Часть 3. Защитник Якса, Сяо

      Люмин снова лежала на каменных плитках у Мастерской во Сне охотника.       Её повесили на стене здания. Она ещё помнила, как кончается воздух, как тьма расстилается под веками. Помнила, как зловеще звенел колокол и неразборчиво голосили безумцы, стреляя в неё. Люмин никогда бы не подумала, что может столь детально помнить, как умирает раз за разом. Губы чуть задрожали, но девушка жёстко выдохнула, приказывая себе собраться. Ей до сих пор не удалось продвинуться дальше проклятой площади!       - Кто ты?!       Жесткий, резкий голос вырвал Люмин из омута размышлений. Она приподнялась на локтях, оглядываясь. Её глаза едва на лоб не уползли – стоя у одной из могил и наготове сжимая в руке Нефритового Коршуна, стоял…       - Сяо!       Люмин вскочила, в момент приблизившись к хмурому Адепту, чьи глаза горели огнём. Узнав путешественницу, тот расслабился, удивлённо подняв брови; лицо его прояснилось, напряжение в теле растаяло, а напрягшиеся тугие мышцы заметно сгладились.       - Лю… Люмин?       Девушка подбежала к товарищу. Частица Тейвата стояла перед ней, частица спокойного мира, где безумие и смерть не ждут за каждым углом. Она не знала, что ему сказать, потому как не надеялась, что получится «призвать» на помощь кого-то из иного мира! Вспомнив, куда именно Люмин вытащила своего друга, она растерянно пробежалась глазами, пытаясь найти слова.       - Сяо, я… мне нужна твоя помощь, чтобы убить чудовищ.       Адепт кивнул молча, но сосредоточено. В жёлтых глазах читалось непонимание. Парень огляделся, изучая взглядом местность.       - Здесь ходит странная девушка, которая назвалась куклой. Она говорит, что я… во Сне. Но почему ты́ здесь?       Вопрос прозвучал строго. Сяо не спрашивал – он требовал ответа.       - Это… Сон охотника, Сяо. Я здесь потому, что это мой Сон.       Адепт не скрыл удивления, тут же собравшись и о чём-то задумавшись. «До чего странное место», - в который раз думалось ему. Якса глянул на Люмин в своей строгой, как будто с оттенком презрения, манере.       - И где чудовища?       Люмин едва смогла сглотнуть слюну сухой глоткой.       - Они в городе, я покажу, как туда добраться. Сяо, их там… очень много, поэтому, пожалуйста…       Адепт выгнул одну бровь.       - Не сравнивай меня с обычными людьми, я Адепт, а потому выдержу куда больше, чем кто-либо. Включая тебя.       Люмин надела треуголку. Душу уже начали грызть сомнения. Правильно ли она поступает, втягивая в обитель ужаса невиновных? Вот только растеряв свои силы и способности, полученные в землях Архонтов, она не могла более сражаться! Люмин понимала, что ослабела в разы. Она едва ли была такая слабая, когда очнулась на берегу в Мондштадте!       Сяо видел и понимал – что-то не так. Где-то опасность. Она одновременно здесь и за пределами. Адепт не понимал, скверный ли сон посетил его или искажённая реальность? Однако, путешественница стояла перед ним как она есть, а значит… так ли уж скверен этот кошмар?       Вместе с Люмин он подошёл к могиле, рядом с которой он и обнаружил лежащую девушку.       - Дай мне свою руку, Сяо, - попросила она. Парень нахмурился, аккуратно обхватив огрубевшей ладонью мягкие пальцы. Мягкие и неимоверно холодные.       Люмин коснулась надгробия; в глаза ударило потоком воздуха, застилая взор фиолетовой дымкой, а когда Адепт проморгался, то обнаружил, что находится в абсолютно ином месте! В его руке всё ещё была сжата мягкая маленькая рука.       Сяо поспешно разжал пальцы, отворачиваясь и стараясь сосредоточиться на осмотре местности.       - Куда ты меня привела? И как у тебя это получилось?       Люмин перехватила трость-хлыст, заставляя её раскрыться. Девушка чувствовала себя обманщицей, толкавшей не смерть друга.       - Это Лечебница Йозефки, Сяо. Я… очнулась здесь. Там внизу сидит зверь, огромный… оборотень. Он едва не убил меня, но мне удалось сбежать.       - Твои силы?       Люмин отрицательно покачала головой.       - Ни капли не осталось. Магия Тейвата точно покинула моё тело.       Сяо, всё ещё не до конца понимая, кивнул, шагая вперёд и рассматривая «кровавое» убранство. Адепт обернулся, блеснув застывшим золотом в глазах, слишком живым в этом тухлом месте:       - Мы теряем время, пора браться за дело.       