного Прайда» покрылась тонким серым слоем, а волосы у Дерена стали совсем белыми. Едва юноша вскарабкался по лестнице и оказался в Мемориале Джефферсона, в нос ему ударил стойкий и знакомый запах тухлой воды, которая застаивалась в водяных фильтрах Очистителя. Здесь звуки стали громче — можно было различить гул винтокрылов, чириканье плазменных винтовок Анклава и лазерного оружия Братства, а чуть в отдалении артиллерия пыталась остановить Либерти-Прайма. Дерен снял с плеча лазерный пистолет — винтовку Линкольна он сдал на хранение в Анклаве и при побеге не рискнул делать крюк и забирать её из оружейной. Впрочем, основные силы Анклава были заняты сражением снаружи, и на пути в основной зал Мемориала им встречались лишь небольшие группы солдат. В каждом из убитых Дерену чудилось лицо Хизер. Что, если она здесь? Не исключено, что Отем отправит её на этот бой проверки ради — а вдруг переметнётся на сторону мальчишки из Убежища? Впрочем, он мог бы не беспокоиться — ненависть к Путнику и преданность Анклаву всё равно окажутся сильнее любви к нему. Завернув за угол, Путник и «Львиный Прайд» вышли в большой зал, где до войны экскурсоводы собирали туристов, разбредшихся по сувенирным лавкам. От ротонды, где располагался Очиститель, их отделяло пара десятков метров и зеленая дверь. Однако как бы ни была близка цель, путь оказался быстро отрезан — отряд тяжеловооружённых бойцов Анклава во главе лишь с одним офицером, что с ледяным холодом рассматривала ворвавшихся на государственный объект людей — и взгляд её янтарных глаз задержался лишь на одном парне, которого прикрывали собой паладины в силовой броне. Плечи слегка дрогнули, но не голос, когда Хизер без раздумий отдала приказ, понимая, что теперь выжить мог только кто-то один. — Огонь. В помещении начался хаос — стреляли лазерные лучи и вспышки плазмы, пыль и мелкая штукатурка, обваливавшаяся со стен, заволокли помещение лёгким туманом. Сара же, кивнув Варгасу, схватила Дерена за предплечье и пока шла ожесточённая схватка, буквально втолкнула того в главное помещение Очистителя, захлопнув за собой дверь, за которой продолжалась какофония выстрелов. Все происходило слишком быстро. Когда Дерен оказался в Мемориале, огня, криков, беготни, стрельбы и всего этого насилия стало слишком много, чтобы полностью осознать. Лицо юноши густо покрывали пот, пыль и грязь, рукоять пистолета нагрелась так, что стало больно держать без перчаток. Черная стена бойцов не смогла затмить её — одну из тысячи вспышек, что мелькали тут и там, сводя с ума глаза, но Дерен её узнал. Хизер Отем — девушка, которую он нашёл в луже крови в безжизненной пустоши, которую спас и защищал, и которую полюбил так, как не любил никого. Она смотрела только на него, и в глазах её кроме решительного льда не было ничего. Никаких обвинений, никакой обиды и вообще никакого прощения. Просто офицер Анклава выполнял приказ нейтрализовать Одинокого Путника, как в день их первой встречи. — Хизер! — выкрикнул он, когда офицер отдала приказ, но Сара грубо толкнула его вперед, не давая останавливаться. «Львиный прайд» поредел, и в Очиститель готовилась зайти лишь половина. Дерен подчинился дочери Старейшины. В конце концов, он даже не мог сказать ей, что ему жаль, потому что ему не было. В самом центре Очистителя оказалось довольно тихо — не было учёных, которых уже успели эвакуировать, не было кучи солдат, что насмерть стояли в сражении снаружи. Однако высокая фигура и два элитных бойца в силовой броне «Тесла» были готовы ко встрече с заскочившими внутрь противниками. — Стоит полагать, Дерен Форд, что здесь закончится твой путь, — холодный как сталь голос полковника давил на