Ибо нельзя было не услышать Слова Тишины

      Вейсхаупт возвышался над окружающими горами, напоминая каменного гиганта, чей облик внушал трепет. Эллана невольно замедлила шаг, чтобы получше разглядеть величественные стены и белоснежный купол главной башни. Крепость казалась массивной, настолько огромной, что рядом с ней Скайхолд выглядел бы скромной пристройкой. Но несмотря на всю свою монументальность, время оставило на Вейсхаупте свои следы. Некоторые стены были тронуты трещинами, каменные плиты — потемневшими и местами разрушенными, а в кладке центральных башен явно читались следы многочисленных перестроек.       Путь от библиотеки, где располагался элувиан, до внутреннего двора пролегал через коридоры и переходы, заполненные холодным светом. Эллана успела заметить, как по мере приближения к центру замка стены становились всё ниже, будто уступая место более древним укреплениям. Набросанные в беспорядке груды обвалившегося камня мешали создать впечатление порядка.       Повсюду встречались Серые Стражи. Они двигались молча, словно тени, будто их присутствие само по себе должно было напомнить о серьёзности момента. Их лица были бесстрастными, но на всех без исключения были надеты парадные доспехи: сверкающая сталь с синими и белыми полосами. Эллана никогда не видела такого множества Стражей в одном месте — по её оценкам, их было как минимум вдвое больше, чем войск Инквизиции.       Её взгляд невольно задержался на Абеласе, который шёл впереди, его осанка была ровной, даже немного надменной. Лицо оставалось неизменным, как будто все эти люди, их взгляды и шум вокруг были чем-то несущественным. Эллана поймала себя на мысли, что его спокойствие одновременно восхищало и тревожило. — Где наши солдаты? — наконец спросила она, ускоряя шаг, чтобы поравняться с Морриган. — У северных укреплений, где находится второй элувиан, — ответила ведьма, её голос был низким, но уверенным. — Айдан настоял, чтобы они оставались там. Если придётся отступать, это будет их путь назад. — Отступать? — Эллана почувствовала, как сердце сжалось. — Разве вы не видите? — Морриган бросила на неё быстрый взгляд, её жёлтые глаза сверкнули, словно остриё кинжала. — Стражи готовятся к бою. Судя по всему, к последнему.       Эти слова эхом отдались в голове Элланы. Она перевела взгляд на Серых Стражей, сновавших мимо. Слишком много их лиц были непроницаемы, но в каждом движении чувствовалось напряжение.       Они вышли во внутренний двор, где стоял огромный зал с куполом, возвышающимся над всем остальным, словно каменный маяк. — Что говорит Первый Страж? — спросила Эллана, нахмурившись. — Ничего, — сухо ответила Морриган, её голос прозвучал с раздражением. — Он молчит. Айдан делает всё возможное, чтобы добиться от него ответа, но пока всё тщетно. — Он согласился очистить хотя бы одного Стража? — Эллана старалась говорить спокойно, хотя внутри всё клокотало от напряжения. — Нет, — ответил Абелас. Его голос, как всегда, звучал ровно, почти безразлично. — И я должен предупредить: это пустая трата времени. Только боги могут забрать скверну у живого существа. А я, как ты понимаешь, не бог. — А порождения тьмы? — Эллана повернулась к нему, её взгляд был полон вопросов. — Вы же как-то очистили их? — Нет, — Абелас на мгновение замолчал, прежде чем продолжить. — Порождения тьмы заперты вместе со скверной. — Где заперты? — спросила она, почти шёпотом.       Эльф замер на мгновение, бросив на неё короткий взгляд. Его глаза были холодными, почти безжизненными, но в них мелькнула тень чего-то, что она не могла сразу определить. — Это неважно, — резко ответил он, его голос прозвучал как удар.       Эллана почувствовала, как внутри неё нарастает беспокойство. Что-то в его ответах и тоне оставляло неприятный осадок. Абелас скрывал больше, чем говорил, но она не могла решить, пытался ли он защитить их или что-то задумал.       