Люмин куснула губу, сжав кулак, потом шумно выдохнула, повторив аккуратно:       - Сяо, пожалуйста… послушай. Я нисколько не умаляю твоих сил, но то, что ты увидишь на улицах Ярнама, ужасно. Я позвала тебя, поскольку… у меня не получается справиться с таким количеством, но если ты погибнешь…       Сама мысль ударила по Люмин, она осеклась, остановившись.       - Я всё понимаю, - спокойно ответил Якса, крутнув в руке копьё. – Поэтому, если это действительно сон, то хочу помочь тебе как можно быстрее, ведь если он прервётся, то моё время выйдет. Та странная Кукла сказала, что… я забуду всё, что со мной произойдёт. Ты тоже, Люмин?       Путешественница покачала головой:       - Нет, Сяо. Я помню всё.       Адепт отвернулся, шагая вперёд и тихо добавляя:       - А мне большего и не нужно.       Девушка поспешила следом.       Лечебница не изменилась, разве что стал удушливей тошнотворный запах гнили. Чем ниже спускались, тем сильнее становилась морщинка меж бровей Адепта. Кошмар был слишком реальным, он понимал. «Это здесь», - прошептала Люмин, чуть коснувшись его руки. Сяо молча кивнул, шагая в обширную комнату, и, обернувшись, бросил через плечо:       - Не лезь под руку, если не хочешь умереть. Стой здесь.       Люмин кивнула, но пальцы на трости не разжала, оставаясь готовой ворваться и помочь товарищу. Сяо рванул вперёд, став скорее сгустком тёмно-изумрудной дымки, оказался ровно над зверем. «Что это за тварь?» - пролетело в его голове, но в следующий миг Нефритовый Коршун обрушился на голову чудовища. Оборотень взревел, тряся головой и переворачиваясь, дабы скинуть «наездника». Адепт с лёгкостью отпрыгнул, чуть проскользив по скользкому от крови полу, а потом рванул с новой силой навстречу вскочившему огромному волку. Оказавшись под его мордой, Якса в пару движений круговым движением отсёк голову. Фонтаном брызжала грязная кровь. Чуть отвернувшись, Адепт глянул на притаившуюся Люмин горящими золотом глазами. Девушка осторожно выдохнула – вера в завершение кошмара постепенно возрождалась.       - Кто следующий? – кратко спросил Сяо, тылом кисти утирая попавшую и стекающую струйками кровь с лица.       Нефритовый Коршун рубил немощные тела, пока Адепт врывался в кучу потерявших человечность тел. Отталкиваясь от серых, покрытых сетью свежих кровавых брызг стен и полуразбитых украшенных карет, Якса обрушивался на головы врагов, топча их, разрывая трухлявые, гнилые мешки с плотью, вновь и вновь кидаясь к следующим. Люмин, идя следом, добивала упавших и чуть шевелившихся безумцев.       В какой-то момент прогремел выстрел – Сяо потерял равновесие, падая в самой середине толпы на спину. Покрытый царапинами, синяками, он едва ли почувствовал, как дробь влетела в его тело, разрывая сосуды. Люмин, вмиг вспомнив своё сожжение, закричала, раскладывая и раскручивая трость:       - Сяо, осторожнее!       Хлыст просвистел, подрезая шеи и ноги. Горожане кричали, цепляясь друг за друга. Двое, что успели железной хваткой иссохших пальцев схватить Адепта за что придётся, по очереди пытались его колотить, падая от сопротивления молодого Яксы. Вж-ж-ж! Глотки их тоже оказались рассечены хлыстом. Кровь из дряблых сосудов сгустками повалилась на Адепта, поспешно вскакивающего.       - Уф… Ладно, - буркнул он, кивнув Люмин.       Подхватив оружие, он с ещё большей яростью кинулся на оставшийся десяток горожан, втаптывая в мостовую жёлтые скукоженные мозги, раздалбливая наполовину уже мягкие кости, отсекая конечности и перерубая напополам тела.       Не звонил больше колокол. Лай разрубленных собак не тревожил покой. Залитая кровью площадь покрылась трупами. Изредка шевелились шторы мутных окон: оттуда проступали жёлтые лица, удивлённые и понурые. Двое стояли перед огромным костром, где догорало распятое чудовище. Площадь была отчищена.       Адепт тяжело дышал, стараясь не обращать внимание на боль. Дробь, так знакомая ему от стычек с застрельщиками Фатуи, прорешетила внутренности, но жаловаться Сяо не привык. Вместо этого, оторвав от своего одеяния тонкий лоскут, он пытался перебинтовать глубокую ссадину на плече. Люмин коротко спросила:       - Помочь?       - Сам, - зажав в зубах ткань, бросил Адепт, стараясь справиться с повязкой. Она отказывалась ложиться, как положено. Якса едва ли не зарычал от недовольства.       Люмин вздохнула, молча забирая из его рук концы бинта. Кожа Адепта, сухая от ветров и покрытая разводами от крови, показалась Люмин удивительно тёплой…       Девушка едва сдержала улыбку, видя надувшегося Адепта, который показательно отвернулся, проговорив:       - Я не просил, так что в следующий раз…       - Просто попроси, ведь в просьбе вряд ли есть что-то страшное для Адепта, уничтожающего чудовищ каждый день и каждую ночь, - заговорила вместо него Люмин, и, заметив, как Якса пытается взорваться новой волной возмущения, проговорила. – Всегда рада помочь тебе, Адепт Сяо. Считай это очередным глупым капризом людей.       Якса что-то пробурчал, так и не взглянув на светловолосую девушку.       В двери под каменной аркой снова кто-то настойчиво ударил. Кто-то рвался с той стороны на протяжение всего боя, а судя по звукам – весьма немалых размеров.       - Ты готов? – тихо спросила Люмин. Сяо молча сосредоточенно кивнул, сжимая ладонь на древке копья.       Адепт спокойно двинулся к дверям, блестя парой топазов. Однако, дверь со стороны площади не открывалась.       - Она открывается в другую сторону, но её что-то держит, - проговорил Якса. – Видимо, тот, кто находится на другой стороне, не очень умён.       Вдвоём они направились через каменную арку по боковым дорожкам. Гробы, силуэты в окнах и огненное небо опостыло окружало двух живых на мёртвой площади. Стоило им перейти на другую площадь, как открылся вид на ещё одну часть города – истыканная резными флюгерами и украшенными крышами, город спускался и поднимался каменными ступенями, точно клубок спутанных нитей.       - Город умирает, - коротко сказал Сяо. Люмин кивнула.       Адепт, не желая обходить по лестничкам, перемахнул через заборчик, оказываясь аккурат напротив тех самых ворот с другой стороны. Он бы подумал, что это оживший камень пытается ворваться на площадь, но то было огромное человекоподобное чудовище с горбом, серой, пепельной кожей, на которой ещё качались обрывки разорвавшейся одежды, выцветшей и истёршейся. Лицо поражённого скверной человека давно потеряло людской облик, искажённое, с застывшей гримасой злости. Он был в раза три выше Сяо, готового к сражению с несокрушимой готовностью в жёлтых глазах.       Люмин бежала по ступеням. Адепт рванулся в бой, пока чудовище, замахнувшись зажатым в кулаке кирпичом с самого Яксу, открылось для атаки. Копьё просвистело, распарывая утробу. На камень площади повалились петли иссиня-красного кишечника, распространяя вонь тухлятины и мелких паразитов. Сяо спешно ретировался, утыкаясь носом в тыл кисти. Было что-то неясное, окутывающее его, точно… точно кровь всех прокажённых жителей плела вокруг него кокон, силки, цепляющиеся за остатки тьмы в его сердце.       - Не подходи, Люмин! – остановил он путешественницу знаком. – Наверняка, он заразен.       Чудовище, размозжив собственные внутренности, чтобы выпутаться из намотавшихся на ступни органы, отбило свои конечности, воя и едва двигаясь. Адепт смотрел, тяжело дыша и не спеша двигаться в новую атаку. Беспомощный, обезумевший житель ронял жалостливый плач между яростными криками. Сяо коротко закашлялся, чувствуя что-то сродни к потерявшему людской облик существу.       «Выкинь из головы эту глупость!» - обозлился он на себя, хватая крепче древко оружия и кидаясь на уже поверженного противника. Копьё жалило жёсткую пепельную кожу спины и горба, пока существо пыталось отползти; рубило и отрезало куски, разбрызгивая давно остывшую кровь.       - Сяо, - тихо окликнула Люмин, которой была известна печальная история самого Яксы.       «О чём я думала, написав его имя в приглашении?!» - вдруг поняла девушка, с ужасом наблюдая за Яксой. Тот, вцепившись точно когтями в части обнажённого мозга, приподнял голову бывшего человека, отсекая голову. Адепт тяжело дышал, склонившись над разрубленной тушей и смотря на собственные руки. В крови. Покрытые густой кровавой жижей, они блестели в свете тусклого бледно-огненного светила, переливались. Он убивал уже мёртвое, нет, добивал уже поверженное. И всё равно казалось, что мало… точно безумие города нашло в нём своё отражение, медленно заползая и обустраиваясь.       