Глава 5. Твари подземельев

      Блум проснулась задолго до рассвета. Сны покинули её, и фея решила обдумать свои дальнейшие действия.       Почему же она отправилась в Хогвартс? Ответ на этот вопрос был предельно прост. Во время недавнего визита к гоблинам она тщательно изучила все документы, связанные с Поттерами. Ей крайне не понравилась попытка гоблинов навязать ей чужие обязательства и долги, но это натолкнуло её на мысль, что с Поттерами может быть не всё так однозначно. К сожалению, её опасения оказались обоснованными.       Родители Гарри заключили магический контракт со школой, согласно которому Гарри Поттер обязан учиться именно в Хогвартсе как минимум до пятого курса. Угадайте, кто был принимающей стороной? Альбус Дамблдор, с множеством титулов и имён. Поскольку на момент подписания контракта Гарри был ещё ребёнком, все решения принимали его родители, а она, оказавшись в его теле и обладая частью его магии, автоматически считалась Поттером. Таким образом, выхода на данный момент не было: либо она соблюдает условия контракта, либо столкнётся с откатом. Это стало одной из причин, побуждающих её к усиленным тренировкам. Приняв свою силу, она сможет выжечь магию Поттеров и избавиться от множества проблем, связанных с этим родом. Да и про крестраж не стоило забывать. Но до этого ещё было далеко… При текущем темпе, по самым оптимистичным прогнозам, она могла пробудить свою истинную силу лишь к концу третьего курса или к середине четвёртого! И этот процесс обещал быть крайне болезненным. Ей хотелось бы дождаться хотя бы малого совершеннолетия… Но времени не было.       Поэтому ей следовало сосредоточиться на медитациях и надеяться, что в этом насыщенном магией месте процесс пойдёт быстрее. Или, возможно, она найдёт иной способ ускорить его. В конце концов, небезызвестный студент однажды обнаружил в запретной секции знания о крестражах, так почему бы и ей не найти что-то… интересное?       К тому же она не оставляла мысли провернуть большую гадость с Волдемортом. Хм, где-то тут должен лежать воскрешающий камушек, да?.. Когда её соседи проснулись, она уже давно была собрана. — М, Гарри? А ты чего так рано? — спросил Рон, сонно щурясь и безуспешно подавляя зевок. — Не спалось. А вот вам стоило бы поторопиться, скоро завтрак, — ответила фея. Рональд что-то согласно пробурчал, сползая с кровати.       На завтрак они всё же опоздали, так как Блум настояла дождаться Невилла. У неё были некоторые планы на него… И вообще, ей стоило уже присматривать свою свиту! Так что в Большой зал они зашли втроём — она, Рон и Невилл.       За всеми четырьмя столами было крайне мало студентов, большинство предпочитало ухватить лишний час сна, так что они втроём оказались одними из ранних пташек. Судя по ворчанию Рона, он бы не отказался ещё поспать, но появившаяся на тарелках еда вмиг изменила его настроение.       Блум с любопытством наблюдала за тем, как Рон, не обращая внимания ни на кого, с жадностью накинулся на завтрак. — Тебя дома не кормят? — поддразнила она, наблюдая за тем, как Уизли с трудом жевал, стараясь не подавиться. — Нас семеро в семье! Попробуй там наесться, — ответил он с улыбкой, впрочем не забыв перед этим прожевать кусок пирога.       Невилл, который всё это время сидел, погружённый в свои мысли, наконец поднял голову, и Блум заметила, какой потерянный у него был взгляд. — Невилл, всё в порядке? — спросила она, стараясь поддержать мальчишку. — А? Да, просто… думал о том, что нас ждёт на занятиях, — ответил он, слегка покраснев. — Думаю, что ничего ужасного, — фея постаралась ободряюще улыбнуться. — Да, Нев, не с троллем же нам придётся биться в самом деле! — дружески хлопнул Лонгботтома по плечу Рон, а вот Блум подумала, что очень может быть, что да… — Спасибо, ребята. Думаю, что вы правы, — неуверенно улыбнулся им мальчик.       За первые несколько дней учёбы Блум убедилась, что школьная программа до ужаса скучна! Самым невыносимым предметом оказалась история магии: все ребята на лекциях призрака беззаботно досыпали недостающие часы сна. И не удивительно, ведь Бинс паразитировал на их магии и жизненных силах. Оттого все и были такими обессиленными, даже такие заучки, как Грейнджер. Увы, избавиться от профессора было сложнее, чем от бывшего факультетского призрака. Контракт с Хогвартсом у Бинса, судя по всему, разорван не был, а она, увы, не могла причинять вред профессорам.       