Очарование

Шикаку и Чоза развеявали скуку болтовнёй, пока дети сидели и играли в карты в парке, и уже, собственно, собирались закругляться и расходиться, когда разговор был прерван звонким девичьим криком. — Шикак-са-а-а-ан! — нарушила безмятежность активная маленькая Сакура, беззастенчиво залетая на руки мужчины. — Шикак-сан, привет! Тыщу лет вас не видела, соскучилась — жуть! А я вон как выросла, видите? Вчера ещё малюськой была, а теперь вон какая стала, да! — тараторила Лиса. — Лан, я вас утомлять не буду, а где Ши? — завертела она головой и нашла цель. — У!!! Ши!!! А это кто там? У!!! Какой большой! Может, у него есть еда? Мне нужна моя добыча! Надо задружиться! Так с ним же ещё можно и поигра-а-а... И так же быстро Лиса слезла и усвистала в сторону спокойно общающихся мальчиков. — Эх, — вздохнул Хизаши. — Сейчас твоего сына обворуют на вкусняхи. Привет, Чоза-сан. Привет, Шикаку. — отцы кивнули, приветствия мужчину. — Чоуджи не отдаст ей свои чипсы, Акамичи не делятся любимой едой, только с самыми близкими друзьями. — Наи-и-ивный, — самоуверенным басом пропел Хизаши. — Ну смотри сам, — сказал Харуно, указывая пальцем на компанию детей. — Сейчас очарование Лисы уложит на лопатки твоего парня. И Шику тоже уложит сегодня. Разок. Чтоб не расслаблялся, а то небось он слишком обомлел за время отдыха от Сакуры. — Долго тебя не было видно, Хизаши, — сказал Шикаку. — А кто виноват? — ответил он. — Ты зачем ей книгу по психологии подсунул, мм? Теперь Лиса нашла себе новую игру. Ей надо прочитать всех знакомых шиноби в Конохе и, пока она не наиграется или не закончит, я вынужден ходить по всем друзьям и знакомым. Ладно хоть, она временно переключилась на подруг супруги, а то я немного утомился столько пить. — А-а-а, — со страданием опустил Шикаку голову на ладонь. — Она сама до неё добралась. Я не уследил. Извиняй. — А, — отмахнулся Хизаши. — Мелочи. Авось, что полезное выйдет. Ну да ладно. Вы тут какими судьбами? Решили отдохнуть от женского общества? — В ультимативном порядке отправлены дышать свежим воздухом, — обречённо изрёк Шикаку. — А мы просто погулять вышли, — весело сказал Чоза, явно ухахатываясь с Нара в душе. — У! Смотри, Чоза. Работа очарования Лисы в действии. Ща на лопатки твой рухнет. Внимание мужчин обратилось на детей. Чоуджи с улыбкой на лице складывал в руку Сакуры чипсы. В один момент нырнувшая в пакет рука пухляша не нашла искомое. Он с недоумением посмотрел внутрь, но увидел лишь сияющее фольгой дно, после чего беспечно пожал плечами и смял ненужную упаковку. – Он отдал последнее... он отдал последнее. Сам! — Чоза был в шоке. Лиса слопала угощение. — А я говорил. Ты погоди, три минуты — и моя шумная девчона доведёт Шику. Вот тогда будет весело, да... что? Уже? Соскучилась, видимо. В этот самый миг венка на лбу Нара-младшего вздулась, а одна бровь резко упала на веко. Он резко подорвался с места, Лиса в тот же мгновение прыжком вскочила на обе ноги, отпрыгивая на метр от парней. Секундные гляделки застывших в напряжении детей — и Сакура очень быстро и ловко влезает на дерево. — Ну Ши! — со смехом кричала Лиса. — Не ну ты сам виноват, что так смешно бесишься! У тебя тако-о-ое тупо-о-ое лицо! — Но, — высоко поднял палец Хизаши. — Силы не равны. Пусть моя малышка и хорошо учла слабые стороны оппонентов, ведь одному тяжело взбираться на дерево, а второму попросту влом лишний раз шевелить конечностями, но враг тоже сделает свой ход. Шика