r20:/edo/yoshiwara/amaterasu: 2104_024: когда жизнь дает вам лимоны

Стоило Акеми распахнуть глаза, она поняла, что может двигаться; и то, что все тело жутко болело, а конечности — затекли. Когда она дернулась, то поняла, что лежит все на том же диване, но первым делом взгляд зацепился вовсе не за окружение, а за три пустые ампулы, лежащие у руки, на которой отчетливо было видно следы от инъекций. Сначала она испугалась, что ее вновь накачали чем-то, но, приглядевшись к этикетам, поняла, что это были вещества, обычно используемые командой во время заданий для заглушения боли и повышения внимательности, то есть, в сущности, простые витаминки на фоне того, что подсыпал Урасима в чай. Затем огляделась: на месте, где стоял ее «бывший друг», было заметно два следа от выстрелов, пятна крови. В кухонном уголке на холодильнике были отчетливо видны зазубрины от термокатаны. Здесь был бой?.. На полу лежала дека, разбитая, с грубо выдернутыми проводами, и в ужасе она дернулась. Она все помнила?.. Все?.. Но память услужливо предоставила ей каждую деталь, пусть и расплывчато: и призрак, и Урасиму, все-все-все. Ей не успели отредактировать память!.. Она нахмурилась и села окончательно, и только сейчас поняла, что позади кто-то в чем-то рылся, не особо пытаясь скрыть свое присутствие; резко обернувшись, Акеми наткнулась взглядом на таинственного незнакомца в шляпе, продолжавшегося копаться в какой-то мелкой коробке. Комната вокруг была перевернута верх дном, одежда валялась на полу, терминал был включен, куча бумаг… Тут явно основательно покопались. Продолжая опасливо коситься на человека в шляпе и пытаясь совладать с собой, Акеми слегка дрожащим голосом обронила: — Где… он? Незнакомец резко поднял глаза и сжал рукоять меча крепче; но, увидев лишь испуганную Акеми, опустил оружие и поднялся на ноги, следом за чем неторопливо подошел ближе. Заговорил: голос у него был таким же непонятным, ни женским, ни мужским, чем-то средним, хотя по некоторым словечкам, как она предположила, это все же был юноша: — Ты пришла в себя, верно? «Я — твой друг», — тут же добавил незнакомец. Акеми скептически его осмотрела. — Это я накачал тебя этим, — кивком он указал на лежавшие на диване капсулы, — чтобы ты пришла в себя обратно. — Я поняла. Поэтому сейчас, — она особо выделила это слово, — я тебе верю. — Хозяин квартиры смог уйти. Он оказался быстрее, чем я предположил. Здесь, — он обвел помещение взглядом, — нет больше ничего полезного. Я решил подождать, пока ты очнешься. Не хотел тащить тебя на себе. Все фразы незнакомца были рублеными, короткими, словно он не привык особо долго говорить или вообще болтать без дела. Акеми наблюдала такое у Идзо: он тоже иногда начинал рубить предложения, и считала, что это был один из признаков киберпсхоза. Но этот парень не выглядел хромированным торчком… Ну, может, ей просто казалось. Она в последний раз осмотрела помещение: с момента, как Урасима покинул комнату, это место выглядело чужим, незнакомым. А ведь она когда-то думала, что бывала здесь, в далеком прошлом, настолько, что успела позабыть все адреса… А это была лишь обманка, иллюзия. Человек в шляпе продолжал смотреть на нее так пристально, что по спине ползли мурашки, но его явно ничего не смущало. — Ты можешь стоять? Неохотно Акеми кивнула; затем поднялась, с трудом. Тело ныло, конечности казались ватными, словно налившимися свинцом. Но тому этого было достаточно; человек в маске сухо обронил: — Оружие есть? Оружие… Откуда у нее оружие! Она шла сюда с мыслью, что найдет что-то о своем прошлом, а не наткнется на ловушку; потому, когда она покачала головой, человек в шляпе порылся у себя в безмерных карманах плаща и достал уже свой пистолет, вложив ей в руку. — Готовься. Нам нужно будет выйти из этого здания. Неизвестно, сколько еще агентов Урасимы тут может скрываться. Не выходи ни с кем на связь: тебя могут отследить. Он