мальчишку, что посмел вторгнуться сюда после всего, что Анклав для него сделал. Короткий взмах руки полковника — Сара с силой толкнула Дерена в сторону, принимая удар на себя — яркие сгустки плазмы покрыли плечо и грудь брони, тихо шипя и довольно быстро разъедая металл. Страж быстро укрылась за колонной, стараясь отстреливаться. Дуло лазерной винтовки было раскалено до предела от непрерывной стрельбы, но в конце концов один луч прожёг самое уязвимое место в любой силовой броне — визор, и один из бойцов Анклава упал замертво. Дерен проворно прижался спиной с колонне, уворачиваясь от шипящего луча, который оставил на крошащемся бетоне черный след. Купол ротонды ходил ходуном, и казалось, вот-вот обрушится на голову. Было бы просто глупо встревать в бой между людьми в силовой броне, поэтому под завесой из дыма и пыли Путник стал осторожно подбираться ближе к лестнице, ведущей в кабину управления и той самой панели, на которой нужно набрать код. Сейчас Август Отем заслонял её своей широкой спиной. Дерен сощурился, беря полковника на мушку. Он ведь был неплохим стрелком и мог бы попасть прямо в голову. Это был лучший из его шансов — полковник высматривал его в другой стороне, и поднявшаяся пыль мешала ему разглядеть притаившегося за колонной Путника. Убийца Джеймса Форда был совсем рядом, и месть вот-вот могла свершиться. Дерен так долго об этом мечтал, но снова упустил возможность и не выстрелил — опустил оружие. Не мог он сделать сиротой еще кого-то, а тем более Хизер, хотя во многом ей было бы куда лучше без такого властного отца. Где-то в глубине израненного, кровоточащего в агонии сердца ещё теплилась мысль, что возможно когда-нибудь он получит её прощение, а этого ни за что не случится, если Отем будет мертв от его руки. Металл на броне продолжал медленно шипеть, поглощаемый вязкой светящейся плазмой, и Сара с тихим рычанием сорвала со своей брони сильно повреждённый металлический наплечник, бросив его в сторону — звук отвлёк бойца в броне «Тесла» как раз вовремя — лазерный луч поразил сначала его грудь, оставив лишь едва видимое повреждение, а затем — шлем. Тяжело дыша, девушка медленно поднялась и вышла из укрытия — они с Отемом встретились взглядами, направив друг на друга оружие. Казалось, что они могли бы стоять так вечно, буравя друг друга глазами, однако затем послышался громкий взрыв — с потолка мемориала посыпалась штукатурка и бетонная крошка. Лазерный луч поразил уязвимое плечо Стража, и та, тихо зашипев, тут же метнулась назад и укрылась за грудой металлических ящиков. Рука в металлической перчатке коснулась подпаленной плоти, но девушка сразу же одёрнула ладонь, почувствовав сильное жжение. — Чёртов ублюдок! — крикнула она, когда Отем стал медленно приближаться, держа пистолет наготове. Путь для Дерена к лестнице был открыт. Видя, что Сара и Отем вышли один на один, Дерен взлетел по грохочущей металлической лестнице. Сзади раздавались звуки боя, но он мог позволить себе тратить время и решить, кто победит. «ВНИМАНИЕ! Критическая поломка. В резервуарах нарастает давление. Требуется немедленный сброс во избежание взрыва», — компьютерный голос донесся из интеркома рядом со входом. Дерен застыл, не дойдя до шлюза, разделяющего ротонду и Очиститель. Похоже, что-то было повреждено во время битвы: либо случайно, либо Анклавом, который осознавал, что проигрывает сражение. «ВНИМАНИЕ! — настойчиво повторил голос. — В камере наблюдается смертельный уровень радиации». Путник услышал крик Сары за спиной, но не обернулся. Он знал, что если сейчас нажмет на кнопку и откроет двери, то это будут последние двери, в которые он войдет живым. Там, за ними, спасать мир будет уже