Глава 12. Second helpings (Вторая порция)

Люциус посмотрел на девушку, стоявшую перед ним на коленях. Никогда раньше он не видел ее такой покорной, и это возбуждало его, хотя он тут же отмел любую мысль о том, чтобы возбудиться от этой картины – девушка-магла стоит на коленях у его ног. Это слишком сильно напомнило ему о прошлом, о котором он больше не хотел вспоминать. Все прошло совсем не так, как он планировал. Он и не думал доминировать над ней, хотя она, несомненно, получила массу удовольствия в процессе, вряд ли это было то чувственное исследование, которое Люциус представлял себе. Его член сердито пульсировал в штанах, недвусмысленно напоминая ему, что, девушка, возможно, и молила о пощаде, но ему самому было полностью отказано в освобождении. Согнувшись, она наклонилась вперед, и оперевшись руками в пол судорожно дышала. Ее блузка прилипла к спине, а тугие маленькие кудряшки - к затылку. Ее растрепанный вид делал ее еще более желанной, чем прежде. Люциус ничего не мог с собой поделать. Его пальцы нащупали ширинку, и он быстро расстегнул ее. Его член вывалился наружу, как только пуговицы были расстегнуты, и он обхватил рукой ноющий орган, радуясь, что освободился от ограничений своих брюк. Сначала он довольствовался тем, что просто гладил себя, глядя сверху вниз на девушку перед ним. Она не выказывала никаких признаков того, что собирается сдвинуться со своего места на полу. - Встаньте, мисс Грейнджер. Она слегка вздрогнула от его слов, но послушно поднялась на ноги, по-прежнему не глядя на него, Люциус не был уверен, избегала ли она его взгляда из-за застенчивости, скромности или чего-то еще... возможно, гнева. - Руки на стол. Затем она оглянулась через плечо, и ее глаза расширились, когда она заметила, как его рука нежно поглаживает член. Она оторвала от него взгляд и быстро подчинилась, положив обе руки на выскобленную поверхность кухонного стола. Люциус встал позади нее и целенаправленно потерся о ее задницу. Его член, на этот раз, уютно устроился между ее ягодиц. Он наклонился вперед, накрывая ее тело своим, и потянулся за ее волшебной палочкой, которая лежала брошенной на столе. Он вложил палочку ей в руку. - Освободите меня. Ее рука сжалась вокруг древка. Она произнесла Фините Инкантатем так тихо, что он не был уверен, что на самом деле услышал ее, но путы спали, освободив его левую руку, и он с благодарностью вытянул ее, мышцы протестовали из-за длительного заточения. Он положил руки на ее бедра, впиваясь пальцами в мягкую плоть. Она снова прижалась к нему ягодицами, он улыбнулся и склонился над ней, положив одну руку на стол рядом с ее. - Я хочу быть уверенным, мисс Грейнджер, что наше пари окончено, я победил, не так ли? - Да, - ее голос был хриплым от крика. - Хорошо, - он снова прижался к ней, и у нее перехватило дыхание. - Итак, вам нужно от меня что-то еще? - он говорил легким, намеренно насмешливым тоном. - Я... я не понимаю, - пробормотала она, запинаясь. Он наклонился вперед, придавив ее тело к столу своим весом, и прижался губами к ее уху. - Разве нет ничего, в чем вам потребовалась бы моя помощь? Она извивалась, пока не смогла повернуть к нему голову. - Как ты узнал об этом? - Cкажем так, - он снова провел рукой по ее бедру, не осмеливаясь дотронуться до промежности, где, как он подозревал, она все еще представляла собой клубок натянутых нервов, - в научном сообществе мало секретов. Если вам что-то нужно, достаточно просто попросить об этом. - У меня есть свиток. Он был очарован ее стойкостью, было очевидно, что ей трудно говорить рассудительно, но она все равно выдавила из себя эти слова. - У меня есть свиток, который нужно перевести, моя подруга сказала, что ты сможешь помочь. - Покажите мне. - Что? - она слегка приподняла голову со стола, в попытке взглянуть на него, но он не отпустил ее. - Покажите мне свиток. - Мне сейчас сложновато сдвинуться с места, - в ее голосе послышался намек на ее обычную горячность. Люциус укусил ее за шею, вызвав всхлип. - Ты же ведьма, помнишь? Призови свиток, - он постучал по ее пальцам, которые все еще лежали на волшебной палочке. Затем он немного отступил. Она по-прежнему оставалась согнутой над столом, в то время как его таз продолжал тереться о ее задницу, но теперь она могла, по крайней мере, подложить под себя локти. Она призвала свою уродливую фиолетовую сумочку, в то время как Люциус продолжал поглаживать ее бедра, скользя своим членом между ее ягодиц, чтобы поддерживать возбуждение. - Вот, - она вытащила свиток и отодвинула сумку в сторону. Он снова наклонился вперед, прижимая ее к себе, и развернул его на столе. - Это чрезвычайно сложно, мисс Грейнджер, - это была правда, он потратил недели на перевод. - Ты можешь это прочесть? - Да, но это серьезная просьба, - в его голосе прозвучала нотка печали. - Я была бы