Глава 20

«Они говорят, что Солнечный Монорельс был построен на технологическом прогрессе. На науке, столь мощной, что её можно принять за магию. Может быть и так. Но никто не может отрицать суровую необходимость рабства. Такова природа вещей, так и не пересиленная. Некоторые оспаривают это, заявляя, что наши собственные Торговые Флоты – результат изобретательности или предпринимательской настойчивости. Они забывают свою историю. Каждая великая Империя была построена на жалящем ударе плети и поту нижестоящих. Вдумайтесь: кем был бы Высший Торговец без жертв со стороны его неутомимых рабочих? Для Золотых Лордов Гринир были тем же. Клонированное стадо, массово производимое мастерами плоти и выведенное прежде всего ради грубой силы и выносливости. Эстетичности тут не задумывалось, не было навязчивой симметрии или золотых украшений. Просто численность и возможность её восстанавливать, как только их простые клонированные тела разваливались, сгнивая от тяжёлого труда или преднамеренно запрограммированного разложения. Они не были созданы, чтобы жить долго или мыслить. Только служить. Орокин за этим недоглядели, и теперь вся Изначальная Система пожинает плоды. Мы, Корпус, должны учиться на ошибках наших предков.» – История Поздней Империи Орокин, Избранные сочинения Е.М. Саронала Они пробирались сквозь охладитель, хлюпая им по пути сквозь плотные переплетения внутренних трубопроводов. Единой линией, склонив прикрытые капюшонами головы, молча они брели вперёд. Вокруг колонны была развёрнута кучка дронов, мерцающих над озерцом охладителя, как светлячки. Их фонарики парили над разлитым охладителем и освещали путь тем, у кого не было собственных фонарей в костюмах. Изредка лампочки выхватывали движение в озере: под поверхностью мелькали и пропадали металлические чешуйки маленьких рыб, привлечённых к люминесцентному сиянию каким-то запрограммированным инстинктом. Вангер Хоск держался рядом с Сарой, внешне не устрашённый чужеродной внешностью Мираж. Если усилия, нужные, чтобы пробираться сквозь вязкий охладитель, его и утомляли, он этого не показывал. “Куда мы направляемся?” – спросила Сара, её голос эфирным эхом разносился вокруг Варфрейма. “На восток, – ответил Хоск, указывая куда-то вперёд. – Нас ждут ещё союзники”. Сара вытянула шею, всматриваясь в поток бойцов, направлявшихся в одном направлении. Здесь были люди всех сортов и возрастов, мужчины, женщины, даже дети, едва старше самой Сары, какой она была до судьбоносных событий на Заримане вечность назад. Некоторые были вооружены или экипированы так же хорошо, как охрана Хоска, которая выделялась своей тренированностью и дисциплиной. Остальные были добровольцами, бойцами местного сопротивления, не связанными ничем, кроме единой ненависти к Совету. Сара увидела, как юный мальчик поскользнулся, со сдавленным визгом плюхаясь в охладитель с головой. Более сильные руки вытащили его, отплёвывающегося, обратно на поверхность, среди окружающих бойцов раздался хор смешков. Ему было, самое большее, двенадцать. Сара посмотрела на Хоска. “Вы посылаете в битву детей?” “Добровольцев, Тэнно, – настойчиво поправил Хоск. – Никого здесь не принуждают. Объединение Солярис бросило клич, и эти немногие отважные отозвались. Все они потеряли дорогих людей из-за Совета: матерей и отцов, любимых и друзей, мужей и жён, даже детей. Чистки по соображениям безопасности, недоедание – список преступлений Совета нескончаем.” “И это всё оправдывает?” Хоск с жёстким выражением поднял взгляд на Варфрейм. “Сколько лет было тебе, Тэнно, когда ты впервые отправилась на войну?” На этот раз Сара не нашлась с ответом. “Это вопрос справедливости. Её цены. Я задаюсь им каждый день. А потом вспоминаю нашего врага. Совет мог бы эксплуатировать исключительно робототехнику. У них есть автоматизированные фабрики, средства для создания роботов лучше и современнее.” Хоск указал наверх, в сторону обширной колонии над ними. “А вместо этого – рабство. Принудительные