Глава 27. Дракон

— Сомневаюсь, что это наш маленький друг так балуется, — напряжённо скрестил руки на груди Двалин. — Может, это землетрясение? — протянул Нори. — Нет. Это дракон, — отрезал Балин. — Смауг, — прошипел сквозь зубы Торин, будто даже само имя вызывало у него ненависть. Я уже хотела было открыть рот, чтобы ляпнуть «а я говорила», но подумала, что это не совсем разумно. Вместо этого стала нервно теребить косички, представляя, каково сейчас Бильбо. — Чем он питался всё это время? — поинтересовался Лёха, — если не вылетал из Горы. — Да хер его знает, — буркнул Двалин, заглядывая в проход с надеждой, что хоббит сейчас выбежит обратно. Бэггинс не объявился, но зато коридор заполнился оранжевым светом. От пламени. Я готова была кинуться туда в любую минуту, лишь бы кто-то пошёл со мной. — Как же там Бильбо? — ахнул Ори. — Дадим ему время, — кинул Торин. На что?! Поджариться??!! Он что, шашлык??!!?! Почти тот же вопрос задал Балин. Торин проконстатировал, что старику просто страшно, на что тот в ответ прямо согласился. Только сказал, что ему страшно за нашего предводителя. — На этих сокровищах лежит проклятие, — произнёс Балин, — они свели твоего деда с ума. — Я не похож на своего деда, — отрезал Дубощит. — Но ты явно не в себе! Торин, которого я знал, уже пришёл бы на помощь! — Я не стану рисковать всем походом ради одного взломщика. Опять двадцать пять. Я только про прошлый такой высер забыла. — Бильбо, — напомнил седой гном, — его имя — Бильбо. Я уже вся извелась в ожидании, что кто-то решится пойти на помощь хоббиту. Стоим тут, как грибы на полянке, а он там может уже и дожаривается!!! И вот, наконец-то Торин, пересилив свои навязчивые мысли, достал из ножен меч бегом пустился внутрь. Я кинулась за ним. — Наконец-то блядь, — выдохнул за моей спиной Лёха. — Вы чего попёрлись? — гном заметил, что его преследуют. — Та невозможно уже там сидеть! — воскликнула я, активно жестикулируя. Он остановился, прожигая нас взглядом. — Ну смотрите — если что, спасайтесь сами! — Да больно надо, — я протолкнулась мимо него, первой выбегая на открытую площадку. И… Ну нихуя себе!!! Мы оказались в огромном зале, потолка которого было не разглядеть, а весь пол усыпан золотом. Оно, словно застывшая лава, волнами лежало вокруг колонн и будто бы даже светилось. А ещё очень жутко отражалось в глазах Торина, когда он на него смотрел. — Мать честная, — шепнул Лёшка, подбегая ко мне сзади. — Та не то слово. Золота было столько, что у меня перед глазами замигали цифры. Это скольким же людям можно было помочь? Да что там людям — я могла бы целый город отгрохать. Но, судя по лицу Торина, он бы мне даже на конфетку отсюда не выделил. Откуда ни возьмись со ступенек, поднимающихся снизу, выбежал Бильбо. Я облегчённо выдохнула и подбежала к нему, сжимая в объятиях. — Живой! — Это ненадолго, — нервно хохотнул хоббит в ответ. Меня неожиданно оттолкнул Торин: — Ты нашёл Аркенстон?! — Дракон идёт сюда! — Аркенстон! — отчеканил гном, — ты нашёл его? Бильбо почему-то не спешил отвечать. Попытался выйти в проход, но гном перекрыл его мечом. Видя состояние Торина я, с одной стороны, надеялась, что хоббит нашел камень, но с другой, что Аркенстон не у него. Торину станет ещё хуже, если он его получит. Особенно понадеялась, когда Дубощит переместил лезвие, направляя на Бильбо. — Торин, — пискнула я, но, естественно, от него последовало ноль реакции. Честно говоря, я уже собиралась с помощью магии выбить меч из руки гнома, но нас всех отвлёк Лёха, который