Глава 24. Отдых

Сигрид показала ванную, где можно умыться, и мы с Лёхой сразу загрузились туда. Первые — что удивительно, ведь из всей компании мы, можно сказать, были самыми чистыми. Но всё так же несло рыбой и грязью. Ванная комната была небольшая, и в ней были деревянное подобие ванны, полочки со всякой фигнёй, умывальник из какого-то чайника и небольшое зеркальце над ним. Я с ужасом уставилась на своё отражение, которое не видела еще с дома Беорна. Ладно, всё было не настолько плохо. Просто — плохо. Волосы, хоть и собранные в подобие низкого пучка, всё равно выглядели ужасно — тёмные от грязи и засмоктанные. Брат подвинул меня, тоже заглядывая в зеркало. У Лёши были патли не лучше, несмотря на то, что у него короче. Сейчас мы были особенно схожи: впалые от недоедания щёки, тёмные круги под глазами, бледная кожа, ещё и почему-то одинаковые пятна грязи на носу. — У меня нет слов, — произнёс Лёха после небольшого молчания. — Неужели все смотрят на меня в таком виде? — вдохнула я. — Поверь, всем пофиг, — хохотнул брат, немного отклоняясь от зеркала, — я выгляжу слабым. И чувствую себя так же. А-ну. И с этим будничным «а-ну» Лёша подхватил меня на руки и немного подкинул, будто я ничего не весила. Я запищала, прикрывая голову рукой и поджимая ноги — ванная комната была маленькая, да и братец мой дурак. — Ладно, всё не так уж и плохо, — кивнул он, приседая. — Лёха, ты дебил?! — Вы там долго ещё? — раздался недовольный голос Двалина за дверью. Мы, смеясь, быстренько умылись, а потом я выпихнула Лёшу, чтобы переодеться в колючий свитер, которым со мной любезно поделилась старшая дочь лодочника. Конечно, хотелось бы ещё застирать свои вещи и подмыться, но стук в дверь от Двалина был уже достаточно угрожающим.

***

Девочки с Баином раздали нам сухие пледы и покрывала. Лёша, в немного коротковатых для него штанах, уселся на пол возле очага, где уже разгорался согревающий огонь. Я устало положила голову брату на плечо, наблюдая, как гномы и Бильбо, уже сухие и умытые, выходят из ванной комнаты. Нам с Лёшей, правда, пришлось отсесть от камина — мы-то не так замёрзли, как эти пловцы. — Размер, может, и не тот, но хотя-бы согреетесь, — произнёс Бард, выдавая оставшимся гномам шмотки. — Спасибо огромное, — в который раз поблагодарила я, как если бы он это по доброте душевной сделал, а не потому, что мы ему заплатили. Встав и завернувшись по плотнее в плед, я подошла к Фили, который сидел на табуретке у окна, с тревогой наблюдая за своим братом. Кили, судя по бледному лицу и нахмуренным бровям, было не очень хорошо. Я бы сказала, очень не хорошо. Но, увидев меня, Фили сразу высунул руку из-под своего одеяла и обнял меня за поясницу, притягивая ближе. От гнома, конечно, всё ещё попахивало, но хоть умылся и переоделся. — Ты как? — Фили посмотрел на меня снизу вверх. С такого ракурса он выглядел очень мило… и очень привлекательно. Я бы поцеловала его прям там, но застеснялась присутствия остальных. А ещё отвлеклась на Кили, который снова вздрогнул. — Ему же плохо, — встревоженно шепнула я, забыв про вопрос, который задал мне гном, — нужно что-то от жара… Тильда! Девочка как раз заглянула в комнату — может, искала кого-то, или просто из интереса. Как я поняла, гномы у них — явление не частое. Выпутавшись из объятий Фили, я подошла к ней. Малышка в растерянности смотрела на меня своими большими глазами, ожидая, что же сейчас будет. — У вас дома случайно нету каких-то трав, которые температуру снимают? Может, чтобы чай заварить? — Должны быть, только я не разбираюсь, — виновато произнесла она, — но мы как раз воду на чай поставили, так что могу показать. — Конечно, пошли, — бодро произнесла я, и, перед тем как выйти, ещё раз обернулась, чтобы посмотреть на остальных: Лёха вопросительно махнул головой, а я кивнула в ответ «всё хорошо»; Фили склонился над братом, Бильбо одиноко сидел у камина, а немного дальше что-то обсуждали Торин и Двалин; у стены что-то бормотал на своём тарабарском Бифур, и его внимательно слушал Ори. Остальные, видимо, разбрелись по другим комнатам — тут и так было тесно. Но и так по общему виду было понятно, что чай от жара нужен был всем — заплыв в ледяной воде ничем хорошим не заканчивается. Так что