приговоры. Договора на Контрактную работу. Намеренные сокращения поставок продовольствия, избегая голодомора, но ненамного лучше. Контроль в любом другом виде: систематическим угнетением населения. Хватит.” Сара разглядела в отдалении широкие силуэты. Коробкообразные формы на горизонте. Хоск упорно продолжил. “Скажи мне, Тэнно. Ты когда-нибудь видела вблизи нового члена экипажа? Прошедшего процесс, который Совет навязывает тем, кто не горит желанием стекаться в их храмы и глотать их священные писания?” “Нет.” “Я расскажу тебе, что происходит. Их бреют налысо, лишают достоинства и самосознания, их тела клеймят по трафарету, их разумы и личности стираются. Принуждённый к рабскому существованию, он обречён умереть где-то в отдалённой дыре на краю Монорельса. Всё во имя Прибыли.” “Нет, – Вангер Хоск покачал головой, обращаясь теперь к самому себе, – лучше умереть стоя. Умереть свободным.” “Неплохая речь. Хорошо отрепетированная. Почему же я её слышу?” “Потому что наши пути лежат в одном направлении, Тэнно. Ты ищешь мальчика, одного из своих. Того самого мальчика, который положил шестерых мужчин в Покалеченном Моа и привёл армию головорезов и негодяев на верную смерть от твоих рук.” “Ты неплохо проинформирован”, - хмыкнула Сара. Глаза Хоска задорно блеснули в темноте. “Я межпланетный террорист и враг Совета, Тэнно. Каким бы разочарованием я был, если бы я оказался не информирован.” Сара вопреки себе внутренне улыбнулась. Её Варфрейм повернул шею – неосознанный тик сквозь связь Переноса. “И вот здесь должно прозвучать предложение. Давайте его послушаем.” “Очень хорошо. Битва на Рынках. Вместе с твоим другом забрали девушку. Мою племянницу, Нииру. Я хочу, чтобы ты её нашла и спасла. Это наша борьба, не её, а она и так уже очень многое потеряла.” “Почему ты думаешь, что я вам помогу?” “Потому что ты Тэнно. Совет называет вас Предателями, хладнокровными наёмниками и призрачными мясниками, но я путешествовал по Монорельсу и увидел деяния Тэнно своими глазами. Вы стоите за справедливость, а справедливости здесь, на Венере, так прискорбно не хватает.” Сара помолчала минуту. Варфрейм продолжал шагать, прежде чем она наконец снова заговорила: “Ты поможешь мне добраться до моего друга?” “Я помогу тебе добраться до Верхнего Уровня. Остальное за тобой.” “Идёт”, – сказала Сара без проблеска сомнения. Хоск моргнул. Даже он не смог сдержать своего удивления. “Правда? – спросил он. – И это всё?” “Ты кажешься удивлённым.” “Я… нет, я просто думал, что всё равно придётся убеждать!” – заключил Хоск. Мираж пожала плечами. “Я творила множество безумных вещей в своё время, Хоск. Убила целую кучу людей. Спасти одного не кажется мне плохой идеей. Ты поможешь мне добраться до друга, я вытаскиваю твою племянницу.” “Даю тебе своё слово”, – серьёзно пообещал Хоск. Они добрались до небольшой площадки. Перед ними стоял флот судов мусорщиков, по большей части транспортёры и мусоровозы, утащенные с поверхности и заботливо отремонтированные за годы нахождения тут. Транспорт единообразно позаимствовал фирменную квадратную форму судов Корпуса, хотя и был раскрашен в цвета Сопротивления Участка 141. Сопроводительные суда были поменьше, веретенообразными и более обветшалыми. Все они имели вытянутые линии и особые гнутые крылья. Некоторые были изготовлены где-то вне этой планеты и доставлены сюда кусок за куском. Эти кораблики были двухместными, каждый из них был ярко окрашен и уникально оформлен – полный отказ от догм Корпуса. Двигатели начали заводиться с воем и пронзительным визгом. Вокруг них нахлынуло Сопротивление, запрыгивая в транспорт, разбрызгивая охладитель. Сара повысила голос, чтобы быть услышанной в этом грохоте: “Даже со всем этим, вы в крайнем меньшинстве. У них есть автоматизированные фабрики, орбитальная поддержка, целая армия Городского Дозора. По численности вас превосходят тысяча к одному.” Вангер Хоск вскочил в шлюз, издав мрачный смешок. “Нам не нужна численность, Тэнно. У нас есть ты.”

