Часть 6

      Джинни открыла им дверь, одетая в домашнее платье и небольшой фартук.       — Вы немного рано, еще только пять, — чуть удивленно произнесла она, увидев рядом с подругой Малфоя.       — Ой! — осознала вдруг Гермиона. — Я по-привычке в это время пришла, чтобы тебе помочь, и его с собой захватила.       Драко, который в этот момент помогал ей снимать пальто, получил виноватый взгляд и усмехнулся.       — Я могу уйти и вернуться попозже.       — Да ладно, проходи, — фыркнула от такой глупости Джинни. — Пока просто посидишь.       Грейнджер уверенно потопала в сторону столовой, на ходу спросив:       — Я поставлю на стол свой ноутбук? Мне там одно письмо важное должно прийти, а в этом месте флешка лучше всего интернет ловит.       — Только смотри, чтобы ребята ничего с ним не сделали, — напомнила Джинни.       Они все вошли в помещение, где за длинным столом сидел Джордж, а рядом с ним играли Джеймс и Альбус.       — Малфой, можешь тут посидеть или, если хочешь, иди в гостиную, но там никого нет, — сказала миссис Поттер.       — Спасибо, я тут посижу. Гермиона, я поработаю тогда с твоего? — спросил он, здороваясь с Гарри и Уизли.       — Конечно, — отозвалась Грейнджер, стараясь уделить внимание обоим мальчикам, которые обрадовались приходу тети. — Только почту не закрывай.       — Я не помешаю? — вежливо уточнил Драко, садясь напротив Джорджа за стол.       — Я тут временный нянь, так что если бесня этих двоих не проблема, то сиди, — довольно добродушно ответил Уизли.       Малфой открыл программу, ввел свой пароль и получил доступ к некоторым документам, которые сегодня не доделал. Прежде чем окунуться в работу, он посмотрел в сторону кухни. Через открытые двери было видно часть помещения и Грейнджер, которая уже что-то пробовала. Миссис Поттер крутилась, то доставая продукты, то нарезая что-то, колдуя и раздавая указания подруге и мужу. Все трое переговаривались, улыбались, смеялись, и все выглядело очень уютно по домашнему. Драко подумал, что так проводить время для них привычно и весело, несмотря на то, что им самим приходится готовить.       На некоторое время он с головой ушел в работу, но где-то через час ноутбук вдруг засыпало непонятной розовой пылью. Драко вынырнул из мыслей и осмотрелся. Джордж Уизли пытался развлекать малышей, которым надоело возиться с игрушками, и они начали капризничать. Его взрывающиеся шарики заставляли ребят смеяться, а столовая была частично покрыта пятнами разного цвета.       — Не забудь потом убрать все это! — крикнула с кухни миссис Поттер.       Еще один шарик лопнул совсем рядом с Драко, и он достал палочку, чтобы почистить все вокруг себя. Поймав смеющийся взгляд Гермионы, он неслышно фыркнул и посмотрел на зачинщика беспорядка. Джордж ни капли не раскаивался в том, что устроил, мол, ты сам виноват, что сидишь тут и попал под атаку. Малфой усмехнулся ему, не собираясь возмущаться, и за это получил изучающий взор старшего Уизли. Закралось подозрение, что это было специально, и его так проверяли, но Драко вдруг осознал кое-что и внимательно пригляделся к осевшей на стол пыли. Окунув в нее подушечку пальца, он потер вещество, проверяя консистенцию, а потом цепко посмотрел на Джорджа. Вспомнилось, что у него магазин приколов, в котором продаются самые различные составы разного назначения.       — Что это за вещество? — спросил Драко.       — Оно не оставит следов, так что не переживай, — фыркнул Уизли.       — Да я не об этом, — чуть взволнованно отмахнулся Малфой и серьезно посмотрел на собеседника. — Какое вещество помогает этой смеси превращаться в такую пыль?       — А почему ты спрашиваешь? — с прищуром уточнил Уизли. Дети рядом притихли, размазывая разноцветные разводы по полу.       — Потому что специалисты в моих лабораториях сейчас пытаются преобразовать новый препарат в подобный порошок для более удобного приема, — объяснил Драко. — Пока все, чего они добились, это густая жижа. Зелье совершенно не хочет выпариваться до порошкообразного состояния, и сейчас зельевары ищут вещество, которое могло бы помочь с правильной реакцией, не испортив основных свойств препарата.       — Вот оно что, — чуть нахмурившись, сказал Джордж.       — Я не прошу просто так раскрывать рецепт, — заверил Малфой. — Я предлагаю сделку. Скажем, двести пятьдесят галеонов единоразово за возможность попробовать это неизвестное вещество для нашего препарата. Если все получится, то еще шестьсот галеонов за разрешение применить его в нашем рецепте. И дополнительно будешь получать по три процента с продаж, когда препарат выйдет на рынок.       Лицо Уизли вытягивалось от удивления, пока он слушал и обалдевал от цифр, названных Драко.       — Ты это серьезно? — не поверил он.       — Если тебя смущают расценки, то можешь уточнить у Гермионы, — не понял его Малфой. — Я назвал максимально высокие выплаты.       — Да я не об этом… Просто странно, что ты вот так запросто раздаешь подобные предложения, — немного растерянно пояснил Джордж.       — Что в этом странного? — спросил Драко. — Очевидно, твои знания могут помочь решить вопрос, мучающий моих специалистов уже месяц. Также очевидно, что это должно хорошо оплачиваться.       — Теперь я понимаю, почему Гермиона так восторженно отзывалась о тебе как о руководителе, — хмыкнул Уизли, и Малфой вскинул брови, посмотрев на девушку. — Ладно, давай обсудим.       Пока они разговаривали, Гарри, Джинни и Грейнджер занимались подготовкой закусок для вечеринки. Они всегда собирались таким составом, болтали, обсуждали новости, правда, раньше Рон бродил где-то рядом и периодически таскал еду со стола. Гермиона была очень рада, что в этом году не пропустит это всё.       — Ты смотри, кажется, они нашли общий язык, — заметила Джинни, кивнув в сторону столовой.       — Что они там так увлеченно обсуждают? — заинтересовался Гарри.       — Зато посмотрите на Джорджа, он, кажется, уже не хандрит, — чуть улыбнулась Грейнджер, глядя на то, как старший брат Джинни что-то говорит Драко, а его глаза сверкают.       Малфой вдруг обернулся прямо к ней и позвал:       — Гермиона, можешь подойти, пожалуйста. Нам нужен юрист.       — Ты что, работаешь даже здесь? — усмехнулась она, вытирая руки и подходя.       — Мы заключаем сделку, — сообщил Драко. — Возможно, его разработки помогут нашим зельеварам решить проблему, поэтому я хочу выкупить частичные права на вот это, — он указал на пыльное пятно на столе рядом. — Расскажи ему подробнее о наших и его правах в этом случае.       — Налить вам чаю? — спросила Джинни, услышав этот разговор.        Она переглянулась с мужем и достала чашки с помощью магии, но на плите что-то заскворчало, и она отвлеклась. Поттер занимался какой-то начинкой и не мог бросить дело.       — Если не против, я могу сам это сделать, — сказал Малфой, поднимаясь.       — А ты умеешь? — больше подкалывая, но все же чуточку удивленно спросила Джинни, орудуя лопаткой в сковороде.       — Я же не ребенок, — фыркнул Драко, проходя на кухню.       Быстро налив три чашки, он оглядел заваленный продуктами и частично готовыми салатами стол, потом посмотрел на Джинни и спросил:       — А молоко есть? Или сливки.       Миссис Поттер на пару секунд отвлеклась от помешивания, не сразу сообразив, зачем ему.       — Гермиона пьет с молоком, — подсказал ей Малфой.       — А, в холодильнике возьми, — сказала она.       Драко не понял, где это. На своей кухне он не готовил, да и не было там такого. В магловском мире он ориентировался, но понятия не имел, как эти холодильники выглядят, хоть и знал, для чего они. Поттер поймал его непонимающий взгляд и головой кивнул в сторону высокого прямоугольного шкафа позади него. Малфой увидел ручку и потянул, а потом потратил минуту, чтобы найти молоко среди множества банок, бутылок, контейнеров и продуктов.       Пока он искал, Джинни за его спиной удивленно приподняла брови, глядя то на мужа, то на спину блондина. Гарри пожал плечами, мол, да, он знает о том, как Гермиона любит пить чай, и да, это странно видеть, но это есть.        Драко доделал все и взмахом руки отправил чашки в сторону столовой, следуя за ними и усаживаясь рядом с Грейнджер. Обсуждение шло еще полчаса, за которые Джеймс и Альбус снова затребовали внимания. Гермиона оживила для них машинку, продолжая объяснять все Джорджу, и еще пять минут дети были заняты.       