Глава девятая

            

            

Семь часов ранее...

                  — Тогда возьми мою кровь, — неожиданно предложил Саймон, будто эта мысль только что сама собой сложилась у него в голове.             Альфред удивлённо моргнул и несколько секунд просто смотрел на фотографа, пытаясь понять, не ослышался ли.             — Чего?             — Помнишь, на заброшенном заводе ты уже брал у меня образец крови? — спокойно продолжил Саймон. — Пусть ваши учёные сравнят её с кровью... той девушки. Если состав окажется одинаковым или хотя бы очень похожим, это станет ещё одним доказательством того, что я не выдумываю происходящее. Думаю, видео плюс результаты анализов убедят их куда сильнее, чем мои рассказы.             Альфред задумчиво потёр подбородок и медленно кивнул.             — А ведь это действительно хорошая мысль. Ладно, тогда завтра же передам образцы в лабораторию. Будем надеяться, что следующее превращение пройдёт без осложнений и не нанесёт вреда твоему организму.             Саймон лишь коротко кивнул.             — Будем надеяться.             

                  Настоящее время

            Саймон проснулся от неприятного ощущения тяжести во всём теле. Едва приоткрыв глаза, он медленно потянулся и тут же болезненно застонал, почувствовав, как ломота одновременно отозвалась в плечах, спине, шее и даже в ногах. Создавалось впечатление, будто ночью по нему несколько раз проехался тяжёлый дорожный каток, после чего заботливо уложил обратно спать.             Он ещё несколько секунд неподвижно лежал на кровати, пытаясь окончательно прийти в себя и понять, где заканчивается сон и начинается реальность. Голова неприятно гудела, во рту пересохло настолько, словно он несколько часов подряд бродил по пустыне, а мышцы отзывались тупой болью при любой попытке пошевелиться.                   Наконец Саймон медленно приподнялся, сел на край кровати и первым делом посмотрел на собственную руку. Тёмная кожа. Тонкие длинные пальцы. Хорошо знакомые сухожилия, проступающие под кожей. Он облегчённо выдохнул. Потом машинально запустил ладонь в короткие кудрявые волосы, несколько раз провёл пальцами по голове, словно убеждаясь, что они действительно снова стали короткими, а не рассыпались по плечам густыми прядями, как это было ночью.                   После этого взгляд опустился ниже. Он внимательно осмотрел грудь, живот, плечи, провёл ладонью по боку, затем по ногам, не пропуская практически ни одного участка тела. Ему хотелось убедиться, что после очередного превращения организм полностью вернулся в прежнее состояние. Что нигде не осталось никаких странных изменений. Никаких следов того, что всего несколько часов назад он выглядел совершенно другим человеком.                   Подойдя к зеркалу на дверце шкафа, Саймон ещё раз внимательно осмотрел своё отражение. Он медленно поворачивался из стороны в сторону, приподнимал руки, внимательно разглядывал кожу на плечах, груди и животе, опасаясь обнаружить хоть какой-нибудь дефект, который мог остаться после столь необычной трансформации. Кожа выглядела совершенно обычной.                   Лишь на предплечье отчётливо проступал небольшой синяк, оставшийся после падения на заброшенном мосту. На смуглой коже он выглядел не слишком заметным, однако стоило слегка надавить пальцем, как место ушиба тут же отзывалось неприятной болью. Саймон задумчиво провёл по нему ладонью.             — Значит... всё-таки обычные травмы никуда не исчезают, — пробормотал он себе под нос. — Синяки, царапины, шрамы... организм их не стирает. Заебись...             В этот момент его взгляд случайно наткнулся на небольшую видеокамеру, установленную неподалёку. Застыл. Лишь спустя секунду до него окончательно дошло, что ночью устройство действительно записывало всё происходящее. Абсолютно всё.             Саймон рефлекторно прикрыл ладонью пах, после чего сам же невольно усмехнулся собственной реакции.             — Молодец... вовремя спохватился.             Он быстрым шагом подошёл к камере, осторожно снял её со штатива и выключил запись. Несмотря на то что перед началом эксперимента он сам дал согласие на съёмку, мысль о том, что теперь какое-то количество совершенно незнакомых людей будет просматривать запись, где он находится абсолютно без одежды, вызывала у него ощутимый внутренний дискомфорт. Перед близким человеком он никогда особенно не стеснялся собственного тела.                   Но одно дело — добровольно раздеться перед человеком, которому доверяешь. И совсем другое — понимать, что запись окажется в распоряжении незнакомых учёных, которые будут рассматривать её кадр за кадром исключительно в исследовательских целях. Логически он прекрасно понимал необходимость этого. Эмоционально же привыкнуть к подобной мысли было значительно сложнее.                   Даже не позавтракав и совершенно забыв об утренней гигиене, Саймон сразу перенёс запись с камеры на ноутбук. В первую очередь ему хотелось увидеть то, чего он никогда не мог наблюдать во время превращения.                   Включив запись, он внимательно следил за каждым кадром. Сначала на экране появился он сам — беспокойно ворочающийся на кровати, судорожно сжимавший простыню и болезненно выгибавшийся так, будто каждую мышцу одновременно сводила сильнейшая судорога. Его лицо исказилось от боли, дыхание стало тяжёлым и прерывистым, а челюсти были стиснуты настолько сильно, что на скулах отчётливо проступили напряжённые мышцы. Со стороны происходящее выглядело почти пугающе.                   На мгновение Саймону даже показалось, будто он смотрит не научную запись, а какой-то фильм ужасов про одержимость. Только вместо мистических эффектов перед камерой происходило нечто гораздо более странное.                   Постепенно волосы начинали менять цвет, становясь заметно темнее и длиннее, затем густели буквально на глазах, рассыпаясь по подушке пышными волнами. Худощавое мужское тело медленно меняло пропорции: плечи становились уже, талия — тоньше, грудная клетка постепенно приобретала женственные очертания. Даже оттенок кожи менялся не мгновенно, а плавно, будто кто-то медленно проявлял новую фотографию или постепенно усиливал загар в солярии.                   Фотограф не отрывал взгляда от экрана. Каждый следующий кадр вызывал у него всё большее удивление. Сам процесс оказался гораздо менее зрелищным, чем он ожидал, но при этом куда более жутким. Тело менялось не рывком, а словно шаг за шагом перестраивало само себя, заставляя человека переживать каждую секунду этого процесса. К счастью, камера была установлена таким образом, что нижняя часть тела практически не попадала в кадр. После того как превращение полностью завершилось, девушка лишь спокойно перевернулась на бок и погрузилась в глубокий сон, словно ничего необычного этой ночью не произошло.             Саймон тяжело выдохнул и закрыл видео.             — Ну... могло быть и хуже.             Невольно усмехнулся. По крайней мере ему не приходилось буквально «рожать» собственное второе тело или наблюдать какие-нибудь чудовищные физиологические метаморфозы, от которых потом ещё неделю снились бы кошмары.             После этого он аккуратно вырезал наиболее важные фрагменты записи, сократив несколько часов материала примерно до получаса, чтобы учёным не пришлось просматривать бесконечные часы сна ради нескольких минут самой трансформации.                   Лишь закончив работу с видео, Саймон наконец вспомнил, что с самого пробуждения не выпил ни капли воды, не почистил зубы и даже не позавтракал. Желудок немедленно напомнил об этом громким недовольным урчанием.             — Да-да... уже иду, — устало пробормотал он самому себе, закрывая ноутбук и направляясь в сторону кухни.                   Плотно позавтракав овсяной кашей, в которую он щедро нарезал колбасу, чтобы еда не казалась такой пресной и безвкусной, Саймон наконец почувствовал, что силы понемногу возвращаются. После вчерашнего вечера организм отчаянно требовал нормальной пищи, и горячий завтрак оказался как нельзя кстати. Допив чай, он неторопливо убрал со стола, принял душ, окончательно привёл себя в порядок и лишь после этого уселся за ноутбук.             