Глава 18

Вольтури скрылись из виду. Каллены и их друзья еще долго стояли неподвижно, объятые оцепенением. Стефан поднял взгляд на Карлайла и, кажется, хотел что-то сказать, но Владимир посмотрел на него, положил руку на плечо и молча покачал головой. Не сказав ни слова, они развернулись и ушли. Им действительно нечего было сказать. На что бы они не надеялись, все свои мысли они оставили при себе. Глава Египетского клана, Амун, обратился к Карлайлу: — Вы ещё легко отделались, Карлайл. И вам всем стоит опасаться, как бы Вольтури теперь не пришли за вами следом, — затем, он с горькой иронией бросил: — И за нами. Ну и в историю ты нас втравил, Карлайл. Не прощаясь, он развернулся, и его клан последовал за ним. Лишь Бенжамин оставался беззаботным. Однако, на его лицо легла тень лёгкого беспокойства. Зена и Зафрина молча кивнули в знак прощания и так же бесшумно покинули поляну. Денали, бесконечно счастливые, что Ирина осталась жива, обменялись с Калленами краткими, полными искреннего сочувствия взглядами и пообещав «связаться позже», растворились в тенях леса. Их путь лежал домой, на Аляску.

***

Атмосфера между сёстрами Денали была двоякая. Главным, самым ярким чувством была радость. Ирина была жива. Она стояла здесь, с ними, невредимая. Они боялись, что Кай её казнит за ложный донос. Таня и Кейт инстинктивно обнимали её защищая. Но сама Ирина была разбита. Её, с невыносимой силой, терзало чувство вины. Это она виновата. Её поступок, миг слабости и мести за Лорана привели сюда Вольтури. В памяти стояли образы Эдварда и Беллы, которых она считала погибшими из-за себя. — Это я… это всё из-за меня… — вероятно, вырвалось у неё сквозь ком в горле. Но Таня лишь крепче сжала её плечи. — Нет, — её голос был тихим и твёрдым. — Это не твоя вина. Ты не могла знать, что так выйдёт. Ты жива, и это единственное, что сейчас важно. Кейт молча прижалась щекой к её волосам. Они остановились на скалистом выступе над океаном. Волны шумели внизу. Ирина подняла, полные муки, глаза и посмотрела на Таню. — Они погибли, — выдохнула она. — Из-за меня. Эдвард, Белла… Я их погубила. Таня взяла лицо сестры в свои ладони, заставив её посмотреть себе в глаза. — Нет, — её голос был тихим. — Они сами себя погубили. Они могли отстоять себя словом, как и начал Карлайл. Вспыльчивость новообращённой Беллы и неспособность справиться с собой Эдварда их погубила. Ты не причём, Ирина. — Но я привела туда Вольтури! — всхлипнула Ирина. Кейт мягко положила руку ей на спину. — Ты действовала, исходя из той правды, что знала. Ты видела бессмертную девочку и думала о Лоране. О своей потере. Да, это была ошибка. Страшная. Но вина за последствия этой ошибки лежит не на тебе. — Мы твои сестры, — продолжила Таня, не отпуская её лица. — И не позволим тебе нести это одной. Мы будем нести это вместе. — Как мы будем смотреть в глаза Карлайлу? Эсме? — прошептала Ирина, разрываясь от сочувствия к ним и от стыда за себя. — Мы не будем, — просто сказала Кейт. — Не сейчас. Сейчас нам нужно быть вместе. Нам нужно залечить эту рану здесь, — она ткнула пальцем в собственное сердце, а затем мягко прикоснулась к груди Ирины. Ирина обвела взглядом их лица. Сёстры не оправдывали её поступок. Не говорили, что все в порядке. Но они брали на себя часть её боли, потому что их любовь была сильнее любой вины. Она неловко, по-детски, прижалась лбом к плечу Тани, и та тут же обняла её, а Кейт обняла их обеих. Они стояли так втроем на краю скалы. Элеазар и Кармен стояли в стороне, давая сёстрам время. Горе все ещё висело в воздухе, но их путь лежал домой, на Аляску. Туда, где они могли бы вместе скорбеть, исцеляться и, в конечном итоге, жить, несмотря ни на что.