подключился к твоей голове. У них могут быть доступы к защищенным каналам. Игнорируй все, что тебе пишут. Это может быть западня. Вот значит как… А она хотела было написать остальной команде… Акеми просто кивнула; сейчас было не время допрашивать этого незнакомца о том, кто он или зачем все это делал, но прежде, чем они двинулись к выходу, она спросила об имени — просто о нем, как именно следовало обращаться к незнакомцу, и, чуть подумав, тот чуть более мягким голосом, словно произносил не он, а кто-то другой, другая, заметил: — Ты можешь называть меня Нагасино, — и, затем, вновь тем же сухим тоном: — Ты готова? Когда она кивнула, он отвернулся; мельком она увидела порванный на руке плащ и наспех заделанное медгелем пулевое ранение. Стянул его и протянул ей, намекая надеть сверху вместе с капюшоном. Подвигав рукой, проверяя, он двинулся вперед. — Идем за мной. Как только мы покинем это здание, я отвезу тебя в безопасное место. Ближе у двери Акеми увидела, что замок был заварен: видимо, Нагасино опасался проникновения снаружи, вот и постарался. Он обернулся, на секунду критично осматривая ее, после чего обронил: — Я могу спуститься на три этажа через балконы. Если ты не уверена, что сможешь так же, пойдем внутри. — Я не уверена, что даже выстрелить смогу! — виновато заулыбалась она, и на лице Нагасино мелькнуло нечто сродни ожидаемому разочарованию. — Тогда держи пистолет двумя руками. Взмахнув термокатаной, он с легкостью перерубил замок, затем открыл дверь; немного постоял на месте, прислушиваясь, и, схватив ее за руку, потащил за собой вниз. И затем они, словно две мышки, пошли вниз, так тихо, как только было можно. Влились в толпу, безразличную к двум новым людям: все здесь были слишком заняты своими проблемами, а те, кто искал их, вероятно, так и не могли понять, куда именно они запропастились. Когда она в следующий раз взглянула на Нагасино, шляпа его сложилась, а маска исчезла, убравшись в пазы на лице (а может, на нем была вовсе не водолазка, а боевой костюм, просто из тех современных моделей, что было практически не увидеть); лицо его напоминало скорее девичье, но сложно было сказать, кем же был Нагасино на самом деле. Он, словно призрак, появлялся то тут, то там, и лишь изредка давал ей подсказки: что на лифте ехать было нельзя, и по каким лестничным проемам они пойдут вниз. Когда она пошла по левому, Нагасино испарился; она же влилась в пьяную толпу, задорно горланившую песни. Они встретились спустя несколько этажей; в этот раз пантомимы Нагасино стали не такими резкими, более простыми, понятными такому обывателю, как она. Может, ей помогало скрыться то, что она неважно себя чувствовала, и двигалась не очень уверенно, прямо; кто знал? В отличие от Нагасино, она не была мастером маскировки, она была в сущности никем — сейчас не играли значения ее предыдущие приключения, побег от «Накатоми», ныне она не видела себя кем-то значимым, кем-то опасным, просто обычной девушкой. Не играли значения ни «Йошивара», никто. Кем она была… Кто она вообще? Седзиро Окику — это она? Седзиро Гото лежал в могиле. Он не ответит. Никто не скажет. Урасима — предатель!.. Первый вздох. Красиво. Тот человек со множеством рук… Зеленые глаза вокруг, смотрящие в пустоту, не видящие ее. На нижних этажах начались торговые ряды; здесь спрятаться было проще, но и людей, откровенно не скрывающих свои поиски, тоже было больше. Акеми тенью шла за самыми разными людьми: стайкой молодых девиц, за грузной женщиной с тремя детьми, все дальше и дальше, пока не достигла лестницы, около которой стоял человек с обожженным лицом и яркими зелеными глазами — он всматривался в каждого, кто шел мимо него. Здесь скрыться не удастся, поняла она, и чуть замедлила шаг. Но Акеми даже не пришлось ничего делать: за нее выполнил всю работу Нагасино, появившись за спиной у человека и накрывший его лицо своей рукой, затем молниеносно