Глава 26

      Он снова был у этого дома. Мерил шагами тротуар, пиная нападавшие за ночь листья.       По совету Теодора он все утро и день провел в мастерской, делая зелья на продажу. При свете дня жизнь больше не казалась катящейся к обрыву. В душе слабой искоркой поселилась надежда на то, что откровенный разговор поможет если не исправить ситуацию, то хотя бы сменить гнев Гермионы на милость.       Работая, Драко продумывал, что именно скажет, какие слова использует. Представлял ответные реплики и мысленно прокручивал возможные диалоги. Он отбрасывал неподходящие, по его мнению, фразы, подбирал новые. И все повторял сначала…       За спиной послышались шаги; Драко обернулся, но снова не то. С обмотанным вокруг шеи длинным шарфом мимо прошла девочка, подозрительно на него покосившаяся. Проигнорировав ее взгляд, он посмотрел на окна первого этажа. Шторы закрыты, не двигаются.       Может, она не пошла на работу?       Но тут он заметил ее. Засунув руки в карманы бежевого пальто, Гермиона перебегала дорогу, смотря по сторонам. Она остановилась, ступив на тротуар.       — Привет. Я хотел поговорить.       Поджав губы и нахмурившись, Гермиона демонстративно отвернулась, словно и не заметила его, и ускорила шаг. Драко ждал другого.       — Гермиона, пожалуйста, давай просто поговорим.       Легко обойдя его, девушка поднялась по ступенькам и прежде, чем он успел что-то добавить, скрылась внутри. Растерянный Драко остался смотреть на закрытую черную дверь.       Я так просто не сдамся.       На следующий день ситуация повторилась с той лишь разницей, что Гермиона даже не сбавила шаг, заметив его. И через день. Однажды он схватил ее за руку, останавливая, когда она проходила мимо него к крыльцу. И тут же пожалел об этом. Взгляд, которым она на него посмотрела, был ему незнаком — жесткий, решительный.       — Убери. Руку, — два слова, сказанные с металлом в голосе.       Драко сразу разжал пальцы. Не задержавшись ни на секунду, Гермиона поднялась по ступенькам и скрылась за ненавистной черной дверью.       Надежда, осветившая его душу, тускнела вместе с погодой за окном. Низкие тучи заволокли небо в Лондоне, задул холодный ветер. Листья стремительно желтели, и от теплых дней, отметивших конец августа, не осталось и следа.       — Развлекаешься?       Рука застыла в воздухе. Не поднимая подбородка со сложенных на столе ладоней, Драко скосил глаза. Теодор стоял в дверях, облокотившись о косяк. Вернув внимание на расставленные перед ним флаконы, он щелкнул по одному из них. С тихим звоном пузырек покатился по столу, ударяясь о поверженных ранее братьев.       — Сколько времени?       — Без пятнадцати семь.       — Тогда мне пора.       Со вздохом Драко поднялся со стула и потянулся за сложенным пальто, на ходу разминая затекшую шею. Теодор молча наблюдал за ним.       — Снова на исходную?       — А что мне остается?       Теодор придержал его за предплечье, когда Драко попытался пройти мимо.       — Ты же понимаешь, что она может и не захотеть говорить с тобой вовсе?       Челюсти сжались сами собой.       — Понимаю, — ровным тоном ответил Драко.       — Но ты все равно идешь.       Ничего не ответив, Драко сбросил его руку и прошел по коридору к входной двери.       Гермиона возвращалась домой к семи часам. Точное время он смог выяснить к четвертому дню, ожидания у ее двери. Другого варианта все равно не было. Драко не мог пойти к ней на работу. Сама мысль о Министерстве запускала неприятный холодок по спине, от которого ему не удалось отделаться за эти годы. К ней домой без ее разрешения было не попасть. А где еще ее искать, он просто не знал. Оставалось только ждать возвращения Гермионы у крыльца. И верить.       Драко занял свой пост в 18:56, облокотившись о кованую ограду. Солнце совсем недавно село, но из-за низких облаков сумерки наступили быстрее. Машины, припаркованные через дорогу, угадывались в темноте черными контурами кузовов. По тротуару шли те же маглы, что и в предыдущие дни, живущие в соседних домах. Они больше не косились на него и подозрительно не посматривали, он стал частью окружающей обстановки.       