Часть 19: Страсть на волнах

Ин Хо открыл дверь палаты и вошёл внутрь. Со-ён сидела на кровати, сложив руки на коленях. На ней была больничная пижама, а волосы растрёпаны. Её лицо было бледным, губы сухими. Темные глаза смотрели в стену, будто он был ей совершенно неинтересен. — Ты вовремя, — её голос прозвучал холодно, даже слишком. — Как раз собиралась сбежать через окно. Ин Хо глубоко вздохнул, стараясь не реагировать на её резкость. — Как ты себя чувствуешь? Она коротко усмехнулась, но даже в этом жесте не было ни капли настоящего веселья. — О, прекрасно! — её голос пропитался сарказмом. — Просто замечательно! Лежать здесь, чувствовать боль внизу живота и осознавать, что во мне больше нет ребёнка. Настоящее блаженство. Ин Хо сжал кулаки. Он понимал, что Со-ён злилась не только на него, но и на всю ситуацию, на саму себя. — Со-ён… — Что? — она резко повернула к нему голову, в её взгляде полыхала ярость. — Что ты хочешь услышать? Что мне плохо? Что я чувствую пустоту? Что мне мерзко от самой себя? — Я не… — Не хотел, да? — перебила она, наклонив голову в сторону. — О, конечно, ты ведь вообще редко что-то «хочешь». Вся твоя жизнь — это долг, правила, маски. У тебя даже собственных желаний нет. Он нахмурился, но всё ещё пытался держаться спокойно. — Я приехал забрать тебя, Со-ён. — Как трогательно, — она скривила губы в усмешке. — Ты даже выделил для меня время среди своих важных дел? Ин Хо тяжело вздохнул. — Перестань. — Перестать что? — её голос стал тише, но в нём слышалась боль. — Перестать говорить правду? Или перестать злиться на тебя? Она отвела взгляд, глядя в окно. — Ты даже не представляешь, как мне хочется тебя ненавидеть… — тихо произнесла она. Эти слова почему-то резанули его сильнее, чем весь её сарказм. — Со-ён… — Забери меня отсюда, Ин Хо, — она резко посмотрела на него, и в её глазах мелькнула усталость. — Мне больше нечего здесь делать. Он медленно кивнул. — Хорошо. В комнате повисла тишина. Со-ён встала с кровати, пошатываясь. Ин Хо мгновенно шагнул к ней, но она остановила его движением руки. — Не надо. Я справлюсь сама. Он снова сжал кулаки, но ничего не сказал. Ин Хо смотрел, как Со-ён медленно подошла к стулу, на котором лежали её вещи. Она взяла свою одежду, но руки заметно дрожали. Он видел, что ей трудно даже просто стоять, но она всё равно упрямо держалась. — Тебе помочь? — тихо спросил он. — Нет, — отрезала она, даже не взглянув на него. Он сжал челюсть. Со-ён явно намеренно отталкивала его, будто хотела, чтобы он ушёл, оставил её одну. Но Ин Хо знал, что это всего лишь защита, тонкая броня, под которой скрывалась её боль. Она попыталась снять больничную пижаму, но из-за слабости пальцы плохо слушались её. После нескольких секунд неудачных попыток она раздражённо выдохнула и бросила одежду обратно на стул. — Чёрт… Ин Хо шагнул ближе. — Дай я помогу. — Я сказала, что справлюсь, — огрызнулась она, но в её голосе уже не было той резкости, что раньше. — Со-ён… Она зажмурилась, а потом медленно опустилась обратно на кровать. — Почему ты здесь, Ин Хо? — устало спросила она, закрыв лицо рукой. — Я забираю тебя, — спокойно ответил он. — Нет, — её голос был глухим. — Почему ты вообще здесь? Почему ты меня не бросил? Ин Хо смотрел на неё, не зная, как ответить. — Разве не было бы проще просто оставить меня? Я всего лишь проблема для тебя. — Ты не проблема, — спокойно сказал он. — Тогда кто я? — она опустила руку и посмотрела на него. В её взгляде было что-то сломанное. Ин Хо открыл рот, но не нашёл слов. — Ты даже не знаешь, да? — горько усмехнулась она. Он не ответил. — Ты всегда смотришь на меня, но видишь не меня. Ты смотришь на меня как на игрушку….