чая понадобится очень и очень много. И мне тоже не помешало бы. Для профилактики! На кухне у стола сидели Бофур, Оин и Глоин, вяло обговаривая какую-то чепуху. Баин с трудом ставил чугунный чайник на что-то типа плиты, а Сигрид доставала заварку из шкафчиков. А сам хозяин дома, кажется, куда-то ушёл. — Нам нужно заварить лечебный чай, — попросила Тильда. — Ага, на всех, — добавила я, — у вас есть? — Сигрид, это по твоей части, — махнул рукой Баин. Пока старшая дочка Барда доставала всё нужное, младшая с интересом смотрела на меня. Я кивнула, мол «спрашивай». — А почему ты с тем парнем такие грязные? Вы же, ну, не вылезали из туалета. — Хороший вопрос, — посмеиваясь, я осмотрела свои бомжарские шмотки, — дорога у нас была тяжёлая. Да и в передрягу с эльфами попали… — С эльфами? — удивилась малышка, — а почему? — Тильда, некультурно так расспрашивать, — одёрнула её сестра. — А мне тоже интересно, — хмыкнул Баин, садясь на край стола, — куча гномов — у нас такого давно не видели. — Да? Но вы же живёте так близко к их горе. — Но там же лет сто никого нет. И, по всей видимости, и не будет. А к нам сюда редко кто захаживает. — Понятно, — я украдкой посмотрела на гномов, сидящих за столом. Они, казалось, не слушали — или делали вид. — Кирик! — заглянул на кухню Лёха, — о, а вы как раз. Я, пока мы вдоль реки шли, трав лечебных насобирал, добавьте Кили их. Вы ж ещё не заваривали? — Нет, — ответила за меня Сигрид, забирая из рук моего близнеца пучок, — ты уверен, что это те? — Уверен, — кивнул он, — я много лет изучал био… ну, травничество. И гномы еще научили. — Хорошо, — улыбнулась девушка, быстро изучая Лёшу взглядом. Я тут резко подумала, что не только мне не хватало девочек с начала похода. Брат хоть раньше особым любвеобилием не отличался и отношений у него было немного, но всё же. Прям аж жалко, что Сигрид слишком молоденькая. — Кира, эти травы — как подорожник при открытом переломе, — зашептал мне на ухо Леша, перед тем, как уйти, — Я вижу, как у него темнеют вены на ноге. Если не найдем нормальное лекарство, он до Горы не дойдет. — Что-то придумаем, — сжала его за плечо я. Я помогла девочкам заварить чай, и мы раздали его всем присутствующим. Чашек, конечно, в доме Барда было не так много — кому-то пришлось пить из глубоких тарелок или пустых цветочных горшков. Но гномы не жаловались — как говорится, и на том спасибо. Прислонившись к дверной раме, я наблюдала за остальными. Несколько гномов тоже подтянулись в гостиную — как-никак, там было теплее. — Сейчас папа придёт, и мы приготовим что-то поесть, — произнесла Сигрид, качая головой на убитый вид нашей компании. — Ой, спасибо, красавицы! — хохотнул Бофур, мечтательно прикрывая глаза. — А тот тоже гном? — шепнула мне Тильда, аккуратно показывая на Бильбо. — Нет, — сразу ответила я, но передумала: рассказывать, что в нашей компании еще и хоббит, сделает нашу историю ещё более странной, — ну, да. Только молодой. — Без бороды? — удивилась она. Бильбо, как будто почувствовав, что мы говорим про него, поднял голову. Я подбадривающе улыбнулась ему, и он ответил тем же. Нужно будет с ним поболтать. А то что это я — то с Лёшей, то с Фили, а Бильбо как-то один всё время. — Ну вот такой, — пожала плечами, — мы тут, как видишь, все не совсем нормальные. — А ты же нормальная, — удивилась Сигрид, которая тоже пристроилась рядом, — только не мешало бы… ну… — Да знаю… — Слушай, — неожиданно оживилась она, хватая меня под локоть, — а давай мы тебя прихорошим! Там ещё вода горячая с чайников осталась, и остальное у нас есть. А то ладно мужчины, но женщина всегда должна быть женщиной. Я мысленно поржала — конечно, было бы ещё это так легко! Но с удовольствием согласилась — помыться хотелось ужасно. … Мы снова пришли в ту комнату, где ранее все умывались, ведь там так же и было специальное «корыто» для полного мытья тела. Меня раздели и усадили то-ли в бочку, то-ли в деревянную ванну. Мочалками с какими-то аромамаслами мы с Сигрид оттирали мне руки и ноги, а Тильда расчёсывала мокрые волосы. Конечно, мне было немного неловко, но девочки действительно хотели помочь, и им было без разницы на то, что я голая и, эм-м, не совсем чистая. — Где ж вас так помотало, — бубнела себе