Глава 2. Бойся своих желаний

      Андроиды вторглись в каждый уголок человеческой жизни: няньки, продавцы, уборщики, даже патрульные офицеры в полицейском департаменте. Хорошо хоть не пошли по стопам «Скайнета» и не пытались устроить революцию, дабы поработить жалких людишек. Было несколько случаев, когда переклинившие андроиды совершали нападения на собственных хозяев, но «Киберлайф» резво отозвала целую партию бракованных болванчиков, выпустила какие-то программные патчи для всех старых моделей, усилила систему защиты от хакерского взлома — и всё закончилось. А жаль, ведь проявление агрессии и массовое восстание могло подарить возможность без зазрения совести перестрелять пластиковых ублюдков, которые бесили уже давно.       «Это всё потому, что ты жмёшься купить своего», — смеялась Тина, на что Гэвин только фыркал со всем возможным презрением. Она-то приобрела по скидке домашнюю помощницу прошлогодней модели и души в ней не чаяла, расхваливая всем, кто соглашался слушать. Отлично готовит, стирает, убирает, гуляет с собакой и поддерживает разговор на любую тему. «Как раз для таких одиноких волков, как ты, Гэвс». Нет уж, Тина, отвали. Ноги пластикового заменителя человека рядом с ним не будет! А тем более у него дома. Нет, нет и нет.       Внешнее сходство могло усыпить бдительность кого угодно, но не Гэвина. Эти пластмасски — не люди. Их фальшивые эмоции — всего лишь имитация. У них нет эмпатии, они не испытывают чувств, и разговаривать с ними — всё равно что беседовать с кофеваркой. Если кому-то нравится страдать подобной фигнёй — пожалуйста, но ничто не заменит общения с живыми людьми.       «Живых людей», правда, мало интересовали предпочтения Гэвина: из-за скверного характера большинство коллег обходили его десятой дорогой, а за пределами работы контакты ограничивались парочкой друзей со времён полицейской академии, которые сейчас жили в соседних штатах — и поэтому до сих пор не послали Рида куда подальше. Раз в полгода и под пивко собеседник из него выходил вполне сносный, а шутки даже не казались обидными. Всё остальное время лучшим другом Гэвина оставалась работа. И его более чем устраивала такая жизнь. Его вообще всё устраивало… до недавних пор.       Почему ситуация с кафе так выбивала из колеи? Да потому что там варили самый лучший кофе в Детройте — даже «Старбакс» рядом не стоял! А бонусом — цена в два раза ниже. Помимо прочего, — вкуснейшие вафли и идеально удобное расположение между домом и работой. Квартиру Гэвин нарочно подбирал поближе к департаменту, чтобы не платить за бензин по цене золотых слитков и не тратиться на такси. Он всё продумал! Всё! Но теперь тщательно выстроенный мирок рушился из-за одного-единственного раздражителя.       Об этом самом «раздражителе» Гэвин размышлял несколько часов кряду. Вынужденно полюбовался грохочущими за окном фейерверками и смог уснуть лишь под утро, а буквально через полтора часа прозвенел будильник.       — Как же я хочу хотя бы недельку отдыха! — провыл Гэвин в подушку, а потом шумно выдохнул и всё-таки поднялся на ноги.       Да, Тина была абсолютно права насчёт его хронического трудоголизма, но всему есть предел: три сложных дела подряд выжали последние соки. Наверное, стоило взять отгул, но работа в праздничные и предпраздничные дни поощрялась хорошей премией — грех упускать.       Собравшись, Гэвин вышел на лестничную клетку и заметил первую странность: миссис Джонсон, превредная старушенция и по совместительству чересчур бдительная соседка, не показалась в щёлке двери, как обычно бывало. Она будто вообще никогда не ложилась спать — так часто тайком встречала и провожала Гэвина на работу, видимо, подозревая его во всех смертных грехах, — даром, что он из жалости подкармливал её тощую облезлую кошку и вёл вполне себе праведный образ жизни, хоть и с ненормированным рабочим графиком.       