тихо выругался трёхэтажным матом. Проследив за его взглядом, я увидела огромный силуэт на другом конце зала. Вот я до последнего надеялась, что драконов не существует. Нихренашеньки. Смауг действительно был громадных размеров. С коричневой шкурой и жёлтыми глазами, которые отливали жёлтым светом аж сюда. Когти на передних лапах так же блестели, а крылья на концах становились цвета тёмного золота. Может, при других обстоятельствах это бы восхитило, но сейчас, осознавая всю угрозу, хотелось только смыться поскорее. И только я хотела предложить тихонько уйти, пока он не заметил, как на площадку с боевым кличем выбежали все остальные гномы. Смауг дёрнул головой и быстро пополз в нашу сторону. Мои глаза раскрывались всё шире и шире с каждой секундой, пока дракон раскатистым голосом не прогремел: — Вы все сгорите! Сука, оно ещё и говорит! — Хавайся! — закричал Лёха, но это и так было понятно по тому, как дракон раскрыл пасть. Мы прыгнули на те ступеньки, по которым к нам прибежал Бильбо — там тоже была площадка, с аркой в конце. Проскользив по рассыпанным монетам почти к стене, я испуганно прикрывала голову руками, пока драконье пламя обдавало стену над нами, и ещё половину зала впридачу. Сразу стало очень душно и очень-очень светло. Кто-то за рукав потащил меня к той арке, которая вела в ещё один коридор. Из него мы выбежали в небольшую комнату. Она была будто капсулой времени: стол с лавками, глиняные вазы и горшки — всё в хорошем состоянии, просто брошенные и покрытые плотным слоем пыли. Последний в комнату ввалился Торин, пытаясь потушить свой плащ, который немножко поджарил Смауг. Двалин выругался на кхуздуле, озвучивая всеобщие мысли. Через пару секунд мы снова кинулись за Торином в следующий проход. А потом в следующий, и еще один. В конце концов мы вышли в очередной зал. Хотя, если честно, такое гигантское помещение, я б даже сказала «пещеру», назвать просто «залом» язык не поворачивается. Чёрные колонны из темноты начинались и в темноту уходили, и мост, ко которому нам предстояло идти, казался бескрайним. — Это шахта, — осведомил всех Балин. Тогда понятно, почему пол не видать. — Мы ускользнули от него? — шепнул с надеждой Дори. — Вряд ли, — ответил Двалин, — уж больно он хитёр. — Что мы вообще планируем делать? — спросила я у Торина. — Пока уходим в западную караульню. Там должен быть выход. — И что? Просто убежим? Вернёмся в Эсгарот? — Ещё чего. Он хитер, а мы будем ещё хитрее. Придумаем план. За мной! Чтобы добраться до этой караульни, нужно было идти по этому будто бесконечному мосту. Он был без перил и без каких либо ограждений, так что нас было видно как на ладони. Но, как сказал Дубощит, выбора не было. Я старалась не смотреть вниз, но, если честно, вариант «смотреть по сторонам» тоже был устрашающий. Помещение шахты простиралось во все стороны, впечатляя своим величием. На всех уровнях находились платформы со ступеньками, иногда ведущими в какие-то комнаты. Неожиданно резкий звук нарушил тишину: у Бильбо откуда-то выпала монетка. Хоббит начал шарить по себе руками, пытаясь найти дырявый карман. Но вдруг что-то звякнуло ещё раз, и уже не возле хоббита, а где-то сверху. Почти все подняли головы в поисках источника звука. У меня чуть не подкосились колени от испуга — туша дракона была прямо над нами, а точнее — его блестящее пузо. Пришлось даже прикрыть рот рукой, чтобы случайно не издать какой-то звук. Но Смауг не заметил нас и просто прополз мимо. А мы успешно перебрались на другой конец шахты. Но когда