Глава 17

“Сэр… оно обострилось.” Переговоры Городского Дозора, Участок 141 Голем приземлился среди выведенных из строя наёмников, в одном конкретном тяжёлом случае – на них. Наёмники не были образованными людьми. Они не путешествовали по Солнечному Монорельсу, не видели бесконечных чудес и ужасающей красоты, обитавших в звёздах над их головами. Их жизнь была столь же проста, сколь и сурова, жизнь в заключении нищих многоэтажек и металлокаркасов в бедных колониальных канавах Империи Корпуса. Мышцы прибыли. Культура и мистика обошли их стороной. Украшенный облик Варфрейма обескураживал их. Драгоценная, цветастая фигура, яркий металлический шут, порождённый из замысла искажённого сознания и воплощённый в реальность ремесленниками и мастерами техноцитовой плоти. Каждый дюйм был высечен и изукрашен с заботливой детализацией. Золото, алебастр, агрессивный красный и живой жёлтый – буйство красок и абсурда. Она рассматривала их птичьими наклонами головы. На обоих концах ромбовидной головы блестели и бренчали маленькие серьги. Следующий напавший лишился руки. Непросто было проследить, как именно это произошло. Только его рука потянулась к кобуре, как вдруг эта же рука изогнулась и закрутилась в воздухе, всё ещё сжимая столь нужный ей ретранслятор. Звук кнута-лезвия в руке Варфрейма рассёк воздух уже постфактум, хлёсткий треск, эхом отразившийся от высокого свода потолка. Снесённый рынок превратился в арену, огороженную рухнувшими палатками, покосившимися прилавками и раскиданными безделушками. Её окружили со всех сторон. Наёмники двинулись в сторону цели, только теперь целей стало пятеро. Пятеро шутов захихикали, будто наслаждаясь их замешательством, дрожащим рокотом их оружия, которое они переводили с цели на цель трясущимися руками. Какая-то иллюзия, грязные трюки Бездны. Не имело значения. Значение имело то, что в дублирующихся руках големов мелькнули парные пистолеты-пулемёты Фурисы. Варфреймы в унисон театрально поклонились, иллюзия, невозможность, проклятый мираж. Сара засмеялась, и бойня возобновилась с новой силой.

***

Тэлин завозился в путах, заработав от Нииры ещё один свирепый взгляд. “Прекрати уже. Не получится.” “Уж извини, что я хоть пытаюсь!” “Думаешь, я не пыталась?!” “Тихо, вы оба!” – рявкнул Келпо. Он как раз отходил от болеутоляющих и теперь жалел о каждой секунде своего существования. Их троих привязали к единой укреплённой бамбуковой перекладине, руки связали толстой витой верёвкой. На палке висели маленькие колокольчики, звеневшие каждый раз, когда Тэлин тщетно пытался проверить прочность верёвки. Парсон-Лак засмеялся, снова подгоняя Тэлина прутиком. К концу прутика был приделан какой-то простейший электрошокер для скота. Тэлин уяснил это на собственном опыте. “Успокойся, Сура! – беззубо усмехнулся следопыт. – Эти верёвки – из земных лиан, не так-то просто рвутся!” Он громко рассмеялся и ткнул Тэлина ещё раз. Через плечо охотника была перекинута другая верёвка, уходившая к завязанному мешку, в который запихнули мальчика. Каждый раз, когда мальчик пытался проверить свои путы, очередной разряд тока призывал его к послушанию. Парсон-Лак тащил его по земле с жёсткой силой, противоречившей его жилистой фигуре. Они шли по одному из подводящих обратно ко входу в Космопорт коридоров. Они покинули побоище рынков, хотя перестрелка вызвала перекрытие всего сектора. Тревога Городского Дозора звучала из установленных на каждом углу старых систем гражданского оповещения, веля жителям оставаться в помещениях до окончания проверки безопасности. Вскоре улицы заполонили патрули Дозора, отряды Моа и Бурсы принуждали население к обычному повиновению. “Уже недалеко, – подстегнул их Парсон-Лак. – Босс ждёт в ангарном отсеке.” Тэлин бросил сердитый взгляд, но продолжил путь. Его ухо и так уже кровоточило от последнего удара прутиком. Они оставили рынки далеко позади, шагая навстречу неопределённой судьбе под звон колокольчиков.

