Глава 46

«Итак, время записей окончено. Дальнейший путь ясен. Действия определят исход. Их и мой. Я ухожу, чтобы встретить их. Должен признать, что я в определённой степени нервничаю. Давно я представлял себе этот момент. Возобновления связей. Восстановления порядка. И воссоединений.» – Витрувиан 2-1 Дакс повёл их вверх по трапу и вдоль золотого коридора, увитого текучим серебряным контуром. Проход впереди был затемнён. Тэнно вместе шагнули во мрак. В прошлое. Всё было так же, как было всегда. Дальняя стена изображала огромное знамя Дома Вечности, бронзовое и пышное, вмонтированное в стену строгим барельефом. Тронный зал был едва освещён. Даже во мраке его планировка была им слишком знакома, отпечатана в их общей памяти. Они уже видели эти ступени к возвышению, каменные плиты, бережно вписанные в палубу. Абсолютно бесшовно. Как будто приёмный зал Дома Вечности просто перенесли в само сердце корабля. Усилия, необходимые, чтобы воссоздать этот вид, потрясали воображение. По краю зала располагались неглубокие пруды, освещённые лампами, которые отбрасывали на потолок пляшущие отблески. В воде подмигивали и порхали ярко-оранжевые карпы кои, без конца бессмысленно разевая рты. Знакомый голос воззвал к ним из темноты. В резких тонах диалекта Орокин. Отчётливый и спокойный, с отзвуком хрипотцы, чем-то средним между скрежетом и рычанием. И тем не менее, знакомый. “Что случилось с теми, кто похоронил нашу Империю? Судили ли мы их, предали ли мы их мечу? Свершили скорое и ужасное правосудие, как требовали Семеро на протяжении бессчётных поколений?” Четверо Тэнно Дома Вечности подошли ближе. Даксы разошлись по противоположные стороны, как один занимая положенные им позиции по краям зала. Голос продолжил, глубокий и мелодичный. “Нет. Мы позволили им уснуть. Наблюдали, как наша цивилизация становится руинами, как наши люди умирают от голода, а наши границы крошатся изнутри.” С трона поднялась фигура, высокая и внушительная. “Теперь ожидание закончено. Теперь начинается наше восхождение.” Фигура шагнула вперёд, на свет. Сверху на них смотрел Сорен с мягкой улыбкой на лице. “Мои Братья и Сёстры, – грациозно поклонился Сорен. – Я приветствую вас. Сколько времени прошло”. Это был Сорен, но не тот, которого они помнили. Он стал старше. Взрослый мужчина, красивый и гордый. На его лице пролегли смешливые морщинки, а глаза сощурились в радости узнавания. Длинные волосы ложились на плечи золотой гривой, сзади подвязанные в воинский пучок. Он был облачён в броню Даксов, дополненную безупречно белым плащом. На левом бедре покоились парные никаны, необычное сочетание. Их эфесы были украшены камнями и переливались в сумрачном освещении. Сорен оглядел их с застывшей на лице широкой улыбкой. Варфреймы переглянулись. Как один, Тэнно материализовались перед своими Фреймами, неуверенно подходя ближе. Изольда и Каэль – озадаченно. Сара – с округлёнными от удивления глазами. Только Дорик остался стоять, сложив руки. Когда Сара хотела рвануться вперёд, Дорик остановил её, предупреждающим движением хватая её за руку. Выражение на его лице было мрачным. Сорен моргнул дважды, его улыбка слегка поколебалась. “Что-то не так, друзья?” – спросил он. “Всё не так, – ответил Дорик, отпуская руку Сары. – Это не тот человек, которого вы помните, Тэнно. Не в том смысле, в котором хотелось бы”. “Премудрый Дорик, твои слова ранят меня, – Сорен спускался по ступеням, пока свет в комнате становился ярче в ответ на каждое его движение. – Истинно, что