ходячий труп. Дерен бегал и скрывался слишком долго, но одинокая дорога всё равно привела его обратно сюда, чтобы он выполнил предназначение, данное ему мертвыми богами Пустошей. Нам тупика не избежать, Я свой конец готовлюсь встретить, Я знаю, друг, чего мне ждать, Как жизнь прожил, готов ответить. Когда он напевал эти строчки в Ривет-Сити, он думал, будто готов к смерти, а на самом деле и понятия не имел, что это значит. Теперь они звучали в голове совсем иначе, и парень действительно осознал, что имел в виду Синатра. Ощущение, что ты достиг финала. Нашел своё место. Встал на самый край, потеряв всё, что было тебе дорого. — И то был мой путь, — тихо протянул Дерен, воображая нежный струнный перебор гитары, похожий на голос Хизер. Он нажал на кнопку, и двери открылись. Завершая свой путь, парень решительно шагнул в объятия невидимой смерти. Двери камеры управления с громким скрипом раскрылись под вой сирен, предупреждающих о быстро растущем внутри резервуаров давлении. Полковник обернулся и увидел, как Дерен прошёл в диспетчерскую. Наверняка сейчас пип-бой парня сходил с ума от не прекращающегося треска, и полковник хотел было метнуться к нему, чтобы раз и навсегда прикончить, когда раздался выстрел. Сара не стала дожидаться момента лучше — Дерен неплохо отвлёк на себя Отема. Луч горячей как само солнце винтовки прожёг в груди мужчины рваную дыру, частично сжигая ткань плаща и одежды вокруг. Рука Стража, дрожащая от раны в плече, безвольно упала в такт тела полковника. — Вот и всё… — нервно дыша, проговорила Сара, опираясь спиной на металлические ящики, чувствуя, как кровь медленно стекает по металлической броне. Она коротко взглянула немного мутным от боли взглядом за стекло, где Дерен уже подходил к заветной консоли, которая словно бы всё это время ждала лишь три цифры, чтобы наконец-то исполнить свой долг по очистке воды для каждого страждущего. — Неплохо, малой… — сорвалось с губ паладина прежде, чем она опустила голову, рукой пытаясь зажать рану. Теперь всё зависело не от неё. Цифры панели управления Очистителем призывно белели в неярком свете потолочной лампы. Томас Джефферсон строго смотрел на Дерена Форда сквозь мутное стекло, грязно-зеленоватая вода бликовала на прозрачных стеклянных стенах. «Вот я и вернулся, пап. Прости, что так долго бегал». Путник никогда не слышал, чтобы счетчик Гейгера на его пип-бое трещал так отчаянно. Словно мальчик Волт-Бой на экране из последних сил боролся за жизнь своего отчаянного владельца. Дерен достал из рюкзака чемоданчик ГЭКК и вынул из него компоненты, которые указала ему Доктор Ли. Вставил несколько колб в специальные отверстия на панели дополнительной фильтрации. Не торопился, чтобы случайно ничего не перепутать, да и куда торопиться? Все равно он уже мертв. «Не переживай, я исполню свой долг. И мне совсем не страшно». Каждый шаг давался с трудом, хотя их было всего ничего — всего пять до панели, но он так устал, что едва передвигал ноги. «Откровение 21:6. Я есмь Альфа и Омега, начало и конец; жаждущему дам даром от источника воды живой», — голос отца в голове будто переживал, что непутевый сын опять забудет код в самое неподходящее время. Радиация ничем не пахла и никак не ощущалась, но перед глазами словно плавали призрачные частицы. Сверкали миниатюрные молнии. Все должно закончиться здесь. В конце концов, к этому все шло с самого начала. Надеясь, что не ошибся, Дерен ввел код. 2….1….6… ENTER. Динамик рядом с панелью радостно пискнул, и вся комната озарилась ярким белым светом, будто как в довоенном кино, перед ним открывался рай. Он заполнил собой все и казалось, сейчас прорвет купол ротонды и вырвется наружу. Вот и всё.