вошли в эту западную караульню, то увидели совсем не то, что ожидали. Трупы. Кучи безжизненных тел лежали на полу, уже иссохшиеся и покрытые паутиной. А проход, который должен был быть выходом, был завален. — Выхода нет, — сухо бросил Двалин. — Последние из нашего рода, — печально произнёс Балин, — они пришли сюда в надежде спастись… Предложил уйти в шахты, но это тоже не было бы для нас спасением. Торин запротестовал, говоря, что он не готов умереть так. Я шагнула вперёд, осматривая камни, завалившие проход. — Я могу попробовать их сдвинуть. Если там немного, должно получиться… — Нет уж, побереги силы, — произнёс Дубощит, — мы пойдём в кузни. — Это верная смерть. Он заметит нас, — покачал головой Двалин. — Если разделимся, то нет. Балин тоже согласился с братом: это нам не поможет. Но Торин стоял на своём, предлагая там убить дракона. Или умереть самим. — Если и прыгать в огонь, то жарится всем вместе, — закончил он. … Я оказалась в группе с Торином, Балином и Бильбо, а Лёха увязался за Нори и Двалином. Остальные разделились: Бомбур ушел с братьями Ри, а Глоин с Бифуром. Торин сам позвал меня с собой. В другое время я бы обрадовалась, если бы не подозрение, что ему нужны лишь мои способности. Мы выбежали обратно на мост, как вдруг с другого конца пещеры вылез Смауг. — Бегите, бегите! — бубухал он, — спасайте свои жизни! Вам нигде не спрятаться! Своими золотыми глазюками он смотрел прямо на нас. И только от этого взгляда мне уже стало горячо, будто от пламени. Но его отвлекли крики других гномов, и дракон отвернулся, давая нам возможность слинять. — До кузень ваших далеко? — спросила я на ходу. — Кузниц. Не очень, — ответил Балин, оглядываясь назад. Мы уже забежали в коридор, когда пещера сзади осветилась оранжевым. Надеюсь, это он просто угрожал. По каким-то ступенькам бежали вниз — гномы сказали, что это короткий путь. Потом снова узкий коридор, в конце которого нас остановила мощная дверь. Которая, вот совсем не к месту, была заперта. — Пробуем выбить? — повернулся к Дубощиту седой гном. — Щас! — вздохнула я и, направив взгляд на замок, тряхнула головой. Он вылетел, и дверь отворилась сама. Моё дыхание сразу сбилось, а в груди запульсировало. Но, как показалось, уже не так сильно, как раньше. Это потому что задача не сложная, или потому, что я уже привыкаю? — Молодец, девочка! — Торин хлопнул меня по плечу и влетел в теперь уже открытый проход, Балин за ним. Бильбо остановился возле меня: — Ты как? — Та жить можно, — я показала палец вверх и с трудом выпрямилась, — бегом, а то отстанем! Вскоре мы добрались до длинного зала с проходами в мастерские. Балин неожиданно остановился, предложив скоротить путь ещё. Я, так как бежала последняя, сразу свернула за ним, Бильбо тоже уже хотел, но сначала позвал Торина. По полу пошла дрожь — это Смауг объявился в начале зала. В итоге мы с Балином за воротник затащили хоббита к себе, а наш предводитель, я надеялась, укрылся где-то дальше. Драконье пламя наполнило всё помещение, и Балин развернул нас с Бильбо в другую сторону от выхода, закрывая собой. Но, благо, его огонь не зацепил, поэтому мы сразу тихонько выглянули обратно: Смауг уже добрался до другого конца зала и полез вниз в какую-то яму, видимо, следуя за Торином. — Там шахта! — в ужасе воскликнул седой гном, — Торин не выберется! Сюда уже выбежали Двалин, Лёша и Нори, сразу подбегая к краю шахты. Двалин ударил молотом по какой-то конструкции, но от испуга и стресса я только замерла на месте, даже боясь подойти ближе и