игрушку с которой можно снять стресс, — её голос дрожал. — Не видишь меня как девушку. Он хотел что-то сказать, но не успел. — Ты даже не дал мне шанса, — её глаза заблестели. — Я всё время боролась за твоё внимание, но ты так и не увидел. В комнате повисла напряжённая тишина. — Но теперь это не имеет значения, — она опустила взгляд. — Теперь уже поздно. Ин Хо почувствовал, как что-то внутри него сжалось. Со-ён медленно поднялась на ноги и взяла свою одежду. — Отвернись, — сухо сказала она. Он посмотрел на неё, но потом всё-таки послушался, отвернувшись. Через несколько минут он услышал, как она тихо выдохнула. — Готова, — её голос был безжизненным. Ин Хо обернулся. Она стояла у кровати, одетая в свою обычную одежду, но в глазах была пустота. — Пойдём. Он кивнул, но чувствовал, что в этом разговоре проиграл. Ин Хо шагнул вперёд, собираясь подать ей руку, но Со-ён уже отвернулась, сделала шаг к двери и открыла её, даже не взглянув на него. — Нам пора, — ровно сказала она. Она вышла в коридор, и ему ничего не оставалось, кроме как последовать за ней. Больница была почти пуста, в коридорах пахло лекарствами и стерильностью. Со-ён шла медленно, осторожно, будто каждый шаг причинял ей боль, но ни разу не попросила о помощи. Ин Хо шагал рядом, сдерживаясь, чтобы не предложить ей руку, зная, что она всё равно её оттолкнёт. — Ты сказала, что доктор Кан разрешил тебе уйти, — наконец заговорил он. — Да, — коротко ответила она. — Ты уверена, что готова? — А у меня есть выбор? — её голос был холодным, но в нём скользнула едва заметная горечь. Ин Хо ничего не ответил. Они шли молча, пока не достигли выхода. За стеклянными дверями была стоянка, и его машина уже ждала их. — Я открою дверь, — тихо сказал он, делая шаг вперёд. Но Со-ён неожиданно остановилась. — Подожди. Он посмотрел на неё. Она стояла, опустив голову, руки сжаты в кулаки. Несколько секунд она молчала, затем медленно подняла взгляд и посмотрела ему прямо в глаза. — Ты меня не любишь, да? Вопрос был неожиданным. Ин Хо на секунду замер, но потом ответил: — Со-ён… — Просто скажи, — её голос был тихим, но твёрдым. Он не мог соврать. — Нет. Она на мгновение закрыла глаза, словно ожидая именно этого ответа. — Вот и отлично, — выдохнула она. — Теперь я хотя бы не буду себя обманывать. Она шагнула к машине, открыла дверь и села внутрь. Ин Хо глубоко вдохнул и выдохнул, прежде чем сесть за руль. Он видел, как Со-ён сидела рядом, уставившись в окно, будто его не существовало. Её лицо было непроницаемым, но он знал, что за этой маской — буря. Он завёл двигатель, и машина плавно тронулась с места. Несколько минут в салоне висела тишина. Только мерное гудение мотора и приглушённые звуки улицы за окнами. — Ты должна отдыхать, — наконец сказал он. — Я в порядке, — ответила она ровным голосом, даже не удостоив его взглядом. Он сжал руль. — Со-ён… — Если ты пытаешься завести разговор, то не стоит, — её голос был таким же пустым, как и её глаза. — Мы ведь оба знаем, что это бессмысленно. Ин Хо крепче сжал пальцы на руле. — Я просто хотел… — Что? Услышать, что мне больно? Что я убита горем? — она повернулась к нему, но в её взгляде не было ни слёз, ни уязвимости. Только