Остальные же предметы были не намного лучше. Ох, как же она была удивлена, когда МакГонагалл рассказывала им о том, что метаморфизм доступен в большей мере только метаморфомагам! Да она под руководством Профессора Визгиса освоила этот курс к концу первого года в Алфее!       Чары её тоже не впечатлили, хотя маленький профессор ей понравился. Флитвик очень напоминал ей Визгиса — такой же весёлый… тролль. Да-да, она знает, что один из них полугоблин, а другой лепрекон. Но состояние души!       С особым нетерпением все ждали урока профессора Квиррелла по Защите от Тёмных искусств. Блум же, наоборот, испытывала опасения. Хотя занятия Квиррелла скорее напоминали комедию, чем что-то серьезное, фея не теряла бдительности. Она прекрасно чувствовала тьму, скрывающуюся под его фиолетовым тюрбаном.       Профессор Стебль была милой дамой, а сам предмет вызывал чувство ностальгии, фея вспоминала Флору. Та тоже была помешана на всякой милой и не очень зелени. Хм… Вот кого ей напоминал Невилл.       К слову о последнем, его опасения почти исчезли… Но тут произошло знакомство с Ужасом Подземельев! Да, у них начались пары со Снейпом.       Кабинет профессора находился в подземельях. Там было холодно — намного холоднее, чем в самом замке. Вдоль всех стен стояли стеклянные банки, в которых плавали заспиртованные животные. Выглядело это отталкивающе, но не более. Для Блум, другие явно чувствовали страх.       Урок начался с переклички. И, конечно же, Снейп уделил ей внимание. Стоило ему дойти до злополучной фамилии, как он произнёс: — О, да, Гарри Поттер. Наша новая знаменитость. Слизеринцы захихикали, хотя фея не совсем понимала причины. Ну… что взять с дурачья?       Далее шла очень проникновенная речь профессора о том, что зельеварение — это искусство, а они — стадо баранов. Но сказано было весьма красиво. Наступившую тишину разрушил сам профессор: — Поттер! — громко произнес Снейп. — Что получится, если я смешаю измельчённый корень асфоделя с настойкой полыни?       Блум моргнула. Ладно, она знала, что такое полынь… А асфодель — это вроде как цветок. Хоть она и читала книги про Гарри Поттера, но было это очень давно… А зелья, которые она умела варить, точно не содержали таких ингредиентов, о которых её сейчас спрашивали! — Я не знаю, сэр, — честно ответила она, и, видя, что профессор вот-вот выплюнет порцию яда, поспешила добавить: — Но я здесь, чтобы узнать, и думаю, что такой Мастер, как Вы, точно научит меня и других ребят. — И мило улыбнулась. Она знала, что это бесит людей. На лице Снейпа появилось недовольное выражение. — Сядьте! — процедил он. — И, Поттер, запомните: из корня асфоделя и полыни приготавливают усыпляющее зелье, настолько сильное, что его называют напитком живой смерти. — Он обернулся к классу. — Почему никто ещё ничего не записывает?! Все поспешно схватились за перья и зашуршали пергаментом. — А за ваш ответ, Поттер, минус пять баллов Гриффиндору! Слава, это ещё не всё!       Профессор разделил их всех на пары и дал им задание приготовить простейшее зелье для исцеления от фурункулов. Но бедный Невилл из-за волнения умудрился растопить котёл своего соседа, и зелье, которое они готовили, стекло на каменный пол, прожигая ботинки стоявших поблизости учеников. К счастью фея была внимательна и успела вовремя оттолкнуть мальчишку. Иначе бы ему было гарантировано свидание со школьной целительницей. От Снейпа, увы, спасти она не могла. — Идиот! — прорычал Снейп, одним движением палочки испаряя пролившееся зелье. — Как я понимаю, прежде чем снять котел с огня, вы добавили в зелье иглы дикобраза? А вы, Поттер, почему не сказали ему, что нельзя добавлять в зелье иглы дикобраза? Или вы надеялись, что, если ваш товарищ ошибется, вы будете выглядеть лучше него? Из-за вас я снимаю ещё пять баллов с Гриффиндора!       