9.

Регис был печально обманут. И это было ожидаемо. Благородный, проживший не одно столетие, а наивен, как ребёнок. Как можно было поверить типу с лицом Джокера? Поэтому, в данный момент, благородный почивает под ногами модифицированного, а тот довольно ухмыляется, отряхивая кулак, словно только что расправился с надоедливым комаром. — Один готов, — процедил акулёнок, явно наслаждаясь спектаклем. Сжала зубы, держа себя в руках. Кричать и истерить сейчас — значит подарить Шарку удовольствие. А я не из тех, кто раздаёт подарки за спасибо. Особенно врагам. Попытка Шарка отключить меня выглядела жалко. Модифицированный рычал, махал руками, пускал в ход грубую силу, а я всё равно оставалась стоять, хотя внутри всё подавно дрожало. Казалось, стоит ему немного надавить и я всё же рассыплюсь. Но так лишь казалось. Шарк не мог даже прикоснуться ко мне. Каждый раз, когда его рука приближалась, её отбрасывало в сторону, будто мы играли в нелепую детскую игру «дотронься — если сможешь». Раз за разом — и снова в холостую. Сперва не могла понять, в чём дело. Каких-либо обновлений в своём теле не замечала, по ощущениям осталась прежняя. С последней встречи с Мэри ничего не изменилось. Немного погодя, когда Шарк истратил свою третью попытку, почувствовала — вокруг меня что-то есть. Нечто невидимое, плотное, словно воздух сгустился до хрустальной оболочки. Это оказался купол. Или барьер. В спокойной обстановке он незаметен, но когда наносится удар, по пространству идут вибрации, а над головой появляются лёгкие волны. Вот так чудеса… Нет, не чудеса! Почему решил проснуться именно сейчас? Где он был, когда Мэри решила сделать из моего тела дуршлаг? Барьер с характером, появляется, когда вздумается? А не тогда, когда умоляю о помощи. Очень щедро, спасибо. Шарк бесился всё сильнее, и от этого становилось только смешнее. Его кривое лицо, пунцовое от злости, было лучшей наградой за мои дрожащие, но всё ещё стоящие ноги. Смех, разумеется, оставила при себе. Старалась держать невозмутимое лицо, как у Рейзела или Сейры. Нужно попрактиковаться. — Шарк, прекрати. Идём, эта девчонка отняла и так много времени, — Хаммер присек попытки модифицированного нанести хотя бы малейший вред. — Покажем её Кранцу. — Кто ты такая, дрянь?! — обойдя невидимый барьер, мужчина зло взглянул в глаза. — Я всё равно доберусь до тебя. Клянусь! Нас доставили в какое-то здание. Заброшенное, но не до состояния развалин. Скорее, это должны были быть новостройки, но проект был приостановлен по неизвестным причинам. Путь закончился в подвале, где пахло сыростью и пылью. Детей и Региса бросили на пол, как тряпичных кукол. Детей — в одну кучку, Региса — чуть поодаль. — Поаккуратнее нельзя?! — прошипела, смотря на модифицированных, сжав кулаки. Но, к сожалению, а может и к счастью, шипение растворилось в баритоне Шарка. Его гортанное рычание и громогласные высказывания в мою сторону заглушили всё. Поняв, что каши с этим палочником не сваришь, опустилась на пол, рядом с детьми, играя роль своеобразного ограждения. — Хаммер, следи за ними. Особенно за этой мелкой дрянью, — ткнул подбородком в мою сторону. — Я позову остальных. Развлечёмся, — усмехнулся модифицированный и покинул подвал. Без его присутствия стало легче дышать. Время тянулось мучительно медленно. Сидела, прожигая дыру в стене, иногда поглядывая на детей. Они начнут приходить в себя, как Шарк соберёт всю гопкомпанию в этих стенах. Плавно перевела взгляд на Хаммера. Этот громила сидел в углу, развалившись на скрипучем стуле, с таким аппетитом поедая курицу в панировочных сухарях, будто находился не в подвале, а в дорогом ресторане. Хруст стоял такой, что и зубы сводило. Каждый его