не потерпит поражения над девчонкой. Лисонька хорошо применила тактическое отступление от превосходящих сил противника, но что же делать, если оппонент решит пойти в наступление на её территорию? — рассуждал Хизаши, пока мальчики что-то обсуждали между собой, а Сакура ухахатывалась сверху, шустро болтая свисающими с ветки ногами. — Ты увлёкся тактикой? — спросил Шикаку с поднятой кверху бровью. — Старший мой увлёкся, а я подхватил. Это и впрямь оказалось интересно. В Академии начали проходить и мы с ним сильно увлеклись стратегией, — ответил Хизаши. — У тебя же больше нет детей, — скептически сказал Нара. — Родных то нет. — Ты взял приёмного ребёнка? — опять поднял бровь Шикаку. — Не то, чтобы... — задумался Хизаши над ответом. — Ну, просто есть парень, с которым я сдружился и так сложилось, что я теперь считаю его сыном. Сам не понял, как так вышло. В общем, сейчас помогаю ему с учёбой, книги там, расходники, вовремя поставленный удар по лбу и всё такое. У него есть мать и он окружён женским обществом, а вот крепкой мужской руки рядом не хватает. — Не ожидал, — сказал Шикаку. — Ты просто не видел этот алмаз! — с восхищением поднял глаза к небу Хизаши. — Удача положила мне выигрышный билет под пятки! Боги бы не простили меня, если бы я его не забрал! Золото, а не ребенок, клянусь! Он уже... У! Полез таки, — отвлекся на детей Хизаши. * Чоуджи подсадил Шику и мальчик неуверенно и медленно залезал на дерево. — А ты высоты не боишься случаем? — бахвально прокричала Лиса. Она, в отличие от мальчика, ловко лазила по деревьям. Опыт. Видя, что Шикамару настроен решительно и лезть будет до конца, Лиса нахмурилась. Посмотрела на соседнее дерево и кивнула сама себе. Чоуджи стоял прямо под девочкой, он ждал, что она спрыгнет и был готов схватить Сакуру. Но сама Сакура это понимала и решила рискнуть перепрыгнуть на соседнее дерево. Во время отталкивания край ветки не выдержал и с громким хрустом проломился. — А-А-А! — Сакура! — крикнул Шика. — Ловлю-ловлю! — кричал Чоужди. Пуф! Сакура приземлилась на Акамичи и они упали на траву, а Нара с раздражением смотрел на них сверху. — Сумасшедшая, ты что творишь?! — ругался он. — Ты в порядке? — спросил Чоуджи. — Да. А ты? — Угу. — Какой ты мя-я-ягкий! — с нежностью сказала Сакура и легла головой на живот Чоуджи. — Облачко, вот! А папа всегда говорит, что хорошего мужчины должно быть много, да! Вот ты — мужик, Чо! — А-а-ай, теперь слезать! — бесился Нара. — Вот зачем я вообще полез! Демонова женщина, ты меня довела, — ворчал он, осторожно и медленно спускаясь вниз. * — У! Битва закончилась. Но теперь необходимо подписать мирный договор на максимально выгодных условиях, — развлекался представлением Хизаши. — Оппонент недоволен и это грозит новым вооружённым конфликтом! Необходимо использовать полученную информацию и подготовить встречное предложение. Итак. Один недовольный оппонент уже готов. Но что делать со вторым? — Весело тебе? — спросил Шикаку. — Очень! Ты не представляешь, как! Во, смотри, твой уже спускается и-и-и... оп! Ха! На лопатках! Я же говорил, что Шика расслабился за время отсутствия рядом Лисёнка, ага! Три зайца одним выстрелом куная, всё как моя малышка любит. Всё. Мирный договор на условиях Лисы. Шике мат, на лопатках, ага, — Хизаши еле сдерживал хохот. Сакура уснула прямо на животе Чоуджи. — А ты можешь изъясняться нормально? — спросил Шикаку. — Да, — подтвердил Чоза. — Ну смотрите. Во-первых, пока