Часть 5

Все уличные фонари были разбиты, Майк прижался к Кейси не только ради безопасности за мусорным контейнером, но и из страха наступить на битое стекло. Был способ пройти по стеклу, не порезавшись, Сплинтер заставлял их делать это постоянно, но при этом над ними никогда не нависало кучи элитных ниндзя. Еще одна волна сюрикенов пронзила стену над их головами, врезавшись в кирпичи. Кейси поморщился и вытащил один, попавший ему в колено. — Либо мы скоро выберемся отсюда, — сказал Кейси, — либо превратимся в подушечки для иголок. — Эй, ты ищи способ улизнуть, а я буду прямо за тобой, — сказал Майк. Он прислушивался к ускорившимся шагам или боевым кличам, но ничего такого не было, только случайный свист металла, летящего над головой. — Хотя я думаю, если бы они хотели нас убить, они бы уже попробовали это сделать. — Не то чтобы я возражал, — сказал Кейси, — но чего они ждут? Майк нахмурился и попытался подумать, несмотря на очередную волну металических звезд. — Ну, если бы мне пришлось предположить, я бы сказал, что это ловушка, а мы — приманка. — Ловушка? — повторил Кейси. — Там двадцать элит, Майк. Это чертовская ловушка. — У тебя есть теория получше? — отрезал Майки. — Не-а, — Кейси откинулся назад и вздохнул. — Отстойно быть приманкой. Из темноты послышался резкий крик. Рискуя, Майки встал, выглянул из-за мусорного бака и заметил бегущего к нему брата. — Раф, ты пришел! — Конечно, я пришел, — сказал Раф. — Вы двое, в порядке? — Да, у нас все нормально, — он вздрогнул, услышав еще один крик, и посмотрел в переулок, но ничего не увидел в темноте. — Что происходит? — Они захлопнули ловушку, — сказал Раф, — но я не думаю, что им нравится то, что они поймали. В переулке Лео стоял в окружении девятнадцати элитных и бесчисленных обычных ниндзя, и он догадался, что там также должно быть несколько невидимых техников. Неважно. Он держал оба меча в легкой стойке, его первая жертва лежала у его ног лицом вниз, кровь текла по тротуару. Лео взглянул на группу. — Вы хотели меня, — сказал он. — Вы меня получили. Кто следующий? Несколько обычных окружили его. Как только они все оказались в пределах досягаемости, он развернулся, полностью вытянув мечи и рассекая горла, животы, лица. Некоторые упали с криком, один даже пытался уползти, прижимая руку к разрезанным глазам. Остальные падали или стояли на коленях, молча от шока, пытаясь удержать кишки, прежде чем рухнуть на землю. — Думаю, вы слышали о том, что я сделал с другими элитами, — сказал Леонардо. Он расслабился, один меч был направлен в землю, а другой держал на плече, как Кейси обычно держал биту. Никто из них не подошёл ближе, переглядываясь между собой в поисках надежды. — Они легко пали. Честно говоря, сложнее всего было преследовать одного из них, когда он убегал от меня. Это он лишился головы. Он снял свой меч с плеча и направил его перед собой, указывая на всех ниндзя вокруг себя. — И знаете, я не могу позволить никому из вас уйти и рассказать своему хозяину, кем я стал. Он почувствовал, как сюрикен летит к его горлу, прежде чем услышал это. Он подождал, пока он приблизится, прежде чем щелкнуть катаной и ударить его плоской стороной меча. Он упал и остался лежать на тротуаре. Тяжело вздохнув, он опустил голову. — Если вы не удосужились подойти ко мне… — он поднял глаза и начал улыбаться. — Тогда мне просто придется прийти к вам. Голова полетела прежде, чем он сделал два шага. Эйприл здесь не было. Он выпотрошил ближайшее тело и повернулся, уклонившись от лазерного луча и отрубив стрелку руку. Горячая кровь немного повысила температуру воздуха вокруг. Эйприл здесь не было, чтобы смотреть, как он убивает. В темноте никто не мог видеть, как он убивает, даже умирающий. Постепенно он почувствовал, как коллективное ки врагов вокруг него исчезает из его маай, заставляя его чувствовать, будто они утонули, просто подойдя слишком