очень благодарна, если бы ты помог мне, - в ее голосе звучало отчаяние, он не был уверен, было ли это вызвано академическим рвением, растущим возбуждением или сочетанием того и другого. - В самом деле? - он притворился незаинтересованным и поправил свой член так, что теперь он находился между ее бедер, чтобы потереться о ее все еще влажную киску. – Что бы вы предложили мне взамен на мою помощь? Она застонала, когда он провел членом вдоль ее половых губ. - Чего ты хочешь? - ее слова были едва ли громче шепота. - Я думаю, ты прекрасно знаешь, чего я хочу, - он снова наклонился вперед, прижимаясь к ней, позволяя себе ощутить вкус кожи у нее на затылке. - Я хочу, чтобы ты хотела меня. - Я хочу тебя, - ее признание прозвучало почти удивленным. - Тогда попроси меня трахнуть тебя, - он уже пристраивал свой член, готовый войти в нее. - Пожалуйста, трахните меня, мистер Малфой. Мистер Малфой. Ему хотелось поправить ее. Раньше у него никогда не было любовницы, обращавшейся к нему так официально, но было что-то волнующее и недозволенное в том, что она продолжала использовать это формальное обращение, это заставляло его чувствовать себя даже более могущественным, чем возможность удерживать ее в этом положении. Он приготовился в ожидании, когда сможет войти в нее, желая полностью прочувствовать момент. - Подожди! - она слегка напряглась под ним. - Пожалуйста, будь нежен, - ее маленькая ручка потянулась, чтобы схватить его за запястье руки, что лежала на столе. Ее большой палец лежал чуть ниже его темной метки. Он замялся. Раньше никто не просил его быть нежным. Возможно, сам того не замечая, он выбирал любовниц себе под стать. Они не нуждались в нежности. Удовольствие, чувственность и мастерство – безусловно, это то, что он мог предложить. Но нежность? Он даже не был уверен, как это. Он начал входить в нее, мучительно медленно. По правде говоря, другого способа не было. Она была такой тугой и распухшей, вероятно, от ее предыдущих оргазмов и от его энергичных ласк, что ее влагалище было слишком узким для него. Как бы то ни было, он был вынужден несколько раз остановиться, чтобы позволить ей приспособиться к его размерам. Она застонала, когда он вошел. Сначала он испугался, что сделал ей больно, но во время одной из его пауз она прижалась к нему в ответ таким образом, который предполагал, что у нее не было желания, чтобы он останавливался. Наконец, он полностью погрузился в нее, и мягкая выпуклость ее ягодиц прижалась к нижней части его живота. Это было божественно. Она была горячей, тугой и восхитительно его принимала. Люциус с горечью напомнил себе, что у него не было секса с тех пор, как началась вторая война волшебников, и, если он не будет очень осторожен, эта восхитительная встреча закончится, даже не успев толком начаться. Он осмотрелся вокруг и мысленно начал перечислять ингредиенты для шоколадного фондана. - Ты в порядке? - ее голос был сдавленным, вероятно, из-за его сокрушительного веса, давившего не нее сверху. - Да, - он сделал несколько глубоких вдохов, надеясь, что вопросов больше не будет. Она хранила молчание, но призывно покачивала бедрами, прижимаясь к нему. Он переместил свой вес, чтобы еще крепче прижать ее к столу. Она раздраженно вздохнула. - Мистер Малфой? - Да? - он начал приходить в себя и позволил себе запечатлеть поцелуй на ее шее. - Слишком нежно, - она снова пошевелилась, и на этот раз он позволил это. Медленно он начал отстраняться, все еще склоняясь над ней, и покрывая дразнящими поцелуями ее раскрасневшуюся кожу. Он вышел почти полностью, когда снова вошел обратно. Она опять вздохнула, на этот раз с удовольствием. Он продолжал входить и выходить из нее, его уверенность возрастала по мере того, как она приспосабливалась к его размеру. Она продолжала издавать шквал тихих звуков, каждый из которых свидетельствовал о крайнем одобрении его действий, и, почти бессознательно, он начал двигаться быстрее. Сейчас он был таким твердым; тверже, чем когда-либо в своей жизни. Его член, казалось, мог взорваться в любой момент. Он почувствовал, как напряглись его яйца, а основание позвоночника стало покалывать в предвкушении надвигающегося оргазма. Но этого было мало, он хотел, чтобы она кончила вместе с ним. Она уже извивалась под ним в экстазе, бездумно повторяя его имя и умоляя о большем, но он хотел почувствовать, как она сжимается вокруг него, когда полностью потеряет контроль. Он прижал два пальца, все еще покрытые ее, теперь уже высохшими, выделениями, к ее губам. Она охотно открыла рот и принялась усердно сосать, ее язык скользил по его пальцам, как она делала это раньше. Интересно, догадалась ли она, на что он рассчитывал, или ей просто нравилось сосать его пальцы. В любом случае, когда он вынул их у нее изо рта, они были скользкими от ее слюны, и он опустил их ей между