Глава 32. Fond blanc (Фон блан)

Люциус закрыл лицо руками. Он только что перечитал один и тот же лист пергамента в четвертый раз и снова не понял ни единого слова. Что, во имя Мерлина, с ним было не так? План был идеальным. Его друг с факультета лингвистики Волшебного Мичиганского университета прислал ему копию свитка, который, как оказалось, был написан на совершенно новом тролльском диалекте. До сих пор ни одному из экспертов в США не удалось выполнить полный перевод, и Люциус был польщен, что его попросили совершить невозможное. Будучи любителем, но крайне одаренным, он жаждал признания своих способностей. Участие в переводе этого свитка поистине бы прославило его в сфере лингвистики тролльского языка. Он работал без остановки уже три дня, и, к сожалению, его способности, похоже, полностью покинули его. Он просто не мог перестать думать об этой чертовой, приводящей в бешенство женщине. Каждый раз, когда он расшифровывал очередной фрагмент, то сразу же задавался вопросом, что она подумает о содержащейся в нем информации. Придет ли она в ужас или будет заинтригована, узнав, что самки троллей съедают самых маленьких детенышей, чтобы пережить зиму? Будет ли ей вообще интересно, что эта конкретная стая троллей, судя по всему, изобрела совершенно новое время, или ее интерес к культуре троллей простирался только до их способностей к приготовлению зелий? Он вернулся к началу свитка, держа перо наготове в сведенной судорогой руке, свежий пергамент ждал его перевода. Его взгляд метнулся в угол библиотеки, где стояла корзина для бумаг, в которую он выбросил «Ежедневный пророк». Он должен позвать домового эльфа, чтобы тот убрал с глаз долой эту отвратительную газетенку. Посыл был ясен. У Гермионы все было прекрасно, и она действительно двигалась дальше. Ее фотография с Забини говорила сама за себя. Люциус, возможно, мог убедить самого себя, что это очередное творение Скитер, если бы не тот факт, что «Пророк» теперь принадлежал Гермионе. У нее был полный редакционный контроль над всем, что печаталось в газете, в связи с чем возникал вопрос - почему она не обуздала острый язычок Скитер? Даже если она хотела ткнуть его носом в свои новые отношения. Что, судя по целому развороту фотографий, она и сделала. Почему она позволила Скитер выставить себя в таком порочащем свете? И вообще, почему Скитер все еще работала там? Люциус ненадолго задумался о том, чтобы организовать второе враждебное поглощение, вынудив Гермиону продать все акции, которые он ей подарил, прежде чем решил, что он идиот. Он был слишком стар для того, чтобы слова, напечатанные на бумаге, могли ранить его. В какую бы игру она ни играла, он просто проигнорирует это. Он бросил Инсендио в сторону корзины для бумаг. Было куда проще игнорировать ее новые отношения, если бы она не пялилась на него каждый раз, когда он переходил на ту сторону комнаты. Он снова вернулся к свитку, лежавшему перед ним. Он не мог поверить, что признался ей в любви. На следующий день он посетил целителя, убежденный, что у него какая-то опухоль головного мозга или, возможно, он стал жертвой темного проклятия. Целитель заверил, что он находится в добром здравии. Люциус вернулся домой, чтобы погрязнуть в недоумении от самого себя. Конечно, девушка была права. Он никак не мог быть влюблен в нее. Он был женат на Нарциссе двадцать лет, так и не достигнув ничего близкого к романтической любви. Беспристрастная привязанность - максимум, что он был готов признать, а Гермиона раздражала гораздо больше, чем когда-либо Нарцисса. К тому же она была теплее, добрее, сострадательнее, умнее, более возбуждающей и гораздо более предприимчивой в сексуальном плане… Он резко оборвал ход своих мыслей. У него были строгие правила в отношении мисс Грейнджер. Первое заключалось в том, что ему абсолютно не разрешалось думать о ней в сексуальном плане, и ему однозначно не разрешалось думать о ней, когда он мастурбировал, и ему абсолютно и однозначно не разрешалось мастурбировать в середине дня, когда ему нужно было работать, какими бы яркими ни были его воспоминания о ней, распростертой на его кухонном столе. Хотя, может быть, воздержание было вредно для здоровья? Он отхлебнул Лапсанг Сушонг и чуть не выплюнул его, когда понял, что чай остыл несколько часов назад. Мерлинова борода, он даже пил ее любимый сорт чая, разве можно пасть еще ниже? Вряд ли. Он утешал себя тем, что ему совершенно не хочется доставлять себе удовольствие при мыслях о девушке. Так на чем он остановился? Ах да, вспомнил он, ему было интересно, опасно ли воздержание. Конечно же, нет. У него был четырехлетний период затишья, прежде чем мисс Грейнджер ввалилась к нему на кухню и бросила Ренервейт в сторону его либидо. Но все это