Время шло, а знакомого стука каблуков все не было слышно. Драко сверился с часами на руке — 20:01, — затем обернулся и посмотрел на черные пятна окон дома за спиной.       Может, ее что-то задержало.       Прошел еще час. В соседних домах зажегся свет. За тонкими шторами были видны черные силуэты людей, и только дом Гермионы оставался пустым.       Что-то случилось.       Взмахнув полами черного пальто, Драко резко развернулся на месте. Постоял и быстрым шагом прошел вперед. Снова остановился.       Или она просто взяла дочь и уехала, чтобы я не мешал ее жизни.       Эта мысль больно кольнула в самое сердце. Драко решительно отмел ее в сторону.       Нет, что-то случилось. Надо что-то сделать, пойти в Министерство…       Он услышал шаги, знакомые шаги, и застыл на месте. К нему приближалась женская фигура, в руке у нее покачивалась сумка. Гермиона остановилась, оставляя между ними расстояние в ширину крыльца. В темноте сложно было разглядеть выражение ее лица.       — Гермиона, послушай…       Опустив голову, она отвернулась и поднялась на несколько ступенек.       — … я правда не знал, что у меня есть дочь. Я… не прочитал твое письмо. Это глупое оправдание, оно ничего не меняет, но я уже не могу этого изменить. Как бы ни хотел.       Гермиона застыла спиной к нему.       — Если ты хочешь, чтобы я ушел и больше тут не появлялся, скажи это, и ты больше меня не увидишь. Но, если все-таки нет… — пальцы Драко обхватили ледяные перила, — я хочу хотя бы познакомиться с ней.       Он замолчал, напряженно ожидая ответа. Несколько секунд показались вечностью.       — Идем, — не оборачиваясь, произнесла она.       Дважды повторять было не нужно. Драко быстро поднялся по ступенькам и зашел в коридор следом за Гермионой. Свет лампы под зеркалом осветил ее лицо: сдвинутые брови, сжатые губы. Она развязывала пояс темно-синего пальто. К груди была приколота булавка с изумрудом. Проследив за направлением его взгляда, Гермиона отвернулась и повесила пальто на плечики.       Не произнося ни слова, они дошли до гостиной и остановились на пороге. Драко опасался начинать разговор первым: в прошлый раз это не закончилось ничем хорошим. Мысленно взвесив риски, он решил выждать.       По ногам прошелся порыв холодного воздуха, словно где-то открылось окно.       — А вот и мама пришла… О-о-о.       Драко обернулся. В коридоре с девочкой на руках стоял Гарри Поттер. Он машинально поправил очки и провел ладонью по щетине. На тыльной стороне были следы грязи.       — Гарри! Я думала, ты уже ушел.       — Прости, она не хотела ложиться, — он смущенно улыбнулся, бросив взгляд на Гермиону. — Но ты вовремя. Мне же к двенадцати. А лучше прийти заранее и все проверить.       — Дядя Гарри, а кто это? — громким шепотом спросила Кассиопея, склонившись к уху Поттера.       — Кто? — Гарри, прищурившись, всматривался в Драко. — Лучше тебе мама скажет, малышка. А мне уже пора бежать.       Он осторожно поставил девочку на пол и, выпрямившись, посмотрел на Гермиону. Она оставалась неподвижной, стояла, распрямив плечи. Но Драко видел, как она стискивала пальцы одной руки в другой.       — Я тебя провожу.       — Не стоит. У тебя сейчас есть вещи поважнее. Увидимся.       Поттер погладил Кассиопею, не отрывавшую пристального взгляда от Драко, по голове и скрылся в коридоре. Через несколько секунд хлопнула входная дверь. В доме воцарилась тишина.       — Привет, — неуверенно произнес Драко, не зная, как правильно начать разговор. Он посмотрел на Гермиону, но все ее внимание было сосредоточено на дочери.       Девочка подошла ближе. Волосы заплетены в две косички. Несколько прядей вылезли и торчали в разные стороны. На одежде были пятна от засохшей земли. Следы были и на лице, длинные, размазанные, как от пальцев.       