укус сопровождался довольным «м-м-м», и от этого хотелось либо выйти, либо встать и запихнуть эту курицу так глубоко, что он будет хрустеть ею в вечности. Но — нет. Кадис не одобрит. Да и толстячка обижать не хотелось. В конце концов, он ведь пока никому особого зла не сделал. Ну, если не считать того, что отключил детей. Но, как ни странно, это даже выглядело заботой. Пусть уж лучше Хаммер, чем Шарк со своим необузданным нравом. Не в ту ты компанию попал, Хаммер. Ох, совсем не в ту… Дверь со скрежетом открылась, привлекая внимание. Вернулся Шарк. Значит и остальные на подходе. Вскоре в четырёх стенах стало людно. Шарк начал распираться, как индюк на ярмарке. Трое из присутствующих даже не слушали довольный лепет модифицированного товарища. Больше всех был шокирован М-21. Его взгляд метнулся к детям, потом ко мне, потом на Шарка и обратно. Стоял, как загнанное животное: мышцы напряжены, глаза расширены. Казалось — ещё секунда и сорвётся, но мечтать не вредно. Информация о товарищах и своём прошлом куда важнее, нежели сохранность детей. При всём, что получит эмыч не больше кукиша. — Добро пожаловать на нашу выставку! — радостно пропел Шарк. — Что здесь делают дети? — на лице Кранца скользнуло едва заметное удивление. Меня, видимо, тоже приняли за ребёнка. — Я ведь рассказывал тебе, — Шарк подошёл к Регису, пихнув его ногой. — Этот мелкий — Ноблесс. Они были все вместе. — Он, что ли? — Кранц вскинул бровь. — Совсем зелёный. — Внешность обманчива, Кранц. Но это не столько интересно, как то, что четверо из присутствующих вступали в контакт с Тао и Такео, — в голосе модифицированного прозвучала почти детская радость. Будто матери пожаловался на оплошность старшего, чтобы порадовать собственное эго. Закатила глаза. Какой сюрприз, прямо детективное открытие века. Хотелось встать и сказать: «А теперь, угадайте, что будет дальше, дорогие зрители?», но благоразумно прикусила язык. Сделаю вид, что и вовсе не имею способности разговаривать. Как Рей. Кратко и по делу. Сидеть, лежать, не дышать. — И что мы должны с ними делать? — удивление Такео медленно сошло на нет, на его место пришло недовольство. В его голосе слышалось то самое раздражение человека, которому только что испортили настроение на неделю вперёд. — Сказал же, они были с Ноблесс. Я использовал их, чтобы поймать этого недоноска, — Шарк сиял. Модифицированного распирало от восторга, будто наконец он получил шанс блеснуть перед всеми своей гениальной находкой. — Всё складывается просто отлично. От детей можно избавиться одним махом, выискивать поодиночке не придётся. А вот с дамочкой появятся проблемы, — и посмотрел с такой ненавистью, будто планы на жизнь испортила. Заметила, как Такео дёрнулся. В подвале запах курицы постепенно сменялся чем-то куда менее аппетитным — запахом надвигающегося конфликта. Сидела молча, стискивая пальцы, наблюдая, как разворачивается этот нелепый спектакль. Мысленно попыталась связаться с Голосом. Вдруг некий неизвестный возжелает пообщаться не только во сне, но и без темноты вокруг. Но в ответ была лишь тишина. — Избавиться? — голос Такео прозвучал тихо, но в этом «тихо» таилось что-то пострашнее крика. — Ну да, — пожал плечами Шарк, будто речь шла о надоедливом мусоре, а не о живых детях. — Ты что, думал, я оставлю их? Они контактировали с тобой и Тао. Значит — лишние свидетели. — Хочешь сказать, что готов убить невинных детей только потому, что они перекинулись со мной парой слов? — Такео нахмурился. — Такео, ты реально не догоняешь? — Шарк расхохотался. — Все, с кем ты когда-либо пересекался во время заданий… все они ушли из этого мира благодаря мне. Скучно же без развлечений. Спасибо, что развеял эту