А потом старший мальчик захотел игрушку забрать себе, брат не отдал, они по-детски поссорились, и разозлившийся Джеймс закричал. Стены дома дрогнули от выброса магии, а сам ребенок вдруг оказался высоко под потолком, на карнизе. Столовую огласил его громкий плач.       Джордж, Гермиона и Драко подскочили со своих мест сразу как почувствовали магию. Тут же к ним подбежали Гарри и Джинни, с испугом переглянулись и попытались снять сына с помощью чар. Напуганный ребенок ревел и цепко держался за карниз, боясь отпустить его. Уговоры родителей не помогали, но потом Джеймс что-то невнятно произнёс и затих, всхлипывая.       — Что? — переспросила взволнованная Гермиона.       — Он сказал, чтобы ты его ловила, — нервно перевела ей Джинни.       — Конечно, я поймаю тебя, — мгновенно заверила ребенка Гермиона и подошла ближе, протягивая к нему руки. — Не бойся, прыгай. Обещаю, ты не упадешь, — мягко и уверенно сказала она.       Джордж, успокаивающий хныкающего малыша Альбуса, немного отошел, чтобы не мешать. Гарри нахмурился, понимая, что будет тяжело поймать трехлетнего мальчика с высоты трех метров. Гермиона удержит, но он точно ударит ее в тот момент, когда она поймает.       — Джеймс, давай я поймаю тебя, — попробовал уговорить сына Поттер. — Я тоже могу без всяких чар. Просто прыгай…              — Нет! Хотю тетю Гемиону! — заупрямился мальчик и снова скуксился от слез.       — Гарри, я поймаю, — так же упрямо сказала Грейнджер. — Давай, милый, иди ко мне, — обратилась она к крестнику.       Поттер переглянулся с переживающей Джинни, желающей, чтобы их сын поскорее оказался в безопасности. Что они могли сделать? Только довериться подруге и надеяться, что никто не покалечится.       Джеймс чуть сместился, готовясь прыгнуть, и Гарри крепче сжал палочку, чтобы подстраховать. Краем глаза он заметил, как Малфой сместился ближе к Гермионе и встал за ее правым плечом. Малыш с писком прыгнул, Драко поднял руку, и падение ребенка немного замедлилось. Грейнджер поймала крестника, по инерции немного покачнулась назад, но ладонь Малфоя осторожно легла ей на спину и удержала ее. Он убедился, что Гермиона твердо стоит, и отступил в сторону, словно ничего не делал.       Пока Джинни обнимала сына, одновременно радуясь спасению и ругаясь из-за ссоры Джеймса с братиком, Поттер смотрел на Драко. Было непонятно, что больше сбивало с толку: его абсолютное спокойствие в такой ситуации или же уверенная помощь?       Гарри вспомнил случай годовой давности, когда первый выброс магии случился у Мари-Виктуар. Малышка Билла взлетела на растущее у Норы дерево, на высоту второго этажа, и добраться до нее с земли тоже не было возможности. Все переполошились, девочка плакала, а Рон смеялся. Ему было весело смотреть за попытками брата залезть на дерево, смешно от того, что малышка зацепилась платьем за сук и из-за этого не получилось спустить ее чарами левитации. Когда Билл все же смог снять дочь, то потребовал объяснений, на что Рон беспечно ответил:       — Да ладно, ну смешно же. Ты так прикольно карабкался наверх! Еще и зацепилась, вот невезуха! Да не рычи ты, ее бы все равно поймали, если бы она упала.       Это так разительно отличалось от того, что сделал Малфой. Он не мешал, не пытался возражать довольно опасной попытке Гермионы поймать ребенка с такой высоты, а просто подошел и подстраховал ее. Молча и незаметно.       — Так, все, Джордж, иди и отправь их к маме, — распорядилась Джинни. — А то еще что-нибудь случится, а мне некогда пока следить за ними.       Взбудораженные, все вернулись на кухню, в том числе и Гермиона, раз Уизли пока не было. Малфой пошел за ними, чтобы не сидеть без дела одному. Минуту стояла нервная тишина, которую он нарушил:       — Что ж, мои поздравления. Магический выброс в таком возрасте говорит о том, что он станет сильным волшебником.       — А почему всего лишь сильным, а не выдающимся? — пошутил Гарри, вспомнив о том, как его часто называли в газетах. — При таком-то отце.       — Потому что я пришел к выводу, что выдающимися могут стать только полукровки, — усмехнулся Драко, отбирая у Гермионы большую креветку, которую она никак не могла почистить. Разобравшись с ней за несколько секунд, он просто потянулся за второй, будто хотел занять руки, и продолжил:       — Сам посуди: Дамблдор был Мастером в трансфигурации и алхимии, Снейп — в зельях.       — Ты, Гарри, в боевой магии, — подхватила его рассуждения Грейнджер, сморгнув ступор от того, что ее занятие отобрали. Она оторвала взгляд от длинных пальцев, разобравшихся уже с седьмой креветкой, и наконец посмотрела на Драко. — Интересная теория. Пожалуй, я с тобой соглашусь. Получается, мои дети тоже теоретически могут стать выдающимися, — задумалась она.       — Для этого тебе надо выйти замуж за чистокровного, — с интонацией, которую поняла только Грейнджер, произнес Малфой.       — Я подумаю над этим, — усмехнулась Гермиона, с трудом расправляясь со своей креветкой. — Как ты это делаешь? — в конце концов возмутилась она.       — Смотри: вот тут подцепляй, тяни сюда, и потом вот так, — наглядно показал ей Малфой, почистив еще одну.       — У меня не получается так же ловко, — проворчала она, медленно повторив за ним два раза.       — Это дело практики, Грейнджер, — ответил блондин, продолжая быстро орудовать пальцами.       И вроде бы обычные слова, сказанные обыденным тоном, но вдруг появилось какое-то странное напряжение. Гермиона не поднимала взгляда от своего занятия, усердно стараясь, и даже ничего не сказала. Джинни посмотрела на нее и решила разрядить обстановку.       — На, попробуй, пожалуйста, и скажи, вкусно или чего-то не хватает? — она протянула подруге одну из маленьких закусок с рыбой, которую сделала.       — Ммм, это очень вкусно! — восторженно простонала Грейнджер, распробовав все.        Потом, правда, как-то резко замолчала и покосилась на Малфоя — он усмехнулся.       — Что, не привык к такому проявлению эмоций за столом? — подловила его на этом миссис Поттер.       — Дело не в этом, — продолжая улыбаться уголком губ, сказал Драко. — Просто на твою готовку у нее такая же реакция, как и на мишленовскую кухню. Можешь гордиться этим.       — Что это такое? — не поняла Джинни.       — Ресторанам с самой лучшей едой дают специальные знаки отличия — звезды Мишлена. Это значит, что кухня в таких местах ужасно вкусная и ужасно дорогая, — как смогла, пояснила Гермиона, потом посмотрела на Малфоя. — Что-то я не помню, чтобы мы когда-то ели в подобном месте. Это же магловская фишка.       — Помнишь ресторан с меню, в котором нет цен? — словно бы невинно напомнил Драко. — Он работает на два мира, просто мы были в магической его части.       — И сколько же звезд Мишлена у него было? — аккуратно поинтересовалась Грейнджер, прищуриваясь.       — А зачем ты спрашиваешь? — в том же тоне уточнил Малфой. — Пытаешься понять приблизительные цены? Все еще подсчитываешь, сколько надо будет вернуть?       Гермиона неразборчиво фыркнула, а Гарри и Джинни молчали, с интересом наблюдая за происходящим. Было любопытно узнать побольше о том, как эти двое общаются, ведь Малфой теперь стал частью жизни их подруги.       — Я уже сказал, что ничего не возьму. Меня так воспитали, ничего не поделать, — будто бы насмешливо произнёс он.       — Но я не могу об этом не думать! — возмутилась Грейнджер. — Ты постоянно за меня платишь!       — Не я, а компания, — чуть усмехнувшись, возразил Драко, которому явно нравилось с ней спорить. — Так что можешь не считать приемы пищи и перерывы на кофе.       — Угу, так я и поверила, — фыркнула Гермиона. — Покажешь отчет о расходах, где это отображено?       — Я уже спрашивал, но еще раз повторю: тебя это так напрягает? — поинтересовался Малфой.       — Не… особо, — признала Грейнджер, — но и совсем не думать об этом я не могу. Автоматически подсчитываю хотя бы приблизительно.       — Я покажу тебе смету по расходам, — чуть улыбнулся Драко.       — Подделаешь ее? — хмыкнула Гермиона, окинув его прищуренным подозрительным взглядом.       — Зачем? — он открыто усмехнулся и ответил:       — Просто скажу бухгалтеру внести это в список, вот и всё. Какая же тогда разница, мои это деньги или фирмы, если фирма моя?       — Откуда мне знать, оно само считается, — уже из вредности продолжила стоять на своем Грейнджер.       — Ну тогда добавь туда те несколько галеонов за выпитое в баре вино, — посмеиваясь, сказал Малфой, заканчивая с креветками. — В нашу встречу в сентябре ты была настолько… не в себе, — он явно подобрал более мягкое определение фразы «пьяна в стельку», — что об оплате не подумала.       Гермиона вытаращилась на него и покраснела.       — О Боже мой! Почему же я потом об этом даже не вспомнила?! — ахнула она.       — Приплюсуй еще несколько за тот раз, когда я был вынужден снова забрать тебя из бара на следующий день, — продолжил Драко, хоть и знал, что это заинтересует ее друзей, которые вряд ли слышали эту историю.       — А про это я почему забыла?! — совсем смутилась и раскраснелась Грейнджер, закрывая лицо помытыми руками.       — Потому что тоже была «не в себе»? — предположила Джинни, не веря, что слышит такое. Что за второй раз?       — Ой, блин, — захныкала Гермиона. — Там еще и портключ в Лондон.       — Да, еще портключ, — добил ее Драко, продолжая ухмыляться.       — Я же сказала, что верну, почему не напомнил! — с досадой простонала она.       — Я похож на того, кому важны десять галеонов за портключ? — фыркнул Малфой. — Считай, что оплатой был ужин в твоей компании. Почти уверен, что именно это убедило тебя принять мое предложение о работе. Учитывая все то, что ты уже успела сделать для моей фирмы, вложение было успешным. Если думать об этом так, ты перестанешь смущаться? — добродушно поинтересовался он.       — Я подумаю, — пробурчала Грейнджер.       — Так что там за история с баром? — спросила Джинни у подруги. — Что-то ты не рассказывала нам об этом.       Гермиона возмущенно посмотрела на Драко, недовольная тем, что он спалил ее, и Малфой дразняще приподнял бровь, пока отмывал руки.       — Давай, поведай им о своей маленькой ошибке, — протянул он.       — Я не собиралась напиваться, — буркнула Грейнджер. — Просто заказала не тот коктейль. Я же не знала, что с непривычки от него вырубает.       — И что дальше? Причем тут он? — Джинни указала на блондина.       — Я отключилась, проспала время отправки своим портключом, а бар закрывался. Малфой меня оттуда забрал, привел в чувства, накормил и достал мне новый портключ, — призналась Грейнджер.       — И ты нам об этом не рассказывала, потому что? — наводяще протянула миссис Поттер, хихикая.       — Так стыдно же! — немного краснея, пояснила Гермиона. — Одно дело — целенаправленно напиться, когда причина есть, и вы неподалеку, и другое — так ошибиться с выбором коктейля в незнакомом месте! Если бы Драко не зашел туда поужинать, я вообще не знаю, что бы было. Вроде взрослая волшебница, и так глупо…       — Ты от подсчета денег перешла к самобичеванию? — сбил ее с этого настроя Малфой. — Лучше уж считай деньги. Хотя нет, пошли работать, — сказал он, увидев, что Джордж наконец вернулся.       Пока Гарри и Джинни заканчивали на кухне, Гермиона все разъяснила Уизли. Они даже составили предварительный вариант договора, когда Поттеры перешли в гостиную, чтобы подготовить ее к вечеринке.       — У тебя так много необычных идей. Даже жаль, что ты не работаешь в наших лабораториях, — вздохнула Грейнджер, поднимаясь и уходя на помощь друзьям.       — А она права, — вдруг заявил Малфой. — Не хочешь попробовать?       — Что? — снова удивился Джордж. — Но… У меня магазин, я не могу… — отказался он, но было видно, что глубоко внутри эта идея его зацепила.       Гермиона переглянулась с Гарри и Джинни, когда они услышали сомнения в голосе Уизли. После войны он очень тяжело переживал смерть брата. На праздники стал приходить только последние два года, и то его настроение могло за секунды поменяться с наигранной веселости на хандру. Его вообще старались не трогать, но по-возможности вытаскивали на общие ужины или просили помочь с чем-нибудь, чтобы отвлечь. Впервые за последнее время Джордж хоть чем-то немного заинтересовался, обычно он следил за магазином и иногда бывал в небольшой лаборатории.        — Я и не предлагаю тебе бросать магазин, — сказал Драко. — Скажем, будешь удаленным сотрудником на четверть ставки. Когда в лабораториях будут возникать сложности, задача будет передаваться и тебе тоже. У тебя определенно талант в создании необычных составов, и это нельзя забрасывать. Ингредиенты и инструменты предоставит фирма, и если ты будешь успешно находить решения, то помимо зарплаты получишь и процент с продаж, — убедительно произнёс он.       — Я не знаю… Нет. Я не могу. У меня магазин и… — хмуро отказался Уизли, и его родные уже по виду поняли, что он снова провалился в депрессию.       — Я знаю, что ты не бросишь магазин, — понимающе сказал Драко.       Гарри, Гермиона и Джинни тревожно переглянулись, зная, что Джордж может сейчас вспылить. Он всегда плохо реагировал, когда кто-то пытался надавить на него и напомнить, что пора бы перестать нести траур.       — Это память. Это то, что останется с тобой в любом случае, — продолжил Малфой. — Деньги, которые ты сможешь заработать, помогут тебе сохранить и преумножить ваше дело. У тебя будет оставаться достаточно времени на него, но и про себя забывать не нужно. Тебе ведь нравится заниматься изобретениями новых зелий и составов, — подчеркнул он.       — Я… — растерянно и хрипло выдавил Уизли, но слова не шли.       Он знал, что это правильно, но разве этим он не предаст память брата? Как жить для себя, когда он мертв?       — Ты сейчас живешь за вас двоих, — огорошил его Драко. — Какую жизнь ты выберешь для Вас? Ведь в ней всего должно быть в два раза больше: и грусти, и радости. Согласись, тебе стоит прожить настолько насыщенную событиями жизнь, насколько это вообще возможно.       Он похлопал застывшего Джорджа по плечу, поддерживая, и поднялся из-за стола, чтобы дать ему время подумать обо всем.       — Спасибо. Это была неплохая попытка, но не обижайся, если он откажется, — тихо сказала Джинни, когда Малфой присоединился к ним в гостиной.       — Я просто попытался заполучить себе потенциально полезного сотрудника. Если ничего не выйдет, прежние договоренности все равно в силе, — отказался от похвалы блондин.       — Но ты попытался, — проницательно заметила Гермиона.       — Ну… да, — все же признал Драко, отводя взгляд. — Ему надо простить себя, иначе сожаления не дадут ему жить.       — Ты прав, — сказал Джордж, показавшись в дверях. Его голос подрагивал, но взгляд горел прежним огнем. — Пусть сегодня будет последний день грусти, а потом мне нужно искать радость. Кажется, я задолжал это ему. Расскажи-ка подробнее о том, что изучается в ваших лабораториях.       Уизли увел Драко в столовую, и оттуда около часа доносились отголоски разговора. Гарри и Джинни вместе с Гермионой закончили готовить комнату для будущей вечеринки, накрыли в разных местах довольно большого помещения столики с едой и напитками, заколдовали фонарики светиться и теперь могли немного отдохнуть перед приходом гостей. Им еще надо было переодеться к празднику.       — А много людей придет? — поинтересовался Малфой, когда они вернулись в столовую, чтобы перекусить.       — Человек двадцать, — ответила Гермиона. — А где?..       — Ушел, сказал, что надо придумать какой-то сюрприз к окончанию вечеринки, — сказал Драко. — Не знаю, может он и передумает, но пока что согласен поработать на меня. Думаю, мы это еще обсудим немного позже.       — Ты решил всех моих близких переманить к себе? — усмехнулся Гарри, выставляя на стол еду. Но по нему было видно, что он только рад такому оживлению обычно потухшего Джорджа.       — Ничего личного, просто бизнес, — ответно усмехнулся Малфой.       В этот момент ноутбук пиликнул, оповещая о новом сообщении, и Гермиона развернула его к себе. Быстро пробежавшись глазами по тексту, она довольно хмыкнула, а потом стала читать что-то другое.       — Слушай, тут, кажется, ошибка какая-то, — нахмурившись, сказала она и посмотрела на блондина. — Пришло оповещение от банка. Пишут, что на счет зачислено две тысячи галеонов, а отправитель — Блейз.       — Хмм? — приподнял бровь Малфой, обходя стол и наклоняясь к экрану через ее плечо. — Ну, все верно. Видишь, тут указано, что это премия.       — Премия в две тысячи? Ничего себе! — присвистнула Джинни, наконец присаживаясь отдохнуть и поесть.       — В смысле? С чего бы ему платить мне премию? Еще и из личного кармана, — еще больше нахмурилась Грейнджер, вчитываясь в строчки.       — Ну, если я правильно помню, когда он узнал, что ты можешь работать у нас, то сказал, что лично выплатит тебе премию, если ты разберешься с завалами исков и претензий к компании, — припомнил Малфой, усмехаясь. — Ты не просто разобралась со всем этим, но и вернула большую часть выплаченных всяким обманщикам денег. Так что он всего лишь сдержал обещание. Просто прими это, а то обидится.       — Ну, знаете! — немного шокированно фыркнула Гермиона, прокручивая на экране выписку по своему счету.       Продолжая скромно жить на сбережения, она даже не заглядывала в отчеты, присылаемые банком каждый месяц.       — Как, однако, выгодно на тебя работать, — заметила миссис Поттер. — Хотя, она заслужила.       — Именно. Хорошая работа должна хорошо оплачиваться, — подтвердил Драко.       — Не поняла, — медленно произнесла Грейнджер. — А что за огромная сумма на моем счету? Если вычесть эти две тысячи, тут все равно должно быть меньше.       — Да нет, все верно, — снова произнёс Малфой, бегло просмотрев таблицы. — Смотри, вот это тоже премия. Я ее перед Рождеством выплачиваю всем сотрудникам, и ее размер равен размеру оклада. Вот это сумма ежемесячного оклада и всех переработок. Ты же не думала, что каждый день задерживаясь на работе, ты делала это бесплатно? — подозрительно спросил он.       — Ну-у-у… да? — неловко ответила Гермиона, увидев его насмешливый взгляд.       — Ай-яй, Грейнджер, — пожурил ее Драко. — Такой хороший юрист, а свой трудовой договор сквозь пальцы читала?       — Ну, я помню, что оклад был две тысячи…       — Ничего себе! — прифигел Гарри, услышав, что подруга теперь получает больше, чем он в таком важном Отделе Безопасности.       — А раздел с дополнительными выплатами я, наверное, не читала, потому что привыкла, что там ничего интересного, — признала она.       — Вообще-то, там сказано, что каждый час переработки оплачивается по двойному тарифу, — просветил ее Малфой. — Отсюда и итоговая сумма зарплаты за месяц. Умножай на два, плюс две премии, вот тебе и эти цифры на счете.       — Боже мой, у меня никогда таких денег не было, — ужаснулась Гермиона.       — Каких «таких»? — фыркнул Драко. — Это реальная стоимость твоих услуг. Кстати, я тебе зарплату назвал, исходя из того, что ты наберешь себе помощников. Раз ты одна все делаешь, со следующего месяца будешь получать в полтора раза больше, — спокойно оповестил он.       — Что? Какие полтора раза? — шокированно переспросила Грейнджер и с ужасом посмотрела на него. — Я с этим-то не знаю, что делать!       — А я тут причем? — пожал плечами Малфой. — Кстати, заранее предупреждаю, что в марте будет ежегодная индексация, и зарплата у всех сотрудников повысится в соответствии с процентом инфляции.       В ошеломленной тишине он сел на свое место и пододвинул к себе чайник, чтобы налить чаю и тоже перекусить.       Гарри и Джинни переглянулись, немного ошеломленные такими новостями и расценками, посмотрели на шокированную подругу. Несмотря на то, что Рон много зарабатывал в последние годы, они знали, что жили друг и Гермиона довольно скромно. В их денежные дела Поттеры не влезали, понимая, что глупо считать чужое. Мало ли на что уходит большая часть их зарплат? Может, они копят.        Сейчас шок Грейнджер можно было понять: сумма была внушительной по меркам обычных людей, а не таких богатеев, как Малфой. И вряд ли подруга когда-либо имела столько за раз. К тому же, это косвенно доказывало, что ее работа ценится высоко. Чтобы немного разрядить обстановку, Гарри решил спросить о том, что давно заинтересовало.       — А что за чары ты применил на Джеймсе? Еще и без палочки, невербально.       Малфой вскинул на него удивленный взгляд, Гермиона и Джинни тоже, потому что ничего не заметили. Грейнджер посмотрела на Драко заинтересованно, чуть вскинула бровь, и он ответил:       — Просто чары левитации, чтобы немного замедлить падение.       — Я так и подумал, — кивнул Поттер. — А что насчет того раза, когда я был в вашем офисе? Кажется, был момент, когда Гермиона собиралась прибить Нотта за его шуточки, но потом ты что-то сделал, и она успокоилась.       — Хмм? — с любопытством произнесла Джинни.       — У тебя что, повышенная чувствительность к колебаниям магии? — с прищуром спросил Драко.       Гарри пожал плечами, продолжая ждать ответа.       — На самом деле, ничего такого, — сказал Малфой. — Когда-то, когда предполагалось, что я возглавлю род, женюсь и заведу детей, меня обучали самым различным вещам, в том числе, тому, как справляться со спонтанной детской магией. У сильных волшебников первые выбросы случаются рано, и в таком возрасте им сложно объяснить, что нужно просто успокоиться, и всё пройдет. Маленький ребенок может в порыве истерики или от страха неконтролируемо колдовать, и это опасно. В такие моменты его нужно максимально быстро успокоить. Существуют специальные чары для этого, — пояснил он.       — Но Гермиона не ребенок, — заметил Гарри. — Или не важно, на ком применять чары?       — К ней я применил немного другое, — произнес Малфой, с небольшой улыбкой глядя на интерес Грейнджер. — Эти же чары, но модифицированные мной. Суть в том, чтобы собрать магию в кончиках пальцев, — он поднял руку ладонью вверх, сосредоточился, соединил большой палец и средний, а потом разъединил их — между ними растянулась маленькая линия, похожая на молнию.        — Если задать правильный посыл этой магии, а потом как бы влить ее в магию другого человека, то получишь желаемый результат. Грейнджер, дай руку, пожалуйста.       Гермиона без сомнений и с большим любопытством протянула ему ладонь. Драко коснулся ее кожи на запястье, провел выше, словно поглаживая, потом с едва заметной ухмылкой посмотрел на девушку.       — Щекотно, — изумленно произнесла Грейнджер, следя за его рукой. — А теперь тепло.       — Я изменил направленность, — кивнул Малфой.       Потом он положил кончики пальцев на центр ее ладони и через пару секунд поднял руку.       — Ух ты! — восхитилась Гермиона, зачарованно глядя на объемный нежно-розовый цветок пиона, возникший из ниоткуда.       — Это мое маленькое хобби — изменять уже известные чары, делая из них что-то новое, — сказал Драко. — Прямо сейчас я через импульс своей магии дал посыл твоей создать этот цветок. Получается, что ты как бы сама его сделала. Только он не настоящий, чтобы его уничтожить, необходимо использовать эванеско.       — Жаль такую красоту уничтожать, — вздохнула Грейнджер, аккуратно поглаживая тонкие лепестки.       — Тогда так, — Малфой накрыл цветок своей ладонью, сосредоточился и через несколько секунд показал результат: Гермиона держала небольшую изящную заколку в виде пиона. — Теперь можно носить, — слегка самодовольно заметил он.       Гермиона рассмотрела вещицу со всех сторон, осторожно прикрепила к прическе и посмотрелась в зеркало, которое Драко сотворил одним взмахом руки из блюдца. В ее глазах горел азарт, когда она перевела взгляд на парня напротив.       — Что, научить? — добродушно усмехнулся он, поняв безмолвный посыл.       — Конечно же! — воскликнула Грейнджер, не обращая внимания на смешок подруги, знающей, как она любит изучать все новое.       — Так те заглушающие чары тоже твоя модификация? — спросил Поттер, вспомнив, как Малфой закрыл Гермионе уши руками.       Драко кивнул ему и ответил нетерпеливой ведьме:       — Кстати, ты еще их не воспроизвела. Как сможешь, покажу принцип работы этих.       — Они что, еще сложнее? — поняла Грейнджер. — Тяжело поверить, когда ты так легко с ними управляешься.       — Это как с невербальными чарами: чем больше тренировки, тем легче, — сказал Малфой, снова лишь взмахом руки превращая зеркало обратно в блюдце.       Пока Поттеры делали последние приготовления и переодевались для вечеринки, Гермиона под присмотром Драко пыталась воспроизвести заглушающие чары лишь на ладонях. Потом стали прибывать первые гости, и ей пришлось прекратить, чтобы поздороваться со всеми.        