Флэшбек Суббота (Варе 17 лет, зима, за неделю до событий фф)

      После зимних каникул, что они отчасти провели вместе — всё же совсем пропасть из виду девочек Варя не могла — Владу приходилось повторять ей по несколько раз, так быстро она теряла концентрацию. Они прогоняли знакомые приёмы: как вырываться при захвате сбоку, сзади и спереди, что делать, если атакующий схватил за одежду или волосы, как правильно падать, чтобы ничего себе не сломать. Волшебница ветра отточила все движения до идеала за те полгода, что они занимались без перерыва только вдвоём.       Никто из них и не подумал бы навредить друг другу всерьёз, напротив, преподаватель умело отступал и давал своей ученице фору. Для усвоения материала, конечно же. Но случайному зрителю телесный контакт выдал бы их с потрохами — слишком нежно он брал её за талию, слишком долго она не вырывалась, наслаждаясь случайными объятиями и мысленно радуясь, что никому, кроме них двоих, эти занятия сегодня не были нужны.       В бою пара походила на единый организм — он только атаковал, а она уже бросила его на маты и нависла сбоку, фиксируя ногами локоть. Их тела продолжали направление мыслей.       Лишь Варя в очередной раз зажала его плечо между бёдер и подалась вверх животом, в точности как он объяснял, её лицо внезапно вспыхнуло от подступившего жара. От неловкости и стыда. Эта позиция совершенно не позволяла думать ни о чём другом, кроме как о его руках там, где тоже разгоралось пламя. В жалкой попытке отвлечься девушка вспомнила о домашнем задании на завтра, о том, как ей до ночи читать унылые исторические заметки. Нужно было затушить пожар, пока не поздно, пока кто-то из них не сорвался.       — Держи крепче, а то я смогу вытащить руку и скинуть тебя. Про болевой не забывай, — напомнил Влад.              Проклиная себя за то, что пошла на занятие в обычной школьной форме, в юбке, волшебница винила его в том, как именно он смотрел на неё снизу вверх. Будто ему и мысль не приходила в голову о том, что конкретно при близости делает его тело с её.       Всё ещё занятый объяснением и держа Варю за ноги, молодой преподаватель попутно рассказывал, как он мог бы вырваться из захвата и как это предотвратить.       — Влад вызывает Варвару, приём, — пошутил он и искренне засмеялся. Варя, одумавшись, ослабила хватку. — Как с тобой заниматься? Ты в облаках витаешь, Колючка, — неосознанно поглаживая большим пальцем её бедро через тонкую ткань колготок, произнёс Владислав Владими́рович.       В следующее мгновение он осознал, что творит, и спешно убрал руки. Его Адамово яблоко подскочило к челюсти, когда Влад взволнованно сглотнул. Тоже подумал об этом самом.              Движимые страхом быть обнаруженными в компрометирующей позе, что прежде их отнюдь не тревожило, двое испуганно осмотрелись по сторонам и уселись рядом на мате, плечо к плечу, переводя дыхание после энного цикла подходов и неприличных идей, наводнивших сознание.       — Так всегда когда я к тебе прикасаюсь? — несмело спросила она, уставившись в окно. — Как будто ты слишком близко подходишь к обрыву и вот-вот сорвёшься. Но сам заносишь ногу, зная, что падение может стать катастрофой.       Всё, что должно было случиться, было бы концом.       Влад утвердительно кивнул, и они оба обернулись на шум из коридора, не в первый раз нацепив на себя безэмоциональные маски учителя и ученицы. Ложь во спасение, спасение во лжи.       — Варвара, давай ещё раз повторим сцепку. Я хватаю, ты перекидываешь, захват ногами и удержание с болевым на локоть, — во всеуслышание каменным тоном сообщил он, подавая ей руку, чтобы встать. — Если перевернусь на живот или держу тебя десять секунд, то я победил. Правило любого горизонтального боя.       Она запомнила. Вряд ли это действует исключительно в бою.       Его губы еле коснулись её волос, когда Варя поднялась на ноги.       — Зря ты об этом сказала.       Сжимая его предплечья обеими руками, она поймала его пронизывающий насквозь взгляд. Порой ей становилось страшно от того, что эти лазурные глаза подчинили себе стольких людей, и она была среди них. Варя хотела быть одной из них. Отдать себя его воле.       И земля под ногами разверзлась. Это был не просто обрыв, но вихрь, смерч, цунами, ураган, который не оставил бы живого места ни в одном уголке Вселенной, будь он вне спортзала.       