8. неприятные рассуждения

      После занятий, смерив взглядом гору свитков с эссе, которые студенты Пуффендуя и Когтеврана добросовестно сдали на проверку, Гермиона решила для себя, что как раз к отбою она и освободится.       Усевшись за преподавательский стол, девушка принялась за работу.       Проверка сравнительного анализа тонизирующих и лечебных свойств рябинового отвара и бодроперцового зелья никак не мешали ей думать.       А подумать, в самом деле, было о чем.       Как так случилось, что она увлеклась профессором? В какой момент это началось? Почему Гермиона не отследила в себе развитие этой странной привязанности и не пресекла ее? Она не могла дать однозначный ответ на эти вопросы.       А профессор? Что не так с ним? Почему он допустил проявления чувств с ее и своей стороны? Почему не пресек возможность возникновения всей этой ситуации? или Снейп заскучал настолько, что внезапно решил — короткая интрижка с Невыносимой Всезнайкой не такая уж плохая идея?       «С самой невыносимой из всех невыносимых всезнаек» — мысленно поправила себя Грейнджер, невольно улыбаясь.       — Ну и что же теперь? — вполголоса проговорила девушка, кусая губы и чувствуя, как сомнение и тревога нарастают в груди, подобно волне: — Ты сама поняла, что натворила? И зачем?       А если, например, исходить из простого и понятного желания близости? Без объяснения целесообразности? Без простраивания далеко идущих планов? Я хочу. Сейчас. Здесь. Просто потому что мне нравится этот мужчина. И всегда нравился. Неужели, этого недостаточно?       Прикрыв глаза, она постаралась усмирить гулко стучащее где-то в горле сердце и выровнять ставшее прерывистым и тяжелым дыхание, будто ведьма только что пробежала кросс.       Коснулась горящих щек внезапно обледеневшими пальцами.       Ну, вот и призналась. Хотя бы себе. Пожалуй, этого вполне достаточно.       Да. Мне нравится Северус Снейп. Да, это мой бывший профессор. Да, он… это он. Да и какая к черту разница, в конце концов? Я уеду отсюда через несколько месяцев и эта маленькая тайна станет частью Хогвартса. Навсегда присоединившись к сонму подобных пикантных, но канувших в безвременье, секретов.       Что ж. Можно считать, что индульгенция получена? По крайней мере от самой себя.       — Итак? Все вопросы совести улажены, я полагаю? — за спиной насмешливо прошелестел знакомый голос и Грейнджер вздрогнула, оглядываясь через плечо. Мастер Зелий, усмехаясь, стоял в дверях препараторской, сложив руки на груди.       — Как давно вы здесь? — прищурилась девушка, копируя позу профессора.       — Достаточно давно. Я успел услышать риторические вопросы и имел удовольствие пронаблюдать вашу рефлексию.        Северус прищурился, откровенно забавляясь молниеносной сменой эмоций на лице Гермионы. От смущения до возмущения. От возмущения до полного спокойствия.       — Могу узнать причину ваших метаний?       Грейнджер была смущена и зла на саму себя. Потерять бдительность и утонуть в собственных мыслях настолько, чтобы не заметить такое очевидное и ничем не маскируемое наблюдение.       Конечно, рассказывать о принятом решении профессору она не собиралась.       — Разумеется, можно. Я задавалась вопросом, что же вы дальше будете делать без меня? — Язвительно протянула гриффиндорка, искоса глядя на Снейпа и сгребая в кучу эссе со стола.       — Прошу прощения? — брови Северуса удивленно взлетели вверх и он сделал шаг вперед, испытывающе глядя на ведьму.       — Вы совершенно обленились, профессор! — воскликнула девушка, вручив кучу свитков в руки удивленному Мастеру Зелий и сокрушенно покачав головой, продолжила:        — Полностью отошли от дел и взвалили всю работу на меня… Что же вы будете делать, когда придет время возвращаться к преподаванию?       — Мне на одно мгновение показалось, что вы, мисс Грейнджер, переигрываете… — мрачно протянул Северус, смерив девушку внимательным взглядом.       Он пытался казаться серьезным, но она видела, как в его глазах пляшут разбуженные ее дерзостью черти.       