Мы бъем словом и прямым битом

От гоголь-моголь: нуууууууу???? пойдешь????? пж пж пж пж 🙏🙏🙏 реально не с кем уже курить ходить ((((((((( я тебе целую пачку подарю каких хочешь        Я смотрела на его сообщения в строке уведомлений, как они плавно один за одним появлялись и появлялись с интервалом в пять секунд. С чего он взял, что спамить мне сообщениями в такое время — хорошая идея? Ума не приложу.        Я отложила телефон на тумбочку, перевернулась на противоположный бок и закрыла глаза, фокусируясь на темноте и стараясь провалиться в сон, пока мой телефон вновь не стал разрываться от сообщений этого еблана. Я пыталась игнорировать, думая, что сейчас он прекратит, но это продолжалось, поэтому я встала, взяла телефон и открыла с ним чат. Первое сообщение в нашей переписке значится датой прошлого года, примерно в первых числах сентября.

гоголь-моголь в сети 9 сентября

гоголь-моголь: приветик красотка! скинь сиськи aglaea of pompeii: че ты больной? гоголь-моголь: ой ОЙ БЛЯ перепутал!!! у вас с викой аватарки похожи не тебе 🫢 aglaea of pompeii: классическое тушевание гоголь-моголь: да нет я правда не тебе 😣😣😣 ты кто кстати? aglaea of pompeii: аглая гоголь-моголь: ААА ВСЕЕЕ Я ТЕБЯ ВСПОМНИЛ ну тогда это точно не тебе у тебя бы сисек я не просил aglaea of pompeii: ок гоголь-моголь: у тебя их же нет все равно aglaea of pompeii: ошеломительное наблюдение гоголь-моголь не обижайся aglaea of pompeii: все нормально на больных грех обижаться гоголь-моголь: ТЫ ЗЛАЯ я не буду тебе писать больше aglaea of pompeii: я буду тебе очень благодарна гоголь-моголь: обиделась ☺️ aglaea of pompeii: знаешь, когда ты впервые вошел в наш класс, я подумала, что, может быть, ты адекватный, но теперь я понимаю, что ты конченный мудак без извилин гоголь-моголь: УРААА РЕАЛЬНО ОБИДЕЛАСЬ думала обо мне говоришь? 😼 aglaea of pompeii: реально без извилин я вот решила заскриню твои сообщения и отправлю классухе 🩷 гоголь-моголь: ЧТО НЕЕЕТ Я ПОШУТИЛ 😭😭😭😭😭 аглашенька ты самая классная девчонка и завтра тебе шоколадку куплю я еблан ( aglaea of pompeii: вот это ты нафактил но мало чтобы откупиться гоголь-моголь: ты ты шантажистка 😒😒 ну лан проси что хочешь aglaea of pompeii: завтра дам тебе знать        После беглого прочтения наших самых первых сообщений, мое лицо скривилось в гримасу смешанных эмоций — от стыда до отвращения и легкой усмешки. Благо, что за год многое изменилось и забылось, а переписку стоило бы хорошенько почистить, чтобы не разблокировывать эти уже забытые воспоминания. Но почему-то рука никак не поднималась удалять переписку с Колей.        На следующий день я так и не дала ему никаких особых пожеланий или указов, а он не принес мне шоколадку. Мы даже не здоровались друг с другом первые две четверти учебы, не общались ни в компаниях, ни тет-а-тет, ни в социальных сетях. Временами он просматривал мои истории и посты, а я на его аккаунт никогда не заходила. От ощущения, что он просматривал мои личные микроблоги и даже, скорее всего, имел мнение на этот счет, выводило меня из равновесия. Однако скрывать от него все мои профили я так и не решилась. Я просто стала меньше постить что-либо. Не хотелось, чтобы он еще думал, что я настолько ничем не занята, что хватает времени шитпостить куда ни попадя. Просто потому, что мне действительно хватало времени сидеть в интернете. Но вот давать другим знать об этом — позор.        После той абсурдной переписки мы с Николаем, как можно было догадаться, весь год не писали ничего друг другу. Поэтому, получив сегодня от моего одноклассника сообщение, я была удивлена. Меня? И курить за школой? Вдвоем? А я-то ему зачем нужна?        