Глава 19

Небольшой домик на окраине Лондона утопал в цветущих розах, которые, казалось, за несколько недель после холодов обрёли своё былое величие. В стороне от забора, за домами, виднелась зелёная полоса парка. Крыльцо утопало в цветах, что сидели в простых глиняных горшках, а большие окна с белыми рамами были занавешены лёгкой светлой вуалью. Внутри царил английский уют, разбавленный яркими красками. Ведь теперь, в этом доме жил ребёнок. Запах старого дерева и воска смешался с запахами вкусной еды, молока и чего-то неуловимо детского. Пламя в камине отбрасывало на мягкий ковер тёплые, пляшущие блики. Анна опустилась на ковёр, поджав ноги, а Ренесми, за полгода заметно подросшая и теперь выглядевшая на одиннадцать лет, прилежно выводила что-то цветным карандашом в альбоме, лёжа перед камином. Тишину нарушал лишь убаюкивающий треск поленьев да негромкий скрежет грифеля по бумаге. — Тётя Анна? Ренесми отложила карандаш, и её взгляд, цвета горького шоколада с вкраплениями зелени, устремился на Анну. — А моя первая мама… я похожа на неё? Неожиданный вопрос повис в воздухе. Анна почувствовала, как удивление отражается на её лице. — Внешне? Да, очень, — голос её прозвучал ровно и она слегка улыбнулась. — У неё были такие же милые ямочки на щеках, когда она улыбалась. — Но она и дядя Эдвард больше не с нами? — в голосе Ренесми звучало любопытство. Анна мысленно вернулась к той сцене полугодичной давности, когда Ренесми уткнулась лицом в её живот и не видела сожжения. Анна надеялась, что насколько бы умным не был ребёнок, она не поняла, что произошло. Что она была больше напугана пришедшими незнакомцами, чем казнью. Тем более, Анна не дала ей это увидеть. — Иногда, солнышко, взрослые совершают очень серьёзные ошибки, — Анна осторожно подбирала каждое слово. — Ошибки, которые причиняют такую боль другим, что исправить уже ничего нельзя. Они не смогли справиться с собой, с последствиями своего выбора. — Она посмотрела девочке прямо в глаза. — Но это не твоя вина, слышишь? Их выбор принадлежал только им. Ренесми внимательно смотрела на неё, и Анна видела, как в юном сознании идёт сложная работа. Она молча кивнула и перевела взгляд на свой рисунок, где были изображены она, Анна и Деметрий. — Я рада, что сейчас я с тобой. В этот момент в гостиную бесшумно вошёл Деметрий. Его взгляд мгновенно оценил обстановку, скользнул по слегка напряжённым плечам Анны и вопросительно задержался на её лице. «Всё в порядке?» — спросили его глаза. Едва заметный кивок Анны стал ответом: «Да». На его лице появилась тёплая улыбка. — Здравствуйте, мои дорогие, — голос Деметрия наполнил комнату ощущением полной безопасности. — А я не с пустыми руками. У меня новости. — Какие же? — выгнула бровь Анна. Ренесми тут же отложила свой карандаш. Видя доброе, приветливое выражение на лице Деметрия, она вся просияла от предвкушения. Она привстала на коленях и с любопытством уставились на него, всем своим видом показывая, что ждёт этих новостей не меньше, а может, и больше Анны. Деметрий не стал томить их, его улыбка стала ещё шире. — Твоя книга, Анна. Она набирает популярность. Весь первый тираж уже полностью распродан. — Издательство в восторге, — продолжил Деметрий, весело подмигнув Анне. — Они говорят, что не помнят, когда в последний раз был такой ажиотаж. Уже спрашивают о допечатке тиража. Он достал из внутреннего кармана пиджака распечатку электронного письма. — Вот, смотри. — Он протянул листок Анне. — Многие читатели интересуются, будет ли продолжение. Они уже ждут вторую книгу. Он с лёгкой усмешкой покачал головой. В глазах Анны плескалась затаённая радость. — Продолжение будет не раньше, чем через год. У нас есть более важные проекты. Ренесми, не