Но самое интересное началось на улице. Ранним утром многие спешили на работу так же, как и Гэвин, но в основном на автомобилях. Сейчас же тротуары и вовсе пустовали, а несколько авто замерли прямо посреди проезжей части. Пробка — первое, что пришло в голову, но нет: водители не двигались с места, а между машинами оставалось довольно много свободного пространства.       — Эй, чувак, ты там что, уснул? — поинтересовался Гэвин, постучав в стекло водительской двери ближайшего автомобиля, застрявшего аккурат перед пешеходным переходом.       Тишина.       Мужчина в ответ не обернулся и не среагировал никак, даже глазом не моргнул.       — Что за хрень здесь творится? — пробормотал Гэвин и постучал ещё настойчивее. — Немедленно откройте дверь! Полиция Детройта!       Ноль реакции.       Бросив стрёмного мужика стоять на дороге, Гэвин пошёл дальше, наблюдая везде одну и ту же картину: замершие автомобили, андроиды и прохожие. Около кафе он увидел компанию из нескольких человек, которые держали в руках догоревшие бенгальские огни: эти люди явно праздновали наступление Нового года, когда их застало… что бы это ни было. Болезнь? Вирус? Или так выглядит начало зомби-апокалипсиса?       Гэвин на всякий случай отшатнулся от странной компании и протёр руку, которой касался их, свежевыпавшим снегом: люди были холодны как лёд, но пульс, хоть и замедленный, сохранялся. Не мертвы, но и не живы.       — Что за хрень?! — панически повторил Гэвин, набирая 911.       На звонок никто не ответил. Значит, нужно срочно добраться до департамента и узнать, есть ли хоть какие-то «выжившие». А что, если он остался в Детройте один?       «Зато теперь отдохнёшь на славу!» — прозвучал в голове голос Тины, и Гэвин вдруг вспомнил о загаданном желании. Неужели оно исполнилось… вот так?       — Я этого не хотел. Слышишь? Не хотел! — крикнул он в хмурое январское небо.       Ни саней Санты, ни какого-либо знака свыше не появилось, но когда Гэвин опустил голову, то привычно упёрся взглядом в витрину по соседству, и… оттуда ему рукой помахал андроид! Этот выскочка Ар-Кей-как-там-его не замер, как остальные, а выжил! Выжил — когда и живым-то не был на самом деле!       Гэвин стремительно пересёк улицу и снова оказался под прицельным взглядом серых глаз.       — Какого чёрта здесь творится, а? — закричал он, размахивая руками.       «Доброе утро! Я не знаю», — сразу появилось на витрине. — «Как вас зовут?»       — Не твоё собачье дело.       «Какое необычное имя. Можно я буду звать вас просто Эс Дэ?»       Гэвин часто заморгал, второй раз перечитывая строчку. Андроид что, шутил? Нет, не так: он подшучивал над ним? При таких-то обстоятельствах?!       Хотя, собственно, это Гэвина до чёртиков пугала перспектива остаться одному в целом городе (штате, стране, мире?!), а для андроида в витрине особо ничего и не поменялось. Стоит себе, улыбается…       — Почему все заморожены, а ты — нет?       «Не знаю, Эс Дэ. Возможно, проделки духа Рождества».       — Рождество уже прошло, дурень, а новогодние желания никогда не сбываются. И перестань звать меня Эс Дэ! Я Гэвин.       «Рад знакомству, Гэвин. Жаль, что в такой ситуации».       — Со мной обычно в паршивых ситуациях и знакомятся, — с мрачным весельем заметил Гэвин. — Я же коп.       «О, ваша работа наверняка очень увлекательна».       — Ты не представляешь насколько, — хмыкнул Гэвин. — Ладно, мне пора… типа мир спасать.       «Удачи. Надеюсь, вы ещё вернётесь».       Гэвин неопределённо пожал плечами. Странно, но общение с андроидом оказалось не таким уж неприятным, как он предполагал.       «Может, общаться с андродами не так уж плохо… Бля, Тина! Хватит говорить в моей голове!»       Кстати, о Тине. Она, любительница влезть в душу и вынуть оттуда самую саднящую занозу (или вогнать поглубже), конечно же помогла бы разобраться и с внезапной заморозкой, и с бесячим андроидом, но сейчас её в департаменте не было. Внутри здания обнаружились лишь дежурные патрульные полицейские (тоже замершие), несколько андроидов и Джеффри Фаулер, восседающий в своём кабинете, как восковая фигура в музее мадам Тюссо. Хмурая складка меж бровей, какие-то бумаги в руках — шеф выглядел как обычно, вот только не двигался и дышал почти незаметно.       — Нет, это всё какой-то сюр, я просто сплю, просто сплю… — повторял Гэвин, бродя по полупустому офису и до боли, почти до синяка щипая себя за руку.       Будь он помладше, то рассмеялся бы и обязательно подстроил с застывшими фигурами смешные сценки: стянул бы с кого-нибудь штаны, разрисовал лица зубной пастой и маркерами, стащил всех в кабинет начальства и оставил там отдыхать — когда оттают, розыгрыш выйдет отменный. Но сейчас обстановка вокруг вызывала лишь тихий ужас: вмиг оказаться одному, как на необитаемом острове, грозило серьёзными проблемами и буквально выживанием. Главной сложностью однозначно станет еда, которая имеет свойство портиться, а новую никто не привезёт. Придётся заделаться фермером где-нибудь в пригороде и взять с собой того назойливого андроида вместо волейбольного мяча — Уилсона, — как в фильме «Изгой», ведь психика при тотальном одиночестве страдает очень серьёзно.       — Санта, Гринч, запоздалый дух Рождества, или кто там выполнил моё желание, слышите? ОТ-МЕ-НА. Я не о таком отдыхе мечтал! — воззвал Гэвин, но ответа снова не получил.       Звонок Тине тоже результатов не дал: лишь длинные гудки. Может, связь сбоит, а она уже спешит на работу? Гэвин решил немного подождать в департаменте — вдруг придёт кто-то ещё?

❄❄❄

      Это был самый странный рабочий день в его жизни. Полная тишина вокруг — лишь стук собственных пальцев о сенсорную клавиатуру. Даже дыхание в этой тишине стало слышнее. Интернет, увы, оказался заморожен — страницы попросту не загружались, новостей не посмотришь, — но локальная сеть в офисе работала без перебоев.       По инерции закончив несколько отчётов, Гэвин не выдержал гнетущей атмосферы и вышел из офиса, направляясь к Тине. Вызвать такси не представлялось возможным, поэтому он взял из гаража департамента знакомую патрульную машину: ей он и так часто пользовался, когда требовалось выехать на место преступления.       Поднявшись на нужный этаж, он отыскал квартиру единственной подруги и только на месте понял, что не сможет войти без ключа, но до двери всё же дошёл. Повезло: она оказалась приоткрыта. Обстановка внутри разочаровала и развеяла в прах последние надежды: Тина в компании четверых друзей замерла с бокалом шампанского в руке. Снова — ноль выживших в этой странной жутковатой реальности.       «Что ж, никто ведь не сказал, что это навсегда, верно? Сколько я там просил? Неделю, кажется, а Тине говорил что-то про месяц. Если желание и вправду исполнилось, то и сроки должны быть такие. Неделю или месяц я уж как-нибудь переживу», — успокоил себя он, возвращаясь на пустынную улицу. — «Никогда больше ничего загадывать не буду!»       Гэвин знал, что у его проблем бывает всего две причины: либо зря промолчал, либо чересчур распизделся. В этот раз, похоже, дров наломала вторая.