***

Бедро Мираж прижалось к лодыжке, и шея последнего наёмника треснула, как сухая ветка. Череп раздробился под сокрушающим весом. Она отпустила тело, и оно плюхнулось на пол. Воздух пронизал оружейный дым. Хотя бы криков больше не звучало. Если не обращать внимания на гудение тревоги, далёкий испуганный плач и разбросанные гильзы, можно было даже сказать, что всё успокоилось. Саре в ухо затрещал голос. Или в голову. Она не была уверена до конца. В Переносе всё смазывалось. “Что?! – ответила Сара. – Что случилось?!” Голос снова что-то закричал с оттенком паники. “Похитили? В каком смысле похитили?!” Когда она нашла место засады, её цель давно уже оттуда пропала. Остались только пятно сажи на месте взрыва дымовой шашки да несколько грубоватых апотропеических символов, выцарапанных в стене. Они были остронского происхождения, защитные знаки. Демон Бездны, гласили царапины.

***

Терренус Верн ждал их на посадочной площадке, окружённый группой приспешников. Среди них, в частности, выделялись маленькая девочка в капюшоне и огромный громила-Гринир. Этот зверь особенно привлёк внимание Тэлина. Он никогда раньше не видел Гринир. Он впечатлился масштабам этого монстра, его безжалостной грубой механизации, которая позволяла его неуклюжей громаде возвышаться над всеми. Монстр смотрел прямо на него бесстрастными круглыми жёлтыми глазами за круглым белым визором. За ними ожидал погрузки транспортный челнок с выдвинутым посадочным трапом. “Все здесь и учтены?” “Все тут, Сура, – Парсон-Лак кивнул на извивающийся мешок. – Этот, слишком опасный. Мусорный мешок для Тэнно”. Парсон-Лак вздрогнул под сердитым взглядом Изольды и извиняюще согнулся: “Прости, Изольда-Сура. Слишком опасно для Парсон-Лака. Тэнно освободится? Плохо… плохо утз.” “Приготовь их к транспортировке”, – приказал Верн. Парсон-Лак отстегнул с пояса мачете и методично освободил их от бамбуковой палки, перекинув её через плечо аккуратным взмахом руки. Руки оставались связанными, но теперь они получили относительную свободу передвижения. Нанятые члены экипажа выстроили пленников в ряд перед Терренусом Верном, который холодно их изучил. Верн подошёл ближе, особенно пристально разглядывая Тэлина и Келпо. Он был не выше Тэлина, но держался в сухой, опасной манере. На каждый карман и ремень, украшавший потрёпанный защитный костюм Тэлина, у Верна взамен находилось по кобуре или клинку. Верн поднял руку и стянул очки. У него не было зрачков. Просто холодная поверхность серого металла с вкраплениями зелёных нитей датчиков. “Тэлин Восс. Келпо Марр”, – просто сказал он, расхаживая перед ними с нечитаемым выражением лица. – Восхищён вашей ресурсоёмкостью. Мой наниматель особенно огорчён поломкой бура. Дорогая потеря для того, кто занимается раскопками”. “Нашими раскопками, – Келпо сплюнул кровь на палубу. – Наша находка, о которой мы должным образом доложили. Ваши бандиты начали, мы закончили”. “Не могу не согласиться, – тень улыбки пропала так же быстро, как и появилась. – Но это Венера, работа на её рубежах. Справедливость и прибыль редко сочетаются. Вы усложнили сценарий”. Верн остановился почти нос к носу с Тэлином. “Более того, вы убили моих людей.” Настала очередь Тэлина насмехаться. “Ну, – Тэлин кивнул на мешок, корчащийся на палубе. – Это были в большей степени групповые усилия”. Верн сжал губы, спокойно кивнул; затем вбил кулак в живот Тэлина. Тэлин рухнул на колени с перебитым дыханием. Ниира и Келп подались вперёд, но гигант-Гринир рыкнул и встал в стойку, покачивая пушкой, которая в ширину превосходила обхват плечей Келпо. Они застыли на своих местах. “Считайте за милосердие, что вас хотят живыми”, – Верн повернулся и зашагал к транспорту. По лёгкому сигналу рукой вся команда зашевелилась. Жёсткие руки сдёрнули Тэлина с ног. Пока его волокли по полу, сквозь выступившие слёзы он всё ещё слышал голос Верна: “Хотя учитывая, что вас заказал Бравик, я предполагаю, что ошибаюсь.”