оттащивший в темноту где-то позади. О судьбе того человека можно было лишь догадываться, но что-то Акеми сомневалась, что он выжил. Чем дольше шла Акеми, тем сильнее билось сердце. Прочь, прочь из ловушки. На выходе ее уже поджидал Нагасино с прозрачным зонтиком за спиной; когда она подошла ближе, он взял ее под руку и притянул к себе, закинув зонт назад, так, чтобы их силуэты были размыты. На улице лил дождь, но зонт был достаточно большим, чтобы скрыть их двоих. — Предусмотрительно, — Акеми осмотрела зонтик. — Не люблю кислотные дожди, — признался Нагасино. — Они плохо сказываются на имплантах. Вдвоем они скрылись в подворотне относительно недалеко, и, когда там Нагасино выключил на припаркованном за мусорным баком мотоцикле систему активной маскировки, она смогла тяжело выдохнуть и оперлась руками о колени. Боже!.. Им удалось уйти… Но не был ли Нагасино таким же мерзавцем, как Урасима? Вдруг он тоже хочет с ней что-то делать?.. Было бы хорошо связаться с остальными… Но новый знакомый был прав — слишком высока была вероятность, что в ее системах остался вирус Урасимы. Нельзя было рисковать. Она уже и так глупо попадалась до этого на ловушку студентика, вновь наступить на те же грабли было бы глупо. Когда она обернулась, в руки ей швырнули шлем, который Акеми едва успела поймать. Нагасино уже сидел на мотоцикле. — Залезай. Из пазов на шее у Нагасино появилось подобие такого же, скрывшее уже его лицо. Немного помедлив, Акеми послушно села за ним. Вцепилась в пояс покрепче; газанув, Нагасино стрелой вылетел из переулка и, разбивая дождь, ринулся куда-то прочь из поганого района, направляясь куда-то в центр, куда-то… Куда? Но он помог. Стоило ли ему верить? Призрак сказала: не верь никому. Неприкрытую кожу неприятно жгло от кислотного дождя. Все время, пока они ехали, Нагасино молчал, смотря куда-то вперед. Сейчас было явно не время задавать вопросы, но, подумав, что иного момента вряд ли представится, Акеми осторожно — к счастью, в шлеме был выстроен микрофон, и перекрикивать шум не пришлось — поинтересовалась: — И в какой же мы хороший район едем? Некоторое время Нагасино молчал, и, когда Акеми подумала, что уже и не услышит от него ничего, он вдруг обронил: — Синагава. Район, где находилась мегабашня «Номуры Холдингз», вдруг всплыло в памяти. — Ты из «Номуры»? — Нет смысла скрывать. Верно. Акеми чуть помедлила. — … и я? — Этого я не знаю. Но, — вдруг заметил он, — мы с тобой уже встречались. — В метро? — предположила Акеми. Нагасино помедлил, набирая скорость еще выше, но потом все же заметил: — В твоем подвале. Постой, — вдруг тональность в голосе Нагасино изменилась, словно он смутился, стала ощутимо женской. Акеми сначала не поняла, но потом осознала, что болтал он не с ней. А с… кем? — Она… Она и так еле от транквилизаторов отошла, а ты реально хочешь, чтобы я это все рассказывала?! — затем безжизненный тон вернулся, и, уже явно ей, он пояснил: — Это сложная история. Подробнее узнаешь, когда приедем на место. Но если хочешь об этом подумать, тогда я выглядел иначе. Может, помнишь блондинку, пришедшую на закрытие? Сначала Акеми не поняла, о ком вообще шла речь — у нее было много клиентов, но потом ее словно током ударило. Она помнила ту странную девицу, явившуюся уже после закрытия, так и не рассказавшую, откуда она узнала вообще о подвале, если никогда до этого Акеми ее не встречала. Помнила ее кривую улыбку, лицо, но в них с Нагасино не было ничего общего. Даже взгляд разный. «Выглядел иначе»… Тогда? О чем вообще шла речь? — Ты сейчас в нормальном состоянии? В смысле, ты помнишь все, что нужно? — А что — «нужно»? — начала злиться Акеми. — Я сейчас вообще не могу сказать точно, что именно я помню. Но если ты про то, что было с Урасимой… Да, я помню. — Хорошо. Было бы проблемно, не помни ты события сегодня. Рядом с тобой лежал накопитель данных. Взломать его на месте не удалось, он