Я открыла наш чат и начала отвечать, тяжело вздыхая. aglaea of pompeii: не курю гоголь-моголь: всм ????? aglaea of pompeii: без смысла гоголь-моголь: эммммммм на тебя как бы стучали раза три что ты за школой курила с подружками 🙄        Я шумно вздохнула, массируя пальцами переносицу. Я не понимала, как другие люди могли терпеть более пяти минут в его компании. Он же ходячая бестолочь! И назойливый до ужаса. aglaea of pompeii: ложь пиздежь и провокация гоголь-моголь: пиздеееец ты мемы старые знаешь бумерша aglaea of pompeii: я младше тебя гоголь-моголь: а в душе бабка старая дряхлая и с тебя песок сыпется когда ходишь aglaea of pompeii: еще раз смысл твоего обращения? гоголь-моголь: фу фу фууу ты такая же душила как достик только женщина и матан не даешь списать        Я подняла голову, глядя в стену своей комнаты, держа телефон в руках и пытаясь собрать полученную информацию воедино. Он дружит с Федором? С Федором никто не дружит. И терпеть Николая он бы определенно не стал. Я вновь стала печатать. гоголь-моголь: божж почему ты так долго отвечаешь я уже выспаться успел aglaea of pompeii: иди на хуй гоголь-моголь: пиздец ты долго над ответом думала все извилины поди сломала aglaea of pompeii: заебал чс гоголь-моголь: ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ??? я к тебе со всей любовью добротой ЩЕДРОСТЬЮ как джентльмен а ты меня хочешь в чс шо я такого тебе сказал я терь понимаю почему никому ты не нравишься        Я быстро напечатала короткий ответ, но затем остановилась и стала смотреть на экран, устало моргая. Отведя взгляд, хотелось выключить телефон, положить его на тумбочку и лечь спать, забыв вообще, что он мне писал. aglaea of pompeii: ты закончил? гоголь-моголь: не aglaea of pompeii: продолжай сам с собой тогда        И я заблокировала его контакт, включила авиарежим, легла на бок и наконец уснула.        В школе на следующий день было как всегда. Моя соседка по парте и по совместительству подруга слегла дома с гриппом, оставив меня одну на целую неделю. Зная ее манеру отлынивать, — сразу на две. Шел второй урок, мы делали конспекты по физике, а кто написал — тот молодец, будет сейчас уравнения у доски решать. Устало откинувшись на спинке стула, я глянула в свой телефон, ожидая сообщения или любые другие уведомления. Однако, мне пришли только пару писем на почту по рассылке, пару однострочных комментариев и сообщение о том, что скоро у меня должна пройти месячная оплата занятий по гимнастике. До конца урока еще целых полчаса. — Извините, пожалуйста, я был у завуча, помогал носить столы к международному дню солидарности журналистов— — Умоляю, Гоголь, садись уже!        Довольный опоздавший вприпрыжку подбежал к нашему ряду, и я уже ожидала, что он шумно и с лепетом какой-то ахинеи приземлится возле Сигмы, но он вместо этого занял свободное место возле меня. Почувствовав что-то между возмущением и злостью, я повернулась к нему и уже готова была ему высказать свое недовольство, но он махом прикрыл мой рот своей ладонью. — Нет уж, я сижу сегодня с тобой, Глашечка! Ты меня блокнула, оскорбила, унизила… теперь будешь давать мне списать весь день! — сказал Николай, активно выставляя свой указательный палец и тыча им мне в лоб.        Какие же мужчины ранимые…        Схватившись за его руку и откинув ее в сторону, я рыкнула: — Руки свои убери, блядь! — Петр Михайлович, Аглая отвлекает меня и других учеников от урока.        Этот спокойный и протяжной тон принадлежит только единственному человеку в мире — Достоевскому. Сидя за соседней партой, он никогда не упускал возможности наябедничать на меня, на Гоголя, на любых других наших одноклассников, которые то разговаривали, видите ли, «слишком громко и не по теме урока», то списывали втихую, то еще чем-то нашему аристократу не угодили, отвлекая его от невообразимо важных уроков или от грызения своих пальцев в этой вычурной высокомерной манере. Федор был в самом натуральном смысле крысой и стукачом. Какую пользу он от этого выносил — мы не имели понятия. Однако складывалось впечатление, что ему просто нравилось отравлять жизнь всем людям вокруг него. Я открыла было рот, чтобы что-то ему шикнуть, но тот меня опередил, снова обращаясь к учителю. — И использует ненормативную лексику, — добавил Федор.        Мои зубы скрипнули от злобы. И, что уж там, — от обиды тоже. — Аглая, — начал физик, — не успел учебный год начаться, а ты уже в кабинет завуча напросилась. — Я вообще молчала, — был мой ответ в свою защиту. — Разумеется, а Федор всем вечно врет. К директору.        Встав со своего места, я глянула на Федора, который довольно наградил меня своей ублюдской ухмылкой. Высунув ему язык со своей недовольной миной, я пошла к директору в сопровождении Петра Михайловича.