под нос Сигрид. — Ничего, мы из тебя такую красавицу сделаем, что твой жених упадёт! — хихикнула Тильда. — Какой жених? — аж поперхнулась я. — Ну, тот парень, с которым ты пришла! — Тильда, — покачала головой старшая сестра. Судя по всему, она в людях разбиралась лучше. — Да ты что, — прыснула я, — это ж мой брат! — Бра-ат? — удивилась она. — Ага, мы близнецы. — А я и не поняла… — А я сразу заметила, — пожала плечами Сигрид, выжимая мочалку, с которой стекала прямо коричневая вода, — у вас носы похожие. И улыбки. И веснушки. — А жениха нет? — грустно произнесла младшая. — Пока нет, — я опустила взгляд, смутившись. Сигрид, заметив это, улыбнулась, но ничего не ответила, — Точнее, пока ещё не жених. — Да-а? А кто? Неужели, из гномов кто-то? — Тильда, хватит тебе уже! — укоризненно посмотрела на неё сестра, — это личное. — То некультурно, то личное, — театрально вздохнула девчонка, — о чём же говорить тогда? Пока они продолжили обсуждения, я привстала, чтобы отдраить живот и спину. М-да, ну и видок, конечно… Бабушка бы расплакалась — «кожа да кости». Живот впалый, рёбра торчат, грудь и так была небольшая, а сейчас практически иссохла. Я напрочь забыла про метку, которая двумя чёрными полосами красовалась на груди. По бокам кожа покраснела по неизвестной причине. Но Сигрид тактично ничего не спросила, а Тильда и не заметила. Да и ладно, это явно не худшее. Ноги все в светлом волосе, который местами стёрся от постоянного ношения штанов и ботинок. За лобок даже и говорить не стоит. — Не расстраивайся, — заметила перемену на моём лице Сигрид, — ты и так красивая. Только кушай больше! Я благодарно улыбнулась, вылезая из ванны. Ни грязи, ни паутины, ни рыбной слизи не осталось, от меня теперь приятно пахло, и надевать грязные старые шмотки совсем не хотелось. Старшая дочка Барда, будто прочитав мои мысли, предложила мне один из своих старых нарядов. Под предлогом, что она его почти не носила, ведь быстро выросла. Меня, конечно, немного расстроило то, что зато я влезла в костюм, который мал на семнадцатилетнюю девчонку, но не подала виду — на правду не обижаются. «Наряд» включал в себя мягкую светло-розовую рубашку, кожаные штаны, которые могли бы быть в обтяжку, но на моих худых ногах сели свободно, и тёмно-зелёную жилетку, так же выполняющую функцию корсета. Тильда радостно захлопала в ладоши, утверждая, что мой не-жених, кем бы он не был, с ума сойдёт. — Волосы пока не получится заплести, — произнесла Сигрид, расчёсывая влажные пряди, — нужно, чтобы полностью высохли. Это нужно к камину пойти. Ты чего улыбаешься? — Ты мне мою сестру напомнила, — немного печально улыбнулась я, — она мне тоже часто волосы расчёсывала. — У тебя есть ещё и сестра? — поинтересовалась младшая, — а где она? — Двоюродная. Её Алтея зовут, это имя… — но поняла, что средиземцам скорее «Кира» будет звучать страннее, и ничего не объяснила, — ну, мы Алькой зовём. Ей тоже семнадцать, как тебе. Она далеко отсюда, как и наша с Лёшей семья. Не думаю, что когда-то их ещё увижу. — Главное, что вы с братом есть друг у друга, — приободряюще сжала моё плечо Сигрид. … Мы спустились на кухню, где вернувшийся Бард уже накладывал еду. Наши, увидев меня, удивились, некоторые даже присвистнули. — С нами что, девушка в отряде была? — негромко протянул Кили. — Да, Кирилл, что-то на тебя не похоже, — толкнул меня локтем Лёшка, когда я села рядом с ним на лавку. Бильбо, сидевший рядом, отвесил мне скромный комплимент, а потом я посмотрела на Фили — хоть он и сидел с другой стороны стола и не мог ничего сказать, но его горящие глаза говорили сами за себя. Я даже засмущалась, опустив взгляд в тарелку. Кстати, насчёт тарелки — там уже красовалась варёная рыба, овсянка и немного овощей. На секунду задумалась, где могла побывать эта рыба, но голод взял верх. После месяца отвратительного питания это ощущалось, как дар богов. — Ты самое интересное пропустила, — шепнул Лёша, — они тут обсуждали легенду про то, есть ли у дракона дырка под левым крылом. Типа, когда Смауг тут был, какой-то чувак выстрелил чёрной стрелой из специального стреломёта, и пронзил его. Но гномы в это не верят, а Бард с семьёй — да. — И шо? — Нишо. Просто интересная деталь. Дальше мы в тишине наминали