Они долго ждали, обещая себе, поверив в удобную ложь, что ещё немного, ещё чуть-чуть. И обнять другого при всех было бы не стыдно. Никто и в сторону их бы не посмотрел, так это было бы обыденно и привычно. Нормально. *****       Фиолетовый всполох изменил декорации. Оказавшись у себя в комнате, князь провернул в дверной скважине ключ и отрезал себе выход. Всё. Набегались уже друг от друга.       Чтобы окончательно не потерять равновесие — отсутствие Влада ощущалось лишением единственной точки опоры — Варя ухватилась за ткань балдахина, из последних сил падая на кровать. Ноги тряслись от адреналина и холода (некогда было затапливать камин) и не слушались. Страсть догоняла быстрее, чем от неё можно было бы сбежать. Фиалковые глаза метнулись в сторону сверкнувшего сбоку зеркала. Отражение бесстыдно вторило им.       Руками, локтями, коленями, в конце концов, даже зубами, Варя цеплялась за прильнувшего к ней Влада в надежде, что не утонет, что он вытащит её с глубины. Этого было мало. Её разум заволакивался туманом быстрее, пока Влад губами скользил по её телу, попутно шепча всё то, о чём Варя и так давно знала.        — Колючка моя… Любимая, — от его слов в горле стояли слёзы.        Она задыхалась от любви к нему, жадно глотая остывший воздух.       Ведь последнее, чего они хотели, это лгать друг другу. Что не хотят быть ближе, согреть другого, кожа к коже — с томными вздохами, блаженными стонами и любящим шёпотом после.        — Я люблю тебя, я люблю тебя, я люблю тебя, — бормотала она, будто в бреду, в ответ на обласканное поцелуями лицо.               С заминкой, словно они ещё могли остановиться, Влад сильно прижал Варю к себе руками и уткнулся ей в шею, громко сопя от неудобного положения.        — Я отпущу тебя, если хочешь, — виновато произнёс он, пьяный от её аромата. Он должен был сказать это. И кого это могло обмануть?        От приятной вибрации его голоса, пробежавшей по её гортани, Варя обняла парня сильнее и стянула с его волос резинку. Зачарованно запутывая пальцы в тёмных прядях, вслед царапая кожу, она замотала головой.       — Нет, — шёпотом взмолилась девушка. — Держи меня крепче.       Каштановые локоны дождались свободы и выбились из косы, украшая подушку волнистыми лентами.        Сердцем она почувствовала его улыбку сквозь закрытые глаза. «Он здесь. Он рядом».       Когда чаша волнения от нескончаемого потока всё более жарких и смелых поцелуев должна была вот-вот перелиться через край, он скинул с себя футболку, и Варя сошла с ума от одних прикосновений ладоней к его телу, от того, что вскоре почувствует его целиком вплотную к своему, не отделимому ничем. Он обнажал перед ней каждый шрам, всю боль, что была его верной спутницей в бою и кошмарах.        На краткое мгновение Влад навис над Варей на вытянутых руках, точно выточенных из мрамора ежедневными тренировками, запоминая её лицо так, как оно снилось ему не раз: раскрасневшееся, смущённое и слегка обиженное. От того, что он всё сдерживается и медлит.       Он поцеловал девушку в лоб, в висок, в нос, пока она не улыбнулась в ответ, оставив себе только неловкость и интерес во взгляде.       Горячие пальцы побежали ниже, к её блузке, расстёгивая пуговицы одну за одной.        — Холодно, — выдохнула Варя.              Оголённую грудь девушки тронул мурашками остывший воздух комнаты. А, может, это было смятение — он не видел её настолько беззащитную, без одежды.       Влад схватил одеяло с другого края кровати и перекинул себе на спину, подтягивая его до самой шеи.        — Так лучше? — спросил он, оставляя мазок губами на её ключицах.       Она слабо кивнула и скрестила ноги у него на талии, прижав грудь к груди, живот к животу. Только бы быть ближе.       И если с собственным желанием ей впору было разобраться самой, то с концепцией мужской анатомии её знакомство произошло намного позже, посредством случайно подслушанных услышанных бесед Снежки и Алисы, от чего Варя стыдилась сразу за троих в бессмысленном усилии вернуть вселенское равновесие. Она сама предпочитала быть практиком, чем углубляться в душную теорию. Но никакая уверенность и знания не смогли бы помочь ей сейчас. От напряжённого члена, упёршегося в её промежность через несколько слоёв ткани, у Вари разом закончились мысли, и весь жар спустился сверху вниз. Она неосознанно ахнула, запечатлев этот момент в памяти. Вместе с тем, по телу прокатилась волна паники от того, что должно было последовать дальше, и девушка неуклюже замерла в его объятиях.       