холодная отрешённость. — Разочарую тебя, но мне нечего тебе сказать. — Это неправда, — сказал он тихо. Она усмехнулась, но в этом звуке не было ни грамма тепла. — Думаешь, знаешь меня? — её губы дрогнули в горькой усмешке. — Ты понятия не имеешь, что я чувствую. Ин Хо молчал. — Я потеряла ребёнка, — продолжила она, её голос был таким же ровным, будто она говорила о чём-то незначительном. — И, возможно, больше никогда не смогу иметь детей. Он закрыл глаза на мгновение, прежде чем снова взглянуть на дорогу. — Ты ведь не знаешь, каково это, да? — спросила она, наклонив голову. — Когда тебе говорят, что твой организм больше не сможет выносить жизнь? Он чувствовал, как сжимается его сердце. — Мне жаль… — Жаль? — она усмехнулась снова. — Ты ведь ничего не потерял. — Ты не можешь так говорить. — А как мне говорить? — её голос вдруг стал резким, как лезвие. — Как мне реагировать? Плакать? Кричать? Упасть в твои чёртовы объятия и ждать утешения? Он ничего не ответил. — Не беспокойся, — добавила она тише. — Мне это не нужно. Она снова отвернулась к окну, закрываясь от него полностью. Ин Хо смотрел на дорогу, но чувствовал, что потерял её. Окончательно. Со-ён смотрела в окно, но не видела пейзаж за стеклом. Всё внутри неё было выжжено дотла, как будто эмоции, чувства — всё, что когда-то делало её живой, исчезло вместе с ребёнком. Она хотела бы сказать, что не чувствует боли. Что это её не сломало. Но это было бы ложью. Но самое ужасное — это осознание, что она больше не сможет иметь детей. «Сильные не плачут. Сильные идут дальше». Эту фразу она повторяла себе с самого детства. Но сейчас эти слова казались пустым звуком. Ведь даже если она будет идти дальше… а ради чего? Она думала, что справится. Думала, что сможет выкинуть это из головы, убить в себе даже воспоминание о том, что внутри неё росла жизнь. Но ей было больно. Больнее, чем когда-либо. И хуже всего было то, что рядом с ней был он. Ин Хо. Мужчина, которого она никогда не хотела впускать в своё сердце. Мужчина, которого она так глупо и бессмысленно полюбила. Она не могла забыть, как он смотрел на неё тогда, в ту ночь. Как в его глазах отражалась боль, когда он сообщил ей, что ребёнка больше нет. Но что с того? Он ведь всё равно любил не её. Он жил прошлым, жил призраком своей мёртвой жены. Со-ён ненавидела это. Ненавидела, как её раздражала мысль, что она никогда не сможет занять это место. Она презирала себя за это чувство. Но было поздно. Любовь уже поглотила её. Только вот она не принесла ей ничего, кроме боли. Машина медленно подъехала к пирсу, и Со-ён увидела впереди белоснежную яхту. Она возвышалась над гладью воды, будто гигантский морской зверь, готовый поглотить её в свои стальные челюсти. Корпус судна сиял даже в пасмурном свете, подчёркивая роскошь и безупречность. Тёмные тонированные окна скрывали внутреннее убранство, но даже сквозь стекло угадывалось богатство и власть. Палуба из дорогого тика выглядела безупречно, словно её только что натёрли до зеркального блеска. Возле трапа, ведущего на яхту, стояли двое людей в чёрных масках квадратов. Они были как статуи — неподвижные, грозные, полностью растворившиеся в образе безликих кукол системы. Со-ён слегка поморщилась, испытывая неприятное ощущение — как будто её снова втягивали в мир, который она пыталась отвергнуть. Ин Хо заглушил двигатель. — Мы на месте, — сказал он ровным голосом, но не сделал ни малейшей попытки