время он не воздерживался от мастурбации. Возможно, сдерживание его сольной деятельности было уже чересчур. Его психическое здоровье уже было подорвано, не стоит подвергать опасности и физическое благополучие. Его рука как раз пробиралась к ширинке брюк, которые уже становились неудобно тесными, так как его нетерпеливый член сообщил ему, что у него нет никаких угрызений совести по поводу того, чтобы сделать мисс Грейнджер объектом своего возбуждения на следующие четыре года воздержания, когда он почувствовал, что защита сдвинулась и кто-то аппарировал в прихожую. Его сердце неприятно екнуло, и всего на долю секунды он был уверен, что это Гермиона. Конечно, идея была нелепой. Хотя он изменил защиту, открывая ей свободный доступ к своему дому, но, на самом деле, он не сообщил ей о таком изменении и не собирался этого делать. Вероятно, она бы восприняла это как приглашение вломиться в поместье и поджечь его. Он предположил, что это, должно быть, Драко, и поспешно положил обе руки на письменный стол так, чтобы они были у всех на виду. Не годилось, чтобы его застукал с рукой в штанах собственный сын или кто-то еще, раз уж на то пошло. Он склонился над пергаментом, решив, по крайней мере, выглядеть занятым. - А, Люциус, я знала, что найду тебя здесь. Он едва не подпрыгнул от звука, похожего на звон колокольчика. - Нарцисса, - протянул он, весьма довольный своей демонстрацией хладнокровия. - Чему обязан таким удовольствием? Она прошла дальше в комнату, снимая дорожную мантию и перчатки, которые он счел слишком вычурными для теплого сентябрьского дня. - Ты ужасно выглядишь, Люциус. - Что ж, спасибо, это очень мило с твоей стороны, - он провел рукой по лицу, чувствуя под пальцами отросшую щетину, о которой даже не думал. Он не мог толком вспомнить, когда в последний раз брился... или мылся, если уж на то пошло. - Ты ведь не начал снова пить, правда? - Нарцисса взяла его чашку и осторожно понюхала. Люциус выхватил ее у нее из рук. - Только чай, Нарцисса. Я не припоминаю, чтобы приглашал тебя. - Хм, - она неодобрительно фыркнула и устроилась на низком диване, на котором они с Гермионой спали много недель назад. Через несколько секунд в комнату влетел домашний эльф, неся поднос с чаем и булочками. - Хозяйка вернулась, - жеманно проворковал эльф, расставляя чайные принадлежности. - Только временно, Хибби, - Нарцисса блаженно улыбнулась несчастному существу, как будто не была также виновна, как и Люциус, в том, что вымещала свое разочарование на эльфах. Эльф слегка скривил губы в знак негодования, прежде чем исчез с приглушенным хлопком. Люциус тяжело вздохнул и присоединился к своей бывшей жене на диване. Многолетний опыт подсказывал ему, что она вряд ли уйдет, пока не добьется того, ради чего пришла, и, по крайней мере, он получит некоторую пользу от ее визита, выпив чашку свежего чая. - Над чем ты работаешь? - Нарцисса протянула ему чашку слегка ароматизированного чая, который так любила. Люциус сделал глоток, осознав, что на самом деле привык к более дымчатым нотам Лапсанг Сушонга. - Я перевожу новый диалект тролльского языка, - ответил он, подумав, что раньше она никогда не проявляла никакого интереса к его переводческим работам. Судя по тому, как слегка изогнулись ее губы, вряд ли многое изменилось. - Как интересно, - вежливо сказала она. - Очевидно, ты очень увлечен работой, я не задержу тебя надолго. - Прекрасно, - Люциус намазал маслом булочку, гадая, сколько времени прошло с тех пор, как он ел в последний раз. Нарцисса сделала глоток чая, не обращая внимания на булочки. Она никогда не была большой любительницей поесть, и, судя по ее стройной фигуре, она не начала есть в огромных количествах за месяцы, прошедшие после их развода. Она хорошо выглядит, подумал он. Она была прекрасна, как всегда, ее хрупкие черты лица были почти неземными, а сияющие светлые волосы идеально уложены, но что-то в ней изменилось, стало более мягким. Она выглядела… счастливой. Он подавил укол ревности. По крайней мере, она была им довольна. Он был рад, что она нашла счастье с кем-то другим или сама по себе, его это не особо заботило. Она проигнорировала его колкий комментарий и продолжила потягивать чай, пока он проглотил одну булочку и принялся за другую. - Мне нужно, чтобы ты пришел на мой благотворительный бал. Он не мог поверить, что снова собирается вести этот разговор с женщиной, которая теперь была его бывшей женой. - Категорически нет, - он был так голоден, что совершил смертный грех - заговорил с набитым ртом. Нарцисса почти незаметно поморщилась. - Мне жаль, Люциус, но я не приму отказа в качестве ответа, - она встала и в волнении принялась расхаживать по комнате. По крайней мере, это выглядело так, как будто она