я изменился. Разумеется, стал старше. Я проснулся много лет назад. Десятилетия, если быть точным. Но я могу вас уверить, что я Тэнно, как и вы. Тот же Тэнно, что тренировался с вами и служил с вами. Истекал кровью вместе с вами”. Сорен остановился перед Каэлем. Рука в перчатке обхватила плечо Каэля. Он посмотрел на неё, затем на Сорена. “Друг Каэль. Я всё ещё помню мою ярость, когда они поймали тебя в засаду над поверхностью планеты. Такая верность. Знай, что этот приказ исходил от Септимуса, и только от него. Он заплатил за своё предательство.” Каэль посмотрел на Дорика в полном замешательстве. Лицо его более высокого друга было нахмуренным. Прежде чем Дорик успел заговорить, Изольда огрызнулась и пошла вперёд. Оглушительной вспышкой её путь перегородили перекрещенные алебарды. Даксы двигались молниеносно. “Довольно лжи. Ты носишь их броню. Ты командуешь ими, – выплюнула Изольда в сторону Дакса Эйтана. – Тех, кто поработил нас. Использовал, как оружие!” “Оружие, которое остановило Владеющих разумом, – ровно ответил Сорен. – Которое спасло нас от неминуемого уничтожения”. “Так теперь это мы?” – мягко спросил Дорик. Сорен в неверии фыркнул. “Понял. Вы думаете, что они заполучили меня. Что Септимус носит меня, как какую-то жалкую куклу, – горько улыбнулся Сорен. – При всей своей мудрости, друг Дорик, ты слишком низкого обо мне мнения. Я для тебя просто мечник, послушный солдат”. Дорик смотрел на него с чувством глубокой жалости. “Любая мудрость, которой я могу обладать, рождена из исследований, Септимус. Мы знаем всё про Орокин и их Континуитете. О том, что они сделали с Сореном. Что бы они сделали со всеми нами в своё время, – Дорик покачал головой. – Нет, я вижу твою ложь такой, какая она есть. Человек, который был нашим другом, мёртв”. Сорен по очереди обвёл их взглядом. На их лицах отпечатались подозрение и горе. Он ободряюще улыбнулся. “Далеко не так, друг Дорик. Я очень даже жив. Годами я ждал этого момента, когда мы пятеро снова сможем быть вместе. Ты был прав обо мне в одном. Я был обычным солдатом. Покорным слугой. Теперь я командую воинами Последней Стражи, верными и истинными.” Даксы стукнули алебардами по полу в послушном ответе. “С какой целью?” – настороженно спросил Дорик. “С единственной, какая имеет значение, – моргнул Сорен. – Восстановление Империи”. Невидимое грозовое облако собралось в воздухе над Тэнно. Электрическое напряжение. “Я не знаю, заметил ли ты, Сорен, но тот корабль уплыл столетия назад, – ответила Сара. – Остались только старые руины и изредка – сломанные скульптуры”. “Это правда, что Изначальная Система находится в состоянии нестабильности, – Сорен, проводя рукой слева направо. – С одной стороны – армии Гринир, с другой – Корпус и их флоты. Но и мы не беспомощны”. Сорен повернулся и взмахнул рукой. Над ними засветился голографический дисплей. Оно отображал планету с потрясающей детализацией. Сеть орбитальной обороны, различные корабли, движущиеся в и из обитаемых регионов планеты. Доминирующий Фактор, зависший на орбите над Участком 141. Изолированные поселения и удалённые фабрики, атмосферные сооружения и одинокие тюремные колонии, в которых столь многие Солярисы влачили своё несчастное существование под поверхностью планеты. Количество информации было беспрецедентным. Тактические отчёты, в реальном времени, из самой защищённой внутренней сети Совета. Сорен снова взмахнул рукой. Вид отдалился. Более широкий взгляд на Изначальную Систему. Венера и Юпитер. Замёрзшая