Вопрос 6

Линдир первым услышал какой-то подозрительный шум в оружейной, он-то и сбегал тотчас за Элрондом, что позволило поймать малолетних мародеров – мальчишки, пыхтя, с такой энергией тащили здоровенный сверток, что их одинаковые мордашки покраснели от усердия. Владыка Имладриса предпочел словить за шиворот старшего, младшего поймал менестрель. - Ada, мы больше не будем!! – привычно заканючили близнецы хором. Элронд уже не слушал, он уставился на сверток, узнав старую черно-красную ткань, которая не выцвела благодаря темноте оружейной, но обветшать успела уже изрядно. Любимый короткий меч его ata Макалаурэ, пусть он и не любил сражения как таковые, но был воином как и все нолдор. Поразительно, что мальчишки его откопали, в свое время он спрятал этот меч очень надежно, так как не хотел его потерять, иной памяти о пропавшем навсегда лорде-менестреле не осталось; сердце до сих пор наполнялось болью от того, что ata Кано, возможно, еще живой, где-то бродит по просторам Средиземья, и отыскать его нет никакой возможности. Владыка отпустил сынишку, дал сигнал Линдиру отпустить второго. Мальчишки удивленно уставились на отца, поняв, что наказания почему-то не будет, а ведь отец был страшен в гневе – он разводил сыновей по разным комнатам на несколько часов, не давая играть вместе, сам же потом еще целый день с ними не разговаривал, поручая матери передавать «его высочайшие повеления». Хуже наказания и не придумаешь. Элронд аккуратно снял ткани и поднял меч вертикально, в боевой стойке – клинок ярко блеснул на солнце словно был только-только вычищен, чем вызвал восхищение обоих мальчишек (еще бы, работа Куруфинвэ, прозванного Искусным, его мечи не ломались и не тупились). Эльфинит наглядно провел пальцами по кромке лезвия, кожа лопнула, сверкающая сталь обагрилась кровью. - Вот видите, что вы могли наделать? - Adaaaa!! Ревущие мальчишки кинулись к любимому отцу, хватая больную руку, нежно целуя и залечивая ранки, ведь дар целителей открылся у них еще в пять лет, а сейчас близнецам уже по семь. Элронд мягко погладил шелковистые головки свободной рукой: - Ну будет, будет, живой ваш ada, уже и невредимый вполне, молодцы, - он по очереди поцеловал сынишек в макушки. - Ada, а чей он? – спросил Элладан. - А что за руны? – спросил Элрохир. - Так и быть, я вам все расскажу, если обещаете больше меч не трогать. Мальчишки закивали, и Элронд повел их в одну из галерей, к портрету прекрасного лорда Канафинвэ Макалаурэ, известном синдар под именем Маглор; на картине он был изображен во весь рост, одетый в черный костюм и ярко-красный развевающийся плащ, прекрасные черные волосы свободно бегут по плечам, удерживаемые только простеньким золотым обручем. У ног лорда лежал щит со звездой Феанора, опирался он на этот самый меч, но во второй руке уютно прижалась к своему хозяину любимая арфа. Владыка Имладриса закрепил меч под картиной, затем чуть отступил и принялся рассказывать. К концу повествования близнецы уже снова ревели, а только он умолк, принялись гомонить, перебивая друг друга: - Ada, мы его найдем! - Нам бы только вырасти, ada! - Это же наш haru! - Haru такой милый, мы его полюбим! - Мы его спасем! - Мы его привезем! Элронд подхватил обоих мальчишек и нежно прижал к себе. Ничего иного он от сыночков не ожидал и, взглянув на портрет, мог поклясться, что в серых глазах Маглора блеснули слезы радости… но это было всего лишь солнце и витающая в воздухе пыль.