скуку. Видела, как лицо Такео застыло. Словно парня вмазали пощёчиной, да так, что оглох. Стрелок смотрел на Шарка и в его взгляде клокотала боль. Вот оно, чувство вины. Коварное, тянущее в бездну. Слышу, как в голове раздаются обрывистые мысли Такео. «Из-за меня… погибли невинные люди. Я виноват… Из-за меня…». Представить не могу, что в данный момент творится в его голове. И что он чувствует. Вздыхаю. Раз, два, три… — Ша-арк! — закричал Такео, сжимая кулаки. Будучи в ярости, стрелок двинулся в сторону сумасшедшего члена ДА-5, явно имея дикое желание навалять тому по пятое число, как внезапно был остановлен вытянутой рукой Кранца. Такео бросил недовольный взгляд на того, кто возглавлял весь их ансамбль, стискивая зубы. — Ты… Ты снова останавливаешь меня. — Кстати, все мои маленькие делишки делались с полного одобрения Кранца, — Шарк, словно демон-искуситель, не удержался, довольно вставляя свои пять копеек. Этой фразы оказалось достаточно, чтобы добить стрелка. Такео посмотрел на Кранца, ища в его глазах опровержение, но нашел лишь ледяное равнодушие. Всё было правдой. Весь этот кошмар… санкционирован. — Думал, я закрою глаза на твои выходки, Такео? — Кранц смотрел на снайпера испепеляющим взглядом. — Но эти люди даже не знали, кто я на самом деле! — попытался выкрутиться Такео, надеясь на сопереживание со стороны главы. — Плевать, Такео! Они видели твоё лицо. А я, кажется, предупреждал о нежелательных встречах во время заданий, — Кранц продолжал испепелять снайпера взглядом. Такео больше не мог здесь находиться, я ощутила это по смене ауры, исходящей от него. Не мог дышать этим воздухом, отравленным предательством. Не мог смотреть на этих людей. Резко развернувшись и, не сказав больше ни слова, побрел прочь, к выходу из затхлых четырёх стен. Значит, сейчас Такео пойдёт грустить на крышу, а там и встреча с Франкенштейном недалеко. Поскорее бы… Кранц даже не повел глазом, провожая снайпера взглядом. Его внимание мгновенно переключилось на другую загадку этого вечера — на меня. — А с ней что не так? — кивнул головой в мою сторону. — Сейчас увидишь, — Шарк решил продемонстрировать всё воочию. О, конечно. Кто бы сомневался, что он не упустит случая блеснуть своей «мощью». Вооружившись двумя ножами, с характерной скоростью бросился в мою сторону, но результат остался всё тот же. Соприкоснувшись с невидимым куполом, ножи покинули руки хозяина, встряв в ближайшую стену, замалым не задев Тао, стоявшего в тени. Захотелось неловко улыбнуться, но мы держим маску серьёзной вумен. — Видал? — отпрыгнув к стене, модифицированный, приложив усилия, выдернул ножи со стены. — Она тоже чем-то похожа на него… — кивнул головой в сторону Региса, — на Ноблесс, — произнес он уже без насмешки, с долей неподдельного интереса. — Согласен, — Кранц кивнул. — Внешность. Черты лица. Глаза. И способности. Всё намекает на это, — посмотрел на меня. — Кто ты? Ну конечно. Сейчас я тебе и выложу биографию с пояснениями. Значит, слушай: «Здравствуйте, я Элери, в свободное время страдаю ерундой, а по праздникам изображаю Ноблесс. Чем ещё могу помочь?» Нет уж, увольте. Лишь уставилась на него. Молчание — лучший ответ. — Эти дети дороги тебе? — задал мужчина новый вопрос, не дождавшись ответа на прежний. А в ответ очередное молчание. Потому что да, дороги. Но зачем же давать в руки врага карту с нарисованной мишенью? — Если выйдешь с нами на контакт, мы не тронем их, — проговорил Кранц. Ха-ха! Да конечно! А ещё мне завтра пообещают бесплатное мороженое на весь год. Один ваш подручный уже сегодня продемонстрировал, как вы «держите» слово. И, честно сказать, мне не понравилось. Регису и детям тоже. «Ты молодец, Элери». Внезапный