Часть 4

Пëтр почти покидает склад, когда Ася - признаться, привыкнуть к просьбе называть её не по полной форме имени всё ещё тяжеловато - за его спиной внезапно окликает его и, дождавшись момента, когда он остановится, внезапно зовёт его. Если он и чувствует, как на мгновение - и не более - в его груди вспыхивает укол тревоги, он старается не подавать вида. Вместо этого он сдвигает едва было поникшие плечи назад и оборачивается, встречая еë взгляд как можно нейтральнее. Или, точнее, пытаясь это сделать: революционерка на него глаз даже не вскидывает, вместо этого обращая их на собственные руки, расплетающие и без того почти развязавшуюся тонкую косу. - Помоги заплестись. Пока целый день носилась, волосы успели почти полностью расплестись сами, а я что-то совсем подустала. Японскому шпиону требуется пара-тройка секунд, чтобы одарить девушку хотя-бы какой-то реакцией: растерянным морганием глаз и последующим глупым переспросом в стиле "простите?". Нет, адресованные себе слова он, конечно же, прекрасно расслышал. Просто те хоть и достигли его слуха, но никак, видимо, не разума. Он ожидал просьбу любой сложности, ради которой ему бы, вероятно, мог бы понадобиться даже визит к Макото Кимуре, но никак не... - Говорю, косу заплести помоги. Или ты не умеешь? - вопрос, возможно, кажется несколько резковатым, но в нём сквозит разве что лишь искренняя прямолинейность, но зависнуть его заставляет вовсе не это. Он не может уверенно утверждать обратное, но всë же и согласиться со своим неумением не то чтобы намеревается. Когда он готовится машинально и уклончиво ответить, что не то чтобы он сталкивался с необходимостью ухаживать за длинными волосами, мыслями он вдруг зацепляется за воспоминания многолетней школьной давности. Лизавета предпочитала быть всегда собранной и потому предавала должное значение своему внешнему виду. Она всегда собирала волосы в аккуратную причëску и, бывало, редко незаметно для себя слегка расплетала волосы, чтобы заплести их обратно. Иногда в свободное время где-то в уголке ей делали косу и другие ученицы. А в какой-то из дней, когда она оказалась слишком вымотана и пыталась собрать волосы, которые распустила сама, чтобы хоть как-то занять свои руки и мысленно отвлечься, Лиза в итоге не заплела и половину косы. Тогда слушающий еë тихие, унылые речи маленький Пëтр попытался неловко доплести остальную часть, но в итоге результат получился столь неаккуратным и неумелым, что ему оставалось лишь втайне порадоваться, что дело близилось к вечеру и что ей не пришлось бы так долго ходить. Лишь было несколько неловко, что это "нечто" наверняка видели другие еë сверстницы. Слишком сильно погрязший в размышлениях Пëтр почти пропустил следующую реплику Анастасии: - Ну так что? Он поднимает голову - он и не заметил, как опустил её - и, к своему удивлению, видит, что Ася теперь обращает на него своë внимание полностью, даже развернувшись в его сторону на стуле. Уходит не так уж много времени, чтобы смириться со своим положением вещей, оборачивающимся сейчас явно не в его пользу. - Полагаю, - вздыхает он, - в моëм распоряжении особо и нет выбора? Он издаëт такой же неловко-непонимающий, как и выражение его лица, смешок, который Ася поддерживает куда увереннее, вероятнее всего, довольствуясь тем, что еë "подчинëнный" сдался так просто. Он ни разу не шутит, оставаясь полностью уверенным, что та адресовала ему ничто другое как указ, однако от оторопи решается на неловкую, несколько фальшивую усмешку. Приближаясь к Асе, он не сдерживает удивлëнного вскидывания бровей вверх, когда запримечивает в еë руках расчëску, которую та кладëт обратно себе за спину, довольно смело и небрежно откинувшись на стуле назад. Мысли о том, как Белов отвлёкся настолько, что не обратил внимание на то, как девушка при разговоре с ним успела пару-тройку раз пройтись расчëской по волосам, сменяются задумчивым дивом самобытным повадкам Корневой, что и без того присутствует в его голове некоторое время. В таком сбитом с толка настроении Пëтр берëтся за порученную ему... работу. Пытается вспомнить, как когда-то совсем давно заплетал волосы подруги, несколько раз берётся не за ту прядь, осторожно распутывает ряд, зависает на середине... И пока старается завершить задачу, не пропускает мимо себя мысленное замечание, насколько волосы Аси оказываются жëтскими и тонкими. Насколько он помнил, по сравнению с ней волосы Лизаветы были гораздо мягче и пышнее, хотя и причина тому для него достаточно ясна. Положение последней более чем давало ей время и возможности ухаживать за собой, однако в случае с Анастасией... навряд ли череда еë дел и род деятельности позволяли ей вообще отвлекаться на что-то другое и даже на себя должным образом. "Естественно, со всем этим кому-то вроде неё приходится забывать о лишнем комфорте", - заключает Пëтр и, опомнившись, переводит взгляд на результат своих усердий несколько критично. Он не может сказать, что он набедокурил больше, чем успешно справился со своей задачей, однако не может и сказать, что заплести чужие волосы у него вышло так хорошо, как хотелось бы. Ухмылка Корневой - первое, что адресуется всем его выстраданным усилиям и в первые же секунды ощутимо застаëт его врасплох, однако вскоре он всë-таки приходит к несмелому выводу, что ею революционерка по-своему оценила итог... неплохим, если можно так выразиться. По крайней мере, он уверен, что знаком с еë реакцией настолько, что вправе считать, что в обратном случае намёком на еë оценку стала бы не столько какая-то подколка, сколько весьма красноречивое выражение, намёк которого ему бы удалось распознать по характерно опущенным вниз бровям и векам.

