Глава 11

«Не стоит недооценивать конкуренцию.» – Эрго Гласт из Последовательности Перрина. Участок 141. Кучный город. Город десятин. Порочный город. Он напоминал горящую свечу, которая к основанию становилась всё более потрёпанной и гнилой. Каркас города был полностью металлический – изношенная от непогоды плетёная сеть опорных балок и ребристых трубопроводов, скрывавшая целые промышленные области: электростанции, лётные ангары, жилые комплексы. Штормовая защита укрывала вершину башни от жестоких ветров и экстремальных перемен холода и жары, свирепствовавших на поверхности Венеры. Нижние уровни отличались. Они состояли из кованого железа и многоэтажных стальных платформ, гниющих. Огромный объём металла держал их вертикально. Ютясь между посадочными площадками и заляпанными пятнами кислоты силосными зернохранилищами, там жили целые сообщества. В этих вертикальных трущобах обитали низшие слои общества Корпуса, просто благодарные, что им есть, где влачить своё существование, пусть и настолько несчастное. Здесь не было естественного освещения. Холодные уличные фонари и неоновые рекламные вывески отбрасывали на улицы длинные тени. Для Тэлина это был дом. В Участке 141 было много способов заработать. Работать в шахтёрских отрядах, как их родители, обслуживать робототехнику или вручную сортировать вторсырьё по бакам для переработки. Наниматься дешёвой рабочей силой туда, где для снижения расходов требовался ручной труд, часто оказывавшийся выгоднее предпочитаемых Корпусом автоматизированных рабочих. Можно было заключить контракт с Флотом Корпуса. Продать жизнь за относительно комфортную, хотя и строго регламентированную, жизнь среди звёзд. Свобода – малая цена за регулярное питание и скромное пособие. Тэлин и Келпо выбрали другой путь. Работа на рубежах. Жизнь на проклятой поверхности была непростой, но это была одна из немногих оставшихся честных сделок. На пронизывающем Нижние Уровни Участка 141 несчастье зиждилась целая экономика: казино, рэкет, скрапперы, механики, наёмные бойцы. Всё это можно было купить в Участке 141, были бы кредиты и репутация. Политически город считался независимым. Разумеется, ложь. Все выборы были согласованы корпорациями, и это почти полностью были владения Семей Верхнего Уровня. Члены Торговых Гильдий жили изолированной жизнью в своих гильдейских башнях высоко наверху, ведя дела с теми, кто двигал и сотрясал торговлю по всему Солнечному Монорельсу, но никогда не становясь свидетелями убогого подбрюшья, гноящегося внизу и делавшего всё это возможным. Прибытие Тэлина и его спутников не произвело никакого шума. Город, ничего не замечая, продолжал кипеть в своём бешеном темпе. Никто ни разу не обратил внимания на прилёт просроченного дешёвого скиммера, и никто не знал, что это прибытие положит начало череде событий, которые навсегда изменят город. Тэлин почти что врезался скиммером в ангар 2-12. Он расстегнул ремни, перегнулся и расстегнул ремни Келпо. Его коренастый друг так и не пришёл в сознание, превратившись в тень былого себя. Корабль был арендованный. Их прибытие было зарегистрировано Вышкой управления, их возвращение в город, несомненно, задокументировали. Нужно было уходить. Мальчик был в сознании, но слаб. Он медленно поднялся на ноги. Впервые на памяти Тэлина он дрожал. Какое бы колдовство Бездны мальчик ни применял в бою, оно дорого ему обходилось. Тэлин, засуетившись, накинул ему на плечи утеплённую полевую куртку. Может, мальчик и был смертоносным колдуном Бездны, но это был их смертоносный колдун Бездны. В комплекте с щедрой выплатой. Главный фокус был в том, чтобы до неё дожить. “Давай, парень, пошли, – Тэлин снова затянул Келпо к себе на плечо. – Есть одно безопасное место на примете”. Мальчик последовал за ним, куртка висела на нём нелепым плащом. На пути через посадочный док, не доходя до выхода для прибывших, к ним с гудением подлетел дрон. Он был от прокатной компании. Им высветили серию требований оплаты, мигающих ярко-красным. Опоздание с оплатой. Просроченные счета. Недопустимый характер посадки. Он начал перечислять обширный лист последствий и штрафов, вплоть до вовлечения внепланетных военных сил. Тэлин огрызнулся и помахал перед дроном кредитной пластинкой. Каких бы скудных кредитов на ней ни оставалось, они мгновенно испарились. Удовлетворённый, дрон подсветился зелёным и пожелал им хорошего дня. Тэлин нахмурился. Это тоже отследят. Тэлин Восс не был воином, но и глупцом он тоже не был. В Нижних Уровнях Участка 141 опасно было оставлять цифровой след. Потрёпанные и побитые, трио растворилось в толкучке обширного города. Фигура в капюшоне, до этого скрытая густой тенью за неоновой вывеской, отделилась от стены и последовала за ними.