хавчик, а Тильда уже вовсю хвасталась папе, что мы с его дочками подружились. Он, улыбаясь, слушал её — видимо, подруг у девочки было не очень много. А потом обратился к нам, сообщив, что оружие раздобудет завтра утром, так что на ночь мы останемся здесь. — Мягкие кровати, конечно, я вам предоставить не могу, но зато не на улице. Мы все согласно закивали. Я лично готова была на полу спать, но лишь бы в тепле. Гномы галдели, по просьбе детей рассказывая походные истории. Бард то и дело шипел на всех, чтобы вели себя тише — а то не дай бог кто-то из соседей услышит. Было так уютно — в последний раз так же хорошо было аж у Беорна. После ужина вся компания разбрелась по дому в поисках места для сна, а я, наперекор протестам, помогла девочкам помыть за всеми посуду. Закатала рукава, и нормально. Ну а что, им самим за такой кагалой убирать? Потом спустилась в сортир, а на полпути обратно меня перехватил Фили. — Я, конечно, полностью не помылся, но руки и лицо, да и одежда чистая, — он показательно развёл руки, а я восприняла это как приглашение к объятьям. Гном сразу ответил, крепко обхватывая за талию, — тебе идёт розовый. Это девочки дали? — Ага, Сигрид, — я немного отстранилась, рассматривая его лицо. Фили улыбнулся, и бусинки на его усах колыхнулись. Обхватив его лицо, я притянула к себе, завлекая в поцелуй. Одной рукой он крепче прижал меня к себе, поглаживая спину, а вторую запустил мне в волосы. Фили был нежен и требователен одновременно, что у меня даже ноги подкашивались от его прикосновений. — Как я раньше жил без этого, — шепнул он, проводя большим пальцем по моей скуле. Я заулыбалась сильнее, смотря в его тёплые глаза, — ты выглядишь такой счастливой. — Потому что так и есть. От эльфов сбежали, от орков тоже. Чай попили, даже помылась — как будто заново переродилась. А скоро уже в Эребор направимся, так хочу увидеть ваше королевство! — И я. В плане, хочу, чтобы ты увидела. У вас же на родине, уверен, такой красоты нет. Ну и сам тоже посмотрю, конечно. Я закатила глаза — нашёлся тут умник. Но прекрасно понимала, что он шутит, и точно так же горит желанием вернуть Гору. — Пошли, а то остальные волноваться начнут, — и, игриво чмокнув гнома в уголок губ, я направилась в гостиную. — Можно подумать, кому-то есть дело, — цокнул языком он, следуя за мной, — сейчас все думают о том, как хорошо поспят. Если уже не спят. — Лёха точно не спит. Да и Торин тоже. Он, кстати, спит вообще? А то никогда не видела: засыпаю, он сидит, просыпаюсь, он сидит… Ори с Бофуром уже дремали в коридоре — пришлось перепрыгивать, чтобы ни на кого не наступить. На кухне Балин с таким комфортом развалился на лавке, словно это была кровать, и даже чьи-то ноги выглядывали из-под стола. В гостиной, конечно, собралось большинство. Фили, напоследок сжав мою ладонь, пошёл в сторону уже спящего Кили, а я уже хотела пробираться к брату, как меня кто-то дёрнул сзади за рубашку. — Это он? Твой не-жених? — тихонько шепнула мне Тильда, когда я повернулась к ней. — А подсматривать некрасиво, — шутливо вскинула брови я. — А я не подсматривала, я подслушивала! — Тоже мне, — прыснула я, — иди спать уже. — Расскажешь завтра про него? И ещё про ваш поход? — она посмотрела на меня молящими глазами. — Конечно, — тем более, я это и так Барду пообещала, — всё, давай, спокойной ночи! На цыпочках попрыгав между гномами, я плюхнулась между Лёшей и Бильбо. — Что, лучшие подружки с восьмилеткой? — хмыкнул брат. — Ей десять, вообще-то, — закатила глаза я. — Она мне напоминает дочку моих соседей, — произнёс хоббит, — такая же любознательная и большеглазая. — Вы уже ждёте Эребор? — спросила я после недолгой тишины. Ведь мы, как главные изгои отряда, только представить могли это всё. Нет, многие гномы тоже его не видели, но у них будто бы была ментальная связь с этим местом. — Даже не знаю, — вздохнул Бильбо, — учитывая то, что там, может быть, ещё живой дракон, а я — вор, то не очень. — Мы тебя в обиду не дадим. — А мне интересно, — пожал плечами Лёха, — но больше жду момента, когда буду засыпать в мягкой постели. Тяжело не согласиться. Снова пристроив голову на плече у брата, я прикрыла глаза. Но даже и подумать ни о чем не успела, как уже погрузилась в сон.