***

В Верхнем Уровне жизнь продолжала идти своим чередом. На улицах царили покой и цивилизация. Торговцы шли по своим делам в сопровождении вооружённой охраны и кружащих дронов-помощников. На горизонте преобладали прямоугольные Торговые Храмы, куда добропорядочные члены Корпуса приходили поклониться Торговым Гильдиям и вознести хвалу Бездне. Внимание привлекало также Дозорное Управление, ониксовый зиккурат, ощетинившийся вышками связи, посадочными площадками и оборонительными турелями. Это был центральный пункт управления всеми операциями Корпуса в Участке 141. За ним небоскрёбами вздымались обширные массивы хранилищ и обработки данных, используя всю свою вычислительную мощность для поддержания сети связи. Ни одно из этих мест не было их точкой назначения. Челнок Верна направлялся к сравнительно незаметной башне, известной как Комиссионное Бюро, местный филиал Обмена в Участке 141. Строение цвета слоновой кости не несло на себе иконографии Храмов или жёсткой угрозы Дозорного Управления. Но всё же в её простом бюрократическом облике было что-то удручающе зловещее. Окружённая широкой площадью с ведущими к ней полированными серыми ступенями, она казалась неестественно тихой для места, которое привлекало со всего сектора всевозможных наёмников. Шаттл приземлился на площадь. Браккар поднялся на ноги, пригибаясь, чтобы на выходе не стукнуться головой о низкий потолок. Парсон-Лак поднял Нииру на ноги и повёл её по спусковому трапу. Лицо Нииры побледнело, выражение борьбы с него почти пропало. Она разыграла свой козырь, а Бравик посмеялся ей в лицо. Верн не осуждал её. Репутация Обмена опережала себя. Изольда позади замялась. Верн сразу же это заметил. “Что-то случилось, малышка?” “Ничего”, – Изольда резко помотала головой. Она попыталась протиснуться мимо. Рука Верна опустилась ей на плечо, зажужжав сервоприводами. “Если бы ничего не случилось, ты бы первая выскочила из этой двери. Я слушаю.” “Эта девушка. Это не её битва. Мы не брали на неё заказ, никогда не знали, в чём она замешана.” “Она цель, такая же, как и любая другая. Ценный контракт, сертифицированный Обменом. Мы не устанавливаем правила – ” “– Мы принуждаем к их исполнению, – закончила Изольда за него. Она вздохнула, столкнула его руку с плеча и села на одну из лавок. – От этого не легче”. Верн шагнул обратно в челнок и занял место напротив. “Когда мы впервые встретились, я сказал тебе две вещи. Помнишь?” Изольда кивнула. Она процитировала его по памяти: “Я не Тэнно, или Орокин, или какой-то ещё ярлык, кроме того, чем я выбираю быть. Что я не буду сражаться ни за кого, кроме себя самой.” “А вторая?” Изольда подняла на него взгляд, смотря ему в глаза с ожесточающимся выражением. “Что никто в этой галактике не позаботится о нас. Кроме нас.” “Всё верно”, – ободряюще кивнул Верн. Он склонился. “Подумай. Награда за её поимку продлит Браккару жизнь ещё на три года. Добудет лекарства семье Лака, а нам – билет с этого булыжника. Никаких больше мелких склок или жалких междоусобиц на ледниках. Только большие охоты. Прямо как ты хотела.” Изольда промолчала. Верн снова надавил, убеждая её, как убеждал бы самого себя: “Слушай, я понимаю, что это неприятно. Но такова работа. Такова жизнь, которую мы выбрали. Я когда-то тебе лгал?” Изольда яростно мотнула головой. “Никогда.” “Тогда поверь мне: мы выполним нашу работу, мы получим нашу награду и уйдём, не оборачиваясь. Я обещаю.”