Морриган уверенно толкнула массивные двери центрального строения, и тяжёлое скрипучее эхо разнеслось по всему залу. Эллана шагнула внутрь вслед за ведьмой, и её взгляд тут же задержался на величественном убранстве. Высокие сводчатые потолки уходили в полумрак, массивные колонны с резными грифонами словно поддерживали небеса. Но взгляд Инквизитора привлекала не архитектура, а напряжённая сцена, разворачивающаяся в центре.       Айдан стоял в самом эпицентре этого хаоса, яростно споря с высоким мужчиной в серебряных доспехах. Их громкие голоса разрывали пространство зала, словно клинки, скрещённые в схватке. Густые усы оппонента Айдана придавали его облику суровости, а манера говорить — резкости. Они перебивали друг друга, слова звучали так быстро и отрывисто, что Эллана едва могла разобрать суть.       Вокруг собралась группа Серых Стражей, чьё присутствие создавало дополнительный шум. Перешёптывания, лязг металла, шорохи шагов — всё это складывалось в гул, многократно усиленный стенами. У массивного дубового стола неподалёку стояли Кассандра и Каллен. Искательница сжала губы в тонкую линию, её взгляд был холодным и сосредоточенным, а Каллен выглядел усталым, потерявшись в своих мыслях, он потирал переносицу.       Эллана сделала шаг вперёд, намереваясь вмешаться, но вдруг ощутила, как чья-то рука аккуратно, но настойчиво остановила её. — Не надо, — твёрдо сказал Дориан, наклоняясь ближе к её уху. — Я хочу поскорее это закончить, — мягко ответила Эллана, аккуратно убирая его руку с локтя. В её голосе не было гнева, но в движениях читалась решимость.       Она сделала ещё шаг вперёд и, с трудом подавляя раздражение, заговорила. — Что здесь происходит?       Её голос звучал твёрдо, наполненный силой и уверенной интонацией, и этого оказалось достаточно, чтобы заставить всех в зале замолчать. Даже Айдан и Первый Страж, как понял Эллана, замерли, будто бы на мгновение лишились дара речи.       Тишина накрыла зал, нарушаемая лишь тихим шуршанием и редкими шагами. Эллана направилась к центру комнаты, её каблуки чётко отстукивали ритм по каменному полу.       Высокий мужчина с усами обернулся, его взгляд упёрся в Эллану. Презрение в его глазах было почти осязаемым, но вместо скрытого сарказма он выставил его напоказ, как оружие. — Констебль, — произнёс он резко, обращаясь к коренастому мужчине, стоявшему позади. — Кто эта девка?       Его голос был полон насмешки, и Эллана почувствовала, как гнев поднялся внутри неё, но прежде чем она успела что-либо сказать, Каллен выступил вперёд. — Это Леди Инквизитор, — отчеканил он, его голос прозвучал громко, словно звон меча о щит. — Попрошу обращаться к ней с должным уважением.       Первый Страж фыркнул в ответ, но в зале поднялся едва заметный гул. Несколько Серых Стражей, стоявших ближе, переглянулись между собой, а на их лицах появилась тень уважения. Эллана знала, что многие из них помнят Адамант и то, как она спасла их.       Однако лицо Первого Стража оставалось неподвижным, словно равнодушным к одобрительным кивкам своих собратьев. Его взгляд, полный ледяной надменности, задержался на Эллане, и с его губ сорвались слова, пропитанные едва скрываемым презрением. — Это та, из-за которой погибла Страж-Командор Кларель? — с наигранной беспечностью уточнил он, будто просто обронил вопрос в воздух.       Эллана с трудом удержалась от того, чтобы не сжать кулаки. Она медленно выдохнула и ответила, сохраняя спокойствие: — Её убил дракон Корифея. — Значит, вы привели эту эльфийку в надежде, что она сможет нас переубедить? — его голос стал громче, каждое слово звучало как молот, ударяющий по наковальне. Он повернулся к Айдану, будто собираясь направить свой гнев на него.       Айдан, однако, оставался невозмутим. — Нет, — ответил он сдержанно, и в его голосе не было ни тени страха. — Я думал, вам будет достаточно собственного ума.       Первый Страж сузил глаза, но Айдан не дал ему времени на ответ. — Я ошибся, — добавил он с холодной иронией. В этих трёх словах скрывался вызов, который, казалось, наполнил воздух в зале напряжением.       