Европа. Крепости Корпуса на Нептуне. Торговые пути и связи по всему Монорельсу. Мгновенные сводки о перемещениях кораблей и обменах валют. Картина, которую можно было составить только путём многолетней работы. “Откуда у тебя это?” – выдохнул Дорик. “Я был тут очень долго, друг Дорик. По мере того, как рос и процветал Корпус, росла и моя собственная сеть шпионов и агентов. Гильдии Торговцев полагаются на робототехнику столь часто, что заменить их проще, чем может показаться, – Сорен безжалостно улыбался. – Членство в Совете имеет свои привилегии, уверяю вас”. “Так ты теперь один из них?” – с отвращением в голосе спросила Сара. “Только когда мне это удобно, – ответил Сорен. – А прямо сейчас мне это удобно. Смотрите”. Сорен разжал кулак, и дисплей вспыхнул, отображая Изначальную Систему во всей её полноте. Он провёл рукой в воздухе. Горячие точки и главные зоны конфликтов рябили рубиново-красным, распространяясь, как ненасытные раковые клетки. Оно непрерывно изменялось. “Система в застое. В тупике. У Корпуса есть средства, люди и снабжение достаточные, чтобы провести успешную кампанию против Гринир. Чтобы пройти войну целиком и выиграть, при правильном руководстве и постоянной сосредоточенности. Они предпочли этого не делать, разумеется, потому что настоящий конфликт размеренный и предсказуемый. Прибыльный, превыше всего остального. Гринир вторгаются, им дают отпор. Корпус расширяется, и его, в свою очередь, встречают последующие контрнаступления. Обеим сторонам не хватает стратегической дальновидности, неадекватность каждой из сторон умело подстёгивают Тэнно и их Лотос, дикая карта, которая не преследует никаких планов, кроме своих собственных.” Сорен печально покачал головой. “Равновесие удерживается, а кредитные счета Совета продолжают наполняться со скоростью ракеты. Ничего не меняется.” Сорен сжал кулак. “Я вижу, как можно взломать этот тупик.” “Как?” – спросил Дорик. “В системе есть вакуум. Отсутствие руководства, которое можем заполнить только мы. Только у нас есть доступ к технологиям Орокин, необходимым, чтобы нарушить равновесие. Мы не можем действовать открыто, не напрямую. Но Флот Корпуса – это мощный инструмент. Мои агенты повсюду, на правильных позициях, ожидают верного сигнала, верного момента. Мы можем повернуть течение. Ведущая сила. Невидимая рука.” “Ты прав. Ты гораздо больше, чем солдат, – покачал головой Дорик. – Ты безумец. Ты самонадеянный дурак, если думаешь, что сможешь контролировать Корпус”. Глаза Сорена вспыхнули на это. “Единственные дураки здесь стоят передо мной! Что вам ещё нужно, чтобы увидеть смысл, Тэнно? Что ещё я могу сказать?!” Наконец заговорил Каэль. “Ты ничего не можешь сказать, – низким голосом сказал Тэнно, подавленно изучая пол. – Я знал Сорена. Как он думал, как сражался. Он вёл нас, не потому что он был амбициозен, не из-за мечты о славе или победах. Но потому что он был лучшим. Эти высокомерные речи и грандиозные демонстрации были не для него.” Каэль посмотрел наверх, открыто встречая взгляд Сорена. “Он бы никогда не назвал нас дураками, как это делаешь ты.” Лицо Сорена стало каменным. “Ничего не изменилось, Брат. Это я, твой брат по оружию. Твой друг.” Каэль вынул клинок из ножен Вольта. Древний меч Сорена с лязгом освободился. Ножны Даксов встрепенулись, когда они как один обнажили мечи. Каэль проигнорировал их. Он держал никану направленной на Сорена, не обращая внимания на дюжину мечей и наконечников копий, смотрящих в его сторону. “Докажи.”