***

— Везет тебе! Я вообще с Сашей сижу… — Саша еще нормальный, я вот с Катей… — Блядь, Новикова отвратительная! — Так что с Колей? На свидание тебя позвал?        Смахнув пепел с сигареты, я вновь затянулась, посмотрев на Леру, что задала вопрос, сбивший меня с хода моих мыслей. — Еще бы он меня позвал куда-то.        Я выдохнула глубоко густой дым, закатывая глаза. — Я не знаю, что он ко мне прилип. Ему его отбитых друзей мало? — Нравишься ему. — Или с Машей расстался недавно. — Реально, кстати.        Валерия и Ева — две главные сплетницы нашей школы (не считая меня). Знали все новости школы, да и не только нашей, а всех школ по району. Знаменитостей у нас хватало — от залетевших по случайности до попавших в ментовку и получивших уголовку (пока что только условные). — А он разве не с Аней встречается? — Так она еще весной переехала в Италию с семьей. — Везет. А почему? — Да хуй его знает… — О боже! Лерка Кукушкина — и не знает чего-то о чужой личной жизни? Завтра снег выпадет… — Ой, Аля, да иди ты!

***

       После школы я обычно заходила в кофейню по дороге, в которой практически никогда не было людей, делали вполне неплохой кофе и цены были адекватные (но с недавних пор повысили процента на два). Заказав себе чашечку американо, я подождала минут пять, а затем взяла свой кофе и ушла по направлению к себе домой. Идя вперед по тротуару, я уткнулась к себе в рюкзак, пытаясь найти в этом беспорядке проездной, однако из-за этого столкнулась головой о спину идущего впереди меня парня. Облив себя горячим напитком, я громко и очень нелестно отозвалась о всей ситуации и о парне, расстегивая свою мокрую рубашку и пытаясь освободиться от ощущения кипятка на коже. Незадача — кофе просочился до майки и бралетта, поэтому оставалась только бранно причитать и держать одежду на расстоянии от обожженной кожи. Подняв голову, я увидела перед собой не случайного незнакомца, а Сергея, который перепугался моих криков и возмущений, занервничал и не знал, что сказать и сделать. — Боже мой, прости, пожалуйста! — Блядь, Серега… честное слово, въебу.        Мои возмущения были бессмысленными, так как я была виновата — надо было бы на дорогу смотреть, а не утыкаться с головой в рюкзак. Но Сигма рассыпался в извинениях, взял в руки мой стакан и рюкзак, заботливо осматривая меня на следы от ожогов. — Сильно обожглась? — спросил тогда он, наклоняя голову ко мне и выглядя взволнованным и виноватым.        Как можно было сердиться на него? Сыромятников всегда выглядел так потерянно и одиноко, а его озабоченность моим состоянием ощущалась искренней и чистой. Я почувствовала доброту в его маленьких действиях, жестах и тоне его голоса — обычно достаточно глубокого, а сейчас — нежного и тихого.        Я прикрыла глаза и вздохнула, застегивая свою рубашку обратно. — Все нормально. Забудем. — Прости, пожалуйста…        Сигма поехал со мной на автобусе, сидя на соседнем месте и посматривая в мою сторону, обращая внимание на пятно на моей некогда белоснежной рубашке.        Мы молча доехали до моей остановки. Как оказалось, живет Сигма в паре кварталов от моего дома. Проводя меня до моего подъезда, он кротко попрощался, еще раз извинился и поторопился уйти, напоследок взглянув на меня своим привычным выражением меланхолии. Зайдя к себе в квартиру, я прошла в свою комнату, наконец сняла с себя школьную форму, села на пол и широко улыбнулась.        Есть такое ощущение, что я влюбилась.