до конца понимала суть новости, но заражаясь общим настроением, обняла Анну. — А что за книга? — спросила она, смотря на Анну снизу вверх. — Ты мне не рассказывала. Анна опустила руку, чтобы погладить тёмно-каштановые с золотистыми прядями волосы. — Кажется, так и есть, — произнесла она, читая распечатку. — Они узнают из неё что-то важное? — настаивала Ренесми. Анна на мгновение задумалась. Да, они узнают. Анна мягко улыбнулась, откладывая распечатку с цифрами продаж. — Да, солнышко, моя книга — это история о юной волшебнице по имени Харви Поттер. Она живет в мире, где магия начинает исчезать, и только ей под силу найти источник этой беды и спасти магический мир от гибели. Но в начале, она должна понять где добро, а где зло и не ошибиться с выбором. Ренесми притихла, ее глаза расширились от интереса. — А она… сильная? — Сильная, — кивнула Анна. — Но не только магией. Она умна, любознательна и никогда не сдается, даже когда страшно. Она верит, что даже самая маленькая искра смелости может разжечь большое пламя. И еще она понимает, что самое сильное волшебство часто скрывается не в заклинаниях, а в дружбе, верности и умении понимать других. — Как мы с тобой и Деметрием? — прошептала Ренесми. Теплая улыбка тронула губы Анны. — Совершенно верно. Я очень на это надеюсь, — тихо ответила она. Деметрий наблюдал за ними, и на душе у него теплело. В этой уютной комнате, в свете камина, среди книг и детских рисунков, существовал их мир. И успех Анны был лучиком света, наполняющим их жизнь простыми человеческими… или не совсем человеческими… радостями. И, возможно, было самой хорошей новостью за долгое время. — Кстати, на следующей неделе нас ждет мероприятие, — Анна перевела взгляд с Ренесми на Деметрия. — Праздник середины лета в усадьбе одного моего знакомого. В воздухе повисла лёгкая пауза. Деметрий откашлялся, его брови почти незаметно сдвинулись. — Ты абсолютно уверена в своём… контроле? — осторожно спросил он, тщательно подбирая слова. — Там будет много людей. Шум, жара, запахи… Анна медленно наклонила голову. В её глазах вспыхнули зелёные искры, а в уголках губ заплясала насмешка. — Я хоть раз давала тебе повод усомниться во мне? Деметрий тут же поднял руки в жесте, означавшем «сдаюсь». — Прости. Старая привычка, — он вздохнул, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на стыд. — Никак не могу привыкнуть, что имею дело не с обычным новорожденным. Обычно в первый год вампиры с трудом контролируют жажду, но ты… ты с самого начала была образцом самообладания. — Что ж, рада, что ты наконец это признал, — смягчившись, ответила Анна. — И да, на банкете я буду петь. — Петь? — Деметрий смотрел на неё с нескрываемым удивлением. — Ты же помнишь, что это всегда было моей мечтой, — объяснила она, и в её голосе впервые за вечер прозвучали тёплые, почти ностальгические нотки. — Я, вроде, упоминала. Публичные выступления, сцена… я использую свой дар, чтобы казаться более человечной. А чтобы никто не задавал лишних вопросов, ты будешь моим официальным сопровождающим. В этот момент Ренесми спросила. — Я тоже поеду с вами? Анна наклонилась к девочке, мягко поправляя прядь её тёмных волос. — Не в этот раз, солнышко. Но у тебя будут гости. Джаспер и Элис приедут погостить как раз на эти дни. Тебе ведь будет с ними весело? Лицо Ренесми озарила широкая улыбка. Мысль о визите весёлой Элис и спокойного Джаспера, казалось, моментально затмила разочарование от их отъезда. — О да! — воскликнула она, уже начиная строить планы, чем будет заниматься с гостями. Деметрий посмотрел, а затем его взгляд снова встретился со взглядом Анны. — Петь, — повторил он, на этот раз с лёгкой, одобрительной улыбкой. — Что ж, это должно быть… незабываемо.