Эллана заметила, как взгляд Первого Стража метнулся куда-то в сторону, на мгновение оторвавшись от Айдана. Проследив за ним, она увидела Беллару. Девушка стояла чуть в стороне, её расслабленная поза и лёгкая улыбка были странно неуместны в столь напряжённой атмосфере. — Вы заявляетесь в нашу крепость с войском, под знамёнами Церкви, и требуете от нас отказаться от того, что делает нас Стражами! — внезапно разразился Первый Страж. Его слова эхом отразились от стен, заставляя многих вокруг согласно кивнуть.       Эллана нахмурилась, чувствуя, как гул одобрения постепенно заполняет зал. Она обернулась к Морриган, надеясь увидеть на её лице хоть какой-то намёк на поддержку. Ведьма стояла неподалёку, её осанка была безупречно прямой, а взгляд, направленный на Первого Стража, отражал раздражение и скрытую насмешку. — Если завтра грянет мор, мы останемся беззащитными! — продолжил Первый Страж.       Его голос дрогнул от гнева, но он быстро справился с собой.       Эллана сделала шаг вперёд. — Если вы отдадите скверну, то мор больше никогда не наступит, — сказала она твёрдо, глядя ему прямо в глаза.       Её слова, словно удар молота, отразились от стен зала, но Первый Страж только фыркнул. Его взгляд снова скользнул к Белларе. — Этого не будет, — резко отрезал он, словно подводя черту под разговором. Его холодный взгляд на мгновение остановился на спутниках Элланы. — Скверна — это наша защита. Без неё мы не сможем победить мор!       Эллана попыталась ответить, но он грубо её перебил: — Мы не собираемся никого слушать! Если вы не уйдёте прямо сейчас, мы уничтожим ваше войско, — его голос был стальным, не допускающим возражений. Он сделал паузу, чтобы подчеркнуть свои слова. — О вас тоже не забудем.       В его тоне читалась угроза, и зал будто задрожал от напряжения. Эллана почувствовала, как все взгляды снова обратились к ней, ожидая ответа.       Айдан коротко кивнул, отпуская Эллану вперёд. Её голос разнёсся по залу, звучный и уверенный: — Мы не хотим навредить. Мир в опасности. Грядёт нечто куда хуже Мора, нечто, с чем этот мир ещё не сталкивался. Если удастся очистить вас от скверны, это поможет всем нам в грядущей битве. Всё, что мы просим, — это возможность попытаться.       Она говорила с твёрдостью, но без агрессии, стараясь донести разумность своих слов до каждого в комнате. Её взгляд пробегал по лицам Серых Стражей, и она заметила, как некоторые из них начали прислушиваться, словно искали в её словах ответ на давно мучившие их вопросы.       Первый Страж остался непоколебим. Он медленно выпрямился, словно вытягивался вверх, чтобы бросить вызов. Его смех эхом разнёсся по залу — глухой, режущий слух, полный презрения. — Наивные, — процедил он, уголки его губ скривились в подобии усмешки. Эллана заметила, как из его уха медленно скатилась капля крови. Она оставила алую дорожку на бледной коже, прежде чем исчезнуть за воротником. — Как вы собираетесь победить Богов, не заразив их скверной?       Эти слова, сказанные небрежно, как будто в издёвку, заставили Эллану замереть. Её взгляд сузился, и она сосредоточилась на мужчине перед собой. Было что-то неправильное в его лице: морщины казались резче, глаза — тусклее, а осанка — одновременно напряжённой и надломленной. — Когда они нахлебаются скверны сполна, — продолжил он, его голос теперь звучал громче, с яростью, — мы поразим их своими мечами, как это было всегда!       Он с грохотом ударил кулаком по ближайшему столу, от чего тот едва не треснул. В зале прокатилась волна тревожного гула. Эллана обернулась к Айдану, её голос упал до шёпота: — Вы говорили ему о Богах?       Айдан отрицательно покачал головой, его лицо оставалось спокойным, но в глазах читалась растерянность.       