Лиса спит – Лиса не шумит. А Шика ненавидит шум. Во-вторых, маленький Нара относится с пониманием к дневному отдыху. Ну и в-третьих, — Хизаши повернулся и с нескрываемым весельем посмотрел в глаза Шикаку. — Лиса настолько очаровывает его, когда спит, что он её попросту не хочет трогать. Вот и получается, что Лиса пошалила и довела Шику до белого каления без ответных санкций. Шикамару буквально спиной почувствовал, что Хизаши над ним ржёт и посмотрел на взрослого. Подошёл. Хизаши, глядя на Нара-младшего с нескрываемой радостью сказал: — Ара-ара, ты продул девчонке. Обидно то ка-а-ак! — Тц! — Шикамару дёрнул щекой. — Ну ты не расстраивайся, может, в другой раз у тебя получится поймать эту лисью морду. Если ты, конечно, научишься бегать и лазать. А то девчонка тебя уделывает и тут, — издевался Хизаши. — Тц! — Ой-ой, ну что ты плачешь? Ты же – мужчина. Прими достойно этот удар по своему брутальному мужскому эго от нежного и милого женского каблучка. Шикамару закатил глаза. — Что такое? Я делаю твоему сердечку больно? Ай-ай, какой я нехороший человек. Но ты же мужчина, ты справишься, я в тебя верю! — Хр-р! — Нет, ну ты можешь мне отве-е-етить, конечно. Ты же так прекрасно выпустил свои молочные зубы в тот раз! — Тц! — Ну а чего ты тогда пришёл? — наклонив на бок голову, спросил Хизаши. — Ты ж знаешь, что я тут ржу, как конь! Я могу долго топтать твоё эго, так что вали к Лисе и другу. Нара-младший ушёл. — Ха! Поджал хвост! Слабак! Шикаку вздохнул. — Когда-нибудь он тебе ответит, Хизаши, — сказал он. — Так я против чтоли? Я за. Только пока зубов не хватает, так что я могу вдоволь топтать и кусать! — Я знаю, что ты злишься и что он что-то сказал тебе. Но это ребёнок. Перестань издеваться над моим сыном, Хизаши. — Э-э-э, не-е-ет. Он сам залез в мою берлогу и ухватил моё! Чтобы я сам отдал ему добычу? Я ж не добрячок какой. Но он может поджать хвост и уйти сам, тогда эта игра закончится. Только тогда твой медвежонок уйдёт ни с чем, ага. Вот пусть страдает теперь, раз не хватило мозгов сначала нарастить шкурку, когти и зубы, да! Шикаку нахмурился, а потом резко распахнул глаза и повернулся к Хизаши. — Я понял, о чём ты. Но давай ты скажешь нормальными словами, чтобы я точно был уверен, — попросил Нара. — Да. Всё так и есть. Он заявил свои права на Сакуру. В ультимативной форме. — Чё-ё-ёрт... но это же не повод. Он просто ребёнок... — Акстись, Нара. Разуй глаза. Он видит себя мужчиной. Так пусть и ведёт себя как мужчина. То, что их чувства взаимны, не повод быть тряпкой. — Ах, я не понимаю о чём ты, ведь я не в курсе всего, очевидно, — Шикаку раздражённо потёр лоб. — А сын не сказа-а-ал, — пропел Хизаши. — И не ска-ажет. Но вот в чём вся соль, я тоже не очень хочу, чтобы ты испортил мне развлечение... — Да какое развлечение! — раздражался Нара. — А я просто так не отвечу. У меня есть два условия, прежде, чем я подпишу мирный договор и выдам информацию. — Ты слишком увлёкся игрой в тактику и стратегию! — мучительно простонал Нара. — Ага! И это прекрасно! — Ничего себе страсти у вас, — сказал Чоза в удивлении. — Ага. Скажи, весело? — Хизаши продолжал бесить Шикаку. — Ох. Ты выводишь меня из равновесия, Хизаши! — Так в том то и дело! Мне же нужно, чтобы договор был на моих условиях, ах-ха-ха! — Фуф, — выдохнул Нара. — Чего ты хочешь от меня? — Два пункта и всё. Первое. Ты не скажешь сыну то, что я сейчас сообщу. Пусть думает своей головой. В конце концов, эта