***

Пыль стояла в просторном помещении плотным туманом, мешая видеть дальше своей руки. То и дело с потолка от взрывов, доносившихся снаружи, с трещин стен и потолка сыпалась белая штукатурка и мелкая бетонная крошка, небольшим слоем оседая на броне павших. А павших было много. Хизер, тяжело дыша, в руках сжимала плазменный пистолет и осторожно ступала меж распластавшихся на кафельном полу тел — анклавовцы, паладины, уже было почти не разобрать в полутьме грязного зала. Девушка нахмурилась — неужели все были мертвы? Битва действительно оказалась яростной, когда два элитных отряда Анклава и Братства схлестнулись насмерть. Внезапно рядом показался тёмный силуэт — Хизер метнулась в сторону как раз вовремя: лазерный луч пробил в каменной стене небольшую дыру, и маленькое облачко дыма устремилось вверх. Девушка выпрямилась, направив плазменный пистолет туда, откуда стреляли — высокая тень медленно приближалась, и через рассеивающийся туман пыли стали видны очертания брони паладина… Варгасу не были важны её погоны, награды и другие военные цацки — для него Хизер Отем — недоеденная мышь, которую увели из его клетки. Не нужно было верить елейным речам этого тощего мальчишки, и зря Сара не слушала опасения паладина насчет этих двоих. А сейчас он возблагодарил богов за предоставленный второй шанс. Добычу подали ему на блюдечке, да еще в самый удачный момент, когда все тело так и искрит от адреналина. Несмотря на измотанность от жестокой битвы, паладин был уверен в себе и в своей победе как никогда. — Тебе так понравилось в первый раз, что ты пришла за добавкой, сучка? — спросил он, отправляя в её голову еще один лазерный заряд. Вновь уворачиваясь, девушка скинула с головы подпаленную офицерскую фуражку, тяжело вдыхая грязный воздух. — Так и будешь сражаться в броне, сволочь?! — прошипела она, стреляя в паладина, однако мощности плазменного заряда не хватило — вязкая жидкость окропила грудную пластину силовой брони, но не прожгла её. — Твои люди не снимали броню, когда убивали Аврору, — прорычал в ответ Варгас. — Скажи спасибо, что мы с тобой здесь один на один. Паладин не считал, что благородство может быть применено к тому, кто служит в Анклаве, даже если это женщина. Да и не считал он её за женщину после всего, что она ему наговорила на допросе третьей степени. Он был уверен, что сейчас доломает её, и если не морально, так физически — в тот день ему почти это удалось, но девушку увели у него из-под носа. Визоры под шлемом показывали почти полный разряд ядерной батареи, и Варгас собирался полноценно использовать это время. Мазнув ногой по разбитому мраморному полу, как бык на корриде, паладин побежал на девушку, используя известный прием «локомотив». Резко отскочив в сторону, падая на холодный пол, Хизер попыталась подобраться ближе к одному из паладинов, возле которого лежала лазерная винтовка — может, её мощности хватит, чтобы пробить ослабленную броню. Однако мертвец крепко вцепился в своё оружие, даже после смерти не желая его отдавать. — Ну же! Чёрт! — крикнула она, но услышав сзади тяжёлые шаги, бросила ружьё и обернулась: несмотря на громоздкую броню, Варгас умело маневрировал и двигался быстро и резко. Достаточно, чтобы застать офицера врасплох — резкий удар прикладом в грудь заставил рёбра тихонько трещать, а девушку согнуться пополам, тихо захрипев и попятившись назад. За левым ухом послышалось шипение, и паладин с досадой выматерился — села батарея. Это превратило силовую броню в кусок неподвижной стали, поэтому он поспешно нажал на специальные рычаги на нарукавниках, вышагивая наружу. — Так мне даже проще тебя убить, — нависая на ней. — Каково было переплывать Потомак, девочка? Не сильно отличалось от моего бодрящего душа? — Пошёл ты… — злобно прорычала Хизер, сплёвывая кровью в сторону и медленно выпрямляясь, чувствуя, как горят лёгкие. Схватив свой плазменный пистолет с пояса, она резким движением направила его на Варгаса и выстрелила… Но послышался лишь тихий щелчок и шипение: разрядилась микроядерная