зашифрован. Посмотрю на месте, вручную это делать проще, чем удаленно. — Надеюсь, к концу этого дня я пойму, что тут происходит… — Ты уже давно задаешься этим вопросом? Взгляд Нагасино быстро пробежался по ней. Акеми нахмурилась. — Некоторое время. С тех пор, как начала видеть странное видение. — Видение? — Расскажу потом, — отрезала она, не скрывая яда в голосе, и Нагасино фыркнул. Он не стал ей ничего говорить, просто пожал плечами, после чего газанул еще раз. Вдвоем они помчались по длинной прямой автостраде, когда как в самом конце их ждала башня корпорации «Номура Холдингз», в которой должны были открыться все истины. Стойка Ситиро особой популярностью не слыла, что было Широ на руку; продолжая попивать самый средний коктейль в своей жизни, он то и дело косился на уголки, в которых шейкеры трясли крайне фигуристые дамочки, гадая, почему Ситиро вообще решил, что сумеет тут кому-то сделать конкуренцию. При своих-то не самых хороших навыках создания коктейлей! Вот чего у него было не отнять, так это умение делать шоу… Парню явно стоило идти куда-то в другое место, там, в интернете фокусы показывать, а не это все. Он вообще был неправильным барменом: словно полная противоположность мадам Рэй. Ей Широ мог излить свою душу, и он знал, что она выслушает и даст совет; Ситиро же, наоборот, начал изливать душу Широ, и тому пришлось выслушивать все жалобы и проблемы юного неудачника, да так, что в какой-то момент стало даже как-то грустно: парнишке в жизни явно не везло. Это его проклял кто-то, что ли?.. Пока Ситиро жалостливо ныл о том, как ему посчастливилось устроиться сюда, Широ припоминал ранее сказанные слова о работе всю жизнь тут и понимающе кивал. Ну-ну, будет. Правда стоило бы поменьше противоречить самому себе. — Долго планируешь тут задерживаться? — Широ вежливо улыбнулся. — Как тебе вообще работа в таком месте? Рукастый ты, я бы так не сумел. — Не знаю… — со стоном протянул тот. — Я не для этого был рожден. — Чем ты хотел заняться? — Все хотел шиноби стать, — Широ мужественно сдержал желание громко хрюкнуть со смеху. — Но это такая куча проблем, ты, думаю, и сам понимаешь. Опасно! Нужна куча контактов! Думал, тут встречу какого-нибудь криминального мужика, якудза, они ж ходят по барам… Я вот сюда устроился, но никто сюда не пришел! Ты думаешь, зачем я выделываюсь? Чтобы меня как в фильмах приметили, разглядели в глазах все навыки, сечешь? Я уже устраивался напрямую к одним чувакам, которые всякое громят, они меня в плен взяли и продали в башню Тэнгоку, пока там не началась бойня, и я не слинял. Башня Тэнгоку… Бойня… Широ припомнил слова Рю, слухи с «Саншайна» и сделал крайне задумчивое лицо, гадая, пересекался ли лукоголовый с его новым коллегой, или просто воспользовался удобной ситуацией и дал деру. — Ты уже был шиноби, хочешь сказать. — Ну типа? — Ситиро неуверенно пожал плечами. — Никакого посвята у крестного отца, если ты об этом. Если я им и был, то точно не чувствовал. — И что, после побега тебя никто не ищет? — Ищут, конечно! — он гордо указал на себя большим пальцем. — Я известная личность. — И чем ты известен? — лукаво поинтересовался Широ. — Тем, что сбежал из замка Тэнгоку! Безнадежное создание. Широ вздохнул, опрокинул в себя еще немного коктейля и заметил: — Ты не думал, что если ты известен всем, что ты сбежал из замка Тэнгоку, и рассказываешь это всем подряд, то тем, кто идет за тобой по пятам, будет легко тебя найти? — Это очевидно, что меня ищут среди криминальных структур, — не моргнув и глазом, наплел лапши на уши Ситиро, — а я тут неплохо устроился. Рано или поздно сюда придет кто-то, кому потребуются мои услуги, мы с ним перетрем, споемся, я буду его личным крутым шиноби. Он будет платить мне кучу бабок, и все эти чуваки отстанут! — По-моему ты просто подставляешься, эти парни из Тэнгоку так тебя проще отыщут. — Я привык рисковать и делать большие ставки! — важно