⸙⸙⸙ Жатва ⸙⸙⸙

Сон Аи прервался посреди ночи. Открыв глаза, она обнаружила, что лежит на вздымающейся груди Рурата. Несколько раз моргнув, девушка избавилась от остатков окутавшей сознание дрёмы. Стоило это сделать, как в памяти человека сами собой всплыли самые яркие моменты из последних событий: брачный обряд, обработка ритуальных укусов, неспешная прогулка по лесной чаще и их с Руратом супружеское уединение. Новобрачные не спешили возвращаться в речное поселение. Никто из барсегальцев и не ждал, что они вернутся. Только не сегодня. Несмотря на все трудности, с которыми пришлось столкнуться Ае, вступление в брак оказалось лишь вопросом времени. Удочерившие человека ящеры дали ей всё, что могли: любовь, заботу, знания. Как глава семьи, Ког исправно выполнял свою роль — роль защитника. Но небесное дитя выросло. Рурат захотел сделать её своей женой. Добился этого. И теперь мужская обязанность Кога перешла к нему. Только что проснувшись, Ая едва ли была способна чётко видеть. Всё, что её окружало, точно бы перемешалось и слилось в одно тёмное пятно. И пусть девушка временно не могла разглядеть даже собственные пальцы, сейчас она ощущала намного больше, чем была способна увидеть. Ая слышала ровное дыхание супруга и трель ночных насекомых. Она чувствовала тепло поджарого тела ящера и приятный рельеф его чешуек. С каждым вздохом её нос улавливал запах выжимки лечебных трав и свежесть барсегальской ночи. Вместе с тем, покалывающая боль в плече девушки невольно напоминала ей о прошедшем обряде. Немного подождав, Ая привыкла к темноте. Подняв глаза, она увидела укрывающую их с Руратом листву. В гуляющие просветы кроны то и дело заглядывали любопытные звёзды — единственные молчаливые свидетели их брачевания. Но только брачевания ли? Возможно, сегодня она… Да, именно сегодня!.. Сейчас!.. Здесь!.. Пока они ещё одни. Никто не настаивал, что Ая и Рурат должны это делать. Новобрачные не были обязаны что-то доказывать. Ни друг другу. Ни, тем более, кому-то ещё! Удовлетворение естественных желаний и потребностей не считалось у ящероидов постыдным и никак в их кланах не табуировалось. Более того! Юные барсегальцы довольно рано узнавали об интимной стороне жизни. И Ая узнала. Узнала раньше, чем освоила чужой язык. И не удивительно. Ког приходился мужем одновременно трём женщинам. Все они проживали в одном доме. И ящер в равной степени дарил ласку и внимание каждой из жён. Разве что, не обязательно в брачный период. Именно этим пользовались юнцы, если добивались внимания избирательных сверстниц. Когда Ая впервые застала приёмного отца за спариванием, она не испугалась. Нет-нет. Девочка не удивилась такой странной картине, но приятно впечатлилась. Раньше она не видела ничего подобного! Возможно, если бы только её мать не умерла или же родной отец повторно женился, тогда… Впрочем, это могло быть одно из утерянных воспоминаний переселенки. В тот вечер Ая осталась незамеченной. Барсегальцы оказались слишком увлечены друг другом. Уже смеркалось. Свет большой звезды скрылся за раскидистыми верхушками деревьев. Во всех хижинах зажгли огни. Детей постепенно клонило в сон. С момента крушения прошло достаточно времени. Девочка успела привыкнуть к жизни в речном племени. Благодаря заботе ящеров она оправилась и осмелела. Рана на её голове успешно затянулась, превратившись в узнаваемый всеми серп-месяц. Ая свободно ходила по дому приёмной семьи. Она знала, где найти питьевую воду, в каком месте взять еду и куда справить нужду. Всё произошло, когда девочка возвращалась в их с Аршей комнату. Шагая по вылепленным ступеням, она услышала необычный звук, напоминающий мягкий рокот. Понять, где находится его источник, не составило для иноземки большого труда. Он был совсем близко. Буквально за прикрывающим вход в ближайшую комнату полотном. Тёк из-под него, как мёд. Сочился сладкой песней. Манил. Любопытство Аи