Кэролайн не знает, каким образом у нее случается нервный тик.

- Мы переспали.       Кэролайн не знает, каким образом у могущественного бессмертного существа может появиться нервный тик. Но у нее появляется. В ту же секунду, как старшая дочь заканчивает предложение и смотрит вызывающе. «И что ты с этим сделаешь, мама?»       Найдет белый дуб и настругает тысячу колов, вот что. А потом будет втыкать по-одному на каждый сантиметр тела этого засранца.  - Возможно он внушил тебе, - она ищет подушку безопасности, чтобы не влететь в идиотизм ситуации, поэтому несет всякий бред. - Оу, нет, ни за что, - пожимает плечами Лиззи. - Я хотела этого, он хотел этого - мы переспали. Марди Гра в Новом Орлеане прошел просто потрясающе.       Кэролайн благодарит Бога, что Рик свалил в путешествие со своей новой подружкой и не слышит этого; он бы точно вытащил свой арбалет и заставил их рвануть в город первородных первым рейсом. - И что теперь?       Не так, чтобы ей было интересно. Вообще-то, она отдала бы все свои накопления и Школу Сальваторе в придачу, чтобы не знать, но…        Деймон говорит, что теперь она мать и это ее обязанность - думать о благополучии детей. - Он ушел за кофе, а я сбежала домой, - бурчит Лиззи, отводя взгляд.        Супер. Фантастический поворот.        Стоит ждать нашествия древних с песнями-плясками, выкупом и их викингскими одеждами, или он все забудет и больше никогда не объявится?       В прошлом прецедент был. - Класс, - говорит Кэролайн. Ноги не держат, и она присаживается на край стола, сжимая ладонями дерево так сильно, что персональная табличка Аларика улетает на пол. - Ты облапошила первородного.  - Знаешь, я думала, ты будешь гордиться или типа того, - Лиззи закатывает глаза. - Разве ты не сделала того же восемнадцать лет назад? - Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь, но… - Хоуп растрепала! Она, блин, гордится тем, что у ее отца были отношения с тобой! - кричит Лиззи - И ты решила, что теперь она будет гордиться, что у ее отца отношения с тобой? - Кэролайн тоже начинает кричать. Их повышенные голоса были бы слышны всему ученическому составу, но Фрея еще несколько лет назад поставила блокирующее звуки заклинание. - Причем здесь ее отец?       Лиззи хмурится и складывает руки под грудью.        Отношение Клауса Майклсона к ее постели кажется бредом. В конце концов, он вроде бы женат на какой-то выскочке, как говорит Хоуп. - Ты спала с ним! - Я спала с Колом!       Они говорят одновременно, тут же замолкая и переваривая услышанную информацию.        Кэролайн облегченно выдыхает, потому что… ну, это хотя бы не Клаус. Твою мать. - Не говори Елене и Деймону. И отцу тоже, - вскакивает она, начиная быстрыми шагами ходить по кабинету. - В прошлый раз они с Джереми его прикончили, но он не ожидал. А теперь он будет ожидать и… - Мам, он не такой, - заявляет Лиззи, и Кэролайн хочет попросить у Клауса способ, как бы ей прилечь в гроб на пару десятков лет, чтобы не прибить собственную дочь. - И он в меня втюрился. - Он психопат. - Ты спала с Клаусом, мам, и он тоже психопат, но предлагал тебе весь мир! Так сложно было согласиться?        Хоуп проходит в кабинет, пряча улыбку за длинными волосами, и протягивает ошеломленной Кэролайн, которая, фиг его знает что ответить дочери, с шумом вбирает воздух: - Это папа.        Она выхватывает телефон с рычанием и точно так же говорит в динамик: - Ты - подлец! И твоя брат тоже! Не смей ничего говорить, Клаус, я прибью вас обоих, понял? Я отправляла своих девочек на праздник. Ну там знаешь, шарики, фейерверки и сахарная вата, а не секс с первородной задницей!       Хоуп все-таки хмыкает, это прорывается сквозь всех присутствующих, и Кэролайн шипит: - И им это кажется смешным! Клаус! - Кэролайн, он на громкой, и там все, - шепчет Хоуп, взяв себя в руки. - Они хотели поговорить насчёт школьного фестиваля.       Лиззи возмущенно стонет, обхватывая себя руками. - Да блять, - говорит она стыдливо. - Спасибо, что вы обе выставили мою постельную жизнь напоказ.  - Тебе не должно быть стыдно, - фыркает Кэролайн, впрочем, не продолжая свою отповедь. - Тебя соблазнили и использовали, и это им должно быть стыдно! - Кровавый черт, Кэролайн, ты когда-нибудь меняешься? - голос у Ребекки невероятно веселый. И это злит безумно. - Я собираюсь посадить и выращивать белый дуб до конца своей жизни, понятно? - бурчит она в трубку, но ее обрывает бесконечно мягкое: - Ты права, love. - Не называй меня “love”!        