близко. Был ли он когда-нибудь так чувствителен к жизненной силе или присутствию других людей? Рябь воздуха подсказала ему, что сзади приближается ниндзя в плаще, и он внезапно опустился на колени, подняв оба меча прямо над головой. Он почувствовал, как они попали в грудь ниндзя, прорвав ребра и пронзив сердце и легкие. Электричество вспыхнуло, когда в костюме произошло короткое замыкание, и он вытащил мечи так быстро, как только мог, не ощущая ничего, кроме небольшого короткого покалывания. Нет, он никогда раньше не чувствовал скрытого врага. Что-то вывело его чувства далеко за пределы нормального. Он не думал об этом, только наслаждался летящей кровью. Она уже покрыла его мечи и стекала до рукоятей, покрывая его руки. Жаль, что их было всего тридцать или около того. Он привык к гораздо большим группам. И никакой вины! Без ответственности, без вины, без того, чтобы кто-то смотрел и беспокоился о том, что он сам превратился в монстра, он наконец смог сражаться так, как ему было предназначено. Их мечи приблизились, лучи лазера потрескивали над его кожей, но ничто не коснулось его. Неосязаемый, как ветер, быстрый, как мысль, и они даже не могли его заметить. В глубине души он знал, что если кому-нибудь из них удастся схватить его, схватить за запястье или руку, он станет беспомощным. Если только он не отрубит им руки первым. Без страха. Совсем, вообще никакого страха. Кровь залила ему лицо, и он вытер ее тыльной стороной руки. Он знал, что становится дерзким. Некоторое время назад он перестал стремиться убивать. Теперь он просто стремился вывести из строя, как это называли его братья. Он называл это расчленением. Рука, нога, голова, внутренние органы выплеснулись на улицу... Чья-то рука схватила его за запястье. Ошеломленный, он посмотрел на поймавшую его элиту. Даже элита была удивлена. Это была просто глупая удача, никакой стратегии и техники. Слишком удивленный, чтобы отреагировать должным образом, элита просто швырнула его на землю, при этом отпустив запястье. Леонардо не смог устоять перед броском, вместо этого он перекатился и встал на одно колено. Тогда Лео заметил, что на улице стало тихо. Этот элитный остался единственным. Какое-то мгновение они смотрели друг на друга. И тогда ниндзя начал улыбаться. Озноб пробежал по спине Лео. Он знал. Черт возьми, всего один удачный захват, и элита узнала. И, вооружившись этим знанием, человек повернулся и побежал. Лео выругался и бросился в погоню. К своему удивлению, он обнаружил, что его левое плечо пульсирует при каждом шаге, заставляя его либо справляться с усиливающейся болью, либо замедляться. Ниндзя, должно быть, ударил его о землю сильнее, чем он думал поначалу. Здоровой рукой он выхватил из-за пояса метательный нож и поднял его вверх, целясь в спину элиты. Через секунду он свернул за угол и исчез. Лео перехватил нож покрепче и продолжил бежать. Оставшись в переулке, Рафаэль мог только смотреть в темноту вслед своему брату. Он выругался и снова посмотрел на Майка. По крайней мере, с ним и Кейси все было в порядке. Позади себя он услышал звук приближающегося двигателя автомобиля и повернулся, уже пятясь в самые темные тени. Однако вместо того, чтобы проехать мимо них, фургон подъехал, и из окна высунулся Донателло. — Слава богу, с вами все в порядке. Лео…? — Убил всех, кроме нас? Да, — без уличных фонарей Рафаэль мог видеть только неоновую вывеску банкомата, из-за которой кровь, покрывающая улицу, выглядела так, будто она светилась. — Боже, на этот раз все еще хуже. Его убийства даже не чистые. Никто не спросил его, что он имел в виду. Кейси не хотел знать, а двое других могли догадаться. — Но я этого не понимаю, — продолжил Раф. — Он сказал, что ему это не нравится, что он больше гордится победой над ними, а не их убийством. Зачем ему… Я имею в виду, ему не нужно было… — Я не думаю, что у него есть выбор, — сказал Дон. — Я оставил