оказалось сильнее других чувств. Отодвинув пальцами грубую ткань, она с опаской заглянула в едва заметную щель. По ту сторону был Ког и одна из его жён — Шаура. Девочка научилась их различать. Риш — матриарх семьи — почти не уступала мужу в росте. А другая барсегалка — Талис — сейчас вынашивала малыша. Свисающая с потолка жировая лампа равномерно освещала скромно обставленное помещение и уединившихся в нём ящероидов. Как и любую другую, эту комнату нельзя было назвать просторной. Но это никак не мешало ей быть уютной. На первый взгляд можно было решить, что супруги невинно обнимаются. Но эта мысль оказалась ошибочной. Сперва Ая увидела Кога. Высокий и широкоплечий — в глазах человека барсегалец был настоящим титаном! Тёплый свет от жировика падал на его голую, пропаханную шрамами спину с перекатывающимися под чешуйками мышцами. Казалось, стоящий в углу ящер сутулился больше обычного. Но так только казалось. Опираясь одной ладонью на стену, Ког кого-то придерживал. Кого-то, кто обвился руками вокруг его шеи — Шауру. Барсегалка игриво урчала, нежно потираясь мордой о щеку мужа. И тот охотно отвечал ей взаимностью. Стоя перед женой в одной набедренной повязке, ящер помог избавиться от верхней одежды и ей самой. Уткнувшись носом в ключицы супруги, Ког лизнул её и слегка прихватил зубами кожу рядом с брачной меткой. Вздрогнув, барсегалка невольно пискнула. Но в том вздохе не было и намёка на боль. Ая ещё не знала, но именно так звучало супружеское влечение. Одновременно с тем когтистые руки ящероида — крупные и такие сильные — начали гулять по телу Шауры, то гладя её, то сдавливая. Похоже, эти игры продолжались уже некоторое время. Ящеры трогали друг друга, покусывали и облизывали в самых чувствительных местах, о которых знали. В какой-то момент прижавшаяся спиной к стене барсегалка запрокинула одну ногу на пояс мужа. Судя по всему, она уже была готова перейти к большему, чем просто любовный разогрев. Ког убедился в этом, скользнув рукой под набедренную повязку жены. От его умелого касания к промежности женщина глубоко вдохнула и выгнулась. Ящер не стал медлить с проникновением. Отодвинув ткань собственной повязки, он поднял вторую ногу супруги и помог ей удобно себя обхватить. Когда Ког толкнулся тазом, Шаура громко ахнула. Стоило ей сладко вскрикнуть, как Ая тут же отпрянула от занавески. Что это было?! Девочка не могла понять, что видела. Как и не могла ни с кем это обсудить. Она ещё слишком мало знала: о языке барсегальцев, чужом образе жизни и мире в целом. Но только не сейчас. К своим годам Ая набралась самого разного опыта. Ей не хватало разве что одного — стать женщиной. И девушку очень радовало, что это произойдёт в паре с таким мужчиной, как Рурат. С тем, кому оказалась важна она сама, а не возможность заполучить себе «особенную» жену. Ящер не ожидал, что проснётся посреди ночи. Его разбудил толчок. Такой, будто бы через него что-то перекатилось. В отличие от человека, барсегалец видел в темноте почти так же хорошо, как и днём. Открыв глаза Рурат обнаружил, что больше не обнимает Аю. Выбравшись из-под руки мужа, девушка предпочла его оседлать. Опираясь на торс ящероида, она смотрела на него сверху вниз и загадочно улыбалась. В свете проглядывающих через листву звёзд это выглядело особенно притягательно. — Ая?.. Что ты?.. — произнёс растерявшийся Рурат. Он ещё не успел до конца проснуться. Но дремота быстро спала. А вместе с пробуждением к барсегальцу пришло и осознание его положения. Жене оказалось мало обменяться одними лишь брачными укусами. Человек хотел спариться. От Аи пахло желанием. Не то чтобы ящер был против. Но… У него имелись определённые опасения. Девушка уступала в размере как супругу, так и любой барсегалке. Рурат не хотел бы причинить ей ещё больше боли. — Ты считаешь?.. Ты, правда, думаешь, что?.. — голос ящера был полон сомнения. — Да, минаш*, — наклонившись