батарея. Выругавшись себе под нос, офицер бросила пистолет в паладина, попытавшись сбежать в другую часть комнаты. Палач в Варгасе взял верх над паладином, когда пустая пушка прилетела в его левое плечо вместе с грубым выкриком. Дуло его карабина опустилось, потому что он внезапно передумал убивать анклавовскую сучку. Он это обязательно сделает, но позже. — Я с тобой не закончил, — шагая на неё черной грядой, рычал Варгас. — Ты так и не ответила на мои вопросы в Цитадели, а я предупреждал тебя, что больше не буду с тобой нежен. Слишком ловко для своего массивного корпуса он подлетел к ней, нанося увесистый удар кулаком Хизер в лицо и разбивая ей губу, а после толкнул, повалив на мрамор среди окровавленных трупов, обломков бетона и отстрелянных ядерных батарей. Грубо навис над ней, как мужчина в постели над женщиной, сладостно представляя, что ей теперь так же плохо, как было когда-то несчастной Авроре. Прижимая пленницу к полу, он сдавил ей горло до хрипа. — Я же говорил, что твой трусливый папаша к тебе не придет. Никто к тебе не придёт… Кровь медленно стекала по подбородку из разбитой губы, а во рту чувствовался явный привкус крови. Пальцами офицер вцепилась в запястье паладина, ногтями царапая грубую кожу. Лёгкие начинали гореть, а перед глазами сияли искры. Хизер пыталась вывернуться из-под мужчины, но это было всё равно, что пытаться сбросить с себя когтя смерти. Лишь боковым зрением она заметила под рукоц мертвого анклавовца рядом плазменную винтовку. Дрожащая рука потянулась в сторону, пока взгляд был сосредоточен на глазах Варгаса — безумных и глубоких. Всё начало темнеть, когда, наконец, тихо мыча от отчаяния, девушка пальцами придвинула винтовку к себе, а затем схватила и направила её точно в грудь Варгаса, выстрелив.

***

Дверь в центральное помещение Очистителя открылась — офицер, пошатываясь на ватных ногах, запястьем попыталась стереть капающую с губ и носа алую кровь. Перед глазами всё немного плыло, а тело противилось каждому движению — полученные в бою раны были действительно серьёзные, но она хотя бы могла ходить. Едва заметив тело отца и лужу крови под ним, Хизер на остатках адреналина в жилах дохромала до него и упала на колени рядом. Дрожащая рука коснулась плеча Отема — но тот лежал неподвижно и даже не дышал. — Отец?.. — едва смогла выдавить из себя девушка, чувствуя, как по щекам медленно потекли холодные слёзы. — Нет, пожалуйста… Нет… ты нам нужен! Ты… ты нужен мне! Склонившись над телом, сжимая стремительно холодеющую руку Августа, девушка в отчаянии завыла. Боль взорвалась в раненой груди, сломанные рёбра точно трещали по швам, разбиваясь на ещё более мелкие осколки. Наконец, стихнув, она могла только издавать негромкие всхлипы, даже не пытаясь стереть грязь и кровь с лица. Лишь тихий писк, донёсшийся из диспетчерской, заставил её поднять взгляд и увидеть знакомую светловолосую голову парня внутри. Дерен обернулся — их взгляды встретились. Глаза девушки казались стеклянными и неживыми, она просто не могла поверить в то, как всего за день изменилась её жизнь — силы Анклава стремительно давили, отец был мёртв, а Путник… «Радиация…», — вспомнила девушка в ужасе, смотря на то, как пошатывался на ногах парень, готовый вот-вот упасть… И больше никогда не подняться. Торопливо она подошла к закрытой стеклянной двери диспетчерской. Когда схлынул белый свет, в мире ничего не изменилось. «А чего ты хотел, Дерен Форд? Думал, что воздвигнешь новый Эдем?», — хохотнул про себя юноша, распрямляясь. Узнает ли кто-нибудь, что он сделал? Или его просто забудут, бросив в братскую могилу к остальным павшим за чистую воду? Ему было всё равно. Повинуясь какому-то неосознанному порыву, он обернулся и увидел Хизер, стоявшую за стеклом Очистителя, окровавленную и раненую, но живую. Слабеющее сердце встрепенулось, как верный больной пёс, которого вот-вот усыпят. В его последнюю секунду его американская мечта — с ним, хоть и по ту сторону камеры. Жаль, но на этот раз она не могла стать его спасением. Оттолкнувшись