бумаги Эйприл, но думаю, что Лео не может не убивать. Если я прав, то это чудо, что он продержался даже так долго. — Что ты имеешь в виду? — спросил Майк. Дон открыл рот, чтобы объяснить, затем покачал головой. — Я объясню по дороге. Залезайте. — Куда мы едем? — спросил Раф, подходя к пассажирскому месту. Как только они все собрались, Донателло завел двигатель и помчался по улице. — За ним. Я подключил его треккер к системе фургона. Есть три предположения, куда он направляется. — Он ушел за последней элитой, — сказал Раф. — Они могут бегать кругами. — Нет, проверь, — Донателло постучал по экрану. — Штаб-квартира Футов. — Так это была ловушка! — сказал Майк, наклоняясь через плечо Рафа. — Просто чтобы доставить Лео туда. — Мы уже догадались, гений, — сказал Раф, затем посмотрел на Донателло. — Но что ты имел в виду, говоря, что Лео не может перестать убивать? Донателло глубоко вздохнул, и все остальные в фургоне со вздохом расселись по местам. Всякий раз, когда Донателло начинал так, все оставляли всякую надежду на краткое объяснение. — Помнишь, Стокман изначально использовал свое карманное измерение, чтобы сбрасывать все побочные химические продукты, не беспокоясь об экологических законах? Я просмотрел его старые записи. Многие из них были обычными химикатами, щелочами и маслами, но у него было также много радиоактивного материала. А также много неудачных экспериментальных мутагенов, которые напоминают те, что он делал, работая на Шреддера. — Но, чувак, наш мутаген подействовал быстро, — сказал Майк. — Разве мы все не изменились бы моментально? — Я так не думаю. У Стокмана не было точных соединений, необходимых для создания нашего вида мутагена. У него не было точных уравнений, и у него определенно не было доступа к межзвездным элементам из необходимой вереницы веществ. Он обошелся заменителями, и из-за этого он провел много неудачных экспериментов. Смешайте это со всем остальным, что он напихал в то измерение, и неудивительно, что там размножаются монстры. — Хорошо, но какое это имеет отношение к Лео? — спросил Раф. Смягчить новость было невозможно. Донателло поморщился, рассказывая им. — Генетическая структура Лео приближается к структуре тех существ, которых вы называете едоками. Тишина. Донателло поспешил объясниться, прежде чем они успели попытаться оспорить его суждение. — Все началось с его глаз. Они не больны, они просто видят по-другому. Его слух стал гораздо более острым, и если судить по его убийственным побуждениям, то у него такая же жажда крови, как и у едоков, он просто не ест свою добычу. — Пока, — проворчал Раф. — Подожди, а что насчет нас? Я тоже начал приспосабливаться к этому месту. — Генетический дрейф начал влиять и на вас двоих, но вы вышли оттуда прежде, чем эффект успел стать хоть сколько-нибудь постоянным. Он пробыл там три месяца. У изменений был шанс закрепиться. — Разве это не повлияло бы на людей, находящихся там с ним? — спросил Кейси. — Черный чувак и блондинка? Почему они не все такие «грр, арр»? — Ты должен понять, что мы раньше подвергались воздействию мутагена. Феликс и Чанта — нет. Их генетика гораздо более стабильна, чем наша, — по их пустым взглядам он заметил, что потерял их, и попробовал другой путь. — Другими словами, мутантов легче заставить мутировать дальше. — Ох, чувак, — сказал Майк. — Ты имеешь в виду, что Лео — подросток-ниндзя-мутант-мутант-черепашка? — Нет, если я смогу как-то помочь, — сказал Раф. — Должен быть способ это исправить, так ведь, Донни? — Решение может быть довольно простым. Это началось с того, что он подвергся воздействию генетики едоков. Если мы снова подвергнем его воздействию высокой концентрации нашей генетики, он по идее должен вернуться в нормальное состояние, — он взглянул на экран и остановил фургон, чуть не сбросив Майка с сиденья. — Мы опередили его. Он должен быть здесь с минуты на минуту. Рафаэль