выйти первым. Она скользнула по нему холодным взглядом, не сказав ни слова. Открыв дверь, Со-ён вышла из машины и посмотрела на яхту. — Стой,— Ин Хо взял с заднего сидения маску филина, и протянул ей. Со-ён колебалась, но всё же взяла её и надела на голову. Они снова возвращались туда, где не существовало жалости. Туда, где никто и никогда не будет её жалеть. Со-ён сделала несколько шагов вперёд, приближаясь к яхте. Ветер трепал её волосы, а солёный воздух забивал лёгкие. В глазах не было ни страха, ни сомнений — только усталость и внутреннее опустошение. Один из квадратов почтительно наклонил голову. — Госпожа Со-ён, яхта подготовлена к отплытию. Она ничего не ответила, лишь молча ступила на трап, ощущая под ногами прохладный металл. Ин Хо последовал за ней, его шаги были тяжёлыми, но уверенными. Он уже успел накинуть плащ и маску. Когда они поднялись на борт, перед ними открылось пространство главной палубы: чёрные кожаные диваны, стеклянный столик, несколько бутылок элитного алкоголя в серебряном ведёрке со льдом. Всё выглядело так, словно яхта предназначалась не для сурового возвращения на остров, а для развлечений каких-нибудь богачей. Со-ён резко остановилась. — Опять этот фарс, — усмехнулась она, скрестив руки на груди. Ин Хо не ответил. Он подошёл к перилам и взглянул на горизонт. Волны лениво накатывали на берег, и его пальцы невольно сжались в кулак. Квадрат, вышел на палубу и слегка поклонился. — Мы готовы к отплытию. Через два часа будем на месте. — Отлично, — коротко ответил Ин Хо. Со-ён отвернулась от него и прошла к диванам. Присела, скрестив ноги, и взяла бокал с виски, даже не спрашивая, чей он. Сняла маску и сделав глоток почувствовала, как алкоголь обжигает горло. — Всё-таки алкоголь — отличное средство, чтобы не думать, — пробормотала она, глядя в жидкость, словно вглубь собственной души. Ин Хо скользнул по ней взглядом, но ничего не сказал. Яхта дрогнула, отчаливая от берега. Их ждал путь обратно — в место, где милосердие и жалость были ненужными вещами.

***

На палубе стояла тишина, нарушаемая лишь мерным шумом волн и мягким шелестом ветра. Яхта плавно рассекая воду, несла их всё дальше от берега. В воздухе витал солёный запах моря, смешанный с ароматом дорогого виски. Со-ён стояла, опершись на перила, вглядываясь в чёрную гладь воды. Ин Хо стоял рядом, немного расслабленный после нескольких глотков алкоголя. Виски приятно жгло горло, растекалось по телу теплом. Но мысли оставались холодными. — Ты напоминаешь мне её, — вдруг сказал он, не глядя на Со-ён. Она чуть вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. Медленно повернула голову к нему, её глаза сузились. — Кого? — спросила она ледяным тоном, хотя уже знала ответ. Ин Хо сделал ещё один глоток виски, не отрывая взгляда от горизонта. — Мою жену. Эти слова пронзили её, как острое лезвие. Она сжала кулаки, ногти впились в ладони. Сколько раз она слышала это? Сколько раз он сравнивал её с женщиной, которой уже нет? — Опять… — выдохнула она, едва сдерживая раздражение. Ин Хо бросил на неё рассеянный взгляд, будто не понял её реакции. — У тебя такой же взгляд, когда ты злишься, — продолжил он. — Такой же упорный характер. Она тоже никогда не отступала. — Замолчи, — резко сказала она. Но он будто не слышал. — Она тоже умела быть жестокой. Но в глубине души была… — Довольно! — Со-ён вдруг развернулась и посмотрела на него с ненавистью. — Мне надоело