голос в голове едва не заставил взвизгнуть. Тот самый, что являлся мне во снах. «Стойко держишься. Сегодня, возможно, придётся немного попотеть и показать этим господам, где их место. Используй контроль разума. Или выпусти всю мощь. Они должны понять, что с тобой не шутят. На твой поток придёт и спасение. Рейзел снова почувствует тебя.» Внутри всё похолодело. Паника подкралась под кожу. Использовать силу? Каким образом? Я её не контролирую! Даже купол появился сам по себе! Что я, по-твоему, сделаю — щёлкну пальцами и разнесу ползала? Да о таком только мечтать можно. Да и не может попаданка быть сильнее главного героя. Это уже дисбаланс какой-то. Голос тяжело вздохнул. Так, будто на его плечи упало воспитание непослушного ребёнка и он сожалеет, что выдвинул свою кандидатуру. «Проси силу. Как тогда, в лаборатории. Ты нуждалась в помощи — и сила откликнулась. Так сделай и сейчас.» И связь оборвалась. Да ты издеваешься?! В этот же момент позади меня послышались тихие стоны. Обернулась и увидела, как Шинву моргает, пытаясь сфокусировать взгляд. За ним зашевелился Ик-Хан, а следом и девчонки. Дети начали приходить в себя. Как же вовремя. Ребята, поздравляю, вы ничего не пропустили. Чёрт, а ведь у меня была возможность распространить купол и на них. Но как? А черт его знает. Если бы кое-кто появился раньше и дал хотя бы малейшие наставления или шаблон речи, то всё оказалось бы намного проще. А так… везде сама! — О! Ну наконец-то! Школота проснулась! — Шарк тут же расцвел, выкрикнув с неприкрытой радостью. Заметила, как поспешно отвернулся М-21, стараясь скрыть своё лицо. Вервольф не хотел, чтобы его видели среди тех, кто решил распорядится жизнями детей таким вот печальным образом. Если подумать, какой ты, М-21, гад! Променять жизни детей на то, чего и в помине нет. Не знал? Мог бы и додуматься. В прочем, о чём это я. Мужчины… — Аджумма? — тихо, с заметной дрожью в голосе произнес Шинву, садясь и озирая помещение. Его взгляд упал на меня, сидящую в центре всего этого безумия. — Где мы? Нас… что, похитили? Медленно повернула к нему голову, стараясь сделать выражение лица максимально спокойным, и молча кивнула. Потом, едва слышно, добавила: — Всё в порядке. Не бойтесь. Не бойтесь, конечно. Я сижу под защитой, а вот вы — нет. Чего это я бездействую? Нужно поскорее обращаться к этой силе, чтобы защитить и детей. — О! Слышал, Кранц? Она всё-таки умеет разговаривать! А голосок-то у неё приятный, — модифицированный начал двигаться в нашу сторону, на этот раз его взгляд скользил по испуганным детям с откровенным, жадным любопытством. — Корея — чудесная страна. Должно быть, детки здесь хорошо питаются и живут, раз кожа так сияет. Завидовать вредно, дружочек. Прекрати питаться лишь одними фастфудами и в далёком будущем обсудим и твою сияющую кожу. Ах да, прости, совсем забылась, у тебя ведь нет будущего. Началась суматоха. Шинву подскочил на ноги, заслоняя собой девочек. Ик-Хан подбежал к Регису, заметив его рану. Паника разлилась мгновенно. Я же закрыла глаза и попыталась обратиться к силе. Нужно действовать, пока дети хоть как-то тянут время. Обращение началось скомкано. Так и не скажешь, что этот человек имеет высшие образования. — «Сила, помоги. Пожалуйста, помоги мне. Мне нужна твоя помощь. Защити их. Защити нас. Дай мне воспользоваться тобой. Дай поставить на место тех, кто возомнил себя сильнее бытия. Помоги, прошу…». Звала силу, как тонущий просит воздух. Сначала внутри всё было пусто. Лишь гул крови в висках и истерическая мысль: ничего не получится и мы все умрём здесь. Дети нет, а вот я — да. Но вдруг произошло что-то необъяснимое. Накрыло странное чувство. Словно кто-то выключил реальность. Исчезли