заявил Ситиро. — Такой уж я парень. Ты еще что-нибудь заказывать будешь, кстати? Широ медленно кивнул, смотря по почти целиком полным бутылкам позади незадавшегося бармена — к Ситиро явно заходили очень нечасто, и, пока тот вновь творил свою невероятную магию с таким себе результатом, облокотился о стойку и легкомысленно обронил: — Более стабильную работу найти себе не пытался? — Это вполне стабильная работа! — возразил тот. Задумался. — Ну, то есть, временная, но пока что стабильная. Из-под стойки Ситиро достал настоящий лимон и гордо продемонстрировал его Широ, после чего выхватил нож… Черт, с ножами этот парень обращался хоть куда, этого было у него не отнять. Возможно, если бы не дурная голова, из него и правда вышел бы какой-нибудь шиноби, только вот люди вроде Ситиро обожали создавать себе проблемы. — Недавно пытался устроиться в одну корпу, там нужны крепкие ребята, как я. Но, походу, Танэгасима прознал, что я туда решил податься и все там к чертям прикрылось. Я сейчас вроде как залег на дно, но в любой момент жду подвоха. У меня, — он наклонился вперед и зашептал: — под стойкой спрятан дробовик! — Да у всех тут, разве нет? Ситиро убитым взглядом посмотрел на Широ и кивнул в сторону девчонки с выдающимися формами, которая держала между грудей шейкер и трясла изо всех сил, вызывая восторженные вопли от окруживших ее посетителей. Затем покачал головой и горестно протянул: — Чувак, это просто клуб. Я тут самый опасный. Шаришь? Если сюда кто-нибудь ворвется и начнет устраивать дебош, то… — он взмахнул ножом, и лимон, разделенный на три части, упал на досочку. — Все девчонки буду мои. Главное сделать правильную вещь в нужный момент. Да. С ножами… этот парень обращался очень лихо. Это поэтому он был нужен Мотизуки? — Ну, я еще молод! Все дороги впереди! Хотя хотелось бы найти себе путь пораньше. Широ задумчиво поскреб подбородок. Лукоголовый говорил, что его так и тянет стать шиноби, верно? Можно было сыграть на этом его желании и затащить в «Йошивару», а уж там дальше Мотизуки сама разберется, как с этим нелепым парнем говорить, хотя, зная ее, ничего хорошего из этого не выйдет. И хотя ему было искренне жаль этого придурка, работа есть работа. — Знаешь, — протянул он, — я тут сейчас сетевиком работаю в одной конторке… Чем, говоришь, хочешь заниматься? Понимаю, что шиноби, но как-то это не конкретно. — Я создан для улиц, сечешь? Чтобы рисковать. Чтобы обнимать одной рукой девчонку, а сзади взрыв, а второй прикуривать от оружия, понимаешь? — Для этого нужно много денег. — Я знаю, — лицо Ситиро сделалось таким кислым, словно это он собирался есть лимон. — Чтобы поесть тоже нужно много денег. Да уж, жизнь — не сахар. Задумавшись, Широ кивнул на лимонную дольку и попросил одну; Ситиро удивился, но вежливо протянул ее. Настоящие лимоны не каждый день жуешь, а это было задание, так что можно было себе позволить… Кислило жутко. Едва не морщась, Широ продолжал ее жевать, думая о том, как сильно это разнилось с синтетическим лимоном. На изображение из себя крутого парня Широ хватило ненадолго: в конце концов он поморщился и попросил стакан воды, который осушил залпом. Потом пробормотал: — Черт, видел в одном фильме, как один парень откусывал лимоны, как яблоки. Интересно, как он это вообще делал. — Богатый, наверное, чувак был. Широ кивнул. Потом указал на Ситиро пальчиком, галантно. — Слушай, ты парень ровный и мне нравишься. Не хочешь пообщаться с моим боссом? Я думаю, ему бы приглянулись твои умения, тем более… — он опустил взгляд на нож, — делаешь ты все и правда невероятно. На секунду Ситиро на него вылупился. Потом недоверчиво отошел на шаг назад и пробормотал: — В первый раз, когда я такое слышал, мою жопу продали в Тэнгоку. Тоже обещали свести с одним человеком, а потом вшили электрошок и заставили делать страшные вещи. А мужику, который меня туда продал, говорят, бошку отрезали. — Парень, у