слушать бредни про мёртвых! Ин Хо замолчал, его лицо исказилось странной смесью удивления и боли. Она резко отвернулась, направляясь к кожаному чёрному дивану, что стоял на палубе. Взяла бутылку виски что стояла на столике, налила себе в стакан и села, закинув ногу на ногу. Со-ён сделала большой глоток, чувствуя, как горячий алкоголь разливается по её телу, но не способен согреть пустоту внутри. Ин Хо продолжал стоять у перил, смотря куда-то вдаль. Она наблюдала за ним исподлобья. И вдруг поняла: ему больно. Но ей — больнее. Со-ён медленно вращала стакан в руке, наблюдая, как янтарная жидкость скользит по стенкам. Алкоголь не давал облегчения, но хоть немного притуплял мысли. Она слышала, как Ин Хо глубоко вдохнул, словно хотел что-то сказать, но промолчал. Ей надоело это. — Ты всё ещё любишь её, да? — холодно спросила она, не поднимая на него глаз. Ин Хо медлил с ответом. Казалось, ветер и море заглушили его голос, но потом он всё же произнёс, глядя в темноту горизонта: — Люблю. Со-ён сжала стакан так сильно, что костяшки побелели. — Глупо… — тихо усмехнулась она. — Возможно, — признал он. Он подошёл ближе, сел напротив, взял бутылку и плеснул себе виски. В тишине раздался звон стекла. — Она умерла, — сказала Со-ён, наконец подняв на него взгляд. — Ты цепляешься за призрак. Ин Хо встретился с её глазами. В его взгляде было что-то тяжёлое, усталое. — А ты? За что цепляешься ты? Она прикусила язык. Он будто видел её насквозь. Со-ён склонила голову набок и насмешливо улыбнулась: — Я не цепляюсь ни за кого. — Лжёшь. Она зло прищурилась. — Ты мне не веришь? — Нет, — спокойно ответил он и сделал глоток. Со-ён почувствовала, как в груди разгорается злость. Он был так спокоен. Так холоден. Всегда. Словно ничего не могло пробить его стены. — Ты думаешь, я хотела быть здесь? — резко спросила она. Ин Хо молчал. — Думаешь, мне нравится сидеть здесь и слушать про твою мёртвую жену? Он склонил голову, будто раздумывая, а потом вдруг сказал: — Нет. Со-ён стиснула зубы. — Тогда почему ты всё равно это делаешь? Ин Хо смотрел на неё долгим, изучающим взглядом. — Потому что это правда. Эти слова вывели её из себя. — Правда?! Ты делаешь мне больно сравнивая меня с ней. Я не она! Я другой человек, другая личность! Не смей меня сравнивать с ней! Она резко поставила стакан на стол и встала. — Знаешь, что самое смешное? — её голос дрожал от гнева. — Ты не живёшь. Ты просто существуешь, цепляясь за прошлое. Ин Хо продолжал смотреть на неё, его лицо оставалось непроницаемым. — Тебе хочется меня ударить? Со-ён сжала кулаки. — Да. Он медленно кивнул. — Тогда сделай это. Она замерла. Её дыхание сбилось. — Ты думаешь, я боюсь? — прошипела она. — Нет, — ответил он спокойно. — Думаю, что ты этого не сделаешь. Со-ён вскипела. — Почему? Он усмехнулся. — Потому что тебе слишком важно, что я о тебе думаю. Она замерла. Слова, как острые ножи, пронзили её. Со-ён смотрела на него, не в силах двинуться. Он знал. Всегда знал. Она развернулась и ушла вглубь яхты, оставив его одного на палубе. Со-ён быстрым шагом вошла в каюту, захлопнув за собой дверь. Она не включала свет — только слабый свет луны проникал сквозь иллюминатор, отбрасывая длинные тени по полу. Её дыхание сбивалось. Виски жгло внутри, но это было ничто по сравнению с тем, что разрывало её изнутри. “Потому что тебе слишком важно, что я о тебе думаю.” Эти слова били больнее, чем пощёчина. Она сжала ладонями