кивнул. — Пошли. В двух кварталах от места парковки остальных черепах Лео зарычал себе под нос. Этот элитный ниндзя провел его через несколько городских кварталов, вверх по пожарной лестнице, вниз между двумя пятиэтажными зданиями, а затем снова по пожарной лестнице, всегда поворачивая за угол или обегая кондиционер, чтобы Лео никогда не имел четкую траекторию для метания ножа. У него был только один шанс. Он не мог позволить себе промахнуться. Поэтому он бежал дальше. После первого блока он понял, что его куда-то загоняют, но обнаружил, что его не волнует, ждет ли его еще более крупная засада. Он мог убить все, что Шреддер поставил на его пути. Ну, он стал немного дерзким, и что? Удача была слепа и нема. Никто не мог этого спланировать. С этого момента он будет просто совершать быстрые убийства. А пока он просто преследовал свою жертву, перепрыгивая через крыши и время от времени используя уличные фонари как ступеньки на улицах. Боже, как долго эта элита еще будет бежать? Лео едва узнавал эту часть города. Он не поднимал глаз несколько минут, сосредоточившись исключительно на цели. Он заставил себя посмотреть вверх и сориентироваться. Хорошо. Меньше километра от штаба Фут. Нельзя было сказать, что он был удивлён. Конечно, это означало, что всего через несколько секунд... Он выпустил нож в полет. Больше не было кондиционеров, выступающих лестничных клеток и вентиляционных шахт. Все эти здания имели автономные системы вентиляции, а это означало, что элите негде было спрятаться. С удовлетворительным звуком лезвие вошло глубоко в центр его спины и выступило на сантиметр из груди, и он упал вперед на крышу. Перейдя на шаг, Леонардо подошел к нему и опустился на колени, выдернув нож. Вытирая его об одежду элиты, он заметил, насколько его руки были пропитаны кровью. — Что бы я сейчас отдал за небольшой дождь, — сказал он, затем посмотрел на элиту. — Хорошая попытка. У тебя почти получилось. — Мой господин… — прохрипел человек, кашляя кровью, — …непобедим. Он сразит тебя. Он… отомстит за все наши смерти. Лео усмехнулся. — Не хотелось тебе это говорить, но этот парень даже не знает твоего имени. Ты для него был просто орудием, — он хлопнул ниндзя по спине, не обращая внимания на стон боли. — Но эй, если это тебя утешит, я точно знаю, что ты чувствуешь. Даже нож в спине. — Серьезно? — спросил Раф. Вздрогнув, Леонардо поднялся на ноги и обнаружил, что все его братья стоят на дальней стороне крыши между ним и последним блоком перед штабом Фут. Он глубоко вздохнул и опустил нож. — Ничто не заставляет себя чувствовать желанным гостем больше, чем когда вся твоя семья думает, что ты сумасшедший. Раф покачал головой. — Я никогда не говорил, что ты… — О, точно. Психопат на грани. Большая разница, — он посмотрел поверх их голов на старый штаб Фут. Каким-то образом технари Шреддера вернули к жизни электронику после того, как Донателло поджег их схемы, хотя они так и не вернули красную эмблему обратно. Итак, Шреддер научился осмотрительности. Или он боялся меча Леонардо. Вчерашнее кровавое сообщение, вероятно, не придало ему чувства безопасности. Кровь. Он чувствовал запах от элиты, теперь уже мертвой у его ног, но внутри этой башни можно было найти гораздо больше. Зачем откладывать? Он все равно собирался прийти и убить их всех. Он представил, как потоки крови текут по зданию, как река, льются из перерезанных глоток, отрубленных конечностей, тел, аккуратно разрезанных пополам. — Лео, — начал Дон, — ты не сумасшедший. Это все из-за игры Стокмана. Послушай, я знаю, что обещал, что ты не превратишься в одну из этих штук, но это происходит. Нам нужно отвезти тебя домой прямо сейчас. Лео? — Побереги воздух, — сказал Раф, глядя на старшего брата. — Он тебя не слышит. Весь клан Фут. Леонардо кивнул сам себе. Это не займет много времени, всего одна ночь. Уровней было больше, но они были намного меньше