проверить, что там. Боялась увидеть, а вернее — не увидеть Торина, или встретить морду Смауга. Боже, пускай Торин где-нибудь там спасётся, — думала про себя, зажмурив глаза и спрятав лицо в ладонях. Всегда верила в то, что позитивные мысли влекут позитивный результат. А ещё надеялась, что этот Бог, хоть средиземский, где-нибудь да и есть и всё услышит! — Ты чего? — приобнял меня за плечи Лёха. — У Бога помощи прошу, за нас молюсь, — помотала головой я, всё ещё закрывая лицо руками. — Только не ты! А то Бог тебя ещё не так поймёт… Эта тупая фраза прям привела меня в себя: и открыла я глаза именно тогда, когда столб пламени поднялся из шахты! Благо, Торин уже успел выбраться. Он сразу поднялся и крикнул всем бежать за ним. Кузни оказались буквально за поворотом. Мы прошли между стальными колоннами и лицезрели ряд больших печей. Это тоже был огромный зал, причём, скорее всего, продолжение той мега-пещеры, где мы были несколько минут назад. Только вот у нас не было огня, чтобы растопить печи. По крайней мере, не было на руках. А вот о том, что у нас за спинами где-то шарится бесконечный источник огня, подумал только Торин. И Дубощит, выглянув из-за колонн в сторону той шахты, начал дразнить дракона, сыпя язвительными фразочками. Сработало. Мы бегом спрятались за колоннами, как раз вовремя, когда Смауг выпустил пламя прямо на нас. Языки огня потянулись по обе стороны от меня на много метров вперёд, и выглядело это ужасающе… и очень захватывающе. Я будто стояла в пылающем коридоре. Было такое чувство, что всё тело подкоптили — но, слава богу, это было только чувство, а пострадал только кончик одной косички. План Торина осуществился: печи одна за другой вспыхнули, разгораясь с огромной силой. Зрелище было очень внушительное, и я прям засмотрелась. В моей голове пропали все мысли кроме резкого позыва побежать вперёд. Я, словно овечка, повиновалась, а сзади что-то громко хряпнуло. Наваждение прошло, и я оглянулась — это Смауг долбился в колонны. Если б я так и осталась там стоять, то меня бы придавило! Но что за…? ‐ Это ты сделал? — воскликнула, подбегая к брату. — Как ощущалось? — с интересом спросил он. — Как будто мне все мозги вымыли и осталось только то, что ты приказал. Страшно, короче… Но спасибо! Да, как бы некомфортно не ощущалось, но Лёха всё-таки меня спас. Хотя можно было крикнуть, а не в башку лезть. — Ты не обожглась? — Та щас, — я махнула рукой, ‐ Соколовых ещё никто не сжигал! Торин сразу же принялся раздавать указы, не теряя времени. — Бомбур, раздуй меха! — толстяк кинулся вперёд и прыгнул в какую-то яму, ‐ Бильбо, Кира, идите на верх! По моему сигналу потяните за рычаг! — с этими словами он подтолкнул нас, и мы с хоббитом быстренько побежали. Наш предводитель вёл себя очень решительно и целенаправленно, чётко приказывая. Даже практически стал похож на себя прежнего — вернулся запал и живые эмоции. Жаль, что времени это обдумывать совсем не было. — Знаешь, как залезть? — на ходу кинула я. — Ещё чего! — практически истерично хохотнул Бэггинс. — Разберёмся! Разбираться особо было не в чем: мы забежали в проход, а там ступеньки вели прямо на верх. Большой рычаг торчал из стены, и мы встали на маленькую платформу под ним. И, пока Торин не подавал сигнал, мы были как зрители в кинотеатре. Гномы внизу копошились и в итоге начали убегать, когда Смауг передними лапами раздвинул стальные колонны, пролезая внутрь. Пол дрожал, и я в ужасе прижалась к стене, одной рукой держась за крепление рычага. Казалось, что ещё