***

Просыпаться совсем не хотелось. Сухо, тепло — что еще нужно было для счастья? Меня растормошил Бильбо — почему-то я проснулась уже на его плече, и мы почапали на кухню за завтраком. Лёша уже сидел там и общался с Баином, та и половина отряда тоже вылезла. Бард уже ушёл за оружием. Девочки раздали нам печеную картошку (оставалось удивляться, откуда у них её так много), и остатки вчерашней рыбы. Тильда сразу же напомнила об историях, и я, кушая, принялась рассказывать о том, как мы спасались от гоблинов. Конечно, некоторые детали (типа, блин, целого волшебника) пришлось скрыть, но и так получилось интересно. — Чувствую, ты отсюда и уходить не захочешь, — хмыкнул Торин, когда я закончила, — нашла таких внимательных слушателей. — Торин, не надо мне тут, — махнула рукой я, — это первые девушки за всё наше путешествие, тебе не понять моего счастья. Но вас я не брошу. Особенно того придурошного. А «тот придурошный», ну или мой брат, уже завладел вниманием девочек, рассказывая, как мы переправлялись через Мглистые горы. Я, улыбаясь, наблюдала за ним. Хоть и выглядел уставшим, но Лёшка всё равно прям возмужал. Лицо повзрослело, да и взгляд стал какой-то более серьёзный с начала похода. Конечно, он остался таким же весёлым и интересным, но и поменялся — определённо, в лучшую сторону. Кажется, ему даже не хватало всех этих событий, которые мы пережили. Мысли мои полетели снова в сторону нашего будущего, но вдруг их прервал Бард, зашедший на кухню с мешком с неизвестным содержанием в руках. Как оказалось, это было оружие. Но тут даже я, далёкая от всех этих войнушек, поняла, что с такими тяпками мы далеко не уедем. Торин начал возмущаться — мы же платили за оружие, а не за эту хрень. На что Лучник ответил, что лучшего ему не найти, ведь всё самое нормальное хранится в городской оружейной. И что же решили гномы? Конечно, как самые порядочные люди, обворовать это здание! — Да ну, ребят, могло быть и хуже, — протянула я. Лёша закивал, и даже Балин согласился. Тем более, и Бард сказал, что по городу нам незамеченными не пройти — везде надзиратели. Но у гномов, кажется, было своё мнение на этот счёт.

