Глава 29. Воспитательные меры (Варе 17 лет, весна, март)

      — Варь, дыши. Дыши. Не забывай дышать, — повторял голос Маши, обволакивая в спокойствие и безопасность.       Время словно тягучая патока замедлилось, давая шанс прийти в себя. Наверняка, это было действием какого-то заклинания, найденного неутомимой исследовательницей в забытых свитках.       Её руки крепко держали подругу, пока та рассеянно раскачивалась вперёд-назад всем телом. Туда-сюда, туда-сюда. Как маятник старинных часов. Его можно было толкнуть и придать скорости, но механизм всегда возвращался к привычному ходу. Неизменно. Туда-сюда. Секунда в секунду.        Маша держала её заботливо, совсем по-матерински, не давая рассы́паться в тяжести момента. Да, на кону Вари была её честь, но что бы ни случилось, это нельзя было назвать концом. Лишь смерть неотвратима. К другим дверям же есть способы подобрать ключ.       Протрезветь от потрясения и «заземлиться» Варе помогало ощущение мягкого ворса под ногами, давления нежных Машиных пальцев, шершавой чешуи Дракоши, что тёрся о сидящую головой и холодным носом.       Тишину периодически оглушало взрывное недовольство Алёнки.       — Да какого ежа им вообще есть дело? Вон Маша с Корвином встречается и хоть бы хны. Никто даже не посмотрел в их сторону, как они за ручку ходят.       К остальным плавно, чтобы ни капли не пролилось мимо, подошла Снежка с кружкой горячего какао. С поверхности струйкой поднимался белый пар, поэтому принцесса Севера помешивала напиток ложкой и заодно остужала магией. Любая проблема переставала быть трудноразрешимой, стоило только залить в себя немного сладости.       — Алёночка, возможно, все просто боятся Корвина, из-за того, что случилось два года назад, — вставила девушка и бросила осторожный взгляд на Машу. — Извини. Это же правда.       — А на правду не обижаются, — закончила за неё последняя, закатывая глаза. Быть избранницей Ворона означало иметь иммунитет к насмешкам и угрозам.       «Что вообще такое «правда»? И важно ли, кто прав?» — размышляла про себя Варя.        Она не выдавила ни звука с мгновения, что в коридоре при десятке свидетелей её подло предали ноги и подкосились, роняя на пол. Вовремя подоспевшие Маша, Алёнка и Снежка щитом закрыли её от зевак и переместились с ней вместе в комнату.       Суета вокруг и девчонки были той поддержкой, что Варе была необходима. Без них она бы не чувствовала себя смелой, готовой пережить шок и затем дать отпор кому бы то ни было. Однако отсутствие одного определённого человека остро напоминало о себе. И словно следуя логике Вариных мыслей, Алёнка первой озвучила это.       — А где Владик? Неужели он не слышал?        Снежка ещё чуть-чуть охладила чашку и предложила Варе.       — У него лекция сейчас, — произнесла Варя сиплым голосом и безропотно приняла напиток.              Керамика всё ещё обжигала пальцы, и девушка спешно подула на покрасневшую кожу рук.       Если бы Влад прочёл вчерашние сообщения, он попросту бы не пришёл, а сейчас у него была на то веская причина. Варя наивно верила в чудо, что шёпот в коридоре был вовсе не о них, что расплаты за их глупые чувства и неосторожность не будет.       — Да хоть сто лекций! — гневно воскликнула рыжая принцесса. Ещё немного и её магия спалит что-нибудь совсем рядом. (Чаще всего от вспыльчивости страдали занавески). — Он должен быть здесь, с тобой! Я схожу и за руку притащу. Если нужно, то и за волосы.       Варя натянуто улыбнулась. Ей тоже следовало собрать всю злость и не разводить сопли.       — Спасибо тебе, Алёнка, не стоит. Если бы он слышал, то был бы здесь.  *****       — Короче, раз уж эту лекцию поручили провести мне…       Пара человек в зале зашушукались, и Владислав Владими́рович отрывисто кашлянул, требуя повышенного внимания.        На него тут же уставились множество глаз. Те, кто постарше, с едкими ухмылками ожидали, какими прописными истинами одарит их преподаватель. (Будто что-то укрылось от пылкого стремления юношей узнать и опробовать всё первыми). Те, кто помладше, стыдливо отводили взгляд, боясь, что одноклассники обвинят их в очевидном интересе к сегодняшней теме.        Две пары глаз, серые и карие, тоже неотрывно следили за уважаемым мужской частью колледжа физруком. Их обладатели молчали, будучи достаточно близко знакомыми с Владом — и магов ветра не меньше остальных смущало, что он, а не кто-то посторонний, будет вести с парнями беседу столь деликатного характера. Как смотреть на него после, на занятии или в столовой и не провалиться сквозь землю?       — «Спасибо» скажите, что перед вами не Кривозуб или прости, Сказочник, сама Премудрая. Углубляться в анатомию мы не будем, — сказал Влад, кивая в сторону сваленных кучей плакатов, которые любезно предоставила Василиса. — Думаю, что все вдоволь натрогались и намерялись с товарищами по комнатам.        Разразился хохот. Шутки хорошо разряжали обстановку, если речь должна была идти о чём-то важном. Кому, как не ему, знать это? Но всему своё время.       Удовлетворённый эффектом, что произвели его слова, Влад сделал несколько уверенных шагов слева направо, развернулся и, сложив руки на груди, продолжил:       — У меня цель другая. Во-первых, вы должны за сегодня уяснить, кто ещё не в курсе  — чувствуете какую-то боль в области паха, мигом дуете в больничное крыло, — на задних рядах раздались смешки, которые он уже не одобрил. — Ржать я команды не давал. Не в конюшне. И если яйца посинеют и отвалятся, новые не отрастут, и причин для смеха не будет. Следить за своим здоровьем не стыдно. В любом возрасте.       Аудитория мгновенно притихла, отчётливо представив сказанное им не по-детски живым воображением. Кто-то из разместившихся на матах  проверил ладонью телесную целостность. Кто-то, кому хватило места на деревянных лавках, сдвинул ноги, защищая самое ценное. И молодой преподаватель в ответ на тишину, которая, как по волшебству, установилась в зале, уселся на стул перед ними и облокотился предплечьями на спинку, чтобы, как говорится, быть ближе к народу, на уровне их глаз.       — Второе, о чём я скажу пару слов, это последствия пользования мужским достоинством, — его фраза прозвучала слишком возвышенно, поэтому он уточнил, используя более приземлённые термины. — Член совать при первой попавшейся возможности не надо. Особенно по пьяни. Поверьте, никто из вас не хочет стать отцом сейчас. Гормоны, скачок роста — всё ясно. Но ни один, блин, пацан не променяет юношескую свободу на родительство. Так что, парни, предохраняемся. Благо, магия предоставляет кучу вариантов. Девочек не слушаем, они тоже иногда думают не головой, как и мы с вами.       — А если что-то случится? — спросил студент из зала.       Владислав Владими́рович напряжённо потёр переносицу пальцами, втайне надеясь, что это вопрос на опережение и «что-то» ещё не произошло.       — Мужчина, как и женщина, в первую очередь должен отвечать за свои поступки. Накосячил — ответь и предложи решение.       Он придирчиво окинул взглядом парней, собравшихся в помещении. Василиса превзошла саму себя, согнав всех от мала до велика на лекцию о половом воспитании. Кто мог представить, что его предложение будет встречено директрисой с энтузиазмом? Её единственным требованием к содержанию было не включать рассказы о собственных похождениях, что, впрочем, было лишним. Владислав Владими́рович давно не был таким человеком. В настоящем щеголять было не перед кем, а его Колючка сплетен о многочисленных любовницах в прошлом бы не оценила.       — На этом лекция окончена. Свободны.       Преподаватель встал, отряхнул колени от невидимой пыли и собрался было уходить, однако в воздух взметнулись руки доброй половины зала.       «Вам бы такое рвение в учёбе, мелочь», — подумал Влад с тёплым и липким чувством на душе, а вслух отметил:        — О, лес рук. Рад видеть.       Он с трудом сдержал довольные нотки в голосе.        Тихо было так, что до уха долетали причитания Звездочёта с этажа выше. Ученики уважительно и покорно ждали разрешения.        — Неужели у вас заработало что-то выше пояса?       — Владислав Владими́рович, у нас тут столько вопросов созрело.       — Что ж, тогда поехали, — кивнул он, сунув руки в карманы штанов.       Первые спрашивающие стеснялись, мялись и интересовались тем, что волновало их самих. По большей части, утренней эрекцией, не вырастут ли волосы на ладонях от чрезмерного трения ими — даже сам преподаватель не избежал приступа смеха, услышав странную примету, что не бытовала в его первой молодости — а также способами узнать, нравится ли парень девушке. Дальше разговор перетёк в обсуждение более тесных взаимоотношений с противоположным полом.       — В каком возрасте нормально получить первый опыт? — задал вопрос самый смелый.        — У вас соревнование? — со всей серьёзностью поинтересовался Влад.       Он не посмеивался, чтобы не спугнуть мальчишек. Но борьбу с предубеждениями в интимных вещах считал хорошим подспорьем для здоровой атмосферы в дальнейшем.        — Важнее, чтобы вы хотели близости с человеком, которого выбрали, и тот человек был морально готов. Вы делаете это не чтобы похвастаться перед другом, а для себя.       — А Вы в каком возрасте..? — парнишка лет двенадцати оборвался, смущение давило на него сильнее.       В лазурных глазах загорелись хитрые огоньки.       — Как раз в твоём, но в мои времена я мог быть уже чьим-то мужем. Так что нормально, если первый опыт произойдёт позже. Не торопитесь, повзрослеть успеете. И не факт, что вам это понравится.       За вопросом последовало неловкое молчание, будто каждый прикидывал, уложится ли в установленный срок.       — А почему Вы не рассказали Вась-Вась о четырнадцатом?       И на это ответ у него был.       — Что происходит без ведома директрисы, лучше и дальше пусть останется ей неизвестным. Вряд ли вы хотите оповещения родителей или допросов по поводу, кто и до какого момента со своими пассиями добрался.       Влад многозначительно посмотрел на зависших ребят, пока до них дошёл смысл сказанного.        — А как понять, что девушке нравится, что ты делаешь? Ну, в процессе…        Парни поймали тишину, желая получить какую-нибудь секретную информацию или технику.              Качая головой, Владислав Владими́рович лишь нахмурился. Пусть ему было лестно от оказанного доверия, но некоторые вещи стоило опустить и оставить для самостоятельного изучения.       — Проще определить, что им не нравится. Чаще всего признаки: это раз, — Влад загнул палец. — чрезмерное напряжение в теле, два — контроль дыхания. Не быстрое и порывистое, или, наоборот, размеренное с нарастанием, а как будто с задержкой, — загнул другой. — Или звуки. — и третий.       — А что за звуки? — растерянно переспросил студент.       — Когда тебе на ногу что-то упало, ты какой звук издаёшь?       — Обычно «блять».       С красными как раки лицами ребята покатились от лихорадочного смеха. Уголок его рта дёрнулся. Оболтусы, что с них с взять?        — Ясно, ты не пример. Прилично было бы крикнуть «ай», — он и сам откровенно глумился над ситуацией.              — Да я лично слышал, как Вы материтесь, пока инвентарь разбираете! — попытался оправдаться вопрошающий.       — Запись есть?       — Нет.       — На отсутствие вещественных доказательств и суда нет, — разведя руками, подытожил Влад.       Кто-то решил, что доверительные отношения между лектором и аудиторией достигли максимума, и тот поделился бы личным.       — А у Вас девушка есть?       — Есть, — не сдерживая улыбки, признал преподаватель. Секрета особого в этом Влад не видел.       — А мы её знаем? А какая она? А Вы с ней уже того? — послышалось сразу с разных сторон.       — Девушки на то и девушки, что не любят, когда на их счёт распространяются с кем-то. Вам бы хотелось, чтобы вас обсуждали? — уточнил он и сделал паузу. Несколько учеников постарше утвердительно закивали. — А если это не будет в позитивном ключе? Если вас будут критиковать, а не хвалить? Всё-таки многие парни предпочитают практику теории, — он подмигнул. — Ну а девчонки в колледже выбирают чаще учёбу, чем отношения. Так что с практикой у вас наладится только после выпуска. Да и не буду скрывать, директриса совершенно не хочет, чтобы в стенах её учебного заведения кто-то спал с кем-то.       Раздался шумный разочарованный вздох.       — Ну Вы же только что сказали…       — Что сказал? Правила касаются не только вас, но и преподавателей. Колледж на то и колледж, чтобы голова забивалась знаниями, а не сексуальными фантазиями с одногруппницами в главной роли.       Гогот задних рядов было нереально остановить резким замечанием. И потому Владислав Владими́рович пошёл ему навстречу. Юные волшебники отползали в стороны, освобождая взрослому дорогу.        — Смотрю, вы опытные, раз так смеётесь. Ну расскажите что-нибудь увлекательное, помимо того, как после занятий боевых искусств заглядывали в раздевалку к девочкам.        Стайка шутников насупилась.        — Я понимаю, передёрнуть в душевой несложно, но быть с кем-то означает представлять собой что-то. Так что поработайте сперва в этом направлении, — посоветовал он.       