Снейп быстрым шагом прошел в препараторскую и заозирался по сторонам, в поисках места, куда можно пристроить студенческие работы, а Гермиона, едва сдерживая смех, назидательным тоном продолжила, неторопливо шагая следом за ним:       — И как мне кажется, профессор… нужно здесь прибраться.       Швырнув работы прямо на пол, Зельевар повернулся лицом к девушке и упер руки в бока. В голосе Мастера Зелий появились опасные нотки.       — Вы явно нарываетесь, мисс Грейнджер…       Глубоко вздохнув и окинув профессора смеющимся взглядом, Грейнджер выдохнула, пожимая плечами:        — Да, я нарываюсь…профессор.       — Ах, ты маленькая… — процедил сквозь зубы Снейп и рванулся вперед, подхватывая на руки сдавленно хохочущую Гермиону, которая совершенно не сопротивлялась. Едва сдерживая улыбку, профессор грозно пробормотал, стремительным шагом направляясь прямиком в свою комнату.       — У нас есть незаконченные дела…       Захлопнув за собой дверь, Северус поставил Гермиону на пол.       Зарылся пальцами в упрямые завитки на макушке. Требовательно сжал в горсти, чуть запрокидывая голову ведьмы назад, склонившись вперед, чтобы позволить ей легко и невесомо коснуться его губ своими губами.       — Ты уверена? — едва слышно прошептал Северус, испытующе глядя в карие глаза и мягко массируя её затылок пальцами.       Короткий кивок.       Накрывая уверенным поцелуем её губы, мужчина начал теснить Гермиону к широкой постели.       Внезапно она отстранилась.       — Что? — хрипло прошептал Северус, вновь притягивая Грейнджер к себе, но она отрицательно покачала головой. Потемневшие карие глаза не отрываясь смотрели в непроглядно черные.       — Нет.…позволь мне.       Вновь уступая, Северус позволил ей усадить себя на край широкой постели, застеленной темным покрывалом.       Опустившись на колени, она разместилась между его чуть расставленных бедер, внимательно наблюдая за тем, как эмоции сменяют друг друга на сосредоточенном лице Зельевара.              Грудную клетку распирало от ставшего внезапно тяжелым и рваным дыхания. Сердце гулко билось в ребра, будто заполнив все свободное пространство внутри.       Северус, не спуская заинтересованного взгляда с лица Гермионы, откинулся назад, облокотившись на руки.       С легкой усмешкой он наблюдал за её действиями.        Вот она собрала непослушные локоны на затылке и, сосредоточенно глядя в глаза Зельевару, воткнула в импровизированную прическу свою волшебную палочку.       Затем, уверенные пальцы быстро справились с ремнем и пуговицами на ширинке.       Преодолели резинку белья и сомкнулись вокруг головки члена, нежно опустились ниже по стволу. Примеряясь. Оценивая.       Хрипло выдохнув, Снейп чуть подался бёдрами вперёд, накрывая своей ладонью её ладошку.       Подсказывая, как ему нравится. Задавая нужный темп. Направляя.       Бесстыдно глядя ему в глаза, Гермиона опустила голову.       Горячий язык коснулся нежной кожи головки, скользнул вниз, лаская и он прикрыл глаза, откидывая голову назад.       Втянул воздух сквозь сомкнутые зубы, ощущая влажные, жадные губы на своем члене. Тихо застонал, одобряя каждое движение.       Прислушиваясь к своим ощущениям, Снейп следил из-под полуприкрытых век за мерно поднимающимся и опускающимся затылком девушки.       — Встань, — хрипло прошептал Северус, ощущая, как внизу живота затягивается тугой узел наслаждения и быстро скинул с плеч сюртук, отбрасывая его прочь.       Повинуясь, Грейнджер встала с колен. Выжидающе посмотрела в глаза профессору и потянулась к поясу юбки.       Но была остановлена мягким прикосновением чуть прохладных пальцев.       — Теперь моя очередь, мисс Грейнджер… — прошептал он, перехватывая инициативу и, не церемонясь, помог Гермионе избавиться от одежды.       Полностью обнаженная девушка оседлала его колени и два голодных взгляда встретились.       Чуть шершавые пальцы коснулись нежной кожи шеи, сжимая и притягивая её для глубокого, жесткого поцелуя.       Ладони Снейпа скользнули ниже и почти сомкнулись на тонкой талии.       Гермиона вздрогнула и приглушенно ахнула, когда ощутила, как его пальцы скользнули еще ниже, касаясь нежных складок и собирая влагу. Подушечки мягко надавили на напряженный клитор, подразнивая.       