***

Покупатель прибыл без пышных представлений и фанфар. Как и многие ключевые моменты истории колонии, прибытие покупателя Кэфа Мерино было не более чем забытым ещё на стойке регистрации приветствием. Джеф Эньо был верным членом Эньо Корп. Возможно, это было преуменьшением. Джеф сменил имя, прошёл через обширную реконструкцию лица и глубокую замену памяти, чтобы лучше служить Пророку Прибыли. Даже кибернетическая козлиная бородка, вмонтированная в его подбородок, несла на себе знак Эньо Корп. Такая степень навязчивой одержимости распространялась и на его рабочий день. Джеф Эньо работал в приёмной торгового дома с усердием, граничившим с фанатичным. Он заполнял бланки быстрее и эффективнее любого из членов команды Кэфа Мерино. Джеф знал каждого торговца по голосу, каждого представителя конкурующих гильдий узнавал в лицо. Это было непросто. На самом деле, из отведённых ему четырнадцати часов личного времени в неделю больше половины он проводил, запоминая лица членов Гильдий, чтобы лучше подготовиться к своей серьёзной службе. А потому, когда представший перед Джефом Эньо покупатель оказался полным незнакомцем, тот очень удивился. Этот человек не был одет ни в обычные облегающие одежды последователя Эньо, ни даже в сурово практичную одежду обычного торговца Корпуса. Его одеяние было богато украшено, но стиль и покрой категорически противоречили ровным утилитарным формам и холодному зелёному цвету, бывшими в моде в Башнях Верхнего Уровня. Но ошибиться было невозможно. Это был человек значительных достатка и вкуса. Странного покроя бежевая мантия и тёмно-синее пончо почти не скрывали блестящую облегающую фигуру броню, подчёркивавшую его фигуру. На пояснице висел элегантный меч, столь же украшенный, сколь и смертельно острый. Лицо торговца было скрыто за широкополой шляпой. Открытая кожа на челюсти была укрыта сеткой, и он двигался с плавной грацией, поразительно бесшумный для такой высокой и внушительной фигуры. Только когда он постучал платиновыми кольцами по мраморной стойке, Джеф Эньо подпрыгнул от внезапности и заметил, что он вообще был тут. “Здравствуйте!” – Джеф Эньо запнулся и чуть не выронил планшет с данными, вскакивая на ноги и выкрикивая фирменное приветствие, пытаясь собраться: “Добро пожаловать в Эньо Корп: Избранные Сподвижники Пророка Прибыли. Чем мы можем вам помочь?” В голосе мужчины звучало механическое эхо, его голос был гладко изменён: “Здесь есть торговец по имени Кэф Мерино. Проведите меня к нему. Я знаю, что вы и ваши соратники прикоснулись к чему-то очень ценному.” “Я… я не уверен, что могу. Помощник диспетчера занятой человек. Я не посвящён в его дела.” “Кэф Мерино поймёт. Он получил официальное сообщение от одного из своих субконтрактников примерно шесть минут назад. Мне крайне важно переговорить с ним, немедленно.” Джеф Эньо внутренне ощетинился на предполагаемый настоящий тон незнакомца. “У вас назначено?” – ответил Джеф на автомате. Глаза покупателя были скрыты за визором, состоящим из трёх металлических полос, но его губы плотно сжались, когда он положил на стойку платиновую расписку. Глаза Джефа расширились. Его челюсть отвисла. Торговец наклонился, его голос бархатисто замурлыкал: “Теперь да.”