Влад обернулся, чтобы снова пойти в центр зала и ответить, возможно, ещё на пару вопросов, но голос сзади с раздражением кинул:       — А ей достаточно, что Вы просто физрук? Да ещё и без магии.       Он решил, что ослышался и сделал шаг вперёд. Проигнорировать. Такое нужно проигнорировать. Телефон звякнул — пришло новое сообщение. Рука почти вытащила устройство из кармана, но…       — Да, она тут многими крутила и отчего-то выбрала Вас. Наверное, не очень приятно знать, что каждый третий в зале на неё…       Парень не договорил. Демонстрируя чудеса ловкости и скорости, Влад подлетел и отвесил ему такую затрещину, что у школьника зазвенело в ушах. Князь взял того за грудки́, поднимая к своему лицу, и гневно зыркнул в глаза провинившегося.        — Понятия не имею, о ком ты, но ни одну девушку ты оскорблять подобным образом не смеешь. Тем более, если я с ней знаком.       Кожа слегка горела алым пятном, но больше всего пострадало другое мужское достоинство. Если бы Владислав Владими́рович не был на правах преподавателя, он бы поставил мальчишку на место с помощью кулаков и пары переломанных рёбер.        Едва Влад отпустил малолетнего дурня на пол, троица, несогласных с политикой преподавателя, встала в боевые стойки. Будут ли они использовать магию или обойдутся физическими силами — дилемма.       Не дожидаясь особого приглашения, за спиной Влада тёмной фигурой материализовался Корвин.       — Не надо меня защищать. Не мальчик, — отрезал князь.       Наследник воронов на это загадочно усмехнулся и ответил, закатывая рукава:       — Упаси Сказочник. Я не тебя защищать собрался. Ни о ком из наших девчонок так говорить нельзя.       Двое на трое. Почти нечестно, но кто сказал, что бывший Тёмный князь будет использовать исключительно честные приёмы. Другие школьники отодвинулись подальше, формируя собой арену. Только попкорна для полной картины им не хватало. Поддались зову стада.       От предвкушения скорой драки у учителя боевых искусств зачесались костяшки пальцев, пока в голову долбилась одна единственная здравая мысль. «Как Колючка? Она же, наверняка, тоже слышала об этом».       — Значит, слухи настоящие. Он реально с ней встречается, — подхватил тот, что слева.       — Да какая тебе разница? Встречаются и встречаются, — вставил знакомый голос из толпы, но Влад не обрадовался, а, наоборот, раздосадованно хмыкнул, что мальчишку потом свои же загнобят за смелость, и моментально получил этому подтверждение.       — А он, что, тебе приглянулся, мелкий? — огрызнулся первый.       Зефир хотел добавить что-то ещё, но старший брат вовремя одёрнул его за локоть, и тот замолчал.       В помещении стало потусторонне темно, чернота недружелюбно сгустилась над телами — Корвин призвал тени воронов на помощь. Никто не планировал совсем не пользоваться магией. Да и страху нагнать на скалящихся гиен было не лишним. И это сработало.        — Вам с девчонками два месяца осталось. Не усугубляй.       — Ладно, Влад, — произнёс Корвин, отпуская тьму, и добавил чуть тише: — Но ты должен понимать, если парни так треплют языками, значит, и Патруль в курсе. *****       Преподаватель распустил студентов через пятнадцать минут, чтобы его уход не выглядел подозрительно стремительным. «Гиены» убежали раньше, разумно поджав хвосты.        «Где тебя носит вообще?» — светилось на экране непрочитанное сообщение от Алёнки.        Судя по рыжей макушке, поджидающей его за дверью, его ответа она так и не дождалась. Огненная принцесса буквально испускала искры, и, пожалуй, если бы Влад родился волшебником, то его состояние сейчас ненамного отличалось бы от её.       Не успели они обменяться и парой слов, топот детских ног по коридору выдал двоих. Привычное уху ворчание и следующий за ним умоляющий тон.       — Владислав Владими́рович! — неслись к нему во всю прыть два юных мага ветра. И если первый с лёгкостью нагонял преподавателя, то второй тащился за братом еле-еле.       — Что? Я немного занят, как видите, — твёрдо произнёс Влад и остановился.       Пусть он не мог заставить себя прилюдно признать, что переживает за мальчишек сильнее, чем следовало бы в рамках их отношений, но волнение, что те влезут во взрослые дела и им попадёт, не утихало.       — Но это важно.       — Быстро и по существу, — ответил преподаватель, чётко заявив своё намерение не болтать по пустякам.       Зефир переступил с ноги на ногу, не зная, как начать.       — Они не то знают. В смысле, не о том. В смысле…       Его перебил Борей.       — В смысле они не в курсе про Вас и.. — мальчик провёл рукой от головы до колена, изображая отличительную особенность Вари.       Влад вопросительно поднял бровь.       — Так, подробнее.       Алёнка, не понимая смысла тянуть время, рассерженно топнула ногой.       — Ты представляешь, в каком она состоянии вообще? Пойдём, Влад.       Она ухватила его за футболку, но тот и не тронулся с места.        — Рыжая, помолчи. Борей, я тебя слушаю.       Юный волшебник выглядел слишком спокойным. Да, Борей всё твердил брату, что они с взрослыми друзьями быть не могут, но в глубине карих глаз было видно, что в эту чепуху не верит и он сам.       — С утра все говорят о том, что Вы с Алисой встречаетесь.       — Что? — переспросили Алёнка с Владом.       — У Вас с возрастом проблемы со слухом появились? — мальчик встал руки в боки и вздохнул — подцепил-таки эту привычку старших. — Говорю же, про Вас и Алису. Алису, не… ну Вы поняли. Вам лучше знать, кто и зачем такой слух пустил. Потому что Вы в курсе, пацаны у нас в колледже запросто так языком не мелют. Тем более, непроверенную информацию распространять. Свои же потом отпи… побьют, — под суровым взглядом Влада быстро поправил себя Борей. *****       Если шестерёнки под рыжей копной волос со скрипучим трудом крутились по причине нечастого их использования — Алёнка надеялась на интуицию и везение чаще остальных, то ему и секунды не понадобилось, чтобы понять, кто бросил ему вызов.       — Мы уж беспокоились, что все говорят о вас. А, оказывается, об Алисе… Повезло, что она прогуливает сегодня. Хотя надо бы и её предупредить. Ты бы видел, как на нас смотрели, — причитала точно наседка волшебница огня.              Мальчишек Влад коротко поблагодарил и, потрепав напоследок розовую макушку Зефира, отправил детей восвояси. Чтобы не успели предложить помощь. Хорошо и полезно, как выяснилось, иметь своих людей везде, даже среди младших школьников.       — Колючка как? — задал он самый важный для него вопрос.       Посмотрев на друга, как на идиота, кем он, в общем-то, и являлся на данный момент, («ещё и спрашивает»), Алёнка вскинула руки вверх.       — Как-как? Не разговаривает она особо, сам знаешь. Внутри переживает точно. И бесится, хоть виду не показывает. Думает, как и все мы, кто такое мог провернуть и вообще догадаться. Вы же скрывались…       Влад хмыкнул, недовольный собой. Не так уж и хорошо, иначе бы их не раскрыла Василиса.       — …Надеемся, что ты исправишь ситуацию.       Не она «надеется», а они.       Заметить, какая борьба велась в князе было бы невозможно чужому, но Алёнка была ему практически сестрой. Весёлой, доброй и честной сестрой. И его задание присматривать за ней только укрепило их дружбу. Она поддерживала его тогда, когда в него не верил и он сам. И ей идеально подходила поговорка — за любой кипиш, кроме голодовки.       — Ну и что ты придумал, Владик? — его прозвище вернулось в разговор, а, значит, и ситуация перестала доводить до белого каления рыжую.       Князь сделал удивлённый вид, как умел, стараясь скрыть улыбку.       — Из тебя актёр так себе. Я же не тупая. Ты не побежал рвать и метать, искать виновного, а молча соображаешь над планом мести. Колись давай. Кого нам закапывать?       Рассмеявшись от её формулировки, вовсе не соответствующей правильному образу наследницы трона, Влад тотчас снова сосредоточился.       — Вчера мне угрожала Любава.       — Чего? У неё совсем шарики за ёжики зашли?       — Стопроцентно так оно и есть. На выпускной меня звала, лобызаться лезла.       — Фу-у, — протянула Алёнка и брезгливо поморщилась. У них со старостой отношения не клеились с первого дня. — А Варя знает?       Он предполагал, что рыжая об этом спросит. Было ли ему стыдно, что не сказал? Ничуть.       — Буду я её тревожить по пустякам. Я держу оборону.       — Владик, оборона твоя дала брешь, если не пала, — она повернулась к парню лицом и положила руки ему на плечи. Дружеский жест «Я с тобой». Её карие глаза горели, и то был не задорный тёплый огонь. Презрение в собственном соку томилось в потемневших радужках волшебницы. — Объясним всё девчонкам потом, а сейчас бегом за лопатами.