***

Дом на Аляске встретил их привычной тишиной и уютом. Первые месяцы были самыми тяжелыми. Ирина погрузилась в глубокую, почти беспросветную апатию. Она дни напролет сидела у окна, глядя на метель, её мысли были где-то далеко. Таня и Кейт не оставляли её ни на минуту. Они не читали нотаций, не принуждали к разговору. Просто были рядом, приносили кровь, говорили на отвлечённые темы. Иногда молча сидели с ней вместе.

***

Прошел год. Клан Денали сознательно оборвал все старые связи, боясь любым неосторожным словом, причинить боль тем, кого они невольно предали. Как-то вечером Ирина сама заговорила. — Я думала о Карлайле, — сказала она. — Он… он всегда был таким милосердным. Думаю, нам надо поговорить. Таня посмотрела на сестру отвлекаясь от приключенческой книги. — Карлайл многое понимает. Но наше присутствие, даже на расстоянии, может причинить им боль. Даже если больно нам.

***

Прошёл ещё год. Страхи медленно отступали, становясь расплывчатыми воспоминаниями, с которыми можно было существовать. Сёстры снова стали охотиться вместе, их движения вновь обрели слаженность. Они даже иногда смеялись, хотя смех их был тихим и быстропроходящим. Никто из них не произносил этого вслух, но связь с Калленами была разорвана. Возможно, на годы, возможно, навсегда. Со своей стороны, они решили не напоминать о себе. Но в один из вечеров, когда Кейт раскладывала пасьянс, а Таня с Ириной обсуждали планы на следующую охоту, раздался звонок телефона. Таня медленно поднялась и ответила на вызов. — Алло. Из трубки донёсся голос, который она не слышала целую вечность. — Таня? — сказал Карлайл. — Это я. Прости, что беспокою вас. Сердце сжалось, Ирина побледнела, а Кейт застыла с игральной картой в руке. Элеазар и Кармен были на охоте. — Карлайл, — наконец выдохнула Таня, и её голос прозвучал хрипло. — Мы… мы не ожидали. — Я знаю, — он помолчал, раздумывая. — И я долго колебался. Но… Эсми попросила меня позвонить. И вся моя семья. Ирина невольно сжала руку Кейт. — Мы не держим на вас зла, — продолжил Карлайл. В его голосе была печаль. — То, что случилось… трагическая случайность и вашей вины в этом нет. Вы тоже пострадали. Ирина склонила голову, вспоминая о Лоране. Таня закрыла глаза, чувствуя, как что-то тяжёлое внутри неё начинает медленно таять. — Нам так жаль, Карлайл, — прошептала она. — Вы не представляете как… — Я представляю, — мягко прервал он. — И именно поэтому звоню. Жизнь продолжается. И мы не хотим, чтобы вы были в изгнании по собственной воле. Это… слишком тяжелая ноша для всех. Он сделал паузу. — Мы переезжаем и… я подумал, что вы должны знать. Возможно, мы сможем снова увидеться. Как старые друзья. Таня посмотрела на Ирину. В глазах той была надежда. — Спасибо, Карлайл, — голос Тани дрогнул. — Спасибо, что позвонил. После этого разговора в доме Денали воцарилась тишина, пока не вернулись Кармен и Элиазар. Они долго беседовали и пришли к решению, что им нужно встретиться с Калленами в ближайшее время. На следующее утро Таня набрала номер Карлайла. — Карлайл, это Таня, — сказала она. — Вы переезжаете. Мы тоже собирались. Что, если мы объединим наши усилия? Идея возникла спонтанно, но ощущалась единственно верной. На той стороне на мгновение воцарилась тишина. — Все? — уточнил Карлайл. — Все, — подтвердила Таня, глядя на Кармен, Элеазара, Кейт и Ирину. Голос Карлайла прозвучал тепло и, возможно, даже с лёгким облегчением: — Я думаю, это прекрасная идея. Эсми будет безмерно рада. Мы… подождём вас. Скажите, когда будете готовы выдвигаться.

