6

Прутик отсутствовал долго, так долго, что Часовщик уже полез в ящик за склянкой с ядовитым клевером, но тут за бархатной портьерой что-то зашуршало. — Если это опять распроклятые мыши… — начал было Часовщик. За портьерой чихнули. — Что ты там делаешь? — вопросил Часовщик. Портьера бестолково забарахталась, вспучиваясь то тут, то там, и наконец из-за неё вышел, пошатываясь, Прутик. Часовщик кинулся к нему, подхватил под локоть, осматривая на предмет ранений. — Совсем как мох, — глупо ухмыльнулся Прутик, с небольшим трудом зафиксировав на наставнике взгляд. — Бредишь, — сердито сказал Часовщик. — Констатирую. — Нет, это озеро тебе явно вредит. — Часовщик озабоченно поджал губы. Магическая жилка Прутика билась уверенно и сильно. — Нет, меня просто немно… гразвезло, извините, — пробормотал Прутик и поправился, выговорил медленно и чётко: — Немного развезло. Хлебнул водицы. — Оклемаешься — высеку, — пообещал Часовщик и усадил Прутика в своё кресло. — Впервые за всё время, — сообщил Прутик, бестолково улыбаясь зелёному плафону настенной лампы. — Что? Высеку? Нет, ты явно не в себе! — В ваше кресло я допущен. Допущен в кресло я ваше. — Прутик удивлённо приподнял брови. — У меня слова путаются. — Помолчи, тогда не будут. Часовщик подошёл к аптекарскому шкафу и принялся выдвигать ящики, то и дело оглядываясь на полулежащего в кресле ученика. — Я сам виноват, не надо было заводить разговор об этом проклятом озере. И надо было изначально брать мальца с большими ушами. Часовщик едва слышно бормотал себе под нос, но Прутик всё же услышал и ревниво уточнил: — Какого ещё мальца? — Который не оказался бы на грани отчисления, — сквозь зубы ответил Часовщик. — На, глотай. Прутик послушно взял у него из рук сушёный глаз гульгуля и с трудом проглотил. — Фу, ну и гадость! — Очухался? — спросил Часовщик. Прутик глянул с подозрением: — По-моему, вопрос с подвохом. Часовщик тронул его магическую жилку, и Прутик тут же поинтересовался: — Бьётся? — Слабее, чем минуту назад. — Значит, я безнадёжен, — вздохнул Прутик. — Там, у озера, она здорово билась, я даже подумал, что из меня выйдет толк. И что всё остальное из меня тоже выйдет. А потом как-то всё поплыло — ну и… — Ты специально нахлебался? — подозрительно спросил Часовщик. — Я принёс вам артефакт, — ответил Прутик и вынул из недр мантии расчёску. Часовщик нахмурился, провёл пальцем по полированному дереву. — Как заказывали: то, чем порют, — сказал Прутик и с некоторым сомнением добавил: — Ну, по-моему. Когда я был маленький… Не то, да? — Это русалочий гребень, — сказал Часовщик. — Именно то, что нужно. — Правда? — просиял Прутик и сразу же посерьёзнел: — Пойду встану в позу. — Сиди. Часовщик бережно взял русалочий гребень в левую руку и принялся причёсывать Прутиковы непослушные волосы. — Это мы так его исчерпываем? — забеспокоился Прутик. — Я думал… — Русалочий гребень приводит в порядок мысли и снимает груз с души, иногда это нужнее, чем порка.