Она остановилась перед Драко и, задрав голову, всмотрелась в него. Он, подняв слегка штанины, опустился на корточки. Их лица оказались на одном уровне.       — Здравствуйте, меня зовут Кассиопея, — неожиданно громко сказала она и протянула маленькую ручку.       Драко пожал ее.       — Очень приятно. А я…       — Милая, это твой папа.       — Папа?       Девочка на секунду обернулась на Гермиону и, получив в ответ кивок, снова посмотрела на Драко. Он не смог подтвердить эти слова — язык вдруг перестал его слушаться — и только кивнул. Пальцы девочки обхватили его лицо. Маленькие и холодные, как у ее мамы. На них тоже были следы грязи. Кассиопея долго в него всматривалась.       — У вас глаза такие же, как у меня, — наконец заключила она. — Почему вас не было раньше? Вы шпион?       — Я идиот, — прошептал Драко.       Кассиопея серьезно кивнула.       — Тетя Джинни тоже так говорила. Мама с ней соглашалась.       — Все было вовсе не так, — поспешно заметила Гермиона, посмотрев на Драко. Подойдя к дочери, добавила, — а ты должна была уже спать, юная леди.       — А я и собиралась. Но сначала надо было выиграть у дяди Гарри.       — И как? Выиграла?       — Да, — Кассиопея широко улыбнулась, победно задрав подбородок. Подобный жест Драко видел множество раз в Хогвартсе и после него. Он прикусил щеку изнутри, чтобы не улыбнуться.       — Но тебе все равно пора спать.       Девочка позволила взять себя на руки. Она обхватила Гермиону за шею и посмотрела на Драко:       — А папа останется с нами?       Что-то внутри сжалось от этого вопроса.       Папа… я правда папа…       Брови Гермионы взлетели вверх. Драко неотрывно смотрел на нее, ожидая вердикта.       — Если твоя мама позволит.       — Вы можете спать в моей комнате, — уверенно заявила Кассиопея.       — Исключено! Папа ляжет тут, — Гермиона махнула рукой, — на диване.       Девочка сморщила нос и кивнула.       — Я уложу ее и вернусь, хорошо?       Драко кивнул, провожая Гермиону взглядом. Кассиопея обернулась и махнула ему рукой.       — Спокойной ночи.       Когда они скрылись за поворотом, Драко закрыл лицо руками и судорожно выдохнул, только сейчас понимая, что задержал дыхание. Сердце колотилось в груди. Неужели это маленькое создание правда его дочь? Его ребенок? Он привык думать о ней отстраненно, знать, что она существует. Но видеть ее совсем рядом, иметь возможность касаться, говорить… казалось странно нереальным. Словно это происходило не с ним.       Прошло не меньше получаса, прежде чем на лестнице снова послышались шаги. В гостиную вошла Гермиона. Драко встал со спинки дивана.       — Она уснула.       — Хорошо.       Гермиона закусила губу и потерла глаза рукой.       — Прости, что так вышло. Я думала, что Гарри ее уже уложил, и мы сможем поговорить.       — Почему с ней был Поттер?       — Джинни родила недавно, и она почти все время в Норе. А Гарри не любит оставаться дома один, вот и помогает мне, когда ему в ночную смену на дежурство, а я днем на работе, — зевнула Гермиона, прикрыв рот рукой. — Я устала. Знаю, ты хотел поговорить. Но давай завтра, хорошо?       — Конечно. Если хочешь, я уйду сейчас. Вернусь завтра.       — Но ты пообещал Касси, что останешься, — Гермиона подняла голову и сузила глаза. — Не начинай общение с дочерью с вранья.       — И не собирался. Просто не хотел тебе мешать.       — Не будешь, — она прошла мимо него, достала из комода подушку и плед и подошла к Драко. — К тому же она имеет право общаться со своим отцом. Вдруг ты опять исчезнешь, а потом только позвонишь и извинишься.       Гермиона впихнула постельное белье ему в руки, но не отстранилась сразу. Ее взгляд бродил по его лицу, пока не остановился на глазах.       — Я не исчезну, — тихо возразил Драко.       — Посмотрим, — так же тихо ответила Гермиона и поспешно отвернулась. — Спокойной ночи.       Развернувшись, она вышла из гостиной.