Первым делом необходимо было составить новое резюме. Старое теперь практически не имело смысла использовать: после смены документов многое пришлось обновлять. Саймон внимательно заполнил все необходимые поля, указал новые данные, однако в качестве контактного номера решил оставить прежний старый телефон.             Затем он открыл папку со своими работами. Несколько минут фотограф молча перебирал снимки, вспоминая обстоятельства каждой съёмки. Некоторые фотографии когда-то не попали на выставку — где-то не хватило места, какие-то просто не вписывались в общую концепцию экспозиции, а некоторые он и вовсе откладывал на потом, надеясь использовать в другом проекте. Однако сами по себе снимки были удачными, поэтому именно их он решил добавить в своё обновлённое портфолио.             Работа оказалась куда более кропотливой, чем он предполагал. Нужно было выбрать лучшие кадры, привести их к единому стилю, подобрать краткие описания и несколько раз проверить, чтобы нигде не осталось ошибок. Когда Саймон наконец закончил, прошло почти полтора часа. Он устало потёр глаза, взглянул на часы и тихо выдохнул.             — Так... теперь к Альфреду.             Флешка с записью превращения уже лежала на столе и ждала, когда окажется в руках исследователей. Особенно наряжаться по такому случаю Саймон не собирался. Он привычно надел чёрную майку, светло-голубые джинсы и белые кроссовки. Наряд выглядел просто, но аккуратно. Волосы он, как обычно, собрал в небольшой хвост, а сверху надел бейсболку, прекрасно понимая, что под летним солнцем без неё долго не проходишь. Взяв ключи, телефон и флешку, он вышел из квартиры, сел в машину и отправился к месту встречи.                   На этот раз разговор с Альфредом оказался совсем коротким. Они обменялись несколькими фразами, Саймон передал флешку, а Альфред заверил, что запись сразу же попадёт к учёным. После этого каждый отправился по своим делам. Саймон уже собирался возвращаться домой, размышляя, чем занять остаток дня, когда телефон коротко завибрировал.             На экране высветилось новое сообщение. Отправителем оказался один из его самых постоянных клиентов. Саймон невольно улыбнулся. Мистер Синклер: Добрый день, мистер Кук. У моей дочери снова день рождения, и только вам я готов доверить запечатлеть этот праздник. Сможете приехать завтра днём?             Улыбка почти сразу исчезла. Саймон тяжело простонал и откинулся на спинку водительского кресла.             — Ну почему именно сейчас?..             Семья Синклеров была одной из самых приятных за всю его карьеру. Сам мистер Синклер не был сказочно богатым человеком, но детей своих любил искренне и никогда не жалел сил и средств, чтобы сделать для них настоящий праздник. Работать с этой семьёй всегда было легко: никто не вмешивался в процесс, не придирался к мелочам и неизменно относился к нему с уважением.             Именно поэтому отказывать сейчас было особенно неприятно. Однако ближайшие несколько дней обещали стать слишком непредсказуемыми. Учёные продолжали изучать его состояние, впереди были новые обследования, а сам Саймон до конца не понимал, как поведёт себя организм после очередного превращения. Давать обещание, которое он мог не выполнить, совершенно не хотелось. Тяжело вздохнув, он начал печатать ответ. Саймон Кук: Здравствуйте, мистер Синклер. Передавайте, пожалуйста, мои самые тёплые поздравления вашей дочери. К сожалению, завтра я не смогу приехать. В последнее время у меня возникли проблемы со здоровьем, поэтому мне пришлось временно отказаться от новых съёмок. Прошу прощения, что подвожу вас.             Отправив сообщение, Саймон невольно усмехнулся.             — Господи... веду себя, как школьник, который придумывает оправдание, чтобы не идти на уроки, — он покачал головой, — только вот от пропусков занятий ничего страшного не случится, зато тут хорошие деньги теряю и все из-за этого уебана!             Он нервно стукнул по рулю кулаком, громко ругаясь. Для успокоения нашел бутылку воды и опустошил ее целиком. Впрочем, почти сразу в голове возникла другая мысль.                   «А почему бы не предложить вместо себя Вики? Точнее себя, но в другой оболочке».                   Он задумчиво постучал пальцами по рулю. По документам Вики Уокер окончила тот же курс фотографии, что и он. Снимки на резюме вполне хороши и может, предложить ее кандидатуру будет вполне хорошей идеей. Заодно деньги заработает и покроет часть от кредита. Для новой оболочки такой заказ мог стать отличным шансом заявить о себе. К тому же мистер Синклер всегда производил впечатление исключительно порядочного человека. Он был давно и счастливо женат, никогда не позволял себе никаких двусмысленных намёков и относился ко всем фотографам исключительно как к профессионалам.                   Саймон уже собирался написать следующее сообщение, однако телефон снова завибрировал. Мистер Синклер: Очень жаль это слышать. Честно говоря, такую работу я доверяю только вам, но здоровье, конечно, важнее. Искренне желаю вам скорейшего выздоровления.             Саймон тихо прошипел себе под нос и раздражённо стукнул ладонью по рулю.             — Вот же упрямый...             Несколько секунд он молча смотрел на экран телефона, после чего всё-таки начал печатать новый ответ. Саймон Кук: Большое спасибо за понимание. Если позволите, я хотел бы порекомендовать вам одного человека. Это моя хорошая подруга Вики Уокер. Мы вместе учились фотографии, и я могу без всяких сомнений сказать, что она настоящий профессионал своего дела. Совсем недавно она переехала в город и сейчас как раз набирает клиентов. Если вы согласитесь, я могу отправить вам её номер телефона.                   Прикрепив к сообщению контакт Вики — точнее, свой старый номер телефона, который теперь принадлежал ей, — Саймон ещё раз внимательно перечитал текст, убеждаясь, что нигде не допустил ошибок. После короткого вздоха он уверенно нажал кнопку отправки, положил смартфон на пассажирское сиденье и откинулся на спинку кресла. Оставалось только ждать ответа и искренне надеяться, что мистер Синклер всё-таки доверится рекомендации своего постоянного фотографа и даст Вики шанс проявить себя. Учитывая, насколько тот был требователен к качеству снимков, подобное доверие стоило очень дорого.                   Минуты тянулись мучительно медленно. Прошёл почти час. Экран телефона упрямо оставался пустым, и с каждой минутой надежда становилась всё слабее. Саймон несколько раз ловил себя на том, что автоматически проверяет уведомления, хотя прекрасно понимал: если бы пришло сообщение, телефон давно бы завибрировал.                   — Похоже, всё-таки отказался... — тихо пробормотал он себе под нос, устало потерев переносицу.                   Мысль о том, что он мог лишиться хорошего заказа ещё до начала карьеры своей второй оболочки, неприятно кольнула совесть. Чтобы хоть как-то отвлечься от бесполезного ожидания, Саймон открыл список контактов и остановился на имени Ванессы. Улыбнулся. Пожалуй, это был неплохой повод наконец увидеться лично. Через несколько секунд в динамике послышались длинные гудки, а затем раздался знакомый женский голос.             — О, привет! — с лёгким удивлением произнесла Ванесса. — Всё хорошо. А ты уже в городе? Просто я привыкла, что мы с тобой в основном переписываемся. Сама же говорила, что сообщения для тебя удобнее.             Саймон тихо усмехнулся.             — Звоню я обычно только тогда, когда происходит что-нибудь срочное, — ответил он добродушным тоном. — Но сегодня причина куда приятнее. Скажи, ты сейчас свободна? Я могла бы заехать к тебе, если ты не занята.                   На другом конце провода послышалось лёгкое шуршание бумаг.             — Через час у меня закончится последняя лекция, — ответила девушка после короткой паузы. — Если хочешь, можешь подъехать к университету. Заодно наконец-то увидимся не через экран телефона.             — Договорились, — улыбнулся Саймон. — Тогда буду ждать.             — Отлично. Сейчас скину адрес. До встречи.             — До встречи, — после слов звонок закончился. На экране почти сразу появилось сообщение с геолокацией. Саймон открыл карту и удивлённо присвистнул.             — Нихера себе... Университет? — пробормотал он.             Он ведь почти ничего не знал о Ванессе. За целую неделю общения они успели обсудить множество забавных историй, пожаловаться друг другу на усталость, посмеяться над нелепыми ситуациями, но почему-то ни разу не заговорили о её учёбе.             — Вот это да... — тихо усмехнулся он, заводя двигатель. — Неделю переписываемся, а я только сейчас узнаю, что она вообще студентка. Молодец, Кук. Просто, блять, образец внимательности.             Впрочем, разговоры у них действительно редко заходили дальше повседневных мелочей. Саймон почти постоянно пропадал на съёмках, разбирал фотографии или мотался по городу с камерой, а Ванесса была занята своими делами. Они просто поддерживали приятное общение, не пытаясь сразу узнать друг о друге абсолютно всё.             Сегодня ему хотелось не романтического вечера и уж тем более не близости. После последних событий он просто нуждался в компании человека, рядом с которым можно было расслабиться, отвлечься и хотя бы ненадолго перестать думать о собственных проблемах. До университета оказалось всего около десяти минут езды.             Подъехав к месту, Саймон заглушил двигатель и внимательно осмотрелся. Перед ним возвышалось аккуратное трёхэтажное здание из красного кирпича, окружённое кованым чёрным забором. Вдоль дорожек росли молодые клёны, ухоженные кустарники и цветущие клумбы, придававшие университетскому двору почти парковую атмосферу. Высокие окна отражали яркое летнее солнце, а многочисленные студенты неспешно выходили из здания, оживлённо переговариваясь между собой.                   Поправив хвост и надев кепку поудобнее, Саймон достал телефон и решил посмотреть, что это вообще за учебное заведение. Через несколько секунд он негромко рассмеялся.             — Психологический университет... Серьёзно?             Он покачал головой. Почему-то Ванесса совершенно не ассоциировалась у него с будущим психологом. В его воображении она скорее выглядела обычной офисной сотрудницей или менеджером какой-нибудь компании, но никак не человеком, который будет разбираться в чужих переживаниях и душевных проблемах. Перед глазами сразу всплыла их первая встреча, когда девушка без всякого стеснения буквально набросилась на него с поцелуями.             — Нет... — тихо усмехнулся он. — Это совсем не похоже на психолога.             Впрочем, уже через секунду он сам себе возразил.             — Хотя кого я пытаюсь обмануть? Автор книги «Как сохранить счастливый брак» однажды убил собственную жену. Люди далеко не всегда живут так, как сами советуют другим.             От этой мысли настроение заметно улучшилось. Может со временем Ванесса помудреет и поможет фотографу наладить свою личную жизнь, как только он разберется с своими проблемами. Собирался убрать телефон в карман и продолжить прогулку вокруг университета, рассматривая красивую архитектуру здания с разных сторон, когда смартфон внезапно завибрировал.             На экране высветился неизвестный номер. Саймон насторожился. Несколько секунд он смотрел на дисплей, после чего всё же принял вызов и осторожно поднёс телефон к уху.             — Здравствуйте, — произнёс он спокойным, чуть сдержанным голосом.             — Добрый день, мисс Уокер, — раздался в ответ приятный мужской голос. — Вас беспокоит Майкл Синклер. Вам удобно сейчас разговаривать?             Саймон едва не расплылся в улыбке, но быстро взял себя в руки.             — Да, конечно, мистер Синклер, — ответил он чуть более мягким голосом, стараясь звучать естественно. — Я вас внимательно слушаю.             — Прекрасно. Обычно все мероприятия нашей семьи снимает ваш хороший друг, мистер Кук. К сожалению, он сообщил, что заболел и не сможет присутствовать на празднике моей дочери. Однако, он очень тепло рекомендовал именно вас, а его мнению я привык доверять. Поэтому хотел узнать, готовы ли вы взяться за эту съёмку?             Саймон едва удержался, чтобы не подпрыгнуть прямо посреди университетского двора.             — С большим удовольствием, — ответил он уже гораздо увереннее. — Буду рада помочь.             — Замечательно! — в голосе мистера Синклера прозвучало неподдельное облегчение. — Честно говоря, вы буквально спасли меня. Я уже начал переживать, что в такой короткий срок просто не найду достойную замену.             После этого мужчина подробно объяснил время начала праздника, отправил адрес и ещё раз поблагодарил её за согласие. Когда разговор закончился, Саймон медленно опустил телефон, несколько секунд смотрел на погасший экран, а затем, не сумев сдержать эмоций, тихо подпрыгнул на месте.             — Да! Да! Да! — радостным шёпотом повторил он, широко улыбаясь. Наконец-то. Теперь у Вики появился хороший заказ, а значит, и у него самого появилась возможность не потерять постоянного клиента и хоть немного успокоиться насчёт денег.                   Прошло около двадцати минут, прежде чем двери университета наконец распахнулись, выпуская наружу поток студентов. Кто-то оживлённо обсуждал прошедшую лекцию, кто-то уже строил планы на вечер, а кто-то с облегчением вздыхал, радуясь окончанию учебного дня. Летний ветер доносил до Саймона обрывки разговоров, смех и лёгкий гул голосов, смешивавшихся в единый шум. Он внимательно всматривался в лица выходящих людей, пытаясь отыскать среди них Ванессу. Долго ждать не пришлось.                   Девушка быстро появилась на широких ступенях университета. Сегодня она выглядела гораздо более официально, чем при их первой встрече. На ней были идеально сидящие белые брюки с высокой талией и светло-жёлтая рубашка из лёгкой ткани. Две верхние пуговицы были расстёгнуты, ненавязчиво открывая смуглую кожу ключиц, а тонкая серебристая цепочка на шее лишь подчёркивала аккуратный вырез. Кудрявые каштановые волосы свободно спадали на плечи, отчего её образ оставался одновременно строгим и удивительно естественным. Заметив Саймона, Ванесса сразу широко улыбнулась.                   — Привет! — радостно воскликнула она, почти подбегая к нему. — Очень рада наконец увидеть тебя!                   Не раздумывая ни секунды, девушка крепко обняла его. Саймон улыбнулся в ответ и осторожно обнял её за плечи. От Ванессы исходил тонкий аромат дорогих духов с лёгкими цветочными и ванильными нотками. Он невольно прикрыл глаза, наслаждаясь запахом.             «Господи... Кажется, ничего приятнее я ещё не чувствовал», — мелькнуло у него в голове.             — Я тоже очень рада, — искренне ответил он, слегка отстраняясь. — Ну что, куда поедем?             Ванесса удивлённо моргнула.             — Поедем? — переспросила она. — У тебя есть машина?             Саймон неловко усмехнулся и почесал затылок. Помнится в их первую встречу он не пользовался своей машиной, и пришлось после бурной ночи с черными пакетами, которые скрывали причинные места, позориться на улице. От этой мысли стало дурно.             — Есть, конечно, — ответил он чуть смущённым тоном. — Просто стараюсь пользоваться ей только в крайних случаях. Бензин нынче удовольствие недешёвое, поэтому чаще предпочитаю пройтись пешком.                   На мгновение ему стало немного неловко. Автомобиль, мягко говоря, не выглядел роскошным. Старенький, местами потёртый, но исправный и надёжный. Правда, внутри Саймон неожиданно поймал себя на другой мысли. Пусть это и простой пикап, зато никто не будет задавать вопросы, откуда у молодой девушки такая хорошая машина. Ведь наверняка подумают, что она получила её нечестным способом. Он сам не был свидетелем таких ситуаций, но в интернете часто встречал подобные комментарии. Тем временем Ванесса задумчиво огляделась по сторонам.             — Знаешь... — произнесла она с виноватой улыбкой. — Я бы с удовольствием сначала заехала в какое-нибудь кафе. Если честно, сегодня даже пообедать не успела.                   Саймон натянуто улыбнулся. Конечно, Ванесса не стала давать намеков, что именно он должен платить, но он еще не обедал и сразу остановился на столовой с низкими ценами. Там было, конечно, шумновато и в зале не то, чтобы красиво, но там неплохо кормили за небольшие цены. Но вряд ли его приятельница хочет находиться с шумной толпой. Впрочем, вслух он ничего не сказал.                   — Тогда поехали, — спокойно произнёс он, жестом приглашая девушку следовать за собой.                   Они подошли к машине. К облегчению Саймона, Ванесса никак не прокомментировала ни её почтенный возраст, ни слегка потёртый кузов, ни скромный салон. Она лишь спокойно открыла пассажирскую дверь, аккуратно села на сиденье и привычным движением пристегнула ремень безопасности, словно для неё подобная машина была совершенно обычным явлением. Сам фотограф устроился за рулём, повернул ключ в замке зажигания, и двигатель негромко, но уверенно заурчал. Тем временем девушка достала из сумки пауэрбанк, подключила к нему телефон и, убрав устройство на колени, с интересом стала наблюдать за тем, как автомобиль плавно выезжает со стоянки.                   Навигатор Саймону был совершенно ни к чему. За годы работы фотографом он исколесил город вдоль и поперёк, объездив практически каждый район в поисках удачных локаций для съёмок. Многие улицы он знал настолько хорошо, что мог доехать до нужного места почти с закрытыми глазами. Поэтому сейчас он уверенно направился в сторону небольшого семейного кафе, о котором знали в основном местные жители. Заведение не отличалось роскошью, зато там всегда вкусно готовили, цены оставались вполне разумными, а спокойная атмосфера располагала к долгим разговорам.                   Несколько минут они ехали молча. Из магнитолы негромко играла спокойная музыка, а за окнами медленно сменялись кварталы города. Ванесса первой нарушила тишину. Она повернулась к Саймону, внимательно посмотрела на него и мягко спросила:             — Как твоя мама? Ей уже лучше?             Фотограф на мгновение растерялся.             — Что? — переспросил он, бросив на девушку короткий взгляд.             Ванесса слегка улыбнулась.             — Я спрашиваю, как чувствует себя твоя мама. Ты ведь говорила, что уехала из города, чтобы помочь ей.             В груди неприятно кольнуло. Саймон едва заметно поморщился и мысленно хлопнул себя по лбу.             «Сука... Совсем забыл про свою отмазку».             На секунду ему захотелось признаться, что всё это было ложью, однако делать этого сейчас он точно не собирался. Он глубоко вдохнул и заставил себя говорить спокойно.             — Пока не очень, — ответил он после небольшой паузы, стараясь, чтобы голос звучал убедительно. — Но мама у меня сильная. Держится молодцом и старается не падать духом. Врачи говорят, что восстановление займёт время, так что остаётся только ждать.             Ванесса понимающе кивнула.             — Это тяжело... — тихо произнесла она. — Особенно, когда близкий человек болеет и ты ничего не можешь сделать, чтобы он выздоровел быстрее, — после слов девушка осторожно положила ладонь ему на плечо и слегка погладила, стараясь поддержать. — Надеюсь, всё обязательно наладится. Иногда организму просто нужно больше времени.                   От этого жеста Саймону стало ещё тяжелее. Чувство вины неприятно сдавило грудь. Она искренне переживала за человека, которого на самом деле даже не существовало в этой истории.             — Спасибо, — негромко ответил он, стараясь не встречаться с ней взглядом. — Мне приятно это слышать.             Чтобы поскорее сменить тему, он сам задал вопрос:             — Кстати, я даже не знала, что ты ещё учишься. Почему-то думал, что ты уже давно работаешь.             Ванесса тихо рассмеялась.             — Многие так думают, — призналась она с улыбкой. — Наверное, из-за возраста. На самом деле я сейчас учусь на предпоследнем курсе магистратуры по психологии.             Собеседница ненадолго замолчала, а затем продолжила уже заметно оживлённее:             — Сейчас как раз проходим практику. Нас распределяют по разным учреждениям: кто-то работает в школах, кто-то помогает в реабилитационных центрах, а меня направили в университетскую психологическую службу. Пока в основном наблюдаю за работой специалистов, веду документацию и иногда присутствую на консультациях. До самостоятельной практики ещё далеко, но уже начинаешь понимать, насколько это непростая профессия.             — Значит, скоро будешь разбираться в чужих головах? — с лёгкой усмешкой спросил Саймон.             — Скорее учиться понимать людей, — поправила его Ванесса, улыбнувшись. — Психологи ведь мысли читать не умеют, как многие думают. Мы просто стараемся помочь человеку самому найти ответы на вопросы, которые он долгое время не может решить.             Саймон негромко хмыкнул.             — Звучит сложнее, чем кажется.             — Так и есть, — согласилась девушка. — Иногда человек приходит с одной проблемой, а после нескольких разговоров оказывается, что причина совсем в другом. Люди вообще удивительно хорошо умеют прятать свои настоящие чувства. Причём не только от окружающих, но и от самих себя.             Эти слова почему-то заставили Саймона крепче сжать руль. На мгновение ему показалось, будто Ванесса сказала это именно о нём.             До кафе они добрались довольно быстро. Небольшое уютное заведение встретило их негромкой музыкой, ароматом свежей выпечки и молотого кофе. Несмотря на обеденное время, посетителей оказалось немного: за дальним столиком сидела молодая семья с ребёнком, у окна пожилая супружеская пара неспешно пила чай, а возле стойки кассы несколько студентов обсуждали предстоящие экзамены. Саймон с облегчением отметил, что свободных мест достаточно.             Они заняли столик у большого панорамного окна, из которого открывался вид на оживлённую улицу. Солнечные лучи пробивались сквозь стекло, оставляя на деревянной столешнице тёплые золотистые полосы. Ванесса сразу открыла меню и принялась внимательно изучать список блюд, а Саймон тем временем украдкой наблюдал за ней, размышляя, чем можно сделать этот день хоть немного интереснее.                   «Если она устала после университета, то лучше не навязываться... Отвезу домой и сам поеду в редакцию. Всё равно дел там хватает», — подумал он.             Через несколько минут к ним подошла официантка. Заказ оказался довольно скромным. Оба выбрали лёгкий куриный суп, но Ванесса дополнительно заказала салат из свежих овощей и большой чайник зелёного чая. Саймон же ограничился только чашкой недорогого американо. Он мельком посмотрел на цены.             «Сэндвич бы ещё взять... Нет. Перебьюсь. Деньги сейчас пригодятся больше.»             Когда официантка ушла, между ними на некоторое время повисла приятная тишина. Первым разговор начал Саймон. Аккуратно зачерпнув ложкой немного супа и стараясь не расплескать горячий бульон, он поднял взгляд на девушку.             — Какие планы на остаток дня? — поинтересовался он спокойным голосом. — Или после занятий сразу домой?             Ванесса устало улыбнулась и провела ладонью по виску.             — Полезнее бы мне отлежаться несколько часов, но спать, если честно, не хочу. Хоть и последние несколько дней сплю по четыре-пять часов. Практика, отчёты, подготовка к занятиям... Голова уже начинает протестовать.             Она виновато пожала плечами.             — Иногда кажется, что университет решил проверить, сколько вообще способен выдержать человек.             Саймон понимающе усмехнулся.                    — Верю. По тебе даже немного видно.                    Ванесса удивлённо посмотрела на него. Парень показал на себе мешки под глазами.             — Под глазами появились небольшие синяки. Если бы ты не улыбалась, выглядела бы так, будто неделю без сна провела.             Она тихо рассмеялась.             — Спасибо за честность.             — Это профессиональная привычка фотографа, — с улыбкой пожал плечами Саймон. — Мы всегда замечаем такие мелочи.             На несколько секунд он задумался.             — Слушай... Может, тогда сходим в кино? Или ещё куда-нибудь? Заодно немного развеешься.             Ванесса благодарно посмотрела на него, но затем медленно покачала головой.             — Честно? Мне сейчас совсем не хочется сидеть в закрытом помещении. После целого дня в аудиториях хочется увидеть что-нибудь... живое.                   Она задумчиво посмотрела в окно, где по дороге непрерывным потоком ехали автомобили.                   — Мне бы хотелось ненадолго выбраться подальше от города. От этих домов, машин, светофоров... Иногда кажется, что от постоянного шума уже начинает рябить в глазах. Очень хочется просто пройтись где-нибудь среди деревьев, подышать свежим воздухом. Но времени почти никогда не хватает.                   Саймон почувствовал, как уголки его губ сами собой приподнялись. Идея возникла мгновенно.             — Знаешь... — произнёс он уже заметно оживлённее. — Я как раз знаю одно место. Там очень красивый берег реки, почти нет людей, вокруг лес, а вечером открывается просто потрясающий вид.             Он лукаво улыбнулся и слегка пошевелил бровями.             — Не хочешь съездить?             Ванесса внимательно посмотрела на него.                    — А ты?             Саймон негромко рассмеялся.             — Я бы поехала. Я ж фотограф. Если честно, леса и реки люблю гораздо больше, чем шумный город. Там будто голова начинает работать по-другому. Воздух чище, людей меньше, никто никуда не торопится.             Ванесса тепло улыбнулась.             — Тогда... почему бы и нет, — она отпила немного чая и добавила уже гораздо бодрее, — звучит намного лучше, чем провести остаток дня в квартире.             Саймон довольно хлопнул ладонями по коленям и уже собирался подняться, когда неожиданно слишком громко произнёс:             — Заебись! Тогда только надо купить по дороге сэндвичи и воду...             И тут же резко осёкся. В кафе на мгновение воцарилась неловкая тишина. За соседними столиками сразу несколько человек повернули головы в их сторону. Пожилая женщина, сидевшая неподалёку, неодобрительно поджала губы и тихо пробурчала своему супругу:             — Совсем молодёжь распустилась... И ведь девушка, а выражается как грузчик.             Саймон застыл с таким выражением лица, словно только сейчас понял, что сказал это вслух.                          «Вот же... сказочный долбоеб.»                   Он кашлянул, стараясь скрыть смущение.             — Простите... вырвалось, — пробормотал он уже значительно тише и добавил исключительно Ванессе, — давай сделаем вид, что этого сейчас не было.             Собеседница лишь кивнула и, чтобы окончательно не сгореть от стыда под взглядами посетителей, фотограф поспешно поднялся из-за стола.                   — Я быстро, — бросил он через плечо. И, стараясь больше ни на кого не смотреть, быстрым шагом направился к кассе, где заказал несколько свежих сэндвичей и две большие бутылки воды, искренне надеясь, что к его возвращению посетители уже забудут о столь неловком эпизоде.                   До берега они добрались примерно через двадцать минут. Последние несколько километров дорога вилась через небольшой сосновый лес, где густые кроны почти полностью скрывали палящее летнее солнце. Когда Саймон опустил окна машины, внутрь сразу ворвался прохладный воздух, наполненный запахом хвои, влажной земли и едва уловимой речной свежести. Этот запах был настолько живым и настоящим, что Ванесса невольно глубоко вдохнула, прикрыла глаза и на несколько секунд откинулась на спинку сиденья, будто впервые за день позволила себе расслабиться.                   — Боже… — тихо произнесла она, открывая глаза и улыбаясь с искренним облегчением. — Даже не верится, что такое место находится почти в черте города.                   Саймон, сидевший за рулём в теле Вики, довольно усмехнулся. Ему всегда нравилось наблюдать, как люди впервые видят этот берег: сначала удивляются, потом замолкают, а потом начинают говорить тише, словно боятся спугнуть тишину.                   — Я же говорила, что тебе понравится, — ответил он мягким голосом. — Сюда редко кто заезжает. В основном местные рыбаки или такие же люди, которым хочется хотя бы на пару часов исчезнуть от городской суеты.                         Он заглушил двигатель, и вокруг сразу воцарилась почти идеальная тишина. Только ветер мягко шелестел листвой, где-то в высокой траве стрекотали кузнечики, а со стороны реки доносился размеренный плеск воды. Они вышли из машины, и перед ними раскинулся широкий песчаный берег — чистый, ухоженный, без единой бутылки, бумажки или окурка. На противоположной стороне реки зеленел густой лес, а вода лениво переливалась серебристыми бликами под солнечными лучами. Ванесса несколько секунд просто молчала, медленно осматривая пейзаж. В её взгляде читалось то редкое удивление, которое появляется, когда человек неожиданно находит что-то по-настоящему красивое.                   — Это невероятно красиво, — наконец сказала она почти шёпотом, словно боялась нарушить тишину. — Даже странно, что здесь нет толпы людей.                   — Потому что большинство предпочитает торговые центры и шумные пляжи, — пожал плечами Саймон, направляясь к воде. — А ещё потому, что вчера волонтёры почти целый день чистили этот берег от груды мусора.                   Ванесса повернулась к нему, прищурившись с лёгкой насмешкой.             — И ты, конечно, предложила свою помощь? — спросила она, чуть улыбнувшись. — Потому что у тебя, видимо, не бывает ни одного дня без подвигов.             Саймон тихо фыркнул и махнул рукой, будто отгоняя от себя это слово.                   — Естественно предложила, — ответил он. — Но я не вижу в этом никакого подвига. Мы сами свою планету засрали, и если продолжим так делать, то однажды просто останемся среди собственного мусора. Помню один сериал, где мусор падал на людей с неба, как дождь. Жуть, конечно, но иногда кажется, что мы к этому уверенно идём.                   Ванесса присела на корточки, подняла с песка гладкий камешек и задумчиво покрутила его в пальцах.                   — Знаешь, — сказала она уже серьёзнее, — те, кто обычно мусорит, почти никогда за собой не убирают. А те, кому не всё равно, потом ходят и подбирают за ними. И первые прекрасно знают, что кто-то всё равно уберёт.                   — Вот именно, — кивнул Саймон. — Поэтому я бы этим дебилам такие штрафы выписывала, чтобы они потом сами берег охраняли.                   Ванесса тихо рассмеялась.                          — Сурово, но справедливо.                   Они подошли к самой воде. Ветер лениво играл длинными волосами Вики, а солнечные лучи отражались на поверхности реки, превращая её в бесконечную россыпь жидкого серебра. Несколько минут они просто стояли рядом, слушая плеск воды и шелест деревьев. И это молчание совершенно не тяготило. Наоборот, в нём было что-то удивительно спокойное, почти целительное. Саймон первым нарушил тишину, но сделал это неожиданно:                   — Так ты говорила, у тебя практика была?                   Ванесса обернулась и посмотрела на него с лёгким недоумением.                   — Была, — ответила она. — А что?                   Саймон неловко усмехнулся и засунул руки в карманы.                   — Просто вспомнила один детективный сериал, — начал он. — Там две девушки зимой пришли в лес, к замёрзшему озеру и вдруг начали орать. Не друг на друга, а просто в пустоту. И им от этого становилось легче.                   Он сам удивился, что заговорил об этом. Обычно такие вещи он предпочитал держать при себе.             — Когда я работала продавцом-кассиром в одной кафешке, — продолжил он после короткой паузы, — я постоянно видел коллег у служебного входа. Они курили после тяжёлых смен, будто вместе с дымом выпускали из себя весь стресс. Мне тоже иногда хотелось закурить, но после одного очень доходчивого удара по шее от матери к сигаретами я больше не притрагивалась. Так что вместо этого я иногда приезжаю сюда… и ору. Просто в лес. И знаешь, после этого действительно становится легче.                   Ванесса посмотрела на него с удивлением, а потом не удержалась от смешка.                   — Это звучит довольно странно, — призналась она. — Очень странно.                   — А ты попробуй, — с серьёзным видом предложил Саймон. — Люди матерятся не только потому, что некультурные. Иногда это просто самый быстрый способ снять напряжение. А здесь никого нет. Только мы, река, деревья и жужжащие насекомые. Твой крик не призовёт монстров, не разбудит соседей и не попадёт в соцсети. Кричи сколько влезет.             — Да ну, глупости, — отмахнулась Ванесса, но в её голосе уже не было прежней уверенности.                   