Блум внимательно посмотрела на черноволосого мага, чуть прищурившись. Ей было всё равно на баллы — она уже поняла, что они не дают ничего, кроме кубка в конце года. Но то, что этот волшебник позволяет себе так обращаться с ней, было неприемлемо. Он совершил большую ошибку, записав себя в её неприятели. Видимо, что-то такое промелькнуло на её лице, потому как Рональд осторожно коснулся её руки и тихо прошептал: — Не нарывайся, оно того не стоит. Я слышал, что Снейп, если разозлится, может очень сильно навредить. — Его голос звучал обеспокоенно, и Блум поняла, что мальчишка искренне беспокоится за неё.       Час спустя, когда они вышли из подземелий, Блум была полна решимости отомстить этому гаду. Тварь подземельная! За две пары он снял с неё двадцать один балл. Весь факультет с сочувствием смотрел на неё, осознавая всю несправедливость ситуации. — Выше нос, — подбодрил их Уизли, обращаясь как к ней, так и к Невиллу, которому досталось не меньше. — Фреду и Джорджу тоже не везёт на уроках этого змея. Знаете, сколько отработок они у него получили? Несчётное количество раз!       Она с Невиллом только вздохнули и переглянулись, обменявшись одинаковыми взглядами. Что-то подсказывало им, что они переплюнут близнецов…       Вскоре дни побежали своей чередой, сливаясь в один. Блум не позволяла втянуть себя в неприятности, а просто училась. Нет, она не про уроки в Хогвартсе. Фея тренировала навыки, которые получила в прошлой жизни, насколько это было возможно. Она оттачивала колдовство без палочки, но тут возникала сложность: чары этого мира были заточены под движения палочкой. Если известная ей магия выходила легко и работала по принципу «просто пожелай», то волшебство этого мира требовало соблюдения определённых условностей! Почему волшебники так любят усложнять себе жизнь? Она не понимала…       Но были и успехи. Например, метаморфозы у неё выходили отлично. Она уже могла менять длину и цвет волос, кожи и глаз. Её магические каналы позволяли ей чуть-чуть колдовать с помощью её стихии. Приходилось делать это очень осторожно, чтобы не навредить. Но как приятно было почувствовать свой огонь!       Так и прошло время до Хэллоуина. С самого утра по всему замку витал восхитительный запах запеченной тыквы — непременного атрибута этого праздника. На чарах профессор Флитвик объявил, что они готовы овладеть первым заклинанием. Блум только усмехнулась на это; она не стала дожидаться практики и самостоятельно изучила наиболее, на её взгляд, интересные чары. Жаль, что она не могла попасть в запретное хранилище…       Профессор Флитвик разбил всех учеников на пары. Блум встала к Невиллу, видя, с какой надеждой он смотрит на неё. А вот Рону в напарники досталась Гермиона Грэйнджер. Судя по их виду, довольны они не были. — Не забудьте те движения кистью, которые мы с вами отрабатывали, — напоминал профессор Флитвик. — Кисть вращается легко, и резко, и со свистом. Запомните — легко, и резко, и со свистом. И очень важно правильно произносить магические слова — не забывайте о волшебнике Баруффио. Он произнес «эс» вместо «эф» и в результате обнаружил, что лежит на полу, а у него на груди стоит буйвол.       Блум с весельем подумала, что обнаружил он этот факт посмертно. Но взглянув на белоснежного, как простыня, Невилла, вздохнула. — Эй, не волнуйся, я рядом, и если что, помогу, — проговорила она, улыбаясь и похлопывая Лонгботтома по плечу. Невилл робко улыбнулся ей. — Спасибо, Гарри.       Фея делала вид, что у неё, как и у других, не получается выполнить заклинание, и только после того, как у пары человек вышло, она тоже подняла своё перо в воздух. После этого она повернулась к Невиллу, помогая ему с заданием. К концу урока тот смог поднять перо. Они выходили вполне довольные, только Рон был в очень плохом расположении духа. — Неудивительно, что у неё нет друзей, — пробурчал он, когда они пытались пробиться сквозь толпу школьников. — Она — настоящий кошмар!       Когда они выбрались из толпы, в Блум кто-то врезался, видимо, не заметив её. Это была Гермиона, и у неё было заплаканное лицо. Помня о тролле, фея повернулась к Уизли и уверенно проговорила: — Рон, ты должен извиниться перед ней. Она — девочка, а ты — будущий мужчина! Защитник! Неужели ты допустишь, чтобы она плакала? Уизли покраснел. — Ох, ладно, я извинюсь перед ней! И правда, не хорошо как-то вышло…       Гермиона не появилась на следующем уроке. Как такое могло случиться? Грейнджер, всегда первая на занятиях, и вдруг исчезла! Рон выглядел очень обеспокоенным. Он часто бросал взгляды на дверь, словно ожидая, что Гермиона вот-вот войдёт. Когда урок закончился, Уизли, не дожидаясь, пока она и Невилл соберутся, резко встал и сказал: — Я пойду искать Грейнджер! — и, не дождавшись их ответа, выбежал из класса.       