Приходящие волшебники никак не комментировали присутствие Малфоя на вечеринке, спокойно относясь к этому. Ну есть и есть, им-то что? К тому же, все они читали газеты и знали, что Грейнджер теперь работает на него.       Когда на вечеринку прибыл Рон со своей девушкой, народ уже почти собрался. Драко был снова занят разговором с Джорджем, и Гермиона поспешно отошла к ним, в другую часть гостиной. Она не горела желанием сталкиваться с бывшим, знакомиться с его нынешней пассией, чувствовать эту неловкость. На нее и так посматривали, ожидая какого-то взаимодействия с Роном или реакции на происходящее.        В течение часа Грейнджер удавалось отвлекаться от всего, но к ней часто подходили бывшие однокурсники, и это мешало Драко и Джорджу говорить о лабораторных исследованиях. Гермиона несколько раз сменила компании, а потом наконец оказалась рядом с друзьями, у столика с едой.       — Мерлин, он ведет себя как ребенок, — фыркнула Джинни, глядя на брата.       — Ну, хорошо хоть без ссор пока, — вздохнул Гарри, тоже посмотрев в сторону, где Рон собрал вокруг себя компанию. Оттуда раздавались очень громкие возгласы, смех, голоса, что привлекало внимание.       Уизли, как только пришел, сразу же стал вести себя нарочито весело. Сначала он со всеми поздоровался, причем сделал это так, словно все вокруг его фанаты, а не знакомые и друзья. При этом он заводил разговор о недавних матчах, успехах команды, с удовольствием рассказывал подробности и говорил о будущих победах. Все сопровождалось сверкающей улыбкой, шумными реакциями и излишней радостью. Складывалось ощущение, что он специально старается показать свою известность и популярность, привлечь всеобщее внимание. При этом Гермиону и Малфоя Рон будто бы избегал, лишь кивнув им в самом начале.        Пока он хвастался перед другими, его девушка стояла рядом с ним и подтверждала каждый рассказ словами восхищения и похвалы. Уизли светился, с удовольствием слушая ее и других, когда ему с завистью говорили о том, что с ведьмой ему повезло. И все бы ничего, но эта некая наигранность и попытки показаться лучше, чем он есть, выпендриться, выглядели немного смешно для тех, кто хорошо его знал. Гермиона, Гарри и Джинни прекрасно понимали, что он таким образом хочет показать, что намного круче какого-то там Малфоя, которому не место на этой вечеринке.        Грейнджер упустила момент, когда друзья отошли, зато рядом неожиданно оказалась девушка Рона.       — Так вот ты какая, Гермиона, — заговорила она. — Я тоже не против с тобой познакомиться, — сообщила ведьма, намекая на то, что недавно Грейнджер сказала об этом журналистам. — Но Рон, похоже, не хочет знакомить нас. Я Адриана Айвори.       — Гермиона Грейнджер, но ты и так это знаешь, — осторожно пошутила Гермиона, думая о том, чтобы поскорее уйти.       — Так ты расскажешь, почему бросила его? — вдруг в лоб спросила Адриана. — Рон достаточно красивый, достаточно богатый, популярный молодой человек. Всего-то и надо было, что поддерживать его, следовать за ним на матчах и мириться с некоторыми несерьезными недостатками.       — Мы расстались, потому что больше не любили друг друга, — попыталась осторожно уйти с этой темы Грейнджер, немного обалдевшая от таких слов.       — Ну и что? С ним вполне можно создать семью, а любовь не так важна. Мне вот он симпатичен, думаю, у нас получится прийти к большему. Мужчине много не надо, лишь внимание и ласка, ну и хотелки его выполнять. Тогда он все сделает, как ты хочешь, — уверенно заявила Айвори.       — Эмм… — неловко протянула Гермиона, не зная, что на это сказать.       — Я просто не понимаю тебя. Все говорят, что ты умная, но почему ты не смогла осознать такие простые истины? Вы ведь так долго были знакомы, — фыркнула Адриана. — Кстати, хочу спросить: что за человек Драко Малфой? И почему Рон так странно на него реагирует? — тут же сменила тему ведьма, словно и не обвиняла Гермиону в глупости только что.       — Спроси у Рона об этом, — посоветовала Гермиона. — И меня тебе понимать не надо. Все люди разные. Просто знай, что если вам комфортно друг с другом, то я за вас рада. Ему, наверное, нужна была такая, как ты, а не такая, как я.       — Такая, как я? — нахмурилась Айвори. — И что это значит?       — Только то, что ты ему подходишь, — ответила Грейнджер, собираясь уйти.       Продолжать непонятный разговор не хотелось. Рон и так уже заметил это и пошел в их сторону. Но как бы повежливее закончить?       — Прошу прощения, — раздался сзади размеренный голос Драко. — Гермиона, если ты не занята, удели нам пару минут, — попросил он, указывая на Джорджа.        Адриане Малфой вежливо кивнул, а потом ушел, возвращаясь на диван к Уизли. Грейнджер поспешила за ним.       — Спасибо, ты меня выручил, — тихо шепнула она. — Не знала, как отделаться. Эта Адриана его какая-то странная.       — Тоже заметила? — хохотнул Джордж. — Эта дамочка вцепилась, как клещ. Уж не знаю, насколько Рон ей действительно нравится, но она своего не упустит.       — Да она мне прямо сказала, что я дура, раз бросила такого перспективного волшебника, хотя можно было подыграть и создать с ним семью. Причем она серьезно готова следовать за ним, а потом варить борщи, босая и беременная, — с ужасом в голосе поделилась Гермиона, поглядывая на то, как ее бывший обнимает девушку и уводит к своей компании, что-то втолковывая. А Айвори смотрит на него телячьим взглядом и послушно идет.       — Угу. Но, может, ему такая и нужна была. Чтобы в рот заглядывала и получала желаемое с помощью чисто женских приемов, — хмыкнул Джордж. — Рон даже не заметил, как оказался в ее сетях.       Вечеринка шла полным ходом, и Гермиона хорошо проводила время, краем глаза приглядывая за Драко. Он не скучал и тоже находил, с кем поговорить. Они осторожно переглядывались, когда была возможность, и старались держаться подальше от хмелеющего Рона.       Адриана, после того как поговорила с Грейнджер, несколько раз попыталась заговорить с Малфоем. Он удачно избегал этого, опасаясь скандала с Уизли, но настырная ведьма сумела подловить его.       — Что она творит? — сквозь зубы процедил Драко, увидев, что Айвори в который раз направилась к нему. В этот момент он стоял у столика с напитками, специально подошел туда, когда там была миссис Поттер, но девушку Рона это не остановило.       — Хотела бы я знать, — так же тихо отозвалась Джинни и изобразила приветливую улыбку.       — Такая отличная вечеринка! — радостно произнесла Адриана. — Вы замечательно постарались!       — Спасибо, — неискренне поблагодарила хозяйка дома.       — Кажется, мы не знакомы, — Айвори посмотрела на Драко, который не мог просто сбежать и теперь проклинал свое воспитание. — Я…       — О, Драко! — радостно воскликнула Луна, перебивая ведьму и становясь рядом с ним. — Наконец я добралась до тебя. Рада тебя видеть!       — Я тоже, — с улыбкой ответил Малфой, наклоняясь, чтобы поцеловать ей руку.       — Как тебе новогодняя вечеринка? — не обращая внимания на неловкость Адрианы, продолжила говорить глубоко беременная блондинка. — Ты не проводишь меня до того дивана, пожалуйста? Мне, как видишь, немного тяжело сейчас.       — Конечно, — согласился Драко, беря ее под руку и неторопливо двигаясь в нужную сторону. Когда они отошли подальше, он выдохнул и сказал:       — Спасибо, ты меня спасла. Не хотелось бы устраивать скандал с Уизли сегодня.       — Я увидела, что тебе нужна моя помощь, — улыбнулась ему Луна. — А вот и Невилл. Кстати, мне кажется, вам найдется, о чем поговорить, — заметила она.       Лонгботтом подошел к жене, посмотрел на Малфоя и еще раз его поприветствовал. Около пяти минут они вели светскую беседу, наблюдая за тем, как Рон в другом конце большой гостиной разговаривал с Адрианой, передвижения которой все же заметил. Потом он утащил ее к другой компании, где они и остались. Уизли усадил девушку себе на колени и по-собственнически обнимал на глазах у всех.       — Я в дамскую комнату, — спокойно оповестила Луна, с трудом поднимаясь. — Дорогой, может, расскажешь о новом сорте, который ты вывел?       Миссис Лонгботтом ушла, и Невилл, зная, что жена ничего не говорит просто так, заговорил с Малфоем о своем небольшом бизнесе по выращиванию и выведению новых сортов волшебных растений. Неожиданно оказалось, что Драко неплохо знаком со многими из них, интересная беседа закрутилась сама собой. Оба собеседника вышли на полутемный балкон, когда шум вечеринки начал мешать.       — Я серьезно тебе говорю, что мне нужны проверенные поставщики, — еще раз повторил свое предложение Малфой. — Если тебе удастся выращивать для нас несколько редких растений, мои зельевары будут в восторге. Можем договор хоть прямо сейчас обсудить.       — С чего вдруг такие щедрые предложения? — немного удивленно усмехнулся Невилл.       — При чем тут щедрость? Это здравый смысл.       — Ну хорошо. Что по условиям? — деловито уточнил Лонгботтом.       — Я могу и сам их назвать, но мне кажется, есть человек, которому ты больше доверяешь, — усмехнулся Драко и стал вглядываться в толпу гостей, выискивая девушку.       — Хочешь позвать Гермиону?       Малфой кивнул, продолжая искать ее, а потом его взгляд остановился. Невилл смотрел на него в этот момент и потому заметил, как черты лица Драко смягчились, глаза засияли нежностью, а на губах заиграла небольшая улыбка. Взглянув через стеклянную дверь, Лонгботтом нашел среди гостей Гермиону. Она смеялась и выглядела счастливой, болтая о чем-то с Луной. Потом Грейнджер посмотрела в их сторону, и Малфой махнул ей рукой, прося подойти.       — Она что, тебе нравится? — напрямую спросил Невилл, наблюдая за тем, как подруга пробирается к ним через толпу уже подвыпивших волшебников. Дин и Симус перехватили ее и заставили сделать два круга странных танцев вокруг елки, прежде чем отпустили.       — Как ты это понял? — чуть удивленно, но совершенно спокойно спросил Малфой.       — По твоим глазам все видно, — вскинув бровь, ответил Лонгботтом. — А она знает?       Драко усмехнулся и кивнул, снимая свой пиджак. Как только Гермиона оказалась на балконе, защищенном чарами, но значительно более прохладном, чем комната, он накинул вещь ей на плечи и шагнул в темный угол. Оттуда их не было видно тем, кто в доме. Грейнджер бросила взгляд на друга, потом на блондина, кутаясь посильнее.       — Он очень наблюдательный, — улыбаясь, ответил на ее незаданный вопрос Драко, становясь рядом и взмахом руки накладывая на нее еще и согревающие чары.       Гермиона посмотрела на Невилла, оценивая его в целом нормальную реакцию, и сказала:       — Мы не скрываемся, просто не хотим скандала с Роном.       Лонгботтом понимающе кивнул. Грейнджер огляделась, поняла, что их в этом углу не видно, и с удовольствием прильнула к теплому боку своего парня. Он тут же обнял.       — И как тебе новогодняя вечеринка? — спросила она, немного запрокидывая голову, чтобы видеть его.       — Неплохо, — оценил Малфой. — Было бы лучше, если бы пассия Уизли не провоцировала его попытками заговорить со мной.       — Да уж, — согласилась с ним Гермиона. — Кстати, зачем ты меня позвал?       — У нас тут намечается сделка.       Пока Грейнджер выясняла все, а потом рассказывала, как будет выглядеть договор и обязанности сторон, Драко позволил себе просто смотреть на нее. Здесь и сейчас скрываться не надо было, и он уже успел соскучиться по любимой ведьме. То, как увлеченно Гермиона говорила о работе, каждый раз его завораживало. Она вскоре ушла, и Малфой вместе с Невиллом вернулся в гостиную, к Луне, где они еще поговорили.       Когда пробило двенадцать, комната наполнилась громким «С Новым годом!» и звоном бокалов. Драко поймал радостный взгляд Грейнджер и улыбнулся ей, отпивая немного из своего. Еще через час его нашел взбудораженный Джордж и по секрету сказал, что собирается запустить фейерверк.       — Это станет началом моей новой жизни, — заявил он.       — Я посмотрю из дома, хорошо? — аккуратно предупредил его Малфой, чтобы потом Уизли не обижался. — У меня… до сих пор плохие ассоциации от этих звуков и цветов, — признался он.       — С тобой все будет нормально? — забеспокоился Джордж.       — Да. Теперь, когда я знаю, что происходит, я смогу себя контролировать, — заверил его Драко.       — Эй, народ! У меня для вас сюрприз! Пойдемте на улицу! — раздалось через пять минут.       Гостиная быстро опустела, и Малфой морально приготовился к тому, чтобы не поддаваться ассоциациям, которые возникнут у него от звука взрывов и ярких вспышек зеленого и красного. За окном раздались первые салюты, и он вздрогнул, не в силах удержать эту реакцию. Внезапно двери открылись, и вернулись взволнованные Поттеры.       — Ты Гермиону не видел? — спросила Джинни.       — А она разве не с вами была? — удивился Драко, который за своими внутренними приготовлениями упустил момент ее ухода.       — Нет, но…       — Она может испугаться, — обеспокоенно пояснил Гарри, заглядывая в столовую и на кухню.       — Если она не знала, что будет фейерверк, то может запаниковать, — подхватила объяснение Джинни, побывавшая на балконе.       — Гермиона вроде в тот коридор выходила, — вспомнил Малфой, указывая на дверь.       — Туалет, — одновременно поняли Поттеры и поспешили туда. Он пошел за ними.       Грейнджер нашлась в соседней с туалетом комнате, стояла, прижавшись спиной к стене, и сжимала у груди дрожащие руки. В широко распахнутых глазах был страх, она немного покачивалась и вслух уговаривала себя успокоиться.       — Это просто фейерверк. Просто фейерверк. Ничего страшного, — бормотала она, сильно дергаясь от каждого взрыва салюта за окном.       — Гермиона! — встревоженно позвал Гарри, первым подбегая к ней.       — Я в порядке, — стараясь взять себя в руки, тут же произнесла Грейнджер. — Все нормально. Это же просто фейерверк. Это… — ее тонкий тихий голос затих на очередной канонаде за окном, и она всхлипнула.       — Гермиона, — с сожалением сказала Джинни, мягко поглаживая плечо подруги.       — Нормально, п-правда, я сейчас соберусь. Это просто… — она дернулась, когда прозвучал особенно громкий залп.       В этот момент Драко решительно оттеснил ее друзей и встал перед девушкой, а потом закрыл ей уши руками.       — Это просто фейерверк, — повторил он ее слова, разворачивая так, чтобы она не видела окна и вспышек.       Грейнджер замерла, сосредотачиваясь на нем взглядом, и стала глубже дышать.       Гарри посмотрел на жену, закрыл занавески и обратил внимание на Малфоя. Он тоже вздрагивал от каждого звука с улицы, но продолжал заглушать все для Гермионы. Поэтому не пошел смотреть со всеми? Поттер сообразил наложить чары тишины на всю комнату, и напряженные плечи Драко расслабились. Он медленно убрал руки и переместил их на плечи Грейнджер, аккуратно сжимая.       — Как ты? — с беспокойством спросил блондин.       — Нормально, — эхом отозвалась она, все еще сжимая свои ладони.       Малфой заметил диван и подвел к нему Гермиону, помогая сесть. Она обняла себя руками и съежилась, потирая плечи.       — Сейчас будет знобить? — со знанием дела понял Драко, снимая пиджак и укутывая в него девушку. Джинни оперативно подала ему плед, и он укрыл ноги Грейнджер.       — Не волнуйтесь, — слегка подрагивающим теперь уже по другой причине голосом произнесла Грейнджер. — Я в порядке. Просто это было неожиданно, вот и всё.       — Посиди здесь, — попросил Драко и посмотрел на миссис Поттер. — Можно воспользоваться кухней?       — Да, — ответила Джинни и пошла проводить его.       Малфой прошел через первых возвращающихся с улицы волшебников, схватил со стола упаковку шоколада и бутылку, а потом попросил дать ему какую-нибудь глубокую чашку. Растопив там плитку, он плеснул немного коньяка, сделал большой глоток прямо из горла, потом позаимствовал нормальный бокал и перелил напиток в него. Попробовав и кивнув, он отнес его Гермионе и заставил одним махом выпить.       — Сейчас согреешься, — сказал Драко, усаживаясь рядом с трясущейся девушкой.       — Удобные все-таки чары, — сказала Грейнджер, немного расслабляясь.       — Специально для этого и придумал, — тихо признался Малфой, блуждая взглядом по комнате. — Меня пугало все, что отдаленно похоже на бомбарду, яркие красные и зеленые вспышки тоже. Когда я смог переступить свою гордость, обратился к психологу. Теперь могу держать себя в руках, особенно если заранее знаю, что будет.       — Так ты поэтому с нами на улицу не пошел? — спросила Джинни.       — В доме не так сильно слышно.       — Я тоже могу справляться, если заранее знаю, что будет, — негромко сказала Гермиона. — Просто не ожидала. В коридоре было темно, а потом этот грохот и вспышки…       — Ты посиди здесь, а я пойду, надо заканчивать потихоньку, — вздохнув, решила Поттер.       Гарри посмотрел на подругу, сомневаясь, оставлять ли ее одну, и Драко произнёс:       — Я побуду тут. Все равно мне там особо нечего делать.       — Да, иди, — немного сонно согласилась Грейнджер. — Помоги Джинни. Я уже в порядке.       Поттер вернулся в гостиную, где его сразу же атаковал Рон.       — Эй, где вы были? Такую красоту пропустили!       — Ты забыл как Гермиона реагирует на такое? — хмуро спросил Гарри у друга, до которого никак не доходило. — Она испугалась. А ты даже не вспомнил.       Оставив Уизли глупо хлопать глазами, он ушел к жене.       Через час почти все гости разошлись по домам. Луна и Невилл пожелали попрощаться с Малфоем, и Поттеры проводили их к нему. Драко так и сидел на диване, а Грейнджер спала, прижавшись к его боку. При их появлении он аккуратно наклонился, придерживая ее за талию и голову, уложил и встал. Под удивленными взглядами Малфой довольно тепло попрощался с миссис Лонгботтом и подтвердил необходимость еще раз встретиться и обсудить все с Невиллом.       Отправив друзей камином, Гарри и Джинни вернулись к Гермионе. Малфой поднялся и задумчиво посмотрел на спящую девушку.       — Пусть остается, не будем ее будить, — негромко произнесла миссис Поттер.       Грейнджер заворочалась, чуть не упав, и Драко придержал ее. Он вздохнул и тихо сказал:       — Если я уйду без нее, она обидится.       Простые слова, значащие так много.       Джинни удивленно уставилась на него, не понимая, почему бы Гермионе обижаться на это. Если только…       — Я схожу пока за нашими вещами, — сбил ее с мысли Малфой, увидев, что Грейнджер снова зашевелилась.       Как только он вышел, она проснулась и сонно огляделась. Гарри улыбнулся ее попыткам подняться и помог распутать плед. Подруга встала и посмотрела на время.       — Все уже ушли, — сказала Джинни. — Кажется, вечеринка вышла неплохой.       — Все? — дрогнувшим голосом переспросила Гермиона и поникла, в глазах засверкали слезы.       В этот момент дверь открылась, и зашел Драко. Она мгновенно обернулась к нему, а он сразу же отметил ее состояние судя по сузившимся глазам.       — Ты здесь, — выдохнула Грейнджер и словно преобразилась, на лице появилась улыбка, а карие радужки засветились от радости.       — Ходил за нашей одеждой и твоим ноутбуком, — пояснил очевидное Малфой, словно знал, что ее тревожило. — Пора уходить, нам завтра еще на прием идти, — сказал он, помогая ей надеть пальто.       — Точно, — вспомнила Гермиона.       Она проследовала за всеми к камину, обняла друзей, но Гарри и Джинни видели, что подруга будто бы снова расслабилась и теперь засыпала на ходу. Драко помог ей забраться, зашел сам и взял немного летучего пороха. Грейнджер последний раз помахала рукой, покачнулась на своих каблуках и прижалась к парню для лучшей устойчивости. Малфой бережно обнял ее и назвал адрес, исчезая в зеленом пламени.       — Мне одному показалось, что… — начал Гарри, немного удивленно и неверяще глядя на жену.       — Между ними что-то есть, — подхватила Джинни, понимая, почему он так подумал.

_____

      Гермиона и правда хотела спать, потому что устала за день, немного выпила и испытала стресс, но путешествие по камину и путь до апартаментов Драко взбодрили ее. К тому же, вспомнилось, что она обещала своему парню за хорошее поведение на вечеринке.       В глубине тела начало зарождаться нетерпение, потому что хотелось показать Малфою свое мастерство. Грейнджер считала минет обязательной частью интимной жизни, делала его довольно часто, а потому осознавала, что хороша в нем. Было даже немного странно, что Драко еще ни разу не намекнул ей на это.       — Пойдешь в душ? — спросил он, проходя в спальню и снимая пиджак.       — Давай пока ты, мне надо убрать кучу невидимок из своей прически, — ответила Грейнджер, проходя к зеркалу.       Она решила дать ему время помыться, а потом уже присоединиться к нему и сделать то, что задумала.       Малфой снял часы и запонки, аккуратно сложив их на места, развязал галстук, а потом направился в ванную. Гермиона неторопливо убирала заколки, сдерживая легкое волнение и предвкушение. Закончив с этим, она сняла с себя все и отправилась следом за парнем.       В ванной было тепло, стекло, разделяющее душ и остальную часть комнаты, запотело, но за ним был виден силуэт крепкого мужского тела. Грейнджер неслышно приблизилась и прижалась к Драко со спины, обнимая за талию руками. Он чуть вздрогнул от неожиданности, попытался обернуться, и она ему позволила.       — Так ты собиралась принять душ вместе? — слегка игриво спросил он, скользя темнеющим взглядом по ее телу. — А я думал, тебе больше хочется спать.       — Я хотела, — закусывая губу, ответила Гермиона, мягко пробегаясь пальцами по его грудным мышцам и прессу, но не задевая твердеющий член. — Потом вспомнила, что должна отблагодарить тебя за то, как хорошо ты сегодня себя вел.       Посмотрев прямо в темно-серые глаза, она медленно опустилась на колени. Брызги воды, разбивающиеся о его спину, попадали ей на лицо и груди, и соски сами по себе затвердели от этих невесомых касаний. Малфой рвано вздохнул, обхватил ее подбородок и наклонился ближе.       — Ты мне ничего не должна. Запомни это, Гермиона, — чуть хриплым голосом произнёс он. — Если ты собираешься сделать это, то только потому, что сама хочешь. Иначе меня не устраивает.       — Но я хочу, — подтвердила Грейнджер, немного ошеломленная его словами. Джентельмен, да?       — Хорошо, — более низким тоном сказал Драко, и от этого все внизу живота сладко сжалось. — Тогда два момента, и мы начнем. Первый, — он протянул руку, поймал влетевшую в нее палочку и безмолвно наложил на плитку под ее коленями смягчающие чары. — И второй: куда мне можно кончить?       — Куда хочешь, — с готовностью ответила Гермиона и решительно потянулась рукой к члену, обхватывая его у основания. Сверху раздалось тихое шипение, лишь подстегнувшее ее собственное возбуждение.       Мягкими, дразнящими движениями языка Грейнджер прошлась по всей длине, обвела головку и обхватила ее губами, как следует смачивая. Малфой сдавленно застонал, собирая ее волосы в хвост для своего и ее удобства, пока она неторопливо принимала в рот все больше с каждым разом.       Установив неспешный ритм, Гермиона некоторое время пробовала все, что умела, отмечая его реакции на то или иное действие. Зная, что затягивать не стоит, она замедлилась и начала вбирать член максимально глубоко, доводя его до задней стенки горла. Драко в ответ на это сильнее сжал ее волосы и хрипло выдохнул.       Грейнджер снова ускорилась, старательно втягивая щеки, чтобы доставить ему больше удовольствия, и была награждена еще одним несдержанным стоном. Член напрягся, показывая, что конец уже близок, а Малфой перестал сдерживать себя. Его хриплые постанывания отзывались пульсацией между ее ног, и Гермиона где-то на задворках мыслей осознала, что впервые так возбудилась, делая минет.       — Черт, я скоро, — выдохнул Драко, сжимая ее кудри еще сильнее.       Грейнджер про себя довольно усмехнулась, сосредоточилась и расслабила горло, заводя головку члена еще глубже при очередном движении. Сверху раздался низкий рык, когда она интенсивно продолжила опускаться на всю длину, каждый раз касаясь носиком лобка.       — Ох, блять! — выругался Малфой, дергая бедрами к ней. — Я сейчас…       Гермиона одобрительно застонала, подстегивая его, принимая два последних движения навстречу себе.       — Блять! Да! Вот так, милая. Очень хорошо, — прохрипел он, отпуская себя и несколько секунд удерживая ее голову неподвижно.       Грейнджер ощутила горячую волну удовольствия от его похвалы, пока привычно сдерживала порыв освободить горло и вдохнуть. Драко не задержался, сразу же отстраняясь от нее. Гермиона сморгнула слезинки, появившиеся в уголках глаз, пару раз вдохнула, восстанавливая дыхание, а потом вновь обхватила головку губами, слизывая оставшиеся капли. После она довольно посмотрела наверх и столкнулась с ошеломленным взглядом своего парня.       — Гребанный Салазар! Это был самый лучший минет в моей жизни! Кажется, я никогда так сильно не кончал, — все еще хриплым голосом произнес Малфой, подавая ей руку и помогая встать.       