В этот момент её телефон тихо завибрировал. Она машинально достала его из кармана, взглянула на экран — и улыбка мгновенно исчезла с её лица. Черты лица напряглись, взгляд потемнел, а плечи едва заметно опустились. Саймон сразу заметил перемену.                   — Что случилось? — осторожно спросил он, не делая резких выводов. Ванесса несколько секунд молчала, глядя на экран. Потом тяжело вздохнула и убрала телефон обратно в карман.                   — Ничего критичного, — ответила она, но голос прозвучал слишком тихо и натянуто. — Просто сообщение из университета. Нам перенесли сдачу отчета на более ранний срок. И теперь у меня фактически нет свободного вечера.                   Она попыталась улыбнуться, но улыбка получилась усталой.                   — Прости. Я не хотела портить момент.                   Саймон покачал головой и сел прямо на песок, упираясь руками в землю.                   — Ты его не испортила, — спокойно сказал он. — Просто жизнь иногда очень любит напоминать о себе в самый неподходящий момент.                   Ванесса ещё некоторое время молча смотрела на спокойную гладь реки, словно пыталась оставить вместе с течением все тревожные мысли, а затем перевела благодарный взгляд на Саймона. В её янтарных глазах постепенно исчезала та тяжесть, с которой она совсем недавно смотрела в экран телефона. Саймон некоторое время наблюдал за ней, после чего легко хлопнул ладонями по коленям и поднялся на ноги.             — Слушай, — произнёс он с лукавой улыбкой, отряхивая джинсы от песка. — Кажется, я знаю ещё один проверенный способ поднять тебе настроение. Подожди здесь пару минут.             Не дожидаясь ответа, он быстрым шагом направился к старенькому пикапу. Солнце уже клонилось к вечеру, окрашивая стволы сосен мягким золотистым светом. Пока он обходил машину, ветер приятно трепал выбившиеся из-под кепки пряди волос, а тишину нарушал только шелест листвы да редкие всплески воды. Открыв пассажирскую дверь, Саймон наклонился через сиденье к спортивной сумке, в которой лежали купленные по дороге сэндвичи и бутылки воды. Пока он возился с пакетом, взгляд случайно скользнул в сторону берега.             Ванесса уже не сидела без движения. Она подобрала длинную сухую палку и медленно водила ею по влажному песку, оставляя беспорядочные линии, круги и какие-то резкие штрихи. В какой-то момент Саймон даже смог разобрать несколько весьма крепких ругательств, написанных крупными буквами. Он невольно усмехнулся.             — Тоже неплохой способ выпускать пар, — пробормотал он себе под нос. — Иначе зачем тогда придумали все эти антистрессовые раскраски и блокноты?             Подхватив пакет с едой и воду, он неспешно направился обратно. Когда подошёл ближе, Ванесса поспешно затёрла ногой последнее слово, будто её застали за чем-то очень постыдным. Саймон лишь весело хмыкнул.             — Не переживай, — сказал он добродушно, протягивая ей свёрток. — Рисовать тоже полезно. Особенно когда хочется кого-нибудь прибить. Но лично мне всё-таки больше помогает хорошенько проораться.             Он протянул ей бутылку воды и сэндвич.             — Держи. Подкрепись.             Ванесса благодарно улыбнулась, но прежде чем взять еду, немного замялась. Она осторожно придержала упаковку за самый край, явно стараясь не касаться хлеба пальцами.             — Я же руки не помыла... — виновато пробормотала она.             — Господи... — рассмеялся Саймон, качнув головой. — Вот сразу видно будущего психолога. Всё предусмотрела.             Он быстро достал из рюкзака влажные салфетки и протянул их ей.             — На. Теперь совесть будет чиста.             — Спасибо.             Она тщательно вытерла ладони, после чего наконец развернула упаковку и с удовольствием откусила первый кусок. По выражению её лица было видно, что есть она действительно хотела.             — М-м... — довольно протянула девушка, прожевав. — Как же это вкусно...             Саймон тоже принялся за свой сэндвич. Несколько минут они ели почти молча, наслаждаясь не только едой, но и удивительным спокойствием этого места. В какой-то момент Ванесса тихо рассмеялась.             — Вообще-то, — сказала она с лёгкой самоиронией, — заедать стресс — крайне плохая привычка. Любой психолог тебе это подтвердит.             Она сделала ещё один небольшой укус и пожала плечами.             — Но иногда хочется спросить: кому вообще нужна идеально здоровая жизнь, если в ней совсем нет маленьких радостей?             Саймон тихо усмехнулся.             — Услышала тебя, мисс психолог. Обещаю никому не рассказывать, что ты нарушаешь собственные рекомендации.             — Очень надеюсь, — засмеялась она. — А то диплом ещё не получила, а репутацию уже порчу.             Оба рассмеялись. И этот смех прозвучал удивительно искренне. Когда они доели, солнце уже заметно опустилось ниже, а над рекой появились длинные золотистые полосы света. Ванесса взглянула на включенный экран телефона и с лёгким сожалением вздохнула.             — Мне, наверное, уже пора домой, — тихо произнесла она. — Нужно подготовиться к завтрашней практике. Если честно, не хочется возвращаться, но выбора нет.             Саймон понимающе кивнул.             — Да брось. Сегодня мы и так отлично провели время. Иногда нескольких спокойных часов хватает, чтобы голова, наконец, перестала гудеть.             Она улыбнулась.             — Спасибо тебе.             — За что?             — За то, что не стала тащить меня в шумный ресторан или торговый центр. За то, что просто показала место, где можно спокойно посидеть и помолчать.             — Иногда этого более чем достаточно.             Они собрали мусор, убедились, что после них берег остался таким же чистым, каким встретил их, после чего направились к машине. Обратная дорога прошла спокойно. Из колонок негромко играла какая-то старая рок-баллада, а разговор сам собой перетекал с одной темы на другую — о любимых книгах, смешных университетских историях, случайных клиентах, фотографиях и местах, куда каждому из них ещё хотелось однажды съездить.             Когда автомобиль остановился возле дома Ванессы, на улице уже начинали зажигаться первые фонари. Она не спешила выходить. Некоторое время просто сидела молча, рассматривая свои ладони, а затем повернулась к Саймону.             — Спасибо тебе за сегодняшний день, — произнесла она тихим, удивительно тёплым голосом.             Он улыбнулся.             — Да не за что. Мне самой было приятно выбраться из города.             Ванесса внимательно посмотрела ему прямо в глаза. На её лице не было ни привычного кокетства, ни желания соблазнить его, ни той игривости, с которой она обычно позволяла себе лёгкий флирт. Только искренняя благодарность. Она осторожно подняла руку и кончиками пальцев едва заметно коснулась его щеки, словно спрашивая разрешения без слов. Убедившись, что он не отстраняется, девушка медленно наклонилась вперёд и легко коснулась его губ своими. Поцелуй оказался совсем коротким, спокойным и удивительно нежным. В нём не было ни страсти, ни нетерпения. Лишь простая человеческая благодарность за день, который помог ей хоть ненадолго забыть обо всём.             Когда их лица снова разделили несколько сантиметров, Ванесса мягко улыбнулась.             — Вот теперь этот день действительно можно считать удачным.                    Саймон невольно улыбнулся ей в ответ.             — Полностью согласна.             Она тихонько рассмеялась.             — Надо будет обязательно ещё раз сюда приехать.             — Хоть каждую неделю, точнее через недельку, — ответил он без малейшего колебания.                   Ванесса согласно кивнула, ещё раз поблагодарила его, открыла дверь машины и вышла. Саймон проводил её взглядом до самого подъезда, дождался, пока она скроется за дверью, и только после этого спокойно завёл двигатель, уже мысленно переключаясь на завтрашний день. Утром его ждала семейная фотосессия у мистера Синклера, а значит, нужно было вернуться домой, подготовить технику, проверить аккумуляторы, почистить объективы и, наконец, выспаться, чтобы встретить новых клиентов с привычной улыбкой профессионального фотографа.