виски, пытаясь унять дрожь. — Чёртов ублюдок… — выдохнула она себе под нос. Она ненавидела его. Нет. Она ненавидела себя. За то, что он был прав. За то, что он видел её насквозь, когда она всю жизнь привыкла носить маску. За то, что её тянуло к нему, несмотря на всё. Со-ён села на кровать, провела руками по лицу и тяжело вздохнула. Она обещала себе, что больше не заплачет. Но внутри было пусто. Не злость. Не боль. Просто пустота. Внезапный стук в дверь заставил её вздрогнуть. — Со-ён, — голос Ин Хо был низким, спокойным. Она не ответила. — Открой. Она сжала губы. — Я не в настроении слушать твои нравоучения, — резко бросила она. — Я знаю. Тишина. Она думала, что он уйдёт. Но он не ушёл. — Ты злишься на меня, — сказал он наконец. — Да ладно? — усмехнулась она. — Какой проницательный. Ин Хо вздохнул. — Я не хотел тебя задеть. — Поздно, — отрезала она. Тишина снова повисла между ними. Потом он сказал: — Открой дверь, Со-ён. Она зажмурилась. Почему он не уходил? Почему всегда доводил её до грани? Она резко встала, подошла к двери и распахнула её. Ин Хо стоял перед ней, его лицо было всё таким же спокойным. — Чего ты хочешь? — выплюнула она. Он посмотрел на неё долгим взглядом, потом медленно сказал: — Чтобы ты перестала делать вид, что тебе всё равно. Её сердце дрогнуло. — Уходи, — прошептала она. Он не двинулся. — Со-ён… — Уходи! — закричала она, ударив его кулаками в грудь. Ин Хо не отстранился. Он не пытался защититься. Она била его снова и снова, но он просто стоял, позволяя ей выплеснуть всё, что рвало её изнутри. Потом она замерла. Встав вплотную к Ин Хо она посмотрела на него и прошептала: — Я хочу тебя. Давай забудем обо всём хотя бы на полчаса… Со-ён чувствовала, как сердце бешено колотится в груди. Она видела, как напряглась его челюсть, как мелькнуло что-то в глазах – злость, желание, боль? А может, все вместе? Ин Хо не двигался, но она чувствовала, как его тело напряглось под ее прикосновением. Еще чуть-чуть – и он сломается. Или…сломает ее. Приблизившись к его лицу девушка страстно поцеловала его. Он ответил не сразу. Опешив резким переменам её настроения, но всё же поддавшись её чарам окольцевал её талию ответив на поцелуй. Аромат виски мешался с его одеколоном. Где-то далеко шумело море, но здесь, в темноте каюты, был только он. И ее собственное учащенное дыхание. Она медленно скользнула рукой по его груди, чувствуя, как бешено стучит его сердце. Ин Хо сжал кулаки, словно боролся сам с собой. Но когда она провела своей ладошкой по его паху, он сорвался…Ин Хо не мог больше сопротивляться. Всё таки месяц без секса — это пытка. Нет он мог и дольше, но когда рядом с тобой такая красивая девушка… Она наклонилась, позволяя своим губам скользнуть по его шее, прикусывая ту самую чувствительную точку, от которой у него дёрнулся кадык. Яхта мягко покачивалась на волнах, но напряжение между ними было неподвижным, как натянутая струна. — Ты даже не представляешь, что творишь, — голос Ин Хо звучал низко, почти угрожающе. — Конечно представляю, — отстранившись Со-ён склонила голову чуть набок, ухмыляясь. Она чувствовала его горячее дыхание на своей коже, видела, как в уголках его глаз дернулись едва заметные морщинки от сдерживаемой эмоции. Но прежде чем она успела отстраниться, Ин Хо резко схватил ее за запястье, притягивая к себе, стирая все расстояние между ними. — Хочешь поиграть? — его голос прозвучал низко и опасно. Он не ждал