голова у него имеется. — А второй. — Второй? Ну, я хочу, чтобы ты относился к Сакуре, как к собственной дочери, ведь уже сейчас видно, что будет через много лет. Вот и всё. — То есть ты всерьёз уверен, что эти двое сыграют свадьбу? — спросил Чоза, пока Шикаку хмурился и думал. — Не наступай на моё сердце таким страшным словом, я пока не готов расстаться с моей золотой девочкой! Мне, может, хотелось, чтобы я был в неведении ещё лет... ну хотя бы двадцать! — схватился за грудь Хизаши. — Ах-ах! Теперь понятно, почему ты взъелся на мальчика! — ответил Чоза. — Ладно, мы пошли, жена будет недовольна, если не успеем к обеду. — О чём задумался, Шикаку? — спросил Хизаши. — Я не мог понять, почему Энчу так вцепился в Сакуру, но теперь я понимаю... этот старик понял... — Не понял маневра, кто вцепился в мою дочь? — с угрозой спросил Хизаши. — С недавнего времени наш старейшина, Нара Энчу, стал требовать, чтобы Сакуру взяли на клановое обучение. Я сразу заподозрил, что он хочет подвести Сакуру под договорной брак с кем-то из клана и отказал. Это во времена клановых войн такое часто практиковали во многих кланах. Во время обучения ребенок становится лояльным, а ещё можно познакомить детей сразу и медленно подводить под брак. Потом ребенок вырастает, его одаривают подарками, вниманием и мягко уводят в клан. Таким образом можно не опасаться предательства, но получить сильную кровь. Но это было сотни лет назад. В общем, я заподозрил Энчу в чем-то подобном, он много хорошего сделал для клана и сильно печётся о стабильности Нара. Видимо, Энчу заметил, что дети крепко связаны между собой. — А мужик шарит. Превентивный удар, считай... — Хиза-а-а-ши, перестань. Мы говорим о твоей дочери, а ты ведёшь себя, как ребёнок... — Ну, я свое слово сказал, чего бы не подурачиться? Да и выводить тебя так весело... — после этих слов Хизаши перешёл на нормальный тон. — Ну да ладно, давай отложим лирику, если хочешь. Моё мнение ты уже понял. Касаемо того, что я кусаю Шикамару, это не от того, что я злюсь на его поведение. Не, я зол, это да. Но не в этом дело. И он знает. Он понимает, что я его топчу за то, что он не проясняет этот вопрос с Сакурой лично. Ну да, он знает, что она его любит, она тоже знает то же самое. Но тут есть загвоздка. Сакура считает, что любовь Шики к ней ближе любви к сестре, чем к женщине, с которой ты готов провести всю жизнь. А сама же Сакура ещё просто не осознаёт, что любит Шикамару, как мужчину на одну жизнь. Она считает, что просто его любит. Может это возраст, может, она просто твердолобая, но факт остается фактом. Пока твой сын не проявит твёрдость, он будет вынужден страдать от мороки, о которой мог узнать, просто проявив себя мужчиной. А он твёрдости не проявляет, смущается, может, не знаю. И вот, с одной стороны, хочется проявить мужскую солидарность, чтобы у него не было хлопот с женскими заскоками в будущем. А с другой стороны, он сам виноват. Не, ну чего он мнётся то, а? Он мужик, или погулять вышел? Не, как права на женщину заявить, так он мужик. А как признаться, так на попятную пошёл, как тряпка. Не, ну не бесит ли, а? Хочет быть мужиком, так пусть и будет, да! — скатился в ворчание Хизаши. — Пф, ах-ха-ха, — рассмеялся Шикаку. — Сами разберутся. — Вот-вот. А насчёт его наглого заявления... ну, молодняк всегда дерзкий, ведь как им иначе двигать задницы старших, когда придёт время? Так что насчёт этого я не зол. Или зол. Не, ну мог подождать ещё