один тяжелый шаг дракона, и стены начнут сыпаться. — Это же Эребор, — пытался успокоить меня (или себя) Бильбо, — тут ничего не развалится… Смауг, вальяжно выхаживая между печками с расправленными с угрозой крыльями, двигался прямо в нашу сторону. Хоть он нас и не видел, но мы с хоббитом всё равно напряжённо прижались друг к другу. Уже за несколько метров от стены с рычагом дракон повернул голову. Проследив за его взглядом, я увидела Торина, стоящего прямо перед змеем. — Давай! — заорал он, и мы с хоббитом сорвались с места. Бильбо подпрыгнул, чтобы достать до ручки рычага (механизм, на минуточку, был ростом с Лёху. Почему невысокие гномы соорудили такое — остаётся загадкой), а я сжала кулаки, направляя силу из метки на помощь хоббиту. Общими усилиями у нас получилось опустить его буквально за секунду, и по обеим сторонам от нас из стен хлынули мощные потоки воды. Я только тогда заметила, что у стен была форма лиц гномов, и вода лилась из их ртов. Но разглядывать эти шедевры архитектуры не было времени. Так вот оно что! План Дубощита явно состоял в том, чтобы «остудить» Смауга. Которого, кстати, уже почти было не видно в брызгах. Но потом дракон с рыком замахал крыльями, отпрыгивая куда-то назад. Мы с Бильбо наблюдали за этим с глазами по пять копеек: хоббит всё ещё «висел» на рычаге, а я осела на пол, пытаясь восстановить дыхание. Одновременно с этим весь зал будто ожил: по цепям поехали тележки, механизмы завертелись, печи вспыхнули с новой силой. Кузня заработала во всю силу. — Уходим, — Бильбо потянул меня за локоть, и мне пришлось оторваться от созерцания мощи гномьих построек. Мы засеменили вниз — а где-то сзади уже снова раздалось рычание дракона. Я выскочила из арки, но сразу же остановилась, отталкивая и хоббита тоже. Смауг переставлял лапы прямо за несколько метров от нас, направляясь к гномам. На его шкуре начали появляться яркие вспышки. — Это взрывчатка гномов, как Балин говорил! — ахнул Бэггинс. — Что нам делать? — вскрикнула я, когда дракон завертелся на месте, чуть не сбив нас шипами на хвосте. — Понятия не имею! У меня уже в глазах рябило от жёлто-оранжевой каши, в которой ничего не возможно было толком разглядеть. Смауг головой сбил одну из цепей с тележками, и она запуталась вокруг его шеи, а золото разлеталось во все стороны. Мимо нас с какой-то тачкой пробежал Торин — мы и окликнуть не успели, как гном кинул её в какую-то канаву и запрыгнул сверху, и… поплыл?! Только тогда я поняла, что по всем стокам и трубам уже текло жидкое золото, и Торин, собственно говоря, поплыл по одному такому «ручью». Я тоже так хочу!!! Змей хвостом сбил все те ступеньки с платформой над нами, и обломки полетели вниз — мы с хоббитом отскочили, попадая в поле зрения дракона. — Не останавливайтесь! — крикнул Дубощит, — Бегите! Можно подумать, у нас были другие варианты!!! Мы с Бильбо кинулись куда глаза глядят. Спрыгнув, покатились по какому-то спуску — я пыталась затормозить, но только содрала кожу на ладонях. Вниз выкатились уже кувырком, с отбитыми конечностями, но главное, что живые. — И куда дальше? — Перестань спрашивать так, будто я знаю! — в сердцах воскликнул Бэггинс, размахивая руками. Бежать, кроме как к арке прямо по курсу, было некуда, и мы с Бильбо снова рванули. Смауг уже практически наступал на пятки, и поэтому, несмотря на усталость, останавливаться было категорически нельзя. Сквозь арку мы вбежали в огромный зал (теперь уже точно «зал» — с видимым полом и потолком, как подобает), а дракон решил выпендриться — проломил стену, с рёвом вытягивая шею. Со стены сорвался гигантский гобелен и упал прямо на нас. Хоть ткань — это не сталь, но под её весом мы с Бильбо всё равно припали к полу. — Ты обмануть меня вздумал, ездок на бочках?! — разъярённо взревел Смауг. — Это он про тебя? — я подползла к хоббиту и тоже выглянула из-под края гобелена, наблюдая за змеем. — Я ничего лучше не придумал, — объяснился он. — И не надо… — Ты пришёл из Озёрного города! — утвердительно рыкнул дракон, после чего произнёс более задумчивым тоном: Это… Это всё гнусный план этих грязных гномов на пару с жалкими оборванцами с озера… Эти гнусные трусы со своими луками и чёрными стрелами… Последняя фраза прозвучала больше как с издёвкой. Я посмотрела на Бильбо: он жестом показал сначала себе на грудь, потом на Смауга, и кивнул. То-есть, легенда Барда правдивая? У твари реально брешь в шкуре? — Быть может, мне пора нанести им визит? — хитро закончил дракон. — О нет… — Боже… Ахнули мы одновременно с Бильбо. Жителям Эсгарота не спастись от пламени! Город не выстоит… Если Фили и остальные ещё там, то… — Стой, ящерица! — я вскочила, выпутываясь из-под тяжелого полотна, — они здесь не причём! — Девчо-о-онка, — протянул Смауг изучая меня взглядом, — может, там остался кто-то дорогой тебе? — Не твоё дело! Взмахнув рукой, я направила всю свою силу на то, чтобы поднять крепление гобелена и зарядить дракону по голове, словно кинув копьём. Смауг пошатнулся, рыкнув от неожиданности. — Ой, извини, я специально! — съязвила я, хоть уже и еле дышала от боли. Смауг сразу же издевательски рассмеялся — попытка противостоять ему была жалкой и бессмысленной. И всё равно сил у меня больше нет. — Вздумала выделываться, чаровница? — язвительно протянул он. Я еле держалась на ногах и опиралась на Бильбо, борясь с тем, чтобы не потерять сознание, но всё же подняла голову, прожигая дракона полным ненависти взглядом, — значит, переживаешь… Это и хорошо — посмотрите, как они умирают! — Нет! — просипел Бэггинс, но дракон уже развернулся, уверенно зашагав к вратам по другую сторону зала. Перед глазами всплыло лицо Фили, его улыбка и смешные бусинки на усах… И я поняла, что своими руками подписала им смертный приговор. Я всё же отрубилась, оседая на руках у хоббита.

***

Лёша потерял из виду сестру, когда Смауг в бешенстве стал размахивать хвостом и крыльями, отряхиваясь от воды и выпутываясь из цепей. Сносил печи и крушил остальные сооружения — та у этой херни что не движение, так акт вандализма! — Заманите его в Зал Королей! — приказал всем Торин, а сам, схватив какую-то тележку, побежал в сторону дракона. А потом запрыгнул на ней прямо в расплавленное золото, уплывая по течению вперёд. Торин несся по золотому ручью с таким видом, будто он как минимум капитан Джек Воробей на пике карьеры. Лёха только надеялся, что у него под плащом есть какая-то скрытая огнеупорная защита, потому что плыть по расплавленному металлу на железном корыте — это верх кретинизма. Или это креативизм… ой, креатив? Ой, короче, дай бог доплывёт! Лёша кинул в змея последний взрывной заряд и побежал за остальными. Смауг за ними не увязался: парню оставалось надеяться, что роль «отвлекателей дракона» взяли на себя не Кира с Бильбо. Соколовых ещё никто не сжигал, — успокаивающе подумал про себя он, и на всякий случай добавил: И не откусывали голову. И не раздавливали лапами… И не… Ой, блядь, да ну нахер, короче! — Что мы делаем? — кинул Двалину, нагоняя его. — Идём в Зал Королей — чего непонятного?! — А дальше? — У