***

Машины Денали подъехали к дому Калленов на рассвете. Сёстры нервничали, Ирина ожидала холодного приема. Но дверь открылась, и их встретили улыбки Эсми и Элис. — Как мы рады вас видеть! — Эсми сразу обняла Таню. Оказалось, что Каллены уже почти всё упаковали. Сам дом стоял почти пустой. — Карлайл заканчивает дела в больнице, — объяснила Эсми. — Вернётся к вечеру. Денали были немного растеряны. Их собственные вещи остались на Аляске. Они приехали только с небольшими сумками. — Не волнуйтесь, — сказала Элис, будто прочитав их мысли. — Мы всё предусмотрели. Поможем вам перевезти вещи позже. Каллены вели себя так естественно, будто два года назад ничего не произошло. Эммет шутил, а женская половина строила планы на переезд. Ирина смотрела на это и не верила своим глазам. Она боялась встретить осуждение, а вместо этого получила объятия и понимание. Впервые за долгое время она почувствовала, что тяжёлый груз начал понемногу уменьшаться. Она, всё ещё не решаясь подойти слишком близко, тихо спросила у Элис, которая расставляла оставшиеся книги по коробкам: — Куда мы поедем? Элис обернулась, и её глаза весело блеснули, словно она делилась не названием города, а захватывающей тайной. — Кибдо, — ответила она, растягивая слово на испанский манер. — Город на западе Колумбии. В самом сердце джунглей. Из соседней комнаты, донёсся голос Джаспера: — Дождь льёт практически каждый день. Громоподобные ливни, после которых воздух пахнет мокрой землёй и цветущей гевеей. Идеальный звуковой фон, чтобы… затеряться. Эмметт, проходя мимо с пустой коробкой, широко улыбнулся: — Слышал, там невероятно сильные ягуары. Наконец-то будет достойный противник для охоты! Джаспер ощущал, как страх Ирины начинает медленно, но верно рассеиваться. Джунгли Колумбии, вечный дождь, новые охотничьи угодья… Это было что-то новое. И впервые за долгое время она ощутила предвкушение. Возможно, именно там, под шум тропических ливней, её рана наконец полностью заживёт. Эсме была занята упаковкой вазы, когда Таня, оглядевшись по сторонам, и не найдя знакомой маленькой фигурки, решилась спросить: — А где Ренесми? — спросила она. Эсми тепло улыбнулась. — Она сейчас у своей тётушки, — пояснила она, и её голос прозвучал особенно нежно. — У Анны в Англии. Она почти всё время живёт у неё. Эсми отвернулась, делая вид, что поправляет складку на платье. Но Таня, стоявшая рядом, уловила её печальный взгляд и поняла всё без слов. Эсми, мать для всех в этом доме, редко видела свою внучку. Ренесми, окружённая заботой Анны, была для неё далёким солнышком. Его свет был виден, но согреть получалось редко. Вместо того чтобы произнести пустые слова утешения или, что хуже, задать неуместный вопрос, Таня молча протянула Эсми рулон упаковочной ленты. Их пальцы ненадолго встретились. — Спасибо, дорогая, — тихо прошептала Эсми, но благодарила она за то, что Таня не продолжила спрашивать. Снаружи раздался шум мотора. На подъездную дорожку выехала машина Карлайла. Ирина, стоявшая у окна, поймала на себе взгляд Элис. Та подмигнула ей, и в её глазах читалось: «Всё в порядке». Карлайл вышел из машины. Эсми, на мгновение забыв о грусти, с надеждой смотрела на супруга. Ирина, всё ещё чувствуя лёгкое смятение в груди, сделала шаг вперёд.

***

Под нависающим небом Форкса, они отправились в путь.