нас все в миллиард раз легальней: отдел сетевиков вот вообще на пуфиках и гамаках работает. Теневые конторки такие себе позволить не могут. И лапшу каждый день заказывают! — Там мне тоже хост-клубы по пятницам обещали, — заупрямился Ситиро. Странный парень. То ждет знака свыше, а когда знак свыше приходит к нему в руки, то сразу пятится. Понятно, что неудачный опыт, но мозгами-то тоже думать надо. Широ лишь закатил глаза, когда Ситиро вновь заладил свою мантру: — Я жду того чувака, на которого взглянешь — и сразу искра в глазах. — Это ведь может стать последним, что ты увидишь в своей жизни. — Если ты думаешь, что меня так легко убить — ты сильно ошибаешься! Ну да, ну да. Конечно. Но Широ лишь вежливо улыбнулся. — Меня не только чувак из Тэнгоку уже черти сколько ищут, еще чуваки из доставки. Представляешь? Я доставлял пиццу, а какие-то ебланы сломали мне его, пока я на этаж заносил, и теперь я им должен! Но это дело принципа — не я же это сделал, чего я им компенсировать буду? И, наверное, дедушка тоже беспокоится, — неожиданно, Ситиро задумался. — Но он уже старый, у него своих забот полно. — Н-да-а-а… — фальшиво грустно протянул Широ, и намеренно драматично покачал головой. — Ты прав. С таким багажом тебе в нашей защищенной со всех сторон фирме работать будет некомфортно. Жаль, жаль… — Сам понимаешь, — вообще не понял намека Ситиро. — У нас с тобой половинки паззла не сходятся. Вот же… голова… луковая… Наконец, он закончил с готовкой коктейля: подал его, держа на лезвии ножа, и гордо объявил название — «Блэйраннер». Коктейль был получше предыдущего: терпкий и с мощным послевкусием, словно только что Широ посмотрел тяжелый фильм, и только после просмотра вся эта глубина начала до него доходить. Выходит, все-то он может, если захочет, надо просто учиться нормально, а не сетовать на свою бедную судьбинушку, особенно когда рядом подворачивается потенциальный шанс. Кстати, где там ползает Таро? Когда Широ мельком подключился к Хатико, то едва не скривился: настолько ужасным был шум по ту сторону, словно кто-то водил наждачкой по стеклу. Цвета шли рябью, все так мелькало и искрилось, что мигрень на вечер он себе точно заработал — и алкоголь тут никак не помог. Ситиро, видимо, заметил его страдания и наклонился рядом, озадаченно заглядывая в глаза. — Коктейль слишком сильный? — беспокойно забормотал он. — Тебе водички дать? За водичку, кстати, пятьсот иен. И тут Широ посетила Идея. Все еще держась за голову, он с трудом произнес: — Можешь показать, где тут туалет? Поможешь дойти?.. А то так херово… — Но я не могу оставить стойку! — заскулил тот. — А то вдруг сюда кто-нибудь придет? Кто к тебе придет, раздраженно подумал Широ. — Ну технический перерыв, не знаю… — Какой еще перерыв?! — страшным голос зашептал Ситиро. — Он денег стоит! Ты знаешь, сколько мне платят?! — Я еще какой-нибудь коктейль возьму… — А чаевые? — тут же оживился Ситиро. — И чаевые… Видимо, деньги оказались решающим аргументом: по-быстрому закрыв стойку с напитками позади и внизу, Ситиро прыжком перепрыгнул ее и взял Широ под руку. Продолжив изображать крайне больного и несчастного, он поплелся со своей жертвой в туалет, надеясь, что там его и схватит. Раз уж Ситиро не хочет идти по своей воле, то придется тащит силой, как бы не хотелось. Жаль. Легко можно было вообразить, почему тот боялся, если на каждой работе с ним случалась какая-то херня. По пути до точки назначения Хатико вдруг вновь связалась: видимо, на некотором расстоянии от Таро, раз сумела позвонить, но все еще в вентиляции. Тот, как понял Широ, торчал на втором этаже. Мгновенно он подал сигнал кошке, чтобы та передала сообщение Таро — нужно прийти в туалет, где они вдвоем и схватят удальца. Вместо ответа донесся статичный шум, и Широ предположил, что его послание приняли. Ситиро довел его прямо до кабинки и уже там поинтересовался: — Тебе волосы подержать