волновалась. На самом деле Люциус знал, что она дает ему возможность полюбоваться ее завидной фигурой в искусно задрапированном шелковом платье, которое было на ней. - Это ужасно важное благотворительное мероприятие. - Не сомневаюсь, - он уставился в окно, ожидая, когда она замолчит. - На вырученные средства будут предоставлены стипендии маглорожденным ведьмам и волшебникам для обучения в Хогвартсе и для получения доступа к дальнейшему образованию, - его уши чуть навострились. Интересно, хватит ли этих стипендий, чтобы поддержать детей в приюте Денниса Криви. Он заставил свое лицо оставаться бесстрастным. Он найдет благотворительный фонд и сделает крупное пожертвование, как только Нарцисса благополучно уберется с дороги. - Я не могу понять, почему ты решила, что мне это интересно, - он изучал свои ногти и подумал, не будет ли выглядеть слишком прожорливым, если съест еще одну булочку. - Я не уверена, что тебе это интересно, - Нарцисса прекратила расхаживать, очевидно, осознав, что влюбленный взгляд Люциуса был направлен скорее на булочки, чем на ее пятую точку. - Я просто хочу, чтобы было как можно больше заметных фигур среди гостей. Знаешь, будет Поттер и его жена, она настоящая звезда квиддича, хотя сейчас слишком беременна, чтобы играть. - Как очаровательно, - Люциус взял третью булочку; похоже, он не ел в этот день. - И, конечно, Кингсли, он очень поддерживал мои начинания, - Нарцисса слегка покраснела, а Люциус приподнял бровь. - Северус тоже будет, хотя и отказывается привести пару. Я надеялась, что он придет с мисс Грейнджер, - Люциус навострил уши. - Я была так разочарована, когда узнала, что Драко встречается с Асторией Гринграсс, а не с Гермионой. Сейчас так модно иметь в супругах маглорожденного, - она замолкла, чтобы перевести дыхание, очевидно, не подозревая о внезапном пристальном внимании своего бывшего мужа. - В любом случае, дорогая Гермиона придет с Блейзом Забини. Я правда рада, что она будет присутствовать; она произвела настоящий фурор своими исследованиями в области зелий. Я удивлена, что ты еще не заполучил ее для «Малфой Фармасьютикалз», - она бросила на Люциуса лукавый взгляд. - Ты мог бы поговорить с ней о возможностях трудоустройства на балу, почему бы и нет? Люциус покачал головой, совершенно сбитый с толку словами Нарциссы. - Нарцисса, - осторожно спросил он, - где ты была? К его удивлению, она покраснела. - Последний месяц или около того я провела на Карибах, - она смущенно поднесла руку к щеке. – Я загорела? Вообще-то я старалась держаться в тени. - Нет, у тебя нет загара, - Люциус осторожно поставил свою чашку на кофейный столик. - Значит, ты уже давно не читала «Пророк»? Нарцисса яростно затрясла головой. - Конечно, нет, ты же знаешь, я никогда не читала эту грязную газетенку. Почему ты спрашиваешь? - перебила она себя. - Просто так, - Люциус побарабанил пальцами по колену, задаваясь вопросом, была ли Нарцисса единственным человеком на планете, который не видел нижнего белья Гермионы, выставленного напоказ стараниями его самого и «Ежедневного пророка». Он предположил, что ее друзья, должно быть, воздержались от рассказа о его связи с Гермионой, чтобы пощадить ее чувства. - В любом случае, мисс Грейнджер не подходит для «Малфой Фармасьютикалз». - В самом деле, Люциус, - Нарцисса перешла на лекторский тон перевоспитавшейся расистки. – Пришло время оставить позади эти старомодные предрассудки. Это пойдет на пользу имиджу компании, если заметят, что мы нанимаем маглорожденную ведьму, особенно такую известную, как Гермиона. - Спасибо, Нарцисса, когда мне понадобится твой деловой совет, я обязательно спрошу. Люциус прижал пальцы к вискам, где, как он чувствовал, начинала разрастаться головная боль. Он не мог точно вспомнить, когда спал в последний раз. - Ну, по крайней мере, подумай о том, чтобы потанцевать с ней, - Нарцисса протянула руку и похлопала его по ноге. - Я уверена, что фотография вас двоих на танцполе сотворит чудеса с моей благотворительной деятельностью и с ценами на акции. Он засомневался. Раньше он никогда не уступал ее просьбам присутствовать на ее благотворительных мероприятиях. Было бы глупо уступить исключительно потому, что она упомянула, что там будет Гермиона. Жалко. Незрело. Смехотворно. - Если я соглашусь, ты оставишь меня в покое? - О, безусловно, - она грациозно поднялась на ноги и наклонилась, чтобы запечатлеть нежный поцелуй на его щеке. - Спасибо, Люциус, ты не пожалеешь об этом, я обещаю. Люциус уже сожалел. - Ты ведь примешь ванну и побреешься перед балом? - Я подумаю об этом, - он взял последнюю булочку с чайного подноса и вернулся к свитку на своем столе, не сводя глаз с тролльских рун, пока не убедился, что его бывшая жена покинула поместье.