***

Выходное пособие томилось в ожидании, одна из шести схожих по размеру барж, которым требовался допуск. За ними расстилался проклятый венерианский пейзаж, мрачное незаходящее солнце отсвечивало от плавающих ледников. Зрелище в равной степени безмятежное и чужеродное. Их причал, строго для Среднего Уровня, спонсировался Эньо. Большая часть окружающих их кораблей принадлежали полу-частным экипажам – шахтёрские и грузовые суда на долгосрочной аренде, предназначенные для межрегиональных перевозок по поверхности планеты. Выходное было исключением, это был единственный полностью частный корабль, ощетинившийся оружейными системами. Другие экипажи сворачивали шеи, глазея на Выходное, бездействующее рядом с ними. Они задавались вопросом, как такого поджарого, злобного на вид убийцу могли допустить в их уважаемую компанию. Эта секция города образовывала центральный ремень, отделявший Верхний Уровень от более промышленных, похожих на скелеты образований ниже. Чем выше, тем более преобладала иконография Корпуса, тем регулярнее и заметнее проходили дозорные. Смотровые галереи открывали вид на причаливающие баржи; там же располагались ряды кафе, ресторанов и прочей роскоши, до которой не дотянуться обычному рабочему. Эньо Корп была отнюдь не единственной контролирующей Участок 141 силой Корпуса. Тут ощутимо присутствовал Счастливый Рассвет, как и Люксор, и некоторые другие из числа крупных Гильдий. Городской Дозор был дочерней организацией Флота Корпуса, его в частном порядке финансировали различные заинтересованные стороны, в руках которых были космические пути в и из колонии. Участок 141 хотя и не был самой крупной колонией Венеры, имел особое значение. Его полунезависимый статус на задворках общества Корпуса подарил ему дурную славу полезного, хотя и сомнительного места для ведения бизнеса. Кархл Бравик метался, как зверь в клетке, лая на Тэйко. Взволнованный офицер связи держал напор рычания, предложений и ругательств с немалой уверенностью. Он в пятнадцатый раз попытался связаться с Вышкой управления, с плохо скрытой паникой барабаня пальцем по кнопке передатчика. Прибытие сюда Выходного было догадкой Верна. Охотник глянул все расположенные на поверхности колонии в округе и предположил, что их добыча заляжет на дно в самом большом поселении в пределах досягаемости. Бравик доверял его словам. Терренус Верн не обращал внимания на нетерпение своего нанимателя. Он и его команда готовились в чреве грузового трюма. С потерей Ладара и Байсека потребовались замены. Можно было отстегнуть местным командам, нанять их в помощь. Менее специализированные, но дешевле и определённо расходуемые. Их жертва ускользнула от них один раз, зарезав при этом двоих из них. Верн не недооценит их больше. Иногда численность играла роль. Верн нанял столько, сколько мог себе позволить, подтверждая контракты через Одноразовые Решения, низкорыночного брокера. Перед ними висела голографическая проекция города. Как и у большинства венерианских сооружений – центральное ядро с несколькими лифтами, облегчающими перемещение между разными уровнями города. Переговоры между кораблями строго отслеживались, покупка данных о посадке осуждалась, а может и вовсе была нелегальна. Им придётся полагаться на местные контакты в поисках таких прямых зацепок. Охота в городе была совершенно отлична от охоты в венерианской глуши. Навыки остронца будут малополезны без более широкого стратегического мышления. У следопыта были обострённые чувства и не имеющий равных нос, но путаные улицы и узкие переулки очень его озадачивали. Похожим образом была ограничена возможность вовлечения Браккара. Гринир принадлежали Империи и были неотделимы от военной машины Королев-Близнецов. Одно только зрелище огромного Бомбардировщика скорее всего спровоцирует бунт. Его придётся держать в резерве, пока они не удостоверятся в местоположении их цели, и даже тогда использовать его с осторожностью. И в этом была загвоздка. Они искали троих, и двое из них были местными. Снова это