***

Парсон-Лак с ворчанием загружал многоствольный пулемёт на заднее сиденье лимузина с теперь открытым верхом. Браккар с ликованием принял его в свои руки, опирая его на сиденье так, чтобы его можно было по своему желанию поворачивать налево и направо. Комфорт и разрушение. Две его любимые вещи. Остронец видел катастрофический луч света, который стёр Форвардную Сделку с лица земли. Наблюдал за бедственным приземлением Выходного и следил, как Тэнно прошагали в чрево судна Орокин. У них было две опции, как он это видел. Они могли сидеть тут и ждать, пока в конце концов их не найдёт Флот Корпуса. Или они могли сделать то, что у них выходило лучше всего. Устроить настоящую заварушку. Он устроился в кресле водителя. Натянул пару пыльных очков на глаза. Ввёл последовательность зажигания. Остронец натужно ухмыльнулся, когда двигатель зарычал. Решение принято.

***

Молчание на мостике было оглушительным. Стоны боли наполнили воздух. Экипаж позаботился друг о друге, как мог, но их запасы были ограничены. Тэлин и Келпо стояли у обзорного иллюминатора. Сквозь него пролегла большая трещина. Корабль к этому моменту держался не иначе как на силе изоленты. “Так какой план?” – спросил Келпо. “Ты меня спрашиваешь? Всё ещё?” “Ну, ты нас уже так далеко завёл.” Тэлин сквозь бинокль изучал корабль Орокин. “Это не было планированием. Скорее… – Тэлин пытался подобрать слово, – …импровизацией”. “Ну, тогда сымпровизируй что-нибудь ещё.” Тэлин вздохнул, опуская бинокль. Его угрюмые глаза, не отрываясь, смотрели на корабль Орокин. “Мы не справимся с этим монстром в небе. Без шансов.” “Тогда мы можем взять его на земле.” Это был Стрен. Его голова была перевязана, на опухшем лице отпечаталась решётка вмятин от лежания на панели управления. “Ты проснулся”, – заметил Келпо. “И спятил”, – добавил Тэлин. “Нет, капитан, я расстроен. Это куда опаснее.” Коренастый офицер вооружения почесал подбородок, вглядываясь в оптический прицел. “Там только шестеро охранников”, – размышлял мужчина. “Шестеро монстров, – возразил Келпо. – Посмотри на них. У них бедро шириной с мою грудь”. “Они, кажется, не вооружены.” “Огромные копья не считаются за оружие?” “Пушки, пацан. Я имел в виду пушки.” “Ты видел, что они сделали с Форвардной. У них не может не быть пушек. Нас порежут на части до того, как мы успеем подойти.” Тэлин скривился в притворном удивлении. “Келпо Марр боится драки?” “Никогда. Я просто говорю, что мы мусорщики, а не профессиональные солдаты.” “Не, ты прав. Мы не солдаты. Но и не мусорщики. Больше нет, – улыбка Тэлина переросла в звериную ухмылку. – Пираты”.