ног, где безошибочно нашел ее клитор. Она тихонько вскрикнула, когда он начал потирать его, но, судя по продолжающимся движениям ее бедер, она наслаждалась его действиями, даже если все еще была слишком чувствительна после предыдущих. Он сомневался, что она сможет кончить снова. Он надолго оставил ее без внимания, и ее последний оргазм был таким сильным, что ему показалось, что она вот-вот потеряет сознание. Но уже сейчас он чувствовал, теперь уже знакомое, трепетание в ее киске, бесконечно более приятное вокруг его члена, чем вокруг его пальцев. Ее дыхание к тому же становилось все более прерывистым, когда она издавала короткие, быстрые вздохи. - Сильнее. Люциус почти остановился. - Прошу прощения? - разве это не она буквально недавно просила его быть нежным? - Пожалуйста, мистер Малфой, трахните меня сильнее, я сейчас кончу. Ему хотелось подразнить ее, действительно хотелось, но он был близок к концу, и желание вонзиться в ее податливую плоть изо всех сил, было непреодолимым. Он переместил свой вес, одной рукой схватив ее за бедро, а другой прижав к столу за шею сзади. Он потерял самообладание, двигая бедрами с бешеной скоростью, наслаждаясь скользкими звуками, с которыми ее киска заглатывала его член, и шлепками яиц по ее бедрам. Она дарила божественные ощущения, ее горячее влажное влагалище сжалось вокруг него, как теплый приветливый кулак. Он проигнорировал боль в пояснице и судорогу в бедрах, сосредоточившись только на том, чтобы врезаться в нее так сильно, как только мог. Потом она закричала. Затмевая даже те звуки, которые она издавала до этого, когда начала сжиматься вокруг него, сила ее оргазма была почти невыносимой по своей интенсивности. Люциус был увлечен идеей трахать ее до конца ночи, но, к сожалению, им помешала неумолимая пульсация ее влагалища вкупе с воплями удовольствия и беспомощными толчками бедер назад. Прежде чем он смог остановить себя, он кончил, упираясь своим членом прямо в шейку матки, когда, как ему показалось, невероятное количество его семени хлынуло наружу, покрывая ее тугие стенки. Какое-то время они оставались сплетенными вместе. Люциус чувствовал, что физически не в состоянии пошевелиться. Все его тело было вялым и измученным, а ее тело под ним казалось таким мягким, теплым и гостеприимным. - Я не могу дышать, - виновато прошептала она. Он слегка приподнялся над ней, прижимаясь губами к ее шее, которая снова стала влажной от пота. Неохотно он выпрямился и отстранился, подтягивая брюки и заправляя рубашку. Гермиона неуверенно повернулась к нему лицом, ее руки немедленно потянулись к блузке, которую она начала застегивать скорее поспешно, чем аккуратно. - Это было эээ ... - она выправила перед юбки из-за пояса и потянулась за своей волшебной палочкой, - ... очень познавательно, спасибо, мистер Малфой. Я приношу свои извинения за то, что отняла у вас так много времени, - она подняла дрожащую руку к своим волосам, которые выглядели еще более растрепанными, чем когда-либо были у Беллы. – Мне лучше уйти, - она отказалась встретиться с ним взглядом, призвав уродливую фиолетовую сумку и пятясь к двери, слегка выставив перед собой палочку, как будто боялась, что ей может понадобиться отразить его дальнейшие заигрывания. - Уверяю вас, это не доставило мне никаких хлопот, - наконец он обрел дар речи. Он хотел обратиться к ней, предложить ненадолго уединиться в библиотеке, а потом в его постели или на диване, ему было все равно где. Каким-то образом он оказался не в состоянии выговорить эти слова. Похоже, она так отчаянно хотела уйти, что ему внезапно не хватило уверенности убедить ее остаться. - Я пришлю сову, когда закончу, - она непонимающе посмотрела на него, и он указал на свиток, который все еще лежал, забытый, на столе. - Перевод, - напомнил он. - Да, конечно. Спасибо, я не могу выразить, как благодарна. Правда. Извините, я должна идти, у меня назначена встреча с моим…... эээ... мануальным терапевтом, - после чего она повернулась и убежала, на самом деле убежала. Люциус уставился ей вслед, слишком удивленный, чтобы броситься за ней. Он медленно опустился, чтобы снова сесть за кухонный стол, недоверчиво уставившись на то место, где за несколько мгновений до этого он довел Гермиону Грейнджер до ее четвертого оргазма за день. Через секунду без помощи волшебной палочки он призвал оставшиеся шоколадные фонданы и начал есть один прямо из формы. Он все еще не мог до конца поверить, что она вот так ушла. Люциус Малфой был не из тех мужчин, которых бросали женщины. Он бездумно принялся за второй десерт. Может быть, он терял хватку - конечно, нет. Он заставил ее кончить четыре раза, ни одна женщина не могла мечтать о большем. Гермиона Грейнджер была неблагодарной негодницей, предположил он; он не позволит ей так легко сбежать. Ему просто нужен был другой план.