Опустив голову, Северус коснулся языком острого соска, жадно втянул в себя, посасывая.       Слушая хриплые стоны, срывающиеся с её губ, он тяжело дышал, едва сдерживаясь от того, чтобы грубо подмять под себя хрупкое тело.       Овладеть ей жестко, без излишних прелюдий и переходов и наконец потушить ревущий пожар внутри.       Но Снейп заставил себя не торопиться, проникая в неё сначала одним, а потом двумя пальцами и растягивая горячие тугие стенки. Постепенно наращивая темп.       Бедра Гермионы дернулись навстречу его руке, требуя продолжения и пропуская его ещё глубже внутрь.       Она была на грани. Острая необходимость ощутить его внутри себя сводила девушку с ума. Грейнджер ощущала, как по внутренней стороне бедер медленно стекают капли её возбуждения.       Но почему он медлит?       Когда Северус был на грани срыва, до его слуха донесся сбивчивый, прерываемый тяжелым дыханием, голос Гермионы.       — Профессор… я не из фарфора…       Приняв эти слова, как руководство к действию, он быстро подмял девушку под себя.       Раздвинул коленом чуть подрагивающие от ожидания бедра.       С тихим стоном одним резким толчком заполнил её, погружаясь до самого основания.       Низ живота Гермионы заныл от непривычной, сладкой боли. Поерзав бедрами, она подалась вперёд, прильнула грудью к его груди, притягивая к себе как можно ближе и наслаждаясь тяжестью его тела.       Взгляд Снейпа скользнул вниз. Туда, где их тела соединились воедино. Не в силах отвести глаз, он подался бедрами вперёд.        Погружаясь до основания внутрь жаркой глубины и почти полностью покидая её.       Сев на пятки, он притянул Гермиону к себе за бедра, быстро насаживая её на подрагивающий, возбужденный член.       — Я хочу жестче… — тихо выдохнула девушка, запуская пальцы в черные волосы.       Удивленно хмыкнув, Снейп перевернул Гермиону на живот.       Изогнувшись в пояснице с кошачьей грацией, ведьма бесстыдно потерлась истекающими влагой складками о член Зельевара.       Грубо вколачиваясь в нее сзади, Снейп судорожно выдохнул, упираясь большими пальцами в ямочки Венеры на её пояснице и ощущая, как трепещет лоно, судорожно сжимая его член в кольце внутренних мышц.       — Вы полны талантов, мисс Грейнджер….

***

      В наступившей после оргазма тишине, прерываемой только тяжелым дыханием, оба внезапно почувствовали себя неуютно.       — Что ж… мне пора, — тихо проговорила Гермиона и избегая смотреть в глаза Северусу, скатилась с широкой постели и начала неторопливо собирать свои вещи с пола.       Едва справившись с удивлением и смятением, Северус следил за тем, как ведьма методично натягивает на себя одну деталь одежды за другой.       Он ожидал каких-то традиционных женских проявлений после близости, но девчонка смогла удивить его и в этом.       — Не останешься? — не выдержав давящей тишины, все же поинтересовался он, стараясь чтобы голос звучал спокойно и отстраненно.       — Нет. Я привыкла засыпать в своей постели… всегда, — прохладно улыбнувшись, Гермиона оправила безнадежно измятую юбку и уже полностью одетая, склонилась над Зельеваром, расслабленно раскинувшимся на подушках.       Нежный, едва уловимый поцелуй в уголок жесткого рта. Долгий взгляд глаза в глаза и мягкая улыбка на припухлых, зацелованных губах.       — Это было великолепно, профессор… до встречи на занятиях.       Снейп хотел было удержать ее.       Уложить рядом и потребовать подробного рассказа о том, кто и когда успел научить её такой циничности?       Кто и когда приучил её засыпать в одиночестве и менять горячие объятия на холод гладких простыней?       Хотел, но не стал.       Быть может так лучше.       Пока.       — До завтра, Гермиона… — шелестящий голос Северуса догнал её почти у дверей его покоев.       Обернувшись через плечо, Грейнджер поймала глазами внимательный взгляд черных глаз и улыбнулась одними уголками губ.       Дверь комнаты едва слышно открылась, выпуская маленькую фигурку и аккуратно притворилась за ней.       Тяжело вздохнув, мужчина перевернулся на живот, утыкаясь лицом в подушку.       Ты просто старый дурак, Северус…