или что? — Спасибо… Правда. Погоди секунду… Я сейчас… — Я все понял! Явно не желая смотреть на чужую тошноту, Ситиро закрыл дверь. Несколько секунд Широ простоял около белого друга, затем выпрямился и дрожащим голоском бросил: — Ситиро… Спасибо тебе. — Да не за что. Что ж, теперь настало время устраивать цирк, делая вид, что ему ну очень плохо. К счастью, работа на медийную компанию дала достаточно опыта не только для импровизации, но и для разного рода имитации звуков, какие Широ слышал в закромах «Зетимы». Кто бы, блять, подумал, что это вообще пригодится. Когда Ситиро за дверью начал беспокоиться, шепча, что ему уже пора, Хатико подала сигнал: она была в вентиляции прямо у туалета, где сейчас театрально страдал Широ. Отлично. Если он рассчитал верно, то Таро вывалится сбоку от всех кабинок, то есть прямо перед носом у Ситиро. Прислушался к окружению: в соседней кабинке кто-то нюхал кислоту, и, судя по смеху, уже ничего вокруг не замечал, кто-то плакал, а последний ходил в туалет очень громко, то есть, если потасовка начнется, то никому дела не будет. — Принеси салфеток, а? Будь другом. — Мужик, да тут уборщики больше меня получают! — Это не для пола. У меня руки все в этом… бля! Видимо, страдал Широ настолько эффектно, что Ситиро со вздохом забормотал что-то, следом за чем донесся звук воды в раковине. — Надеюсь, ты там не устроил какой-то ядерный холокост, мужик. Уборщиков тоже жалко, сечешь? Они люди простые… Пока он бормотал себе про печали и радости работы уборщиком, Широ дал команду Хатико: пора. Сам же спиной прижался к дверце кабинки, готовясь атаковать. Чуть приоткрыл дверь и увидел, как за спиной у Ситиро вылетела вентиляционная решетка, летя прямо в висящую в углу камеру. Тот резко обернулся, затем хмуро уставился на дыру в вентиляции и осторожно подошел туда, все еще сжимая в руке влажные полотенца, и, когда начал рассматривать то ли застрявшего там Таро, то ли еще что-то, явно заинтригованный, Широ натянул шоковую перчатку сильнее. И выскочил из кабинки. Наконец, картина открылась ему в полной мере: Таро действительно застрял в вентиляции ногой, и, повиснув в неудобной позе. держался за пистолет с транквилизатором, патрон которого торчал у Ситиро в плече — но тот отчего-то этого даже не заметил, продолжая пялиться на неожиданного гостя. Обернулся… И тут же получил шоковыми перчатками прямо в шею, когда Широ впечатал его рукой в зеркало. Это его точно вырубит, подумалось. Но потом услышал сдавленный писк: — Бля, мужик… Ты что творишь, я думал, мы друганы! Я так и знал, тебя послал Танэгасима! Широ ударил его еще раз. И еще. И… Почему не сработало?! О черт. У него имплант от шокеров, да? Как заземление! И какая-нибудь штука от ядов, вот почему выстрел Таро не сработал! Какого хрена?! Прежде, чем тот дернулся, Широ взял его в захват, сжав шею между рук; но Ситиро не пожелал так быстро сдаваться и начал вырываться, но не просто истерично дергаться: первым пинком он со всей силы ударил пяткой по голени, а второй врезал по ней так, что Широ пошатнулся, невольно разжимая руки. В эту же секунду он выкрутился и отскочил в сторону, выхватывая из-за пояса уже знакомый нож в лимонной кислоте. Смотря на Широ взглядом дикого зверька, он простонал: — Блин, мужик, ты был таким душевным! — Необязательно, чтобы все так заканчивалось, — осторожно заговорил Широ. — Просто пойдем со мной. Клянусь, я не от Танэгасимы. — А этот, что висит, тоже что ли с тобой?! — Ситиро явно хотел добавить что-то еще, но Таро его перебил: — Да, я с ним! — Вы в меня два транкпатрона вогнали! Ты думаешь, я после такого тебе поверю?! — Я купил у тебя два коктейля, и даже заплатил за них! И закажу третий! — Но это моя работа! — А это — наша! — Твоя работа вступает в конфликт с моими интересами, — Ситиро начал медленно пятиться назад, и Широ сделал шаг к нему. — Разве не ты хотел быть шиноби? Так вот он, наш мир! Не