***

— Дерьмо, — гневно шептала я, забирая у Бильбо меч и передавая его Фили. — Не нагнетай! — так же тихо произнёс гном и перекинул оружие своему брату. Конечно, с Торином спорить бесполезно. И вот, нас с Бильбо, как самых тихих, отправили внутрь городской оружейной забирать всё нужное. На подмогу вызвались Фили и Кили, да и остальные, осмелев, потихоньку подтягивались. Залезали через окно, а потом по ступенькам поднимались на третий этаж, где хранилось всё самое лучшее. Я печально подумала, что нужно было оставаться у Барда. Наспех собиравшись, я попрощалась с подружками, оставив у них прошлую грязную одежду. Ну, надеюсь, мы ж ещё к ним вернёмся! Вздохнув, провела рукой по одному из двух хвостов с красивыми косичками, которые всё-таки заплела мне Сигрид. У меня снова начала покалывать метка — очень нехороший знак! Опасность можно было ожидать со всех сторон, но я не знала, что с этим делать. Всё равно гномы точно не послушают меня и продолжат операцию. Через несколько минут к нам присоединились Торин, Дори и Бофур, и работа пошла быстрее. Я на цыпочках прокралась к двери в комнату, намереваясь выглянуть в щель. Темнота — нихера не видно! Неожиданно на всё здание раздался вскрик боли и оглушительный грохот. Я обернулась, и только и увидела, что макушку Кили, который свалился на ступеньках. Прикрыла рот рукой, чтобы и самой не вскрикнуть, но было бессмысленно — нас уже раскрыли. Дверь, возле которой я стояла, распахнулась, и в комнату влетела куча стражников. Один сразу же схватил меня под локти, заламывая руки за спину. Я хотела как-то использовать свою силу — поднять с пола меч, или хоть что-то, — но решила, что в их глазах лучше быть только вором, а не ведьмой. Тем более, сама я далеко не убегу. Тем более, с города, который, бляха, посреди озера. — Отпусти её! — гневно воскликнул Фили, но и на него уже, как и на остальных, направили мечи. — Воры! — выплюнул, судя по всему, главный из стражников, — будете отвечать перед бургомистром! … Суд здесь проходил несложно — всех нас вывели на площадь перед большим домом. Из него вылетел не совсем приятный мужчина, поросячьим голосом спрашивая, что произошло. — Это что за шавка? — шепнула я. — Бургомистр, судя по всему, — ответил Лёша. Вокруг нас уже собралась толпа зевак — и не важно, что был вечер. За этим бургомистром вышел уже действительно какой-то поросёнок, оскорбляя нашу компанию. Двалин вступился, заявляя на всю площадь, что наш предводитель сам Торин, сын Траина, бла-бла-бла. Торин тоже вышел вперёд, припоминая, в каком хорошем состоянии город был раньше, и обещая вернуть это величие. После слов «богатство» толпа взревела — конечно, только деньги и интересуют. — Смерть! — неожиданно из толпы вышел Бард, — вот, что вы принесете нам! Драконье пламя и разорение. Если вы разбудите зверя, то уничтожите всех нас. — Слушайте, кого хотите, — ответил Дубощит, пока люди не начали возмущаться, — но я обещаю вам: в случае успеха мы разделим с вами все богатства Горы. У вас будет столько, что вы сможете отстроить Эсгарот заново…! Последние слова утонули в согласных воплях. Бард попытался напомнить про какое-то пророчество, но его никто не слушал. Правда, тот второй поросёнок, что вышел с бургомистром, тоже съязвил: — С чего нам верить тебе? Кто здесь готов поручиться за твою честность? — Мы готовы, — без раздумий я схватила Лёшку за запястье и подняла наши руки, — мы оказались с гномами случайно, но за всё путешествие Торин не дал в себе усомниться. — И я поручусь, — присоединился Бильбо, — мы прошли с этими гномами через множество опасностей, и если Торин Дубощит дал своё слово, то он его сдержит. Толпа опять взревела, и даже гномы начали радоваться. Только Лёха обеспокоенно косил взгляд на Кили, который, кстати, радовался очень наиграно. Потом спрошу, что этот новоиспеченный медик думает. А то по его взгляду кажется, будто мы с собой бомбу замедленного действия проносим. Всех снова прервал Бард, припоминая амбиции бывшего Короля под Горой, из-за которых был уничтожен Дейл — город у подножья Эребора. Но и тут бургомистр нашёл, что ответить. Ослеплённый перспективой разбогатеть, он пристыдил Лучника за то, что это именно его предок не смог пристрелить дракона. Я не совсем поняла, о чем речь, но, кажется, это было как-то связано с тем, что ранее рассказывал мне Лёшка. — У тебя нет права заходить в эту Гору! — прошипел Бард Торину. — Лишь у меня оно есть, — отрезал Дубощит, отворачиваясь от мужчины и ставя этим жирную точку в их сотрудничестве. Мне стало как-то неловко и стыдно перед мужчиной — всё-таки, я так подружилась с его дочками. А теперь нужно их покинуть, ещё и на такой нехорошей ноте. Но поделать уже ничего нельзя было. — Я обращаюсь к правителю Озёрного города, — повернулся Торин к бургомистру, — вы поможете осуществить предсказанное? Согласны разделить богатства моего народа? — Я вам вот что скажу, — елейным голоском протянул тот, — Добро пожаловать!