Первый Страж, казалось, не замечал их обмена взглядами. Он говорил всё громче, его речь напоминала боевой клич, полный горечи и ярости: — Мы победили Думата, Зазикеля, Тота, Андорала, Уртемиэля! — Голос мужчин разрезал тишину, заставляя каждого в комнате напрячься. — Победим и Разикаля с Лусаканом! — Страж обернулся в сторону, где стояли спутники Элланы, прожигая их своим взглядом — Вместе с их гнусными хозяевами — намного тише добавил он.       Эллана чувствовала, как в воздухе нарастает напряжение, почти осязаемое. Что-то неуловимо изменилось в его поведении. Она обернулась к Морриган, и их взгляды встретились. Ведьма слегка нахмурилась, едва заметно качнув головой, будто подтверждая её подозрения. — Кто ты? — неожиданно обратился к Первому Стражу Абелас, его голос был тихим, почти спокойным, но в нём чувствовалась скрытая угроза.       Первый Страж повернул голову к эльфу. Его рука, едва заметно дрогнув, потянулась к мечу, а на лице мелькнула неуверенность, как у человека, оказавшегося под пристальным взглядом хищника. — Кто скрывается под этой личиной? — продолжил Абелас, подходя ближе. Его движения были осторожны, словно он приближался к дичи, готовой сорваться с места.       Первый Страж вскинул подбородок. Его лицо перекосилось от гнева, и в следующий момент он заговорил, но голос его изменился. Он звучал хрипло, низко, словно слова исходили из глубины горла, а не из человеческих уст. — Мы... — слово было растянуто, словно его выдавливали силой. — Мы — Первый Страж!       Эллана шагнула вперёд, пристально глядя ему в глаза. — Как вас зовут? — спросила она спокойно, но её голос прозвучал как команда.       На мгновение он замер, его лицо исказилось, словно от боли, а затем глаза начали заполняться чернотой, как чернила, растекающиеся по воде. — Мы Джовин Гластрум! — проревел он. Этот рёв эхом разнёсся по залу, заставив некоторых из Стражей отшатнуться.       Зал замер, словно время остановилось. Эллана чувствовала, как гулкий страх сдавливает грудь, а воздух кажется вязким, пропитанным скверной. Она медленно обернулась к своим спутникам, и на мгновение их взгляды пересеклись. Никто не проронил ни слова, но Вестница инстинктивно сжала рукоять посоха, готовая к тому, что могло случиться дальше.       Абелас среагировал мгновенно. Он рванулся вперёд, как молния, схватив Первого Стража за руку, державшую меч. Движение было резким, но безошибочным, как у опытного охотника. — Посмотри мне в глаза, — приказал он, крепко удерживая Стража. Второй рукой он схватил мужчину за подбородок, пытаясь повернуть лицо к себе. — Не смей прикасаться ко мне, Ma'Shivanas! — выкрикнул Первый Страж, его голос прозвучал хрипло, словно сквозь грохот шторма. Слово сорвалось с его уст, наполненное ненавистью. Он резко вырвал руку и с дикой силой ударил эльфа наотмашь.       Абелас не успел сориентироваться — удар был слишком неожиданным и мощным. Он пошатнулся, упал навзничь, громко ударившись о каменный пол. На мгновение в зале повисла звенящая тишина.       Первый Страж тяжело дышал, его грудь ходила ходуном, словно он вырвался из пут какого-то невидимого давления. Его взгляд скользил по лицам остальных Стражей, он искал поддержки, ожидая, что они последуют за ним. — Арестовать их всех! — прогремел его голос, будто удар грома. — Северную башню закрыть и перебить там всех до единого! — Он резко повернулся к Айдану, его лицо исказила гримаса ненависти. — Этого повесить! Эльфов обезглавить!       Но никто не сдвинулся с места. Стражи молчали, их лица были полны растерянности. В их взглядах читались сомнения, а некоторые выглядели ошеломлёнными, будто их командир вдруг стал чужим.       Эллана обвела взглядом своих спутников. Все стояли напряжённые, готовые к любой неожиданности, но пока не решались действовать. Жозефина наверняка была бы в ужасе, увидев, во что превратились эти «переговоры».       Первый Страж не выдержал. Он выхватил меч, направив его на лежавшего на полу Абеласа. — Хватит! — его голос прорезал воздух, и он сделал шаг вперёд, занося меч.       