***

Пëтр может об заклад побиться, что не особо вспоминал об этом дне многолетней давности до сегодняшнего дня. Или же, по крайней мере, он ловит странное чувство сродни дежавю лишь сейчас, когда, приходя на место встречи с информацией, первым делом застаëт Асю, удерживающую ножницы, лезвия которых почти успевают сомкнуться на концах волос где-то чуть ниже плеча. В свою очередь, она не совсем смотрит на него - лишь слегка перемещает взгляд на зеркале перед собой, замечая его в отражении, но голову не поворачивает, всё ещё не сдвигая своей руки. - Я тебя ожидала позже. Раньше освободился, что-ли? - Что-то вроде того, - кивает Белов. - У меня должна была быть ещë одна встреча, но человеку, с которым та была назначена, пришлось отменить еë. Сделал это он заведомо раньше, только вот в последнее время с письмами совсем беда... - он вздыхает, даже не скрывая лëгкого недовольства. - Доставляют их на удивление поздно. - А, так вот в чем дëло, - пожимает плечами Корнева, всë ещë продолжая присматриваться к тому, насколько устраивает еë выбранная собою же длина, и всë же слегка смещает локоть вверх. Когда она говорит, она всë также не смотрит на зашедшего человека. - А я тут длину подровнять собиралась. Пока была на заданиях, либо свободной минуты выкроить себе не могла, чтобы мне под руку не говорили, либо же вообще не до этого было. Хотя сейчас, чувствую, еë всë также нет, но думаю... - Может быть, я помогу? В ответ своему вопросу бывший военный не совсем ожидает какой-то бурной реакции, но на неë наталкивается: глава отряда даже убирает ножницы и вполоборота обращается к нему, смиряя его удивлëнным взглядом. Он не совсем понимает, прозвучало ли его предложение настолько неожиданно, что могло сойти за дикое. Он почти успевает стушеваться, однако с ответом Ася собирается быстрее, чем от неловкости он успевает сжать рукой другое предплечье. - Ну раз предлагаешь... - но фразу так и не заканчивает, вместо этого "пригласительный" жест рукой подавая; в ответ этому Белов неспешно приближается, вытягивая ладонь заранее, видя, что Корнева делает также, удерживая ножницы. Однако в самый последний момент чуть отодвигает руку к себе назад, заставляя Петра ещë раз вскинуть взгляд на еë лицо. Она отчего-то вновь сдвигает брови вверх, прищуриваясь. - Только стриги нормально. Надеюсь, ты умеешь это делать? Он не то чтобы выглядит хоть сколько-то сбитым с толку этим вопросом. Над тем, ставить ли шутливую шпильку чужим навыкам, он не думает даже единожды, всë вырывается у него как-то само. - Боюсь, - он чуть прокашливается, - если этот вопрос нужно кому-то и задать, но не совсем мн... - но договорить - может, к счастью? - не успевает: одним резким движением Ася привскакивает. Следом за еë действиями вовремя просыпается и инстинкт самосохранения Белова, если судить по тому, как он сразу вскидывает руки над собой в защитном жесте, к тому же как нельзя вовремя: она-то в это время уже успевает замахнуться над бедовой головой ножницами, - да не абы какими, а металлическими и достаточно тяжелыми, так что от удара такими при должном усердии их и впрямь можно превратить во что-то вроде полноценного орудия убийства, - но в последний момент останавливает взмах, роковой атакой-таки не кладя конец судьбе горе-шутника. Должно быть, проявила тем акт милосердия или просто вынесла этим ему весьма... наглядное и понятное предупреждение. Наиболее вероятным вариантом кажется именно последний. Его-то к сведению бывший солдат и принимает, решая на этом и закончить своë придуривание и просто без лишних слов взяться за работу. Ну как без лишних слов. Явно не в самом начале, когда его чëрт сподвигает развязать язык под предлогом идеи совместить и помощь, и обсуждение вопросов насущных в попытках не столь необходимой меры сэкономить время друг друга. Еë плачевность, правда, показывает себя столь же быстро и внезапно, как и само еë появление, жертвой чего едва ли не становится лишний и кривой срез длины повыше: Ася свои эмоции на рассказ Белова прятать не собирается, потому и резко оборачивается на какое-то из его слов, отчего он, отвлëкшийся больше на дело, нежели на то, о чëм говорил, чуть было тут же не смыкает лезвия друг с другом не на том ряду. Именно тогда он и сворачивает свою толком не взвешенную инициативу, возвращая своë внимание полностью на подравнивании длины. Когда он заканчивает, он отходит, позволяя Асе чуть повернуться к зеркалу, дабы взглянуть на результат. Она осматривает его несколько удивлëнно, особое внимание заостряя на кончиках, которые Белову удалось подровнять настолько, насколько это было вообще возможно. Корнева явно успела привыкнуть к тому, что обычно она это делала своими силами и, в общем, навряд ли была сильно довольна результатами, однако сейчас была даже... впечатлена? Мужчина даже внимательно присматривается к еë реакции, замечая, как поменялось еë лицо перед тем, как она, закинув руку на спинку стула, в полуоборот обратилась к нему, в благодарность улыбнувшись краешками губ. Вскоре они оба возвращаются к обсуждению вещей, ради которых изначально и собрались на складе.