Торина есть план! — Ну, можно было его хотя бы остальным сообщить… Или он сам ещё не понял, что делает? — и в ответ на испепеляющий взгляд гнома парень вскинул руки в примирительном жесте, — молчу! В конце концов добравшись до высокой арки, они вбежали в Зал Королей. Но сразу остановились за какой-то каменной статуей, прямо под деревянными строительными лесами. Там, забравшись повыше, уже стоял Торин. — Хватайтесь за цепи! — скомандовал он, — сюда сейчас заливается золото. По сигналу потяните, и всё выльется прямо на эту змею! Повинуясь предводителю, гномы с Лёшей полезли наверх, останавливаясь на разных ярусах. Лёха встал рядом с Балином и Двалином, хватаясь за широкую цепь. — Что это должно было быть? — поинтересовался парень. — Кажется, хотели отлить статую Трора из золота, — объяснил Балин, — эти камни — каркас, форма. Статуя из золота! Ну и эго у вашего Трора! — подумал Лёха, но придержал язык за зубами. — Выливаем золото из статуи на дракона, — негромко произнёс он, — самый странный день в моей жизни. — Считай это вторым днём рождения, — хмыкнул Двалин. — Подожди, это ещё не конец, — сказал Балин, — мало ли… Они притихли, когда Торин, забравшись на самый верх «статуи», окликнул Смауга. Начал осыпать его унизительными ругательствами, угрозами, и Лёша уже пожалел, что ввязался в эту авантюру. Ведь если план гнома не сработает, то статуи уже придётся делать для них. На могилки. Да и близняшку что-то не слышно было, что совсем на неё не похоже. Лёше оставалось только надеяться, что это потому, что они с Бильбо уже давным-давно свалили с этого праздника попыток убийства. Не хотелось думать, что могло случиться с Кирой в противном случае. Если эта ящерица что-то с ней сделала, то я его собственными руками придушу. И плевать, что ни у кого это ещё не получалось. Смауг парировал, сыпя пафосными фразами направо и налево. Но Торин отвечал ещё эпичнее, и в конце концов выкрикнул что-то на кхуздуле. Двалин перевёл «вперёд», хотя и дураку понятно было что делать. Они потянули цепи, и крепления, сдерживающие камни, одно за одним начали слетать. Вскоре булыжники рассыпались, и перед всеми предстала потрясающая золотая статуя, будто излучающая свет на весь зал. Но потом незастывшее золото всё же перестало держать форму — начало «рассыпаться», фонтанами выливаясь в дракона.

***

Я пришла в себя всё так же в руках Бильбо, только теперь мы находились в другом месте. Подумать, в каком, я не успела, ведь весь обзор перекрыли брызги и потоки золота и туша дракона, тонущая в них. Я сначала подумала, что всё ещё не в сознании и это сон, но убедилась в обратном, когда почувствовала прикосновение хоббита, который, перехватив меня поудобнее под руками, оттащил от этого золотого поноса. — Едрёный случай! — только и выдавила я. Попыталась твёрдо встать на ноги, но сил совсем не было. Под носом и на губах засохла кровь, а метка нещадно болела. В итоге просто съехала на пол, высвобождаясь из хватки Бильбо. Он приобнял меня за плечи, тоже не в силах отвести взгляд от картины перед нами. Золото залило всё углубление в полу в зале, поглотив в себя Смауга. Точнее, почти поглотив. Рано радовались, как говорится — с оглушающим рёвом змей вынырнул, расправляя крылья и распуская мерцающие брызги во все стороны. Даже на нас с Бэггинсом попало — я еле успела прикрыть лицо, когда жидкость обожгла мои руки через одежду. — Мести?! Я покажу вам месть! С этими словами он ринулся к вратам. Мы не сумели удержать его — Смауг направился в Озёрный город.