Раздался гулкий, хлёсткий звук удара. Страж покачнулся, его меч с грохотом упал на пол. Мужчина схватился за голову, ноги подломились, и он рухнул на колени. Над ним возвышалась Рук, тяжело дышащая, с поднятым щитом в руках. — Пора прекращать этот балаган, — проговорила она, криво улыбнувшись.       Эллана заметила, как пот стекал по её вискам, светлые волосы прилипли к влажной коже. Глаза Рук казались потерянными, словно она не до конца понимала, что только что произошло.       В зале поднялся шум — Стражи начали громко переговариваться, напряжение заполнило воздух. Айдан сразу взял ситуацию под контроль, его командный голос звучал чётко и уверенно, перекрывая хаос.       Эллана обернулась к Дориану, поманив его рукой. — Нужно вывести её на балкон, — сказала она, указывая на Рук.       Дориан быстро подошёл и подхватил девушку с другой стороны. Вместе с Элланой они почти несли Рук, чьё тело обмякло, словно всё напряжение выжгло её изнутри. Даже сквозь крепкую броню Эллана чувствовала исходящий от неё жар, как от раскалённого угля. — Что с ней? — тревожно спросил Дориан, его взгляд был полон беспокойства. — Я не знаю, — ответила Эллана, её голос был напряжённым, но в нём сквозила нотка страха.       Когда они наконец вышли на балкон, прохладный воздух обдал их лица. Рук едва держалась на ногах, её дыхание было прерывистым. Она взглянула на небо, ясное и безмятежное, и вдруг её глаза закатились. — Рук! — воскликнула Эллана, успевая поддержать её прежде, чем она упала.       Тело девушки обмякло, она потеряла сознание. Тёмная струйка крови начала стекать из её носа, капая на каменный пол балкона. Дориан напряжённо сжал кулаки, переводя взгляд с Элланы на Рук.       — Это Солас, — твёрдо произнёс Дориан, его голос прозвучал резко, словно удар хлыста. — С тобой случилось то же самое, когда на Вирантиум напали кунари.       Эллана понимала это и без его слов. Всё, что она могла сейчас — это стоять, смотреть и чувствовать, как беспомощность сковывает её разум и тело. Она видела, как Рук медленно угасает у неё на глазах. От Соласа ей не спастись. Это конец. Но её взгляд зацепился за знакомый предмет в руках Дориана. — Это... мой амулет? — прошептала Эллана, голос её прозвучал так тихо, что его могло заглушить даже дуновение ветра. — Не совсем, — пояснил маг, осторожно поддерживая голову Рук и надевая амулет на её шею. — Но он похож. Я раздобыл несколько... на всякий случай.       Эллана замерла, её глаза расширились от удивления. — Ты всегда носишь их при себе?       Дориан взглянул на неё с тенью усмешки, но в его глазах была заметна тревога. — Разумеется, — ответил он, усаживая Рук на пол и осторожно опирая её спиной о холодную каменную стену. — Никогда не знаешь, когда это может пригодиться.       Его голос звучал спокойно, но Эллана поняла: Дориан всегда жил с этим страхом, постоянно ожидая, что Солас однажды захватит её разум. Он боялся, но при этом молча готовился. Каждый день.       Рук вздохнула глубоко, её грудь содрогнулась, словно она боролась за каждый вдох. Затем она открыла глаза. Они были наполнены испугом и растерянностью, но живые.       Эллана с облегчением выдохнула, её руки опустились на поручень балкона. Прохладный камень под ладонями немного остудил её дрожь. Она перевела взгляд на горизонт. Её внимание привлекло что-то необычное. — Создатель милосердный... — прошептала она, не веря своим глазам. — Что? — Дориан поднялся, его настороженный взгляд метнулся к Эллане.       Эллана указала рукой вдаль.       Перед крепостью, насколько хватало взгляда, простиралось море белоснежных галл. Их тела покрывали землю плотным ковром, скрывая даже намёк на зелень травы. Все, как одна, они стояли абсолютно неподвижно, направив свои немигающие глаза на Вейсхаупт.       Ни малейшего движения. Ни единого звука. Казалось, что даже воздух вокруг них застыл в напряжении. Это была угроза. Безмолвное, зловещее предупреждение. — Они ждут чего-то... — пробормотала Эллана, её голос дрожал.       Дориан молчал. Его взгляд был прикован к этому странному зрелищу. Маг впервые за долгое время не находил слов.