Все наваливается: резко и сильно. Беспокойство за дочь, отвращение к семье, которая пообещала, что с детьми ничего не случится, если она отпустит их в Новый Орлеан, его голос.       Кэролайн к этому не готова. - Успокойся, love, Кола здесь нет, - продолжает Клаус своим терпеливо-пораженческим тоном.       А его невеста там есть? Чертов гибрид! - А где он? - На полпути в ваш богом забытый город, - встревает Ребекка, все еще веселая и непривычно добродушная. - Видимо, помогать тебе выращивать белый дуб. - Отвратительно, - тяжело вздыхает Кэролайн, но резко успокаивается. - Я и правда собираюсь его убить. Вам все равно? - Наш брат заслужил небольшую встряску, - дипломатично замечает Элайджа.  - Кэролайн, он действительно влюблен в Лиззи, - слышится возмущенная возня, и через секунду раздается голос Хейли Маршалл, которая отпихивает древних. - И ты не можешь им запретить. Вспомни, как мы с тобой поддались на это же в ее возрасте и… - Твою мать, Хейли, ты не помогаешь! - перебивает Кэролайн, слишком смущенная, чтобы посмотреть на девочек. - И с каких пор ты встаешь на их сторону? Представь, что Хоуп… - А она уже, - перебивает бурчание Лиззи, и она смотрит на подругу хитрым взглядом. - С Тайлером Локвудом, мам. А Джози, между прочим, встретила Стефана в прошлом году, в Риме. Но получаю я!       Кэролайн не знает, каким образом у могущественного бессмертного существа может появиться нервный тик. Но у нее появляется. Второй раз за несколько минут.       Хейли думает точно так же.       Клаус решает ничего не думать; он заказывает билеты в Мистик-Фоллс.                         *** - Во сколько вы должны быть дома?  - Не позже полуночи.  - Никакого алкоголя, сигарет и прочих веществ. - Я помню. - Не использовать внушение! - Она ведьма и она под вербеной!       Кол начинает злиться, и Лиззи хватает его за локоть.       Кэролайн прищуривается: - Я передумала, он все еще неуравновешен, ты остаешься дома, Лиззи!       Хохот Ребекки за спиной портит весь воспитательный момент, но на плечи Кэролайн опускаются слишком знакомые ладони и: - Love, он тебя понял. Если что-то пойдет не так, Кол самолично возьмет и вырастит белый дуб, так? - Да, - цедит Кол, но не сдает назад, потому что ладошка Лиззи Зальцман, которая облила его раствором с вербеной при первой встрече, нежно сжимает его. - Отлично, - в тон ему отвечает Кэролайн.        Когда новая и самая странная пара исчезает за поворотом, она поворачивается к беседке, возле которой стоят напряженный друзья.       Стефан держится, ему ведь не впервой оказываться в таких ситуациях, но Рик все равно перебирает арбалет руками.       Тайлер возмутительно-умоляюще смотрит на Кэролайн. - Сам разбирайся, - бурчит она в ответ, все еще чувствуя дыхание Клауса щекой. - Знаешь, это была твоя идея: «найди себе девушку, Тай, хватит уже жить прошлым! У нас ничего не получится!» - он изображает кавычки пальцами и винит ее во всем. - Но не эту девушку, моральный ты кретин! - кричит Кэролайн в ответ.       Клаус прижимает ее ближе к себе, и она не знает: то ли он сам так успокаивается, то ли отвлекает ее. - Ну, я не жалуюсь, - вставляет Хоуп, и подмигивает Тайлеру. Тот резко выпрямляет спину, будто единственным желанием его является не побег. - А я жалуюсь, - заявляет Рик. - Как вы вобрали в себя гены Кэролайн, если должны были бороться со злом, а не устраивать с ними любовные игры? - Во мне вообще нет ее ген, - говорит Хоуп. - Но у нее отличный вкус на мужчин. - Колу она нравилась, - подтверждает Ребекка, которая продолжала смотреть шоу. - С Тайлером и Стефаном встречалась, Ника обманула, что не любит и… - Я не врала!  - Опять обманывает, - вздыхает древняя, переглядываясь с Хейли и Элайджей.       Кэролайн думает, что сейчас сбежит, прихватив с собой Стефана и Тайлера. - Как суд над ними превратился в мой? - шипит она, чувствуя утробный смех Клауса всем телом. - Стефан, как ты посмел встречаться с моей дочерью?       Стефан смотрит в ответ своим серьезным взглядом, но продолжает молчать. Видимо, тоже не знает, как они оказались в этой идиотской ситуации. - У нас было одно поверье, дословно не вспомню, но там что-то про несчастье в отношениях, если мать семейства одинока, - решает помочь бывшему парню Ребекка, делая невинный взгляд и обводя им Клауса и Кэролайн. - Форбс, ты же не хочешь, чтобы эти трое были несчастливы?        Кэролайн не знает, каким образом у могущественного бессмертного существа может появиться нервный тик. Но у нее появляется. Снова.       Но сейчас ее талию обвивают знакомые крепки руки и думать об этом совершенно не хочется.