***

            Кому-то этот день принёс приятные сюрпризы, долгожданные встречи и надежду на лучшее будущее, а кому-то, наоборот, болезненное напоминание о прошлом, которое, казалось, навсегда осталось позади.             Небольшой зал клуба тонул в приглушённом багровом свете. Красные неоновые лампы мягко отражались в огромных зеркалах, из-за чего помещение казалось одновременно роскошным и пугающим. Повсюду стояли низкие кожаные диваны, отделенные друг от друга тяжелыми бархатными шторами, а из скрытых динамиков лилась негромкая джазовая мелодия, настолько расслабляющая, что посетители невольно теряли счет времени.             Между столиками плавно скользили девушки в откровенных нарядах. Одни тихо смеялись, поддерживая разговор с состоятельными гостями, другие наклонялись ближе, что-то шепча своим собеседникам на ухо, а третьи просто терпеливо сидели рядом, позволяя мужчинам чувствовать себя хозяевами положения. Некоторые посетители без стеснения позволяли себе фамильярные прикосновения, проводили ладонями по открытым плечам девушек или лениво обнимали их за талию, совершенно не интересуясь, нравится ли это тем, кто вынужден изображать приветливую улыбку.                   Для гостей все происходящее было красивой игрой. Для девушек же это была работа. Тяжелая. Унизительная. Иногда по-настоящему страшная.                   Лаура стояла немного поодаль от остальных, стараясь лишний раз не привлекать к себе внимания. Худенькая светловолосая европейка с большими голубыми глазами выглядела настолько хрупкой, что многие мужчины принимали ее растерянность за кокетство. Другие называли ее взгляд «по-детски наивным», не подозревая, что в нем давно не осталось места для игры. За этой внешней мягкостью скрывалась девушка, живущая в постоянном напряжении.                   Она давно перестала считать, сколько месяцев здесь работает, но так и не смогла привыкнуть к этому месту. Каждый новый вечер начинался одинаково: сначала появлялась тревога, затем — ожидание, а после — лотерея под названием «какой клиент попадется сегодня». Один мог оказаться спокойным человеком, который ограничится разговором и несколькими часами общения. Другой же легко превращал вечер в настоящее испытание.                   Лаура до сих пор с содроганием вспоминает того огромного мужчину, который однажды, будучи в стельку пьяным, едва не покалечил ее своей грубостью. После той ночи все тело ныло несколько дней подряд, а синяки сходили почти две недели. Тогда ей с огромным трудом удалось уговорить хозяйку отпустить ее хотя бы на один день домой.             Она медленно провела ладонью по плечу, словно снова ощущая ту старую боль.             «Еще немного…» — повторяла она про себя почти каждый вечер. «Еще совсем немного...»             Иногда ей казалось, что она просто сменила одну клетку на другую. Разница была лишь в том, что из этой клетки все-таки можно было выйти. Только за это приходилось платить. Если она уйдет сейчас без денег, улица быстро доконает ее — гораздо раньше, чем этот клуб. Здесь хотя бы была крыша над головой, еда и возможность заработать. За дверью же ее могли ждать холод, голод или первый встречный психопат. Поэтому она терпела. Терпела ради одной-единственной цели.             Совсем недавно судьба вновь свела ее со старым знакомым, которому она действительно доверяла. Вместе они осторожно обсуждали план побега. Нужно было накопить еще немного денег, купить билеты и навсегда исчезнуть из этого города, где каждый прожитый день напоминал борьбу за собственное достоинство. До свободы оставалось совсем немного. Именно поэтому сегодняшняя смена казалась ей особенно важной.             Тяжелая входная дверь тихо распахнулась. В помещение вошла очередная компания мужчин. Девушки почти одновременно оживились, привычно оценивая новых посетителей. Лаура тоже машинально подняла взгляд. И в следующее мгновение весь мир словно перестал существовать. Она замерла. Сердце болезненно сжалось. Воздух словно застрял где-то в груди. Среди вошедших уверенной походкой двигался высокий мужчина в темной рубашке. Закатанные рукава открывали сильные предплечья, покрытые знакомыми татуировками, которые поднимались выше, скрываясь под тканью одежды. Короткие черные волосы, аккуратная щетина, уверенная осанка…             Ошибиться было невозможно. Она узнала его сразу. Ее давний кошмар только что вошел в этот зал. Лаура машинально сделала шаг назад. Затем еще один. Единственной мыслью сейчас было исчезнуть до того, как он поднимет голову. Но судьба, как назло, решила окончательно над ней посмеяться.             — Что ты застыла? — раздался прямо за ее спиной холодный женский голос. Лаура вздрогнула. Надзирательница появилась так неожиданно, словно все это время наблюдала именно за ней.                   Она крепко сжала плечо девушки длинными ногтями и наклонилась к самому ее уху.             — Что ты дрожишь, как девственница перед первой брачной ночью? — с насмешкой прошипела женщина. — Клиенты ждать не любят. Или ты решила, что сегодня можешь выбирать?             Лаура болезненно поморщилась.             — Простите... — тихо выдавила она, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Мне просто стало немного нехорошо.             — Нехорошо ей, — раздражённо передразнила надзирательница и сильнее толкнула её вперёд. — Будешь работать — станет хорошо. А если будешь продолжать строить из себя страдалицу, я быстро найду тебе замену, после которой ты забудешь, что такое усталость.             Лаура опустила взгляд. Спорить было бессмысленно. Глубоко вдохнула, пытаясь хоть немного успокоить бешено колотящееся сердце, после чего медленно направилась к гостям. Каждый шаг давался с невероятным трудом. Казалось, ноги налились свинцом. Она старалась не смотреть в сторону того мужчины, надеясь пройти мимо незамеченной. Но, когда расстояние между ними сократилось всего до нескольких метров, он неожиданно повернул голову.             Его взгляд лениво скользнул по залу, задержался на одной девушке, затем на другой… И наконец остановился на Лауре. На его лице не появилось ни удивления, ни узнавания. Пока что. Он лишь слегка прищурился, словно пытался вспомнить, где уже видел эту светловолосую девушку. Лаура почувствовала, как по позвоночнику пробежал ледяной холод. Она мгновенно натянула на лицо профессиональную улыбку, хотя внутри всё буквально кричало от ужаса.             «Только не вспоминай меня…» — молила она. «Пожалуйста…»             К счастью, ей хватило самообладания быстро взять себя в руки. Лаура заставила себя глубоко вдохнуть, натянула на лицо ту самую приветливую улыбку, которой их учили встречать гостей, и направилась к одному из мужчин средних лет, державшемуся чуть в стороне от шумной компании. Он производил куда более приятное впечатление, чем остальные: аккуратно подстриженные седые волосы, спокойное лицо с правильными чертами и усталый, но совсем не хищный взгляд. Мужчина внимательно посмотрел на неё, словно сразу уловил её волнение, после чего вежливо улыбнулся и предложил подняться наверх.             — Если вы не против, составьте мне компанию, — произнёс он негромким, удивительно спокойным голосом, в котором не чувствовалось ни приказного тона, ни привычной для многих клиентов самоуверенности.             — Конечно, сэр, — мягко ответила Лаура, стараясь, чтобы её голос звучал ровно, хотя сердце всё ещё колотилось где-то под самым горлом. Она осторожно взяла мужчину под руку, и они медленно направились к винтовой лестнице, ведущей на второй этаж. Пока они поднимались, незнакомец неожиданно заговорил о совершенно обычных вещах: о погоде, о пробках в городе, о том, как устал после бесконечных деловых встреч. Лаура автоматически поддерживала разговор, отвечая коротко, но вежливо, и постепенно поймала себя на мысли, что впервые за долгое время не чувствует постоянного напряжения рядом с клиентом.                   Однако стоило ей машинально оглянуться через плечо, как внутри всё вновь похолодело. Внизу, среди остальных посетителей, стоял тот самый мужчина. Он смотрел исключительно на неё. Их взгляды встретились. На его лице медленно расползлась мерзкая, самодовольная улыбка, от которой у Лауры перехватило дыхание. Всё-таки её узнал.                   В памяти мгновенно вспыхнули обрывки прошлого, которые она так долго пыталась вытеснить из сознания. Сердце болезненно сжалось, а по спине пробежала ледяная дрожь.                   «Нет... Только не сейчас...»                   Она резко отвернулась и поспешила вслед за своим спутником, изо всех сил заставляя себя не оборачиваться снова.             