❄❄❄

      «Кстати, я не воняю пластмассой».       — Что?       «В первую нашу встречу вы назвали меня «вонючкой». Довожу до вашего сведения, что при моём производстве использованы исключительно высококачественные полимеры без неприятного запаха».       — А, ну… круто? — усмехнулся Гэвин, смахивая со скамьи налипший снег и усаживаясь напротив.       Да, он вернулся обратно к витрине. И нет, ему не было стыдно: после двухчасовой езды по замороженному городу на него нашла такая тоска, что хоть волком вой. Уж лучше с андроидом перекинуться парой слов, чем оставаться дома или продолжать выполнять бессмысленную работу. Так и с ума сойти недолго.       — Как тебя зовут-то, полимерный? А то моё имя узнал, а своё так и не сказал.       «Я — модель RK900 "Ричард". Это заводское имя, при покупке вы можете выбрать любое другое».       — Да? И что я ещё могу выбрать?       «Цвет волос», — Ричард свёл брови к переносице, и его волосы плавно окрасились в ярко-рыжий, а потом — в пепельный. — «Модуль глаз тоже можно заменить, но только целиком».       — А этот уродский пиджак можешь снять?       «Могу».       Стянув пиджак с плеч, Ричард принялся педантично складывать его, на что Гэвин поморщился:       — Да не аккуратничай, просто брось его.       Андроид подчинился. Встряхнул, подцепил за ворот кончиками пальцев, отставил руку в сторону и позволил ткани медленно соскользнуть вниз. Рисуется, сволочь.       «Так лучше?»       Гэвин окинул Ричарда оценивающим взглядом. Да, посмотреть было на что: рубашка обтягивала широкие плечи и явно приличные бицепсы. Сто процентов за тонкой тканью прячется и пресс в сплошных кубиках! Ну а что, андроиду ведь не надо торчать по выходным в качалке, чтобы выглядеть привлекательно. Тина бы, наверное, всю витрину облизала от такого великолепия, а Гэвин лишь скептически хмыкнул:       — Немного. В такой мрачной рубашке ты как будто только что с похорон вернулся.       «А что если…»       Ричард расстегнул несколько верхних пуговиц, ослабляя тугой воротник, и неожиданно растрепал рукой волосы, а затем, будто бы повинуясь внезапному приливу вдохновения, прикрыл диод рукой.       — Фак, как же ты на живого похож! — поражённо выдохнул Гэвин.       «Это хорошо?» — уголки губ Ричарда дрогнули в скромной полуулыбке.       — Нет, не хорошо, — резко ответил Гэвин, и улыбка сразу померкла. — Ты — андроид, а сходство с человеком — не твоя заслуга.       Новые буквы на витрине задрожали, возникая быстро, неровной строкой.       «Если моё сходство с человеком вам противно, я всегда могу сделать так».       Он задержал руку у виска и кончиками пальцев коснулся диода. Из-под искусственной кожи выглянул пластик, но казалось, словно человеческое лицо в несколько мгновений затопила белая краска. Жутко, неправильно — Гэвину отчего-то стало не по себе, и он тут же махнул рукой, поднимаясь со скамьи.       — Хватит! Прекращай своё шоу, я всё равно тебя не куплю. Ты мне не нужен.       «Зачем тогда пришёл?»       — Да просто от скуки.       «Я заметил, что ты всегда один».       — Где? В кафе? Вообще-то, я там завтракаю. Кафе — это не клуб знакомств. Это место, где едят, ясно тебе?       «Ты завтракаешь в одиночестве. Возвращаешься домой — тоже. У тебя совсем нет друзей?»       — Не твоё дело! И не тыкай мне, мы с тобой не друзья.       «Не друзья», — эхом отозвались строки, и стекло вдруг стало матовым, скрывая Ричарда от чужих глаз.       — Да пошёл ты! Пошёл ты на хрен, слышал?! — Гэвин подскочил ближе и ударил витрину кулаком. — Не смей за мной следить! Дурацкий кусок полимеров…       И без того поганое настроение было безнадёжно испорчено.