звуки, ощущения. Всё. Я стояла, если это можно так назвать, посреди кромешной темноты. Пространство не имело ни границ, ни направления, только пустота. Слишком знакомо. Так же было тогда, как происходили встречи с неизвестным голосом. Но тому пространству было рациональное объяснение — я спала. Сейчас же я не сплю. Или сплю? Может, потеряла сознание? Ойкнула, прижав руки к груди. По чёрному полу, которого вроде и не существовало, пошли круги. Алые, как кровь. Они расходились, будто кто-то бросил камень в чёрную воду. Невольно отступила. Ноги дрогнули, сердце пропустило удар. Что это? Резкая вспышка заставила зажмуриться, прикрыв лицо ладонями. Когда открыла глаза, меня чуть не вывернуло. Передо мной стояла… я. Точнее — моё отражение. Та же фигура, те же глаза, даже изгиб губ. Застыла, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Кто ты? — голос эхом раздался по пространству. Отражение не ответило. Оно просто взмыло вверх, словно сила тяжести для него не существовала. Я вскинула голову — и замерла. Она, то есть я, подняла руку. И вокруг меня тут же сомкнулся купол. На этот раз он был видим. Алый, как кровь. Сиял, словно живой, переливаясь и пульсируя, будто сердце. Медленно обернулась, прикасаясь ладонью к внутренней стороне купола. Поверхность была гладкой, но под пальцами ощущалась вибрация. — Это… Неужели… ты и есть та сила, к которой я взывала? — шокировано уставилась на саму себя. Сила… решила принять мой облик? Серьёзно? У всех нормальных людей она выглядит как пламя, молнии, энергия… А у меня — я сама.? М-да, как будто мне мало собственного шизофренического набора. Снова посмотрела на красный купол. Это красиво. Страшно. И в то же время — невероятно. Это значит, она действительно всегда была во мне. Просто ждала. Моё отражение в воздухе слегка склонило голову. — Ты наконец-то позвала меня. Вздрогнула. Голос был мой. Тот же тембр, та же интонация, только ниже, глубже, с едва уловимой хрипотцой. Если мой настоящий голос был живым, то этот звучал… как эхо в гробнице. — Кто ты? — повторила я, хотя ответ, кажется, давно знала. — Я — ты, — без эмоций ответила она, — та, которую ты прятала. Та, которую боялась выпускать. Стиснула зубы. Я и прятала? Я и боялась выпускать?! Да я и не знала ничего, кроме наличия её во мне! — Я — твоя сила, — продолжила она, медленно опускаясь чуть ниже. — Твоя настоящая сущность. Я всегда была рядом. Наблюдала. Смотрела, как ты прячешься. Как терпишь. Как цепляешься за жалкую надежду, что тебя не тронут. Отступила к стенке купола. Красная поверхность дрогнула, пропуская вибрацию в ладони. — А теперь что? Ты пришла… помочь? Или… заменить меня? Моё отражение наклонило голову. — Помочь? Нет. Я пришла напомнить. Ты — не та, кем себя считаешь. Ты — не слабая. И уж точно не беззащитная. Хватит прятаться за жалостью к детям. Я была дарована тебе не просто так. Древние знали, кому отдать меня на сохранение, — она указала на меня пальцем. — Если ты не станешь мной — они погибнут. Все. Не поняла. Меня сейчас шантажирует… я же сама? Серьёзно? Может ещё контракт кровью подпишем? Интересно, встреча Рейзела и его силы была такой же? Или это я особенная? Обязательно спрошу. — Я не убийца, — подумав, выдавила из себя. — Ты — защитница, — парировала она. — Как и Рейзел. А защитники убивают, если нужно. Разве не так? Слова вонзились в меня, как иглы. И самое отвратительное — я понимала: она права. Чтобы сохранить стойкость Рейзела, нужно действовать. А действовать — есть убийство. И это ужасно. Моя сила, моя тень, моё отражение — зависла надо мной и смотрела так, будто я просто мешок костей, забывший, что может ходить. — Ты слишком долго ждала, — произнесла