8

— А поверх печати можно пороть? — спросил Прутик. — Нежелательно. — А как тогда мы будем меня якорить? Часовщик сердито поджал губы. Признавать свою ошибку не хотелось, а что поделать? Надо было проявить терпение, выпытать, что Прутик натворил, а потом уже выпороть как следует, тогда бы всё шло ровно так, как нужно. Но нет, что-то заставило Часовщика нанести эту проклятущую печать правды, которая даже не помогла ни в чём разобраться. Она же не может выпытать тайны, о которых не знаешь! Магическая жилка тревожно забилась. Часовщик прислушался, потому что игнорировать голос магии не привык, и побледнел. Вот, значит, как! А он-то думал, что психанул. — Скажи мне, — дрогнувшим голосом начал он, — у тебя… Прутик выжидательно смотрел на него. Конечно же, он давно надел обратно свои панталоны и задрапировался в мантию, но реакция на боль всё равно будет, для этого необязательно видеть цвет печати. — В тебе действительно не было магического зерна? Прутик опешил. Часовщик впился в него глазами: — Было или нет? — Не было. А-ай! Прутик запрыгал на месте, прикрывая обеими ладонями свой многострадальный зад. — Теперь скажи, что было, — потребовал Часовщик. — Это у вас такая новая игра? — обиделся Прутик. — В «Советах начинающему рабовладельцу»… Часовщик хлопнул ладонью по столу. — Есть идея насчёт якоря, — вдруг сообщил Прутик. — Я просто буду врать всю дорогу. — Что? — В озере сновидений. Чтобы печать вот так же полыхала, как только что… Ай! Что я такого сказал-то? Я действительно буду врать, честно! Вот послушайте! Я ни разу не жульничал на экзаменах, обожаю перловую крупу, коты глупее собак, у ректора на носу ни одной бородавки, я поливал все цветы в зимнем саду, как и было велено… — Прутик сделал паузу, чтобы ожесточённо подышать сквозь зубы. — А я ещё я вас не люблю ни капельки! Всё, несите скорее снотворное! Часовщик схватил его за плечо, притянул к себе, заглянул в глаза и прогремел: — Ты соврал про магическое зерно? Отвечай, да или нет! Прутик испуганно мигнул, потом мягко накрыл ладонь Часовщика своей: — И да, и нет. Пока Часовщик переваривал сказанное, раздался тихий перезвон. — Вам письмо, — сказал Прутик и поймал соткавшийся из воздуха свиток. — А-ай! Он бросил свиток на стол, обиженно размахивая обожжённой рукой. — Сколько раз было сказано, — начал Часовщик, но Прутик его перебил: — Зато проблема якоря решилась. Вы пока читайте вашу почту, а я нырну, ага? Часовщик молча кивнул на склянку со снотворным и развернул свиток. Письмена негодующе искрились и вспыхивали, но в сути послания сомневаться не приходилось. Часовщик на всякий случай перечитал его ещё раз и пробормотал: — Ничего не понимаю.