от панели, Дерен попробовал подойти к ней, но ноги предательски подогнулись, и он рухнул на колени. Стиснув зубы, с трудом поднялся и снова пошёл, делая попытку на новый шаг. Он чувствовал, как умирает. Это была не то чтобы боль, а скорее чёткое ощущение, что тело отказывает, орган за органом, выгоняет душу из оболочки, больше неспособной её удерживать. Сил хватило, чтобы дойти до гладкой поверхности и опереться на неё рукой, словно так он мог почувствовать тепло Хизер. Но не чувствовал. В её глазах больше не было того пугающего холода. В них вернулось то, за что он их полюбил — отчаяние, борьба, отказ сдаваться. Его девочка еще была где-то там, и Дерен был рад, что умрет, оставляя её с тем огоньком, который он смог разжечь в её ледяном сердце. — Хэй, все хорошо, Хизер. Я люблю тебя, — сказал Путник так спокойно, словно прощаясь всего на одну ночь. Он подарил ей самую лучшую из своих улыбок — ободряющую и беззаботную, чтобы она не вздумала плакать по нему и продолжала жить дальше. С самого начала своей новой жизни Дерен взламывал двери в загробную жизнь и убегал обратно, но там, должно быть, сменили замок. На этот раз и у Путника кончились отмычки, правда, он и не собирался больше ломиться в мир живых. Повинуясь какому-то внутреннему желанию, мало что соображая от горя, страха и отчаяния, Хизер осторожно коснулась своей ладонью закрытой двери диспетчерской — между ней и рукой Дерена был толстый слой стекла, но даже так девушке казалось, будто бы она всё ещё чувствует приятное тепло его широкой ладони. От слов Путника, чей хриплый голос приглушался толщиной двери меж ними, слёзы офицера стали капать на пол. Она не могла ничего ответить — горло словно сдавило в тисках. Замерев, точно статуя, она в бессилье стояла и смотрела на то, как медленно пол притягивает стремительно слабеющее тело Дерена… И даже так — он смотрел не неё и улыбался, будто бы не умирал, а просто ложился спать. Может, он и сам хотел в это верить. Хизер ощутила, что больше не могла стоять — она упала на колени, а затем дрожащими руками опёрлась о холодный металлический пол, опуская голову. Ничего не было видно из-за слёз, а физическая боль от сломанных рёбер и ран меркла по сравнению с тем, что она сейчас испытывала. Не осталось семьи. Не осталось любви. У неё больше не было ничего… Ничего кроме долга. Это всё было безумием. Кровь, что проливалась безо всякой надобности сегодня, наверняка окрасит весь Потомак в буро-бордовый, настолько тёмный, что даже самые яркие звёзды ночного неба не будут отражаться на неспокойной водной глади больше никогда. Трясущейся рукой она взяла рацию, и сдавленный голос ворвался на частоту Анклава: — Г-говорит уорент-офицер Хизер Отем… Полковник мёртв, беру командование на себя. Приказываю… — она поджала губы, стараясь не всхлипывать, — приказываю немедленно отступать в Рейвен-Рок… Группа «Дельта» должна обеспечить прикрытие. Группа «Химера» — срочно направляйтесь в Очиститель, чтобы обеспечить отход офицерскому составу. Ещё некоторое время на канале было тихо — рация упала из обессилившей руки, когда начали раздаваться подтверждения от различных отрядов и бригад. Теперь всё точно было кончено. Стоять даже на коленях уже не было сил, и Дерен упал навзничь, уставившись в ржавый купол, в котором бурлила живительная вода, что скоро станет доступной для всех. Он умирал так же, как Джеймс. Впервые оказавшись в радиоактивном плену Очистителя, Дерен пожалел о сделанном выборе. Теперь, когда долг был исполнен, а долги отца розданы, осталось лишь одно — мечта. У него перед глазами проносилась вовсе не прошлая жизнь, а будущая. Та, которую он так и не проживет с Хизер. Зеленые поля Виржинии, дикие орхидеи клонятся от ветра, луга бритвозлака перерастают в высокие седые горы. Столичная Пустошь не стала новым домом Одинокого Путника, а Убежище 101 перестало им быть. Но Дерен вновь обрел его там — за стеклом, недоступный цветок орхидеи с огненно-янтарными глазами. Хизер Отем — она была его домом. Путник закрыл глаза. Он был готов.