лет двадцать... ну хотя бы пятнадцать, ну серьёзно! И что, что я всё знаю и понимаю, теперь можно берега путать совсем чтоль? Какой у тебя дерзкий молодняк, Шикаку. Вот дать бы в лоб за такое... а я и дам, да! А чего он? Не, сам ж напросился, бессовестный мальчишка... нет, я понимаю, я всё понимаю, но можно же проявить хоть немного деликатности? Хотя бы вежливо бы спросил, как полагается... точно в лоб получит, гад такой... — Хиза-а-аши, ну хватит. Я дам ему в лоб, если хочешь, только отстань уже от ребёнка. — А я напоминаю тебе, что он захотел со мной общаться, как мужчина, вот пусть и получает, да. — Да ты сам ведёшь себя, как ребёнок, — развеселился Шикаку. — Пфф! — Ну ты ещё губы надуй, — улыбался Нара. — Тц! Ну что ты кусаешься! И вообще, чтоб ты понимал, Шикаку. Тебе то хорошо, твоё чадо никуда не денется, ещё и сокровище моё захапает, вот была б у тебя девчонка, ты бы по другому запел. — Это точно. — Вот именно. А моё золото уже считает ой как и имеет талант к закалачиванию рё, она тебя озолотит. А был бы пацан у меня, он бы меня золотил, да. — Кто о чём, а ты о рё, — закатил глаза Нара. — Ну а как ты хотел, у меня два алмаза, нужно много рё на их огранку, да, — возразил Хизаши. — Кстати, о рё, — почесал затылок Шикаку. — Что, моё золото уже отличилось где-то? — поднял бровь Хизаши. — Так и есть. Она посчитала бюджет клана на год. От скуки. — Да ла-а-дно. И ты позволил? — Она довела сына и пряталась у меня. Ей было скучно. — Вуах-ха-ха-ха! Хорошо хоть посчитала? — Нашла три ошибки в бюджете, который делал один из старейшин и всё переделала заново. Ещё предложила кое-что подрезать в расходах. — Уложила самих Нара на лопаточки, — восхитился Харуно. — Ва-а-ай, это моя девочка! Три зайца одним выстрелом куная. И носом тыкнула, и переделала, да ещё и улучшила. Чистый кавай! Надо ей мои задачки на деньги подкинуть, побалуемся вечером, раз ей понравилось играть в рё. — Ей очень понравилось. Настолько, что она сказала, что больше не будет играть в детские игры, когда есть такая увлекательная взрослая игра. — Кра-со-та! Надо её ещё как-нибудь к тебе в квартал подкинуть. На недельку, — мечтательно сказал Хизаши. — У меня работы — непочатый край! — Ну ладно, на пять. — Мне сына ещё учить, а сам понимаешь, какая это морока. — Таки ты бы учёл, что тренировки рядом с девчонкой, которая уделывает его эго, могут дать стимул к развитию... — Хм. Очень даже могут, — согласился Нара. — На выходные заберу. — Шика-а-арно! Увезу мою драконицу на источники, пока она мне голову не откусила! А ты на следующей неделе свою фурию можешь задобрить, если хочешь, я могу малого взять. — Ну уж нет, ты его покусаешь. — Да я же нежно! Я Мамору топчу вон похлеще и каким золотом растёт! Ты бы его видел, я клянусь Ками, кусание на пацанах хорошо сказывается! Проверено! — Хм... — Золотом станет, клянусь! — Ну нет, я против. Не надо кусать моего сына. — Ну ла-а-ан, не буду я сильно кусать. — Что-то я сомневаюсь. — Да нормально всё с ним будет, что ему сделается? — Даже не думай, Хизаши. — Ну давай без кусаний в этот раз. Ни слова не скажу. — Ага, только будешь смотреть и смеяться... — Тц! Как хорошо ты меня знаешь, Шикаку. Но ты таки должен понимать, что и в моих интересах, чтобы у моего золота не было проблем. Мне надо оно, чтобы они друг друга бесили, что один — меланхольный и тихий, а вторая — жизнерадостная и шумная? Лиса вон, от меня тоже в лоб получит скоро за то, что доводит