Адепта едва не захлестнула эта волна, пока он продолжал стоять на туше и смотреть, как кишащее паразитами тело растекается кровавой лужей, как Люмин, схватив друга за локоть, потащила в сторону, а потом, обхватив ладонями лицо, сама повернула его голову, не давая взгляду найти расчленённую тушу.       - Сяо, очнись! Ты же Адепт, ты сильнее безумия, живущего в Ярнаме, слышишь?!       Взгляд жёлтых глаз начал постепенно оттаивать, Сяо моргнул несколько раз, глядя в карие, точно кора песчаного дерева глаза Люмин. Он любил отдыхать под тенью их огненно-красных листьев. Всё ещё не контролируя мысли, он вдруг тихо, одними губами, проговорил:       - Красиво…       Люмин на миг растерялась, чувствуя, как покрываются щёки румянцем, ослабляя хватку ладоней. Адепта чуть качнула, но он устоял, проморгавшись и полностью очнувшись. Девушка поспешно оторвала руки от испачканного в крови лица. Якса, тяжело дыша, подхватил Нефритовое копьё, глядя в никуда, и тихо проговорил:       - Проклятый город…       Они шли, мало разговаривая, решив проверить тупик, соединяющий колокольную площадь с улочкой у лечебницы Йозефки. Сяо казалось, что он что-то сказал, что-то примитивное, в стиле смертных. Из-за этого он злился и на себя, и за Люмин, что посмела без разрешения приблизиться, и на весь город. Люмин же до сих пор ощущала неловкость, не зная, как должна была реагировать на слова Адепта. Да она даже не поняла, про неё ли он говорил!       - Этот рычаг, наверняка, открывает ворота, - скорее сам себе сказал Якса. Люмин кивнула, оглядываясь. И не зря.       Из проулка слева вдруг выскочил ещё один верзила, закованный в части пластинчатых доспехов под рваным плащом, с огромным двуручным топором, целясь ровно на Адепта. Люмин среагировала молниеносно – обняв за спину Сяо, она оттолкнулась, откатываясь в сторону.        Якса, тут же поднимаясь, снова коротко бросил:       - Не мешайся.       Схватив копьё, он рванул вперёд, лезвием проскользив по подколенным связкам и щиколоткам. Грузному воину, казалось, было абсолютно плевать! Разозлившись ещё сильнее, он развернулся, пуская оружие по дуге – Якса, отскочив, почувствовал, как на груди появилась новая ссадина. Однако, проулок был намного уже, и Сяо, ударившись спиной и затылком, пропустил удар – размахнувшись, чудовище наотмашь ударило секирой, лезвие которой ударило по грудной клетке Адепта и откинуло его в сторону, в глубину проулка. Люмин ужаснулась: ей показалось, что топор вошёл до грудины!       - Сяо!       Огромная бронированная туша двинулась к Люмин, уже замахнувшись. Однако, оружие даже не успело опуститься – оказавшийся над существом Сяо обрушил на напавшего свой гнев, блестя в полумраке рогатой маской на своём лице. Казалось, Адепт вовсе не был ранен: он отталкивался от стен, налетая сверху, точно коршун, на врага, и продолжал рубить, не давая даже двинуться. Когда воин, не выдержав, упал, Нефритовый Коршун в последний раз опустился на существо, пронзив насквозь объёмную тушу, что дёрнулась и размякла.       Маска растворилась, оставшись чуть видными Анемо-частицами в сухом воздухе. Люмин не успела подбежать, как Якса, не устояв, рухнул с тела побеждённого врага. Он спокойно смотрел на путешественницу, что пыталась как-то закрыть его рану, остановить кровь. Потом просто мягко убрал её руки:       - Не сто́ит, Люмин. Он разрубил меня на пополам.       Люмин во все глаза смотрела на расслабленное лицо Адепта, бледное сильнее обычного и такое спокойное. Он чуть кашлянул, сжимая челюсть от боли. Кусая губы и едва сдерживаясь, чтобы не нервировать Яксу слезами, Люмин выдавила, осторожно сжав пальцами холодную ладонь:       - Спасибо, Сяо.       Тот перевёл на неё взгляд жёлтых глаз. Он молча смотрел на неё, чуть дёрнув уголками тонких губ:       - Этот день… наконец настал.       Люмин вскинула ресницы, взглянув в лицо Адепта. Взгляд смотрел в никуда, застыв. Девушка вздрогнула, тряся за плечо Яксу:       - Эй, Сяо, очнись! Слышишь?! Очнись, пожалуйста!       Огненное небо горело заревом, будто листья песчаного дерева в Ли Юэ.       

«Красиво»