Шепнув: «Я сейчас», — Влад встал со скрипнувшей кровати и отправился в ванную, оставляя Варю в полном недоумении и угасающем предвкушении происходящего. Стеклянным взглядом она проводила его до двери и отстранённо прислушалась. Зашумела вода, загремели ящики конторки в ванной.       Голова немного прояснилась, что было к лучшему. Она желала запомнить всё в мельчайших деталях.       Увидев любимого снова, Варя с облегчением вздохнула и впустила в тепло их маленького убежища. С улыбкой Влад наклонился и прижался к её лбу своим, точно собирался с духом.        Сладкий запах розового мыла преследовал его тёплые руки. Одной он поправил прядь волос, а другой погладил щёку. Губы прижались к губам, и его язык настойчиво скользнул между губ Вари внутрь, в поисках её. От влажного касания заряд снова пошёл по позвоночнику вниз. Привычно, знакомо.       Варя бездумно подалась тазом вперёд, навстречу возбуждению, и князь усмехнулся про себя, что его принцесса так нетерпелива.        — Подожди, — шепнул он ей где-то в районе груди и вернулся к её рту для поцелуя.       Её зубы сразу нашли место для укуса.        — Эй, Колючка, — отозвался Влад, слизнув кровь с пострадавшей губы́.       Варя нисколько не выглядела виноватой, напротив, ликующая улыбка осветила её лицо.       — Сюда, — обвивая его голову руками и приблизив к себе, ответила она.        Не сразу же ей отдаваться, можно и побунтовать немного для приличия.       В наказание Влад впился своими губами в её, уворачиваясь от укусов и впечатывая в неё своё сильное тело. Он ловил ртом каждый её стон, сжимая бёдра пальцами. Те нащупали край школьной юбки и нагло принялись спускать её ниже, затем подхватили резинку колготок и скатили их до колен, фиксируя Варе ноги.        Большим пальцем он провёл по влажной ткани трусиков, проверяя реакцию. Девушка зажмурилась и снова подалась вперёд с хныкающим звуком. Он нажал чуть сильнее и снял её последнюю преграду перед ним.       Неторопливо водя пальцами вокруг набухшего пучка нервов, изучая тело Вари, Влад внимательно вслушивался в каждый её вздох. Она начинала двигать бёдрами активнее, и его средний палец проник внутрь, надавливая и возвращаясь к исходной точке.        — Пожалуйста, — всхлипнула она от нарастающего напряжения. — Пожалуйста.       Варя прикрыла глаза, сосредоточившись на впечатлениях. Теперь вся его рука была вовлечена в процесс её удовольствия. Он то массировал чувствительное место снаружи, то раскрывал малые губы внутри, поглаживая кончиком пальца, углубляя контакт, пробуя, как далеко ему можно зайти. Едва внутри оказался безымянный палец, девушка вжалась в кровать от интенсивной боли и спихнула ногами мешающую одежду.        Влад страстно целовал её шею, точно не желая дать ей забыть, что он здесь, и слушал, как дыхание становится прерывистым, частым, вторя немой песне ритма рук.        Пара недолгих мгновений, и Варя вздрогнула и изогнулась в груди. Как можно было испытывать одновременно боль и столько удовольствия? Изо рта вырвался непрошенный и такой стыдный стон, а его пальцы ощутили пульсирующие сокращения стенок влагалища.       Не в силах держать эмоции внутри Варя обхватила его лицо согретыми ладонями, до края наполненная благодарностью и нежностью к нему, целуя.        «Люблю-люблю-люблю-люблю», — шептали сердца обоих.       Под одеялом, где все вопросы и сомнения разбивались об их неприступную крепость, лежали двое. Одна тихо сопела, убаюканная биением родного сердца и отступающей волной сладостной неги. Другой никак не мог насмотреться на столь любимые черты, и каждая клетка тела торжествовала от того, что эта колючая принцесса была в его объятиях.       — Пожалуй, теперь я буду звать тебя Кусачкой, — прошептал Влад ей в волосы. С надеждой, что девушка уснула и не будет возмущаться этими глупостями. Не должно князю, покорителю земель людских и устрашителю Сказочного мира таять так от девичьей ласки.       — В следующий раз укушу сильнее, — вяло ответила она.       Сон нагонял Варю, но она ещё цеплялась за плечи любимого от страха, что это лишь привиделось ей. Требующая свободы душа ветра находила покой лишь в его руках.       — Я буду здесь, когда ты проснёшься, — промурчал Влад, закрывая глаза. — Я буду здесь.