ответа. Его губы накрыли ее резко, требовательно, с жадностью человека, который долго отказывал себе в этом удовольствии. Поцелуй был рваным, жестким, почти агрессивным. Их дыхание смешалось, и Со-ён почувствовала, как по телу пробежала дрожь — не от страха, а от возбуждения, от самого факта их борьбы. Его руки скользнули по ее телу, сжимая талию, бедра. Одной рукой он прижал ее к себе еще сильнее, другой грубо провел по изгибу груди, заставляя Со-ён резко втянуть воздух сквозь зубы. — Достаточно? — он чуть отстранился, его губы коснулись ее щеки, скулы, прежде чем вернуться к губам. — Нет, — ухмыльнулась она, кусая его нижнюю губу. Со-ён не отступала. Она чувствовала, как его горячее дыхание обжигает её губы, как его пальцы впиваются в её талию, притягивая ближе, словно он пытался забрать у неё воздух. Их поцелуй был рваным, грубым, с ноткой вызова, будто никто из них не хотел первым уступить. Ин Хо держал её так, словно хотел доказать, что он главный, что она лишь играется с огнём. Но Со-ён не собиралась сдаваться. Она впилась ногтями в его плечи, чувствуя, как напряглись его мышцы, и сильнее прижалась, заставляя его застонать сквозь сжатые зубы. Её спина резко встретилась со стеной, а его ладони без колебаний скользнули вверх по её телу, сжимая её грудь поверх ткани. Его движения были резкими, жадными, будто он хотел оставить на ней свои следы, выжечь каждое прикосновение в её сознании. Со-ён резко втянула воздух, но не отвернулась — напротив, её пальцы запутались в его волосах, а губы с силой прикусили его нижнюю губу, как будто она мстила за то, что он пробуждал в ней эти чувства. — Ты так отчаянно борешься, — прохрипел Ин Хо, прижимая её сильнее. — А ты так отчаянно хочешь контроля, — ухмыльнулась она, её глаза вспыхнули вызовом. Он сжал её бёдра, заставляя её ахнуть, прежде чем развернуть и резко бросить на диван. Её спина утонула в мягких подушках, а он навис сверху, его тёмный взгляд пылал, дыхание было сбивчивым. Со-ён смотрела на него снизу вверх, её грудь тяжело вздымалась. Она провела языком по своим губам, оставляя намёк на удовлетворённую улыбку. Она почувствовала как в её живот упирается его член. Даже через брюки она видела его размер. Видела как ему тесно, и как он хочет её. Именно её, не жену. И ей было хорошо от этого. Скинув с неё пиджак и сорвав её топ, он увидел что на ней не было лифчика. Её затвердевшие возбуждённые соски на тёмных ореолах так и просили что бы их взяли в рот. — Ах ты маленькая проказница,— прошипел Ин Хо. — А тебе не нравится? — Выгнув бровь, на её лице появилась усмешка. Ничего не ответив он прильнул к её груди. Языком он начал обводить контур ореола постепенно беря сосок в рот. Он посасывал его немного прикусывая. От этих действий у девушки кружилась голова. Она застонала, когда он одной рукой сжал до боли её вторую грудь, а второй начал пробираться ей в брюки. Немного приспустив ей брюки, он поддел край её кружевных трусиков и большим пальцем провёл по её половым губам слегка раздвигая их. От этих действий Со-ён напряглась прижимаясь своей киской к его руке. Она захныкала требуя большего. Ин Хо ухмыльнувшись отстранился от груди и на секунду вытащил руку. Не прерывая зрительного контакта, он смотря ей в глаза облизнул средний и указательный палец, после чего его ладонь вернулась обратно. Он резко без предупреждения ввёл в неё два пальца и начал двигаться, большим пальцем стимулируя клитор. Девушка