***

Сорен поднял руку, успокаивая его почётную стражу. “Держите себя в руках, – приказал он строго. – Тэнно не должны пострадать”. Даксы неуверенно опустили клинки. Сорен пристально посмотрел на Каэля. “Что я сказал тебе, когда мы в последний раз виделись?” Каэль не ответил. Никана не дрогнула. Сорен ответил за него, делая шаг навстречу клинку, ни разу не разрывая зрительного контакта. “Что ты командуешь Отрядом, – сказал Сорен, – пока я не вернусь”. Сорен слегка улыбнулся. Его нос был в дюймах от никаны. Он продолжал говорить с немигающим взглядом. “Тогда я сказал эти слова. Это я и имел в виду. Но теперь я прошу тебя подержать этот меч немного дольше.” Каэль моргнул. Наконец, он опустил меч, совершенно неуверенный. “Почему?” “Потому что ты нужен мне на моей стороне, Каэль. Мой самый верный друг, мой самый доверенный заместитель. Нужно многое сделать. Моё место здесь, во главе Дома Вечности. Ты нужен мне в поле. Ты поможешь мне, в последний раз?” “Больше уловок Орокин, Каэль, – предупредил Дорик. – Этот человек – Септимус! Не слушай его ложь!” “Лгу ли я, когда говорю, что система лежит в разрухе? Что люди просят о чём-то большем, чем жалкая нищета? Монорельс сломан, Гринир вольно мародёрствуют, бросаясь на разбросанные колонии, как дикие псы. Вы видели лишения, вызванные Корпусом и их безжалостным правлением. И это для вас приемлемо?” “Чем это отличается от Орокин?” – спросила Сара. Она обошла Даксов, окруживших Каэля и мягко вступила на подножие ступенек, глядя наверх, на трон. “Мы сражались и убивали, снова и снова. Чтобы они могли править в своих золотых домах на своих золотых тронах. Выбирать, кому жить, кому умереть и когда, – взглядом, которым Сара смерила Сорена, можно было расплавить бронированную обшивку. – Тиран есть тиран, и мне неважно, как он блестит”. Сара посмотрела на Каэля, со всех сторон окружённого телохранителями Сорена. Она улыбнулась ему, несмотря на напряжение. “Ты проснулся совсем недавно. Ты не видел всего, что есть снаружи. Всего хорошего, что было сделано. Другие Тэнно, они там, они что-то меняют. Медленно. С болью, но мы что-то строим вместе. Что-то лучшее.” “Реле. Солярис. Те мусорщики, которые нашли тебя. Мы можем им помочь, – добавил Дорик. – Но на наших условиях. Не его”. Сорен нахмурился. “Вы забываетесь, Тэнно, – разочарование в его голосе было очевидно. – У нас есть присяга, клятва Дому Вечности. Наше место здесь!” “Твоё, возможно, – Изольда отшагнула назад, к своему Варфрейму. – Моё? Откровенно говоря, я давно перестала сражаться за кого-то, кроме себя. Я знаю только то, что от Дома Вечности не исходит ничего хорошего. Из его символов и пафоса. Орокин больше нет. Хорошо. Галактика от этого стала лучше”. Изольда взглянула на Дорика, Каэля и Сару. “Не знаю, как насчёт вас, а у меня осталось неоконченное дело. Обещание, которое надо сдержать.” “И какого рода это обещание, уточни?” – спросил Сорен. “Простое, – Изольда метнула взгляд на Дакса Эйтана, и на её лице медленно расплылась улыбка. – Немного старой доброй мести”. “Я видел дело твоих рук, – фыркнул Сорен. – Месть? Ты уже её получила”. Изольда нахмурилась. “Даже не близко.” Она пропала во вспышке света. Миса ожила. Регуляторы легли в её руки. С щелчком навелись ровно на голову Дакса Эйтана. Сорен вздохнул и взмахнул рукой. Миса застыла на месте, обездвиженная лучом света. Трясясь от бессильной ярости. Отряд поднял головы. Сводчатый потолок содержал множество скрытых излучателей. Похожие лучи света упали на других Варфреймов. Они содрогнулись, застывая скрученными в перекошенных позах статуями, как в каком-то проклятом музее. Отряд одновременно пришёл к одному и тому же осознанию. Здесь, в центре корабля Орокин, их Варфреймы были абсолютно бесполезны. Сорен с сожалением хмыкнул. “Технологии Варфреймов. Технологии Орокин. Нет разницы, – объявил Сорен, поднимаясь по лестнице и оборачиваясь, чтобы обратиться к ним всем. – Не заблуждайтесь, Тэнно: это Дом Вечности”. Сорен сжал кулак. Миса свалилась на колени, содрогаясь в безмолвной агонии. Лицо Сорена было словно высечено из камня, голос – деловитым. “Вы будете чтить свои клятвы или умрёте клятвопреступниками.”