Несколько часов спустя смена наконец подошла к концу. Лаура долго приводила себя в порядок в небольшой ванной комнате, словно пыталась вместе с косметикой и запахом дорогих духов смыть с себя усталость этого вечера. Она тщательно умылась холодной водой, поправила волосы, переоделась в простую одежду и только после этого вернулась в номер, чтобы аккуратно привести его в порядок. К её облегчению, сегодняшний клиент оказался одним из самых спокойных людей, которых она встречала за всё время своей работы. Он не позволял себе грубости, не повышал голос и относился к ней с неожиданной деликатностью. Наверное, именно благодаря этому Лауре удалось хотя бы ненадолго отвлечься от того ужаса, который она испытала несколькими часами ранее. И всё же назвать этот вечер хорошим она не смогла бы никогда.             Как только уборка была закончена, девушка тихо вышла из комнаты и направилась в небольшой внутренний сад, скрытый за высоким каменным забором. Стоило ей переступить порог, как лица тут же коснулся прохладный ночной ветер. После тяжёлого воздуха клуба, пропитанного алкоголем, дорогими духами и сигаретным дымом, свежесть летней ночи казалась настоящим спасением. Лаура медленно прошла по выложенной камнем дорожке, окружённой аккуратно подстриженными кустами и цветущими клумбами, после чего остановилась возле небольшой деревянной скамейки.             Где-то неподалёку стрекотали сверчки. В кронах деревьев тихо шелестели листья. За пределами сада едва слышался шум большого города, но здесь он казался удивительно далёким. Девушка медленно подняла голову к небу. Между ветвями деревьев мерцали первые звёзды.             — Скоро... — едва слышно прошептала она самой себе. — Совсем скоро я уйду отсюда.             Эти слова она повторяла почти каждый день. Они стали её маленьким обещанием самой себе. Обещанием не сдаваться. Ей не раз хотелось помочь другим девушкам, которые оказались в таком же положении. Нескольким она осторожно предлагала вместе искать способ выбраться отсюда, накопить деньги, начать новую жизнь. Но почти всегда в ответ слышала лишь горький смех.                   — Какая же ты наивная, — однажды бросила ей одна из девушек, даже не подняв головы от сигареты. — Думаешь, отсюда кто-то уходит счастливым?                   — Лучше занимайся собой, дурочка, — презрительно фыркнула другая. — Мир никого не спасает. Каждый выбирается сам.                   После этого разговора Лаура перестала настаивать. Она прекрасно понимала остальных девушек. Каждая из них слишком долго прожила в мире, где любое обещание свободы оказывалось очередной ложью, а надежда почти всегда оборачивалась новым ударом. За долгие месяцы они настолько привыкли ждать худшего, что перестали верить даже самым искренним словам. Лаура не винила их за это. Она и сама еще совсем недавно думала точно так же. И всё же отказаться от собственной надежды она не могла. Если перестать верить в то, что завтра может стать лучше, то сегодняшний день окончательно потеряет всякий смысл. Тогда останется лишь существование — без будущего, без цели и без желания просыпаться по утрам.                   Она глубоко вдохнула прохладный вечерний воздух, наполненный ароматом влажной травы и цветов, которые росли вдоль каменной дорожки небольшого сада. Здесь, вдали от музыки, пьяного смеха и приглушённых стонов, доносившихся из здания, можно было хотя бы ненадолго почувствовать себя обычным человеком.             — Не помешал? — неожиданно раздался за её спиной низкий мужской голос.             Лаура вздрогнула всем телом и резко обернулась. В нескольких шагах от неё стоял знакомый мужчина. Тот самый. Сердце болезненно сжалось, а по позвоночнику словно провели куском льда. Перед глазами на мгновение вспыхнули воспоминания, которые она так старательно пыталась похоронить.             — Помешали, — холодно ответила девушка, стараясь, чтобы голос не выдал ни страха, ни отвращения. На губах мужчины появилась лениво-самодовольная улыбка.             — Я старался.             Он достал из кармана пачку сигарет, неторопливо вытащил одну, щёлкнул дорогой металлической зажигалкой и сделал глубокую затяжку. Дым медленно поднялся вверх, растворяясь в тёплом вечернем воздухе. Затем мужчина протянул пачку Лауре.             — Будешь?             — Нет, — коротко ответила она, отрицательно покачав головой.             Он лишь пожал плечами, словно её отказ совершенно его не удивил.             — Знаешь... — произнёс он после недолгой паузы, внимательно рассматривая девушку. — А я и не подозревал, что ты настолько ненасытная. Видимо, тебе оказалось мало того, что было между нами.             У Лауры внутри всё перевернулось. Перед глазами вновь возникли обрывки тех страшных ночей. Как он с силой прижимал её к матрасу. Как наматывал её волосы на кулак. Как его тяжёлое дыхание обжигало шею. Как она стискивала зубы, лишь бы не закричать. Пальцы сами собой сжались в кулаки так сильно, что ногти больно впились в ладони.             — Мне многие отказали из-за отсутствия документов, — тихо ответила она, не позволяя голосу дрогнуть. — Только сюда и согласились принять.             Она сама удивилась, насколько спокойно прозвучали эти слова. Наверное, потому что завтра всё закончится. Ей уже было всё равно, знает он правду или нет.             — Понятно... — протянул мужчина и выпустил очередное облако дыма. — Но, согласись, здесь всё-таки лучше, чем там.             Он небрежно кивнул куда-то в сторону, словно говорил о погоде. Перед Лаурой мгновенно всплыли картины прошлого. Грязное помещение без окон. Запах сырости, крови и страха. Люди, сидевшие вдоль стены с пустыми глазами. Их забирали по одному. Некоторые уходили спокойно. Другие кричали. Но обратно не возвращался никто. Она помнила тот день, когда очередь почти дошла до неё. И помнила человека, который неожиданно вмешался.             — Да... — едва слышно произнесла она. — Спасибо... за то, что тогда вытащили меня.             Эти слова дались ей тяжелее всего. Она понимала, что обязана ему жизнью. Но благодарность так и не смогла вытеснить то отвращение, которое поселилось внутри после всего пережитого. Мужчина усмехнулся.             — Люблю благодарных людей.             Он сделал ещё одну затяжку и отбросил окурок прямо на дорожку, лениво растерев его подошвой дорогих ботинок. Затем неожиданно подошёл почти вплотную. Настолько близко, что Лаура почувствовала запах одеколона, смешанный с табачным дымом. Инстинктивно ей захотелось сделать шаг назад. Но она заставила себя остаться на месте.             — В любом случае... — произнёс он уже гораздо спокойнее. — Рад видеть тебя живой.             Несколько секунд они молча смотрели друг другу в глаза. После чего мужчина развернулся и неспешно направился обратно к зданию, словно этот разговор ничего для него не значил. Лаура продолжала смотреть ему вслед до тех пор, пока его силуэт окончательно не исчез за дверями клуба. Только тогда она позволила себе шумно выдохнуть. Ноги неожиданно стали ватными. Она медленно опустилась на ближайшую скамейку и закрыла лицо ладонями. Дышать становилось всё тяжелее. Ей казалось, будто прошлое только что снова настигло её.             Через полчаса Лаура уже находилась в дешёвом мотеле, который снимала неподалёку. Едва переступив порог ванной комнаты, она склонилась над унитазом. Желудок болезненно свело, и её несколько раз вырвало, хотя есть ей сегодня почти не довелось. Когда всё закончилось, девушка бессильно опустилась на холодный кафельный пол. По щекам текли слёзы. Она яростно тёрла лицо ладонями, словно пыталась стереть не влагу, а собственные воспоминания. Ей снова слышались его хриплый голос, тяжёлое дыхание и грубые прикосновения. Снова казалось, что на коже остаются чужие пальцы. Она резко вскочила на ноги.             — Всё... — прошептала Лаура дрожащим голосом, глядя на своё отражение в зеркале. — Хватит.             Она открыла старую спортивную сумку и начала быстро складывать немногочисленные вещи. Несколько комплектов одежды, потёртый кошелёк. Паспорт, который ей удалось восстановить совсем недавно. И аккуратно перевязанную резинкой пачку купюр. Каждую из них она заработала ценой собственного унижения.             Завтра утром она встретится с человеком, который уже подготовил билеты и обещал вывезти её из этого города. Завтра она навсегда забудет этот клуб с ненавистными лицами. Лаура крепко застегнула сумку и ещё раз посмотрела в окно, за которым медленно зажигались огни вечернего города. Скоро всё закончится.