царапала своими коготками сквозь рубашку его спину и стонала. — Тебе нравится когда я трахаю тебя пальцами?! Она молчала. — Отвечай! — Дааа… Он чувствовал как её лоно начинает сжиматься вокруг его пальцев. Но он не спешил. — Хочешь кончить? — Мг,— промямлила Со-ён — Не слышу,— прошипел Ин Хо. Он постепенно начал замедлять темп. — Нееет…пожалуйста. — Что пожалуйста? — Я хочу… — Что хочешь? — Кончить… — Так попроси. — Прошу… Ин Хо прорычав возобновил движения рукой, ускоряясь. Он чувствовал что она близка к финишу. Долго ждать не пришлось, несколько касаний по клитору и Со-ён выгнувшись так, что на ногах сжались пальцы и кончила с протяжным стоном. Она была уверенна что персонал их слышит, но ей было плевать. Это их яхта, а значит и их правила. Немного отдышавшись Со-ён резко перевернула мужчину, оказавшись сверху. Ин Хо опешил от её действий. Он никогда не позволял ей доминировать над ним, но ему стало интересно на это посмотреть. "Пусть поиграет", пронеслось у него в голове. Со-ён в это время уже пыталась расстегнуть его чёрную рубашку. Пальцы не слушались её, от чего она начинала психовать. — Чёртовы пуговицы! Она разорвала рубашку, так что пуговицы разлетелись по всей каюте. — Эй! Вообще-то у меня нет запасной рубашки. — Заткнись! Её руки начали блуждать по его груди. А губы накрыли его. Одна рука постепенно начала спускаться к его паху, пока второй она сжимала его шею. От этого Ин Хо еле слышно простонал. Отстранившись она немного подвинулась, дабы расстегнуть пряжку ремня. Высвободив его набухший член из брюк она посмотрела на него ухмыльнувшись. На нём были видны тёмные венки, а из головки уже текла смазка. Со-ён немного наклонилась, смотря на его член и подув на головку провела кончиком пальца по стволу. Слегка простонав Ин Хо ждал когда она возьмёт его в рот. Он положил свои ладони на её голову, надавливая так, чтобы она взяла его. — Нет! — отдёрнув его руки сказала Со-ён. В её голосе читалось возмущение и злость. — Что? Что я сделал не так?— он не понимал, что могло пойти не так,— Со-ён? — Какой же ты наивный, Ин Хо…думал что после всего случившегося я позволю тебе касаться меня? Думаешь секс всё исправит? Приласкаю её, да простит. Так вы думаете? Да? Только вот со мной это не прокатит, дорогой… — Ты… — Что я?! Взяв Ин Хо за воротник рубашки, она прошипела ему прямо в лицо. — Дрочи на фотки своей жены. Пусть она тебя ублажает… Ин Хо застыл, но лишь на мгновение. Потом в его глазах вспыхнул ледяной гнев. Челюсть напряглась, дыхание сбилось. Он не мог поверить, что она осмелилась сказать это. Со-ён тем временем медленно поднялась с него, без малейшей спешки застегнула брюки, небрежно натянула топ и накинула пиджак. Её движения были излишне размеренными, вызывающе спокойными, словно она только что не вывернула его душу наизнанку. — Ты отвратительна, — процедил он сквозь зубы, всё ещё лежа, не в силах сразу подняться. Она замерла, бросила на него быстрый взгляд — и вдруг усмехнулась, с нескрываемым удовлетворением. — Возможно, — хрипло произнесла она, глядя ему прямо в глаза. — Но не я держу в сердце мёртвую женщину. Её слова были последним ударом. Ин Хо резко сел, но Со-ён уже развернулась и направилась к выходу. — Спокойной ночи, Фронтмен, — бросила она через плечо, толкая дверь. А потом её больше не было. Остался только он, кипящий от злости, сжимающий кулаки, с раскалённым от желания телом и пульсирующей болью внутри.