***

       В субботу у нас обычно выходной, но на этой неделе нам посчастливилось иметь удовольствие проводить субботник, убирая всю школу. Мне повезло чуть больше — отправили убираться в классе, а Еву я напросила к себе в помощницы. Лера же убиралась у себя в классе, но, судя по всему, отлынивала, так как присылала каждые минут пять нам кружочки с невероятными историями. В одной из них она рассказала, что ее одноклассник ударил кулаком стену, и проломил там дыру. И снимала нам, как завуч что есть силы отчитывала и ругала его за это. Я не сдерживала смеха. — Глаш, я в туалет. — С тобой сгонять? — Не, я по дороге к Диме заскочу. — Пф-ф…        Ева ушла, и я продолжила поливать растения, неторопливо протирая пыль со шкафов. Половину работы я в классе уже сделала, поэтому если потороплюсь, то останется много свободного времени.        Кто-то присвистнул из-за моей спины, чем меня напугал, и я обернулась на посетителя.        Испуг на моем лице превратился в раздражение. — Ты-то что приперся? — буркнула я в сторону Гоголя, возвращаясь к уборке. — У меня на пыль аллергия, поэтому я тоже в классе буду убираться! А ты могла бы быть и повежливее, зануда! — парень скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся от меня, дуясь. — А у меня на ебланов аллергия. — Как же тебе повезло, что я не еблан! — Как повезло тебе, что я не могу просто взять и скинуть тебе на голову горшок с фикусом. — Тц! Чего злая такая сегодня, Глаш? — Николай подошел ближе ко мне, придерживая мой стул за спинку, на котором я стояла. — Я была добрая до того, как ты пришел. — Я так счастлив, что имею такое огромное влияние на твое настроение! Ты в меня влюбилась, не правда ли? — он наклонился, выглядывая снизу на меня, пытаясь поймать мой взгляд. — Правда? Правда? — Ты себя в зеркало хоть видел, Коль? — я опустила голову вниз, смотря ему в лицо. — Да нет! В жизни ни разу в зеркало не смотрелся, прикинь! Я не отражаюсь… — он сгримасничал кислую мину. — Может, хоть пожалеешь меня? — Мне тебя всегда глубоко жаль, — я подняла голову снова, продолжая поливать растения. — Тц, тц… какая ты злая и негативная девочка. У меня аж голова загрузилась черными тучами, — Коля тоже выпрямился, продолжая стоять возле моего стула.        А затем он схватил меня за ляжку обеими руками, прильнув щекой к моей коже.        По моему телу прошелся словно бы заряд тока, а сердце участило свои удары, я чуть не упала, потеряв равновесие, но удержалась, схватившись за шкаф. — А ножки у тебя классные! И трусы красивые, где взяла? — он глянул на меня снизу, поймав взглядом мое, мягко говоря, ошарашенное выражение лица. — Чего перепугалась так?        Взяв бутылку с водой с полки, я молча вылила оставшуюся половину ему на голову, и капли от струи обрызгали и меня. Николай молча отнялся от моей ноги, вытирая свое лицо. — Все женщины так остро реагируют на комплименты или только ты?        На голову ему упала пустая пластиковая бутылка. — Злая ты, Глаша… очень злая.