найдя ничего, что ответить, Ситиро взвыл и замахнулся ножом. Ну, кухонное искусство — это одно, а драка с опытным бойцом — другое, так подумал Широ и уже хотел было уйти от атаки, но Ситиро бросился на него с такой скоростью, что он на секунду опешил: и это стоило ему вогнанного в бедро острого как бритва ножа. Боль была жуткая, он взвыл и отшатнулся назад. Видимо, и сам Ситиро такого не ожидал, потому что тут же разжал нож и развернулся, явно намереваясь броситься наутек. Ну уж нет! Не отпиздит его какой-то лукоголовый в туалете! Приказав Хатико броситься к двери и не давать ее открыть, Широ, крепко сцепив зубы, превозмогая боль двинулся вперед. Схватил Ситиро за шкирку, до чего смог дотянуться, и с силой приложил его спиной об пол, надеясь, что после удара по затылку тот хотя бы сбавит обороты. Попытался было взять в захват, но Ситиро вновь вывернулся и врезал головой ему прямо в нос, отчего там что-то неприятно хрустнуло. На языке тут же вступило неприятное послевкусие. Отскочив в сторону, он вновь ринулся к двери, застопорившись, когда Хатико начала мешаться у него под ногами, а потом и вовсе подперла дверь собой, качая головой. Ситиро это озадачило; и этим воспользовался Ямада Таро, со всей силы швырнувший бесполезный транкв-пистолет прямо тому в затылок. Такой подлянки Ситиро не ожидал и сильно приложился лицом прямо об дверь, так, что, кажется, повредил нос — и сполз вниз, оставляя за собой тоненький алый след на двери. Поймав его прежде, чем тот врезался бы еще башкой об плитку, Хатико осторожно положила его на пол. Бля!.. Хорошо, Широ его реально недооценил! Этот парень просто нечто! И нож вогнал хорошо, пронеслась мысль в голове, когда он постучал пальцем по засевшей глубоко рукоятке. Обернулся, когда сзади на раковину упал Таро, выворачивая ее, отчего образовался крошечный фонтанчик. Лежа в луже воды, он показал Широ большой палец. — Круто я его, да? Ага, особенно застрявшая в вентиляции задница. Высший класс просто. Потому Широ просто улыбнулся, стараясь не выдать себя: но веко все же дернулось. Черт. Им пора было сваливать отсюда, они и так слишком громко шумели. Эта мысль засвербела еще сильнее, когда Очень Громкий Человек в одной из кабинок прекратил делать свои тайные дела. Кивнув Таро, чтобы занялся Ситиро, Широ достал из кармана заживляющий баллончик и бинт — до офиса должен был доехать без проблем, хотя болеть будет сильно. Когда с трудом поднялся и обернулся, Таро уже скрутил руки и ноги Ситиро кабельными стяжками; потом вставил какой-то чип в шею. «Массажер»? Да уж, теперь бедолага даже если очень сильно захочет не сбежит. — Ну и вертлявый же! — с восхищением протянул Таро. Кто бы знал, что у него будет иммунитет ко всему! Видно, что жизнь Ситиро многому научила. Черт, хорошо, что он не пошел один, иначе Ситиро точно удрал бы, а потом пришлось бы выслушивать всякое сначала от Мотизуки, потом от Сакуры, наверняка. Хотя, они же не Эйджи… Эйджи вот действительно много орал; при том, что умел быть благодарным за действительно полезные сведения. … но лучше без этого, ок? Они вдвоем подошли друг к другу; Ситиро мирно спал, закинутый на плечо Таро. Обернулись, когда дверь одной кабинки открылась. На них сверху вниз уставился огромный мужчина… Сумоист? Стойте, Широ недавно видел его в новостях… Немая пауза. Азумару быстренько оглядел лужу на полу, связанного Ситиро и окровавленные штаны Широ. Выбитую решетку вентиляции, след от разбитого носа пленника на двери, сверху вниз. Пожевал губу… — Я, пожалуй, пойду. Широ медленно кивнул, когда Азумару бочком начал выбираться к выходу. Что ж… Теперь осталось только выбраться через какой-нибудь черный ход. Широ с сомнением взглянул на Ситиро: пожалуй, стоило смочить ему немного волосы, развязать, и тогда можно будет сыграть классическй гамбит Нашему Другу Плохо. Никто точно не заподозрит. К счастью, воды у них теперь было хоть отбавляй.