она. — Пора. — Пора что? — я сжала кулаки. — Пора превратиться в тебя? В монстра? Я и подумать не могла, что это… То, чем пользовался Рейзел. Если у силы есть разум, то, может быть, она и тянет из него все жизненные силы? — Нет. Пора перестать быть куклой. В этот момент я почувствовала… толчок. Будто изнутри кто-то схватил за плечи и подтолкнул вперёд. Моё тело ответило само: дыхание перехватило, пальцы вспыхнули лёгким красным сиянием. Я охнула. Серьёзно? Ты решила взять на себя роль инструктора? Или крысы из мультфильма Рататуй? — Используй меня, — прозвучало, как приказ. — Ты — я, — прошептала. — Как это вообще работает? — Перестань сопротивляться. Действуй. В груди всё перевернулось. Мир рванул обратно. Открыла глаза — и снова оказалась в подвале. Девочки прижались друг к другу. Шинву лежал на полу, втоптанный лицом в грязь, а неподалёку от него, самодовольно улыбаясь, стоял Шарк. «Встань прямо». По команде встала на ноги. «Смотри на него». Я встретила взгляд Шарка. «Скажи». — Эй ты, ещё шаг к ним — и ты труп, — слова сами сорвались с моих губ. Голос звучал низко, чуждо. — Ого! — Шарк рассмеялся, доставая ножи из ножен. — А у аджуммы характер прорезался! Хочешь потягаться? Ну, давай! — мужчина шагнул. — Аджумма, не нужно, — услышала хриплый голос Шинву снизу. — Вы… пострадаете. — Не беспокойся, Шинву. Юна, Суйи, помогите ему подняться и отойдите. В ту же секунду моя ладонь метнулась вверх. Тело Шарка оторвалось от пола, взмыло в воздух и с силой впечаталось в обратно в пол, разметав осколки камня. Пока противник обезврежен, бросила беглые взгляды на детей. В шоке, как и предполагалось. По крайней мере, девочки отволокли Шинву в сторону. Крепкий он, всё-таки, орешек. От такого удара не одно ребро пошло бы крахом. Чёрт, почему Регис не приходит в себя? Если Шарк примет таблетку, сражаться с ним станет куда сложнее. «Ты справишься сама». Не хочу я справляться сама! Это не моя забота! Я вообще должна сидеть тише воды до прихода Рейзела и только потом вмешаться. Помочь ему. Пока Рейзел придёт, истрачу всю свою. — Аджумма, вы что, не человек? — раздался тихий голос Ик-Хана. Молчу. Не хочу отвечать на этот вопрос. — Значит, мы всё-таки не ошиблись, — прозвучал голос Кранца где-то за спиной. Мужчина занёс руку для удара, но вовремя удалось увернуться, не используя купола. Нужно срочно защитить детей. Или… не нужно? М-21 ещё не вмешался. А он, по канону, должен образумиться. Но и колотить себя позволять тоже не следует. — Шарк, хватит прохлаждаться! — прогимел голос главы ДА-5. — Да пошёл ты! — из кратера показалась рука модифицированного. — От её удара пришлось уделить время на восстановление. Сейчас я в порядке. И готов показать, насколько плохи шутки со мной! Простое предложение, а сколько в нем наглого самомнения. Я уже готовилась преподать ему урок манерам, которые не забудет даже его следующий неудачный прототип, как вдруг между нами возник Шинву. — Не смей прикасаться к ней, урод! — парень был в полном здравии. Будто пару минут до этого на нём не танцевали хардбас. — Аджумма, отойд…! — не успевает рыжик закончить, как Шарк хватает его за горло, поднимая от земли. — Такой сопляк смеет преграждать мне дорогу? — просипел Шарк. Со стороны раздался визгливый, душераздирающий крик Юны и Суйи. Ик-Хан, увидев, что друг в опасности, оставил Региса и бросился вперед с криком, чтобы Шарк отпустил Шинву, вцепившись в руку мужчины. Шарк даже не удостоил его взглядом. Легкое, почти небрежное движение руки — и Ик-Хан отлетел в сторону, грузно ударившись о стену. А я застыла. Не от страха, нет. Никогда. Я застыла в ожидании. Внутри меня бушевала буря, сквозь ее гул пробивался холодный, отчетливый