До самого вечера фея не видела Рона. Она начала испытывать беспокойство, но надеялась, что рыжий встретится ей в Большом зале. Увы, её надежды не оправдались. И Невилла тоже не было…       Блум нервно бросала взгляды на дверь в Большой зал, надеясь увидеть мальчишек. Но вместо них увидела вбежавшего в зал Квиррелла. Сердце пропустило удар. — Тролль! Тролль… в подземелье… спешил вам сообщить… — простонал профессор и рухнул на пол, потеряв сознание.       В зале поднялась суматоха, которой и воспользовалась фея, чтобы сбежать. Она чувствовала, что каждая секунда на счету! Ноги сами привели её к женскому туалету. Там она услышала голоса: — Грейнджер, прости! Я не хотел, то есть хотел, но… Вернее, не хотел тебя обидеть! Ну, хватит плакать! — послышался сбивчивый голос Рона. — Д-да, Гермиона, Рон очень раскаивается, что его слова тебя обидели… Пойдём с нами на пир, там уже все собрались, — добавил Невилл. Блум выдохнула и поспешила к ним. — Потом помиритесь, нам надо срочно уходить, в школе тролль! — громким шёпотом сообщила она, входя в туалет. — ТРОЛЛЬ?! — в один голос ответили ей три отнюдь не тихих голоса. — Феникс, зачем так орать? — фея потёрла ухо, надеясь, что их не услышал тролль. — Ты сказал… тролль? Но что он делает в школе? Как? Это же существо ⅩⅩⅩⅩ класса! Нам нужно скорее бежать! — взволнованно затороторила Гермиона, уже позабыв обиду. — Р-ребята… кажется, тр-тролль уже здесь! — пробормотал Невилл, стуча зубами.       И действительно… В нос ударил отвратительный гнойный запах. А затем появился и его обладатель… Рональд указал рукой в конец коридора — оттуда что-то огромное двигалось в их направлении. — Это… это… — зачастил рыжий, дрожа от ужаса. Они отпрянули в тень, наблюдая, как ЭТО выходит на освещённый луной участок коридора. — Т-т-тролль… — пискнул Невилл, готовый вот-вот упасть в обморок.       Существо было примерно четырёх метров ростом, с тусклой гранитно-серой кожей, бугристым телом и крошечной лысой головой. Ноги у него были короткие, толщиной с дерево, а ступни — плоские и мозолистые. Руки же были намного длиннее ног, и потому гигантская дубина, которую тролль держал в руке, волочилась за ним по полу. — Нам конец! — прошептала Гермиона и прижалась к ним сильнее.       Тролль замер, прислушиваясь. А затем взревел и бросился к ним, размахивая дубиной и сбивая со стен прикреплённые к ним раковины. — Аааа! — закричали Рон, Невилл и Гермиона, бросившись к дальней стене.       Блум замерла, напряжённо следя за магической тварью. За ней были дети… Дети, за которых она несла ответственность, просто тем, что они были здесь. Фея знала, что шкура тролля защищена от многих заклинаний, так что они были бесполезны. А вот её огонь — нет! Ещё в старом мире она неплохо справлялась с этими тварями с помощью огня дракона. И сейчас он мог ей помочь. — Отойдите как можно дальше, и что бы ни случилось, не приближайтесь ко мне! — крикнула она, расставив широко руки, выпустила своё пламя, позволяя ему накинуться на тварь, угрожавшую её жизни.       Огонь, вырывающийся из её тела, принял облик знакомого ей дракона, и, ласково лизнув её, перекинулся на тролля, сжигая его плоть. Завывая от боли, тролль завертелся и замахал дубиной, стараясь погасить пламя. Он катался по полу, бил себя дубиной, но огонь было не остановить… Когда всё закончилось, от тролля остался только тлеющий скелет.       А мгновение спустя в комнату ворвалась профессор МакГонагалл, за ней следовал Снейп, а за ними — профессор Квиррелл. Квиррелл взглянул на останки тролля, тихо заскулил и тут же плюхнулся на пол, схватившись за сердце. — Что тут…?! — МакГонагалл замерла, потрясённо смотря на гриффиндорцев. Снейп скользнул по лицу Блум острым, как нож, взглядом.       Фея покачнулась, у неё не было сил на объяснения… Она чувствовала, как внутри всё пылает. Рано, слишком рано она использовала свою силу… Спасительный обморок избавил её от необходимости что-либо объяснять.