Грейнджер не могла не улыбаться, слыша такой отзыв. Правда она не ожидала, что он резко притянет ее к себе и поцелует, жадно, горячо, совершенно не стесняясь собственного вкуса на ее языке.       — Подожди… — задыхаясь от возбуждения, пролепетала Гермиона между вдохами. — Дай хоть освежающие чары применить…       — Мне все равно, — шепнул Драко, вжимая ее крепче в себя и продолжая целовать так, словно она его воздух.       Он подхватил ее под бедра, поднимая без каких-либо усилий, и поспешил выйти из ванной. Грейнджер ахнула, ощутив спиной прохладу покрывала на кровати. Малфой, не отрываясь от ее кожи, провел дорожку из поцелуев к шее, оттуда спустился к груди и накрыл горячим ртом призывно торчащий сосок. Она застонала, желание разливалось по телу, требуя выхода. Гермиона чувствовала влагу, стекающую на простынь, и когда его пальцы коснулись ее внизу, Драко сдавленно выругался.       — Ты так возбудилась, отсасывая мне? — спросил он, поймав в полутьме спальни мутный взгляд карих глаз. — Хорошая девочка. Не могу оставить это без награды.       Игривый шепот пронзил ее сознание, как и горячие касания губ, спускающихся все ниже по ее телу. Грейнджер заволновалась совершенно неосознанно, просто потому, что никогда не получала такого вида ласк.        Она, разумеется, знала, что это, но сама долгое время стеснялась даже заговорить о подобном со своим первым парнем. Во время одного из откровенных разговоров, которые бывают у пар, постепенно изучающих друг друга, Гермиона предложила попробовать. Рон выразился ясно — не мужское это дело. Она тогда просто пожала плечами, потому что как-то не представляла себе этого между ними. С тех пор о подобном Грейнджер даже не думала.       — Что-то не так? Ты напряглась, — сказал Драко, вырывая ее из хаоса мыслей. Она собиралась позволить ему сделать это, но полагала, что, наверное, стоит наложить очищающее сначала. — Я и раньше это замечал, поэтому не шел дальше, — удивил ее парень.       — Я просто… — смущенно прошептала Гермиона, отводя взгляд. — Это будет впервые, так что я…       — Что, прости? — неверяще нахмурив брови, переспросил Малфой. — Хочешь сказать, он никогда тебе не…       — Нет, — быстро перебила его Грейнджер, еще больше краснея. Почему-то было стыдно говорить о таком. — Он говорил, что это не для мужчин.       — Пф, — недовольно фыркнул Драко. — То есть, как минет ему сделать, так должна, а как самому постараться, так не мужское дело?       — Ну, это ведь не всем нравится, наверное, — предположила Гермиона.       — Возможно, я открою тебе великую тайну, но почти все парни лижут, — хмыкнул Малфой и усмехнулся. — Я уверен, что эта Айвори уже поставила его на колени.       Грейнджер неопределенно фыркнула, не желая думать о бывшем сейчас.       — Поверь, тебе понравится, — искушающе протянул Драко, наклоняясь ближе к ее лицу. — А чтобы ты не переживала о том, нравится мне это делать или нет, я скажу тебе сразу: мне нравится. Я не вижу в этом ничего странного или неприятного. Вообще-то, наоборот, как и тебя, меня это возбуждает.       Легко поцеловав ее, он начал вновь спускать ниже, продолжая говорить между касаниями:       — Ты, наверное, не замечала, но я собирался сделать это не раз, просто останавливался, потому что видел, что ты напрягаешься. Теперь мне понятно, почему.       Достигнув гладкого лобка, Малфой горячо выдохнул и шире развел немного скованные бедра.       — Подожди, — затормозила все Гермиона, вспомнив, что не сделала главного. — Там все слишком… мокро, давай я уберу. Где моя палочка? — она завозилась, пытаясь вспомнить, куда ее положила.       — Так, стоп, — мягко попросил Малфой, снова поднимаясь и нависая над ней. — Просто расслабься. Ничего делать не надо.       — Но там… — попыталась возразить Грейнджер, и он заткнул ее поцелуем, жадным и лишающим разума.       Когда мыслей в голове не осталось, а возбуждение вновь достигло пика, Драко оторвался от ее губ. Гермиона тяжело дышала, глядя на него из-под приоткрытых век, и быстро вспомнила, что происходит. Видимо, он понял это, потому что вдруг спросил:       — Тебе понравилось глотать сперму и пробовать на вкус иные сопутствующие минету жидкости?       — Ну… нормально, — не совсем понимая, о чем речь, ответила Грейнджер.       — Вот и мне нормально, — постановил Малфой. — А теперь, милая, — он заговорил более низким, немного угрожающим тоном, от которого по ее телу побежали мурашки, — заведи руки за голову, пожалуйста.       Гермиона тяжело сглотнула и сделала это, в то время как он поднялся и призвал свой галстук. Протянув его через кованый узор кровати, Драко в один виток обмотал шелк вокруг каждого из запястий, а потом вложил концы в ладони.       — Я не буду связывать тебя, поэтому натяни и держи сама, — сказал он. — А теперь вот это, — на глаза опустилась одна из ночных повязок для сна, валяющихся в тумбе у кровати.       Грейнджер вздохнула свободнее, лишившись зрения. Чувства лишь обострились, но теперь не было какого-то излишнего смущения от того, что он собирался сделать. И как ему удается так тонко понимать ее? Гермиона этого не знала, но ощутила, что в этот момент влюбилась в него еще сильнее.       — Помнишь, я говорил, что тебе хочется контроля? — хрипло спросил Драко, нежно касаясь ее груди руками. — Сейчас единственное, что тебе нужно делать — это принимать все, что я собираюсь тебе дать. Ты согласна?       Грейнджер одобрительно простонала, ощущая знакомые импульсы возбуждения, идущие от груди к низу живота.       — Хорошая девочка, — проурчал Малфой, касаясь второй груди языком, обводя и дразня горошинку соска, что лишь усилило жар, распространившийся по ее телу от похвалы.       Гермиона всхлипнула, выгибаясь, натягивая галстук, но не смея его отпустить. Драко снова начал спускаться вниз, его поцелуи обожгли живот, тазовые косточки, самый край половых губ, а потом он перешел на внутреннюю сторону бедра. Влажные касания и легкие укусы совсем рядом с нужным местом почти довели Грейнджер до безумия, и она, уже ни о чем не думая, взмолилась:       — Пожалуйста, Драко… Аааа! О, Боже! О, Боже мой! — задыхающиеся всхлипы вырвались сами собой, стоило ему коснуться клитора уверенными круговыми движениями языка.       Интенсивность удовольствия была столь высока, что Гермиона дернулась, содрогнулась, чуть не согнувшись пополам, но твердая хватка на бедрах не позволила этого. Малфой продолжил вылизывать, смягчив нажим, но пружина уже стремительно разжималась, затапливая ее невероятным по силе наслаждением.       Он довел ее до оргазма в считанные секунды, но давление внизу живота ослабло ненамного. Драко искусно поддерживал его, продолжая нежно касаться самым кончиком языка, и когда ее ноги задрожали, а голос сорвался на хрип, он вошел в нее одним плавным, но сильным движением. Все внутри Гермионы сжалось, затрепетало и взорвалось снова, стоило ему сделать два жестких толчка.       — Умница, вот так, — прорычал Драко, прижимая ее колени к груди и ускоряясь. — Еще раз, милая.       — Я не… я не смогу, — ультратонким голосом всхлипнула Грейнджер, чувствуя, что ощущения зашкаливают.       — Сможешь, — заверил Малфой, вбиваясь в нее так, что вновь задевал какую-то особую точку внутри.       Твердое заверение и такая стимуляция стали последней каплей, которая позволила перейти грань. Гермиона кончила еще сильнее, чем прежде, дрожа всем телом и не слыша ничего, кроме гула крови в ушах. Удовольствие было слишком сильным, оно отпускало ее медленно, насколько, что когда она смогла вернуться в реальность, то лежала рядом с Драко. Он обнимал ее, нежно перебирая волосы, и уже применил очищающие чары к ними обоим. Грейнджер приподняла голову и получила любящий поцелуй в лоб.       — Как ты? — тихо шепнул Малфой, заправляя за ухо упавшую ей на глаза кудряшку. — Я не перестарался?       — Вовсе нет, — возразила Гермиона, сонно улыбаясь ему — спать захотелось просто невыносимо, веки сами собой закрывались. — Было восхитительно. Я думала, что кончить два раза — это уже невероятно, но ты просто уничтожил само понятие невероятности… — почти сквозь сон пробормотала она.       Последним, что Грейнджер услышала, проваливаясь в мир сновидений, был тихий, довольный смех Драко.