голос — голос моей силы. «Пока ты стоишь, этот парень медленно задыхается. Он умрет. Неужели ты и дальше собираешься просто смотреть?» Виски пульсировали. Этот внутренний диалог доводил до мигрени. Она была права. Но она упускает ключевые детали. Я знаю исход этой истории. Помимо М-21, метавшегося между двух огней, весомую роль в этом фарсе играл Регис. Поэтому я не могла прикончить Шарка здесь и сейчас. Я приберегу эту честь для того, чтобы сделать это вместе. Как она, с ее заоблачными амбициями и нулевым пониманием субординации, этого не понимает? Я уже открыла рот. Готова была прокричать имя того, кто должен был, наконец, перестать притворяться мебелью и сделать что-то полезное. Но меня опередила Юна. Ее голос, полный слез и абсолютной, детской веры, прорезал шум в моей голове: — Аджосси! Пожалуйста, помогите! Шинву же умрёт! М-21, стоявший в тени, вздрогнул, будто его ударили током. Его поза, полная показного безразличия, на мгновение дрогнула. Он не думал, что дети его узнают. Как глупо. Как трогательно и невыносимо глупо. Картина была ужасной: Шинву, синеющий от недостатка воздуха, безуспешно пытался оторвать железную хватку Шарка. Девочки рыдали, обнявшись. Ик-Хан, стиснув зубы, пытался и дальше помешать Шарку. А сам модифицированный хохотал, обращая свой взор на М-21. — Почему дети обращаются к тебе «аджосси», а, М-21? — его голос был сладок, как сироп. — Неужели вы знакомы? Что за трогательное воссоединение! М-21 молчал. Молчал, агонизируя, разрываясь между желанием защитить детей и своим диким желанием, перед возможностью узнать клочок правды о своем прошлом. Смотреть на это было мучительно. Не физически, нет. Это была та мука, которую испытываешь, наблюдая, как кто-то топчет нежный, хрупкий цветок, а ты вынуждена ждать указующего перста свыше, чтобы вмешаться. И снова этот голос. Моя собственная сила, мой личный демон-советчик, шептал на ухо моему разуму: «Натолкни его. Он хочет помочь. Он мечется. Дай ему последний толчок. Мысленно. Он услышит». Я собралась. Собрала всю свою волю, чтобы пронзить его сомнения острым, невидимым импульсом: «Действуй, идиот!» Но этого не потребовалось. Мимо промелькнула темная тень. И вопль Шарка — уже не смеха, а ярости и боли — оглушил зал. М-21, наконец-то сбросивший маску, выпустил свои когти и полоснул ими по руке, державшей Шинву. Хватка ослабла. Шарк отшатнулся, и мальчик рухнул на пол, судорожно хватая ртом воздух. Я, не теряя ни секунды, рванулась вперед, подхватила Шинву и оттащила его в сторону, подальше от эпицентра надвигающегося ада. — Какого чёрта? Ты трансформировался? — Шарк был удивлён. Как и Кранц. — О, я ещё и не это умею, — усмехнулся М-21. Начался их танец. Шарк уворачивался от ударов М-21. Когти против ножей. Металь звенел. Голова начинала болеть еще больше. «Ты должна выпустить меня». Мотнула головой. Не сейчас… Шарк, поняв, что игра затягивается, решил действовать наверняка. Молниеносное перемещение за спину — и удар. Глубокий, точный, подлый. Лезвие вошло в спину М-21 с мягким, кошмарным звуком. Прямо в сердце. Дети закричали в унисон. М-21 замер, его глаза округлились от непонимания, а затем потухли. Он рухнул на пол бездыханной грубой. И воцарилась тишина. Шарк вытер клинок, и довольная, омерзительная улыбка расползлась по его лицу. Его взгляд вновь нашел меня. — Ну что ж, — протянул он, делая шаг в мою сторону. — Кажется, мы с тобой еще не закончили… Действительно, не закончили. Но это может и подождать. И раздался голос. Спокойный, величавый. Долгожданный! Дело близится к развязке, ура! — Почему тут так шумно? — произнес Регис. Мир наконец-то вернулся на свою ось. Театр абсурда закончился. На сцену вышел Благородный.