по площади, чем уровни в игре, и тут было гораздо больше способов подняться наверх. Никто не выжил после того, как они попытались убить его друзей, его... братьев? Он посмотрел на своих родных, как будто забыл, что они здесь, стоят между ним и кланом. — Прочь с моего пути. Со знакомым чувством уныния Рафаэль вытянул саи. — Ты уже сказал мне это однажды. Ответ тот же. Лео нахмурился. Он не мог тратить силы на брата и рисковать штурмовать башню в изнеможении, что произошло бы, если бы ему пришлось сражаться с Рафаэлем и сдерживать свои смертельные удары. Ему просто придется убрать его с пути так же быстро, как он это сделал с элитой. — Я делаю это только для того, чтобы защитить вас. — Ты теряешь себя, — сказал Раф. — Я знаю, что ты боролся с этим, но что-то внутри тебя становится сильнее, Лео. Если ты попытаешься убить Шреддера вот так, ты просто умрешь. — Я могу умереть сегодня вечером, — согласился Лео. — Но я заберу с собой весь клан, включая Саки. И тогда нам больше никогда не придется беспокоиться о них. Весь этот груз уйдет. — Этот груз… — прошептал Раф, думая, насколько легче он будет чувствовать себя без Футов. Но ценой брата их смерть обошлась бы слишком дорого. —...это не твоя ответственность. Теперь она моя. Ты отдал ее. — Я убежал от нее, — сказал Лео. — Небольшая разница. Ты мне позволил брать ее во время битв. Так что я забираю все обратно, только на эту ночь. — Лео-- — Не волнуйся. Когда я вернусь, ты сможешь забрать ее снова. Теперь... отойди, прежде чем я заставлю тебя. Вместо этого Рафаэль был готов к атаке. Рядом с ним Майк и Донателло положили руки на свое оружие, собираясь его вынуть. Леонардо опередил их, выступив вперед с ножом наготове. Рафаэль, мертвый на земле. Рафаэль жив, но кровь переливается через край крыши. Рафаэль без руки. Рафаэль с перерезанным горлом. В его голове промелькнули образы, и его захлестнуло желание разорвать Рафаэля на кровавые куски. Часть его содрогнулась даже при мысли об этом, но небольшая часть, становившаяся с каждой минутой сильнее, наслаждалась мыслью о братоубийстве и добавляла в эту кучу еще и младших братьев. Мне нужно уйти от них, — подумал Лео, — принести это к Шреддеру. Да, убей Шреддера, убей весь клан, они наши враги, убей их всех, чтобы защитить этих троих... Рафаэль выбил нож из руки, слишком поздно сообразив, что это был обман. Удар по голове заставил его увидеть звезды, а удар ногой в живот отправил его в Майки. А потом Лео исчез за краем здания и скрылся из их поля зрения. Не потребовалось особых усилий, чтобы найти опоры вдоль стены, такие как подоконники и трещины в каменной кладке, и он легко приземлился на землю. Не останавливаясь, он использовал тени, чтобы спрятаться от немногих людей на улице, пока не остановился прямо напротив башни. Ее вестибюль все еще был ярко освещен, внутри было несколько человек: от секретарей за столом до мужчин, ожидающих в своих мягких креслах, когда несколько офисных служащих заберут их в переговорную. Он некоторое время наблюдал за ними. Никто ни разу не подошел к ресепшену, чтобы задать вопрос, секретари ни разу не ответили на телефонные звонки, а остальные просто ходили по офису, не останавливаясь ни на минуту. Получается, это была ловушка, и все они были солдатами Шреддера, возможно, даже элитными, без униформы. Он убрал нож и достал мечи. Что ж, если они потрудились приготовить ловушку, кто он такой, чтобы не захлопнуть ее? Глубоко вздохнув, он дождался, пока улица очистится от людей. Все в вестибюле умрут первыми. Ему придется сделать это где-нибудь вне поля зрения, чтобы никто снаружи не увидел кровь. А потом он выключит свет, чтобы облегчить себе задачу. Убить такое количество людей было бы достаточно сложно и без яркого света люминесцентных лампочек над головой. Наконец улица стала достаточно безлюдной, чтобы можно было пройти. Он подошел и открыл парадную дверь.