был их ландшафт. Команда Верна искала иглу в стопке других игл. Необходим был специализированный работник. Терренус Верн был не из тех, кто надеялся на пустой шанс или помощь местных. Он применял каждый инструмент из имеющихся в распоряжении. Сидя на коленях, Изольда аккуратно разложила колоду таро на палубе. Гринир безучастно смотрел из угла, он был создан для войны, а не дешёвых фокусов. Остронец держался поодаль, устроившись на упаковочном ящике, как всегда суеверный и чокнутый. Остальные члены команды Бравика свисали со стропил и притаились на мостках сверху, слишком любопытные, чтобы не смотреть. Она была из Тронутых. Из Бездны. Опаснее и диковиннее всего, что они когда-либо видели. Терренус же сложил под собой ноги и присоединился к ней в сидении на полу. Девочка замешала карты, напевая под нос. Она выложила три из них единым ловким взмахом. Воздух вокруг колоды неестественно похолодел. Три карты, каждая собственной масти. Верн никогда не видел такой колоды. “Что ты видишь?” – спросил охотник. “Девятку Перьев. Четвёрку Цепей, – она называла карты, смакуя каждую гласную. Поглаживая каждую в благоговейном порыве. – Это Глаз Дурака. Возможности и хаос. Несколько исходов, переплетённых”. Она снова замешала. Ещё три карты легли, две лицом вниз. Третья – перевёрнутая и открытая. Она изображала ребёнка неопределённого пола, залитого светом. “Что ты видишь?” – повторил охотник. “Юван, – пробормотала девочка. – Означает Юность… Перерождение. Пробуждение”. “А две другие?” Изольда поджала губы, занеся руку над картами. Еле уловимое фиолетовое мерцание исходило с кончиков пальцев. Она перевернула карты, одну за другой. Первая изображала Сооружение Орокин, перевёрнутое. У его основания клубилась энергия Бездны. “Башня, – громко огласила Изольда. – Тьма и разрушения в физическом плане”. “А не этот город?” – поднял бровь Верн. Изольда не ответила, полностью поглощённая процессом. Она перевернула последнюю карту. Скалящийся череп с содранной кожей. Изольда на секунду замерла. Верн наклонился и попросил: “Скажи мне, что ты видишь, девочка.” Изольда посмотрела ему в глаза и холодно улыбнулась. “Смерть.” “Всё это очень зловеще, – прогремел Браккар, сквозь бронированную маску его голос звучал угрожающе, с механическими нотками. – Но для чего это нужно?” Изольда поднялась на ноги, медленно обходя карты. Она гордо и дерзко вздёрнула подбородок, обращаясь к неуклюжему Гринир. Под капюшоном скрывались тонкие черты лица. Для кого-то столь юного, она держалась с уверенностью и самообладанием, выходившими далеко за пределы её физического возраста. “Карты – это лишь средство достижения цели. Мерило, которым любой странник, читающий Бездну, может наметить свой путь. Знамения меняются в зависимости от последовательности, а с последовательностью меняется и интерпретация.” “Домашние фокусы и чушь”, – усмехнулся Браккар. “Презрение моего клонированного коллеги принято к сведению, – нахмурилась Изольда. – Но возвращаясь к картам: их толкование. Постоянно изменяющееся, внушающее страх. Разрушение порядка. Окончание говорит о страхе смерти, своей или близкого спутника, – Изольда указывала на каждую карту. – Это отражение эмоционального состояния. Эмоционального состояния нашей цели”. “Я видел, как ты делала вещи, которые я считал невозможными, Сура, – осторожно начал Парсон-Лак. – Я не сомневаюсь в тебе. Но я тоже спрошу: как это поможет нам выследить нашу добычу?” Изольда выпрямилась, сцепив руки за спиной. Она заговорила спокойно, но отчётливо, легко слышная отовсюду. “Потому что наша цель, как и я, Тронутый Бездной, – улыбнулась Изольда. – Он неуверен. В ужасе от силы, которую пока не совсем может контролировать”. “А эти карты? – спросил Верн. – Они могут подтвердить местоположение цели?” Изольда покачала головой. В её глазах мелькнуло что-то похожее на проблеск сожаления. “Нет, не напрямую. Но сам отклик от карт сказал мне достаточно.” “Наша цель здесь, в этом городе”, – обратилась она к заполненной галерее. “И он напуган.”