ближе к мужу, ответила Ая. — Думаю, я этого хочу. Здесь. Сейчас. А ты? Хочешь меня — свою жену? С этими словами девушка выпрямилась и плавно потянулась руками к перекрещенным бретелькам верхней одежды. Распустив несколько узелков, она смело оголила грудь. Попав на воздух, мягкие соски Аи затвердели буквально на глазах. Рурат не раз видел иноземку обнажённой в воде. Но он ещё никогда не касался этой части тела человека. Барсегалец не стал бы отрицать, что хотел её потрогать. Потрогать их — эти наливные мешочки, что так забавно тряслись при беге. Какие они? Выглядят мягкими, но упругими. А наощупь как? Теперь Рурат мог это проверить. Когда ящер коснулся её, по телу Аи пробежала дрожь. С губ девушки невольно сорвался трепетный вздох, и она выгнулась. Ая чувствовала силу рук мужа, как и его нежность. Ящер контролировал себя. Свой напал. А вот она вряд ли могла. Оторвавшись от обласканной груди, шершавые ладони барсегальца начали гулять по торсу, спине и бёдрам супруги. От поглаживания и лёгкого пощипывания по чувствительной коже девушки забегали мурашки. Это было приятно. Приятно настолько, что сводило низ живота. Ах! Эта сладкая ломота и тепло! Ае было знакомо это чувство. Внутри неё точно бы что-то ожило и заворочалось, как склизкий речной гад. Девушка заёрзала. Кажется, она уже была мокрой. А что же Рурат? Всё ли ему нравится? Спросить прямо Ая не решилась, а прочитать эмоции мужа оказалось не так просто. Впрочем, тело ящера само дало ответ. Сидя на паху барсегальца, девушка ощутила, как под ней вырос твёрдый бугорок — очевидный признак мужского возбуждения. С трепетом сглотнув, Ая взяла на себя смелость освободить супруга от набедренной повязки. Без лишних слов ящероид сделал то же самое с тканевой обвязкой жены. Отбросив одежду в сторону, оба партнёра полностью оголились друг перед другом. На миг девушка почувствовала себя такой беззащитной и слабой. Как брошенный в джунглях детёныш. И это она — признанная кланом охотница?! Разве такое возможно? Или же всё дело было в том, что Ая готовилась отдаться как женщина такому сильному и крупному самцу? Очень похоже на правду. И девушка не могла не признать, что это её заводит. Немного сдвинувшись назад, Ая положила руки на рельефный живот супруга. Привычно плоский, сейчас его пах выпирал как набитая на лбу шишка. Нет! Как цветочный бутон, что вот-вот был готов распуститься. Скользнув ладонями ниже, девушка коснулась половой щели Рурата. Ящер вздрогнул и зарокотал. Он больше не мог сдерживаться. Плоть барсегальца раскрылась сама собой, выпуская наружу скользкий от естественной смазки орган. Ая почувствовала его. Он был довольно длинным. Кажется, в треть размера её руки. И приемлемо объёмным. Пульсировал. Был в меру гладким, горячим и очень влажным. «Надеюсь, войдёт без проблем», — подумала девушка, чья набухшая от возбуждения промежность сочилась не меньше подрагивающего пениса мужа. Рурат не стал проявлять инициативу. У него был опыт. Но с барсегалками. Ящер не знал, чего ожидать от спаривания с человеком. Насколько она узкая? Сможет ли он в неё войти? Будет ли ей больно от его напора? Нет. Ая справится с этим гораздо лучше него. Тем более, это была её идея. Девушка поняла, что вольна делать всё, что считает нужным. И как она считает. Рурата всегда отличала эмпатия. И это не было его слабостью. Наоборот! В том заключалось преимущество ящера перед другими сверстниками. По крайней мере, в глазах иноземки. Придвинувшись ближе к паху супруга, Ая приподнялась над его половой щелью. Опираясь на грудь барсегальца, она робко взяла пенис ящероида свободной рукой. Если бы только он знал, как это смущало! Тело человека пыхало жаром, а сердце рвалось наружу, как угодивший в силок зверёк. Потребовалось некоторое время, чтобы девушка нашла в себе смелость сделать следующий шаг. Рурат не торопил супругу. Он мог бы начать давать ей советы: «Всё хорошо, маниш*… Не бойся… Просто расслабься…» Но вместо сбивающей настрой болтовни ящер решил поддержать Аю уверенным поглаживанием её напряжённых бёдер. И та была ему за это благодарна. Пусть и не могла выразить сейчас свои чувства. Немного поёрзав, девушка стала опускаться. Весь в смазке, пенис барсегальца был таким твёрдым, но при этом так и норовил выскользнуть из объятий иноземки. «Нет! Даже не думай!» — мысленно фыркнула Ая, приставив заострённый кончик мужского органа к разбухшим лепесткам своей плоти. Начав насаживаться, девушка столкнулась с предательским сопротивлением. Мышцы влагалища оказались очень тугими. Ожидаемо. Но охотница не собиралась отступать! Закусив губу, Ая приложила чуть больше усилий. Стоило ей проявить настойчивость, как пенис мужа частично погрузился в плотно сжавшую его горловину. Рурат напрягся. Внутри человека было так тепло и тесно. Уже только это доставляло ящеру массу удовольствия. В отличие от него Ая испытывала противоречивые чувства. Нет, не боль. По крайней мере, не ярко выраженную, как резь в те дни, когда у неё обильно шла кровь. Девушку распирало. И чем глубже она насаживалась на мужа, тем короче и реже становились её вдохи. В конце концов, почти опустившись на пенис до упора, она и вовсе задержала дыхание. Ая не рассчитывала, что будет легко. Это их первый раз. И первый опыт для неё. Но… Не важно! Она смогла. Теперь ей требовалась передышка. Всего минутка на то, чтобы привыкнуть к новым ощущениям и постараться расслабиться. — Получилось!.. — выдохнула Ая, бросив на Рурата взмокший от выступивших слёз взгляд. Ящер вздрогнул. О, нет! Она плачет. Ей больно? Странно. Ая улыбается. Но он учуял кровь. Нормально ли это? Такое случалось с ней и раньше. И она всё ещё полна желания. Как и он сам. Какая сильная женщина. И это его жена! «Хочу!.. Хочу, чтобы ей было хорошо!..» Лелея эту мысль, барсегалец дотронулся до супруги и стёр солёную влагу с её лица. Придержав девушку, он привстал и двинулся к ней. Почти соприкоснувшись, Рурат нежно лизнул Аю в щёку. Та хихикнула. Было щекотно. Когда шершавый язык ящера скользнул уже по шее девушки, она ахнула и лизнула супруга в ответ. Бегло и не так влажно, как получилось у него. Тогда же Ая впервые толкнулась бёдрами. Рурат заурчал. Как приятно. Игриво прихватив зубами кожу жены, ящероид опустил ладони на её таз. Он не собирался задавать темп. Ая сделала это сама. Ей нравилось чувствовать на себе силу мужских рук. Как и барсегальцу пришлось по душе трогать гладкую кожу человека с этими причудливыми островками волос. Ая начала двигаться. Без спешки. Плавно. Толчок за толчком. Чувствуя каждый погружающийся в неё сантиметр. Совсем скоро распалившийся жар в низу живота девушки затмил недавний дискомфорт. Её наполняли, а она сочилась. Вспотев, Ая дрожала и ломала голос. Рурат подпевал ей рокотом. Его подстёгивали вздохи супруги. То, как она цеплялась за него. Как пахла. И как сильно сжималась. Ящер сомневался, что долго продержится. Ая была очень тугой. Рурат не мог сопротивляться. Он понимал, что уже близок к концу. Девушка тоже это заметила. Дыхание барсегальца участилось. Мышцы напряглись. Как напрягся и пенис ящера. Ая была готова принять его семя. Но сперва… Направив руку к увлажнённой промежности, девушка надавила пальцами на самую чувствительную точку, которую когда-то нашла в теле и… — Маниш, я!.. Угх!.. — выпалил Рурат перед тем, как излиться в супругу. Аю скрутило от пронзившего плоть удовольствия! Она вскрикнула и выгнулась настолько сильно, насколько это позволяли объятья мужа. О, как же внутри было горячо! И вязко… Она тает?! Нет. Это всего лишь вытекало семя. Его так много! И как ей от него здесь очиститься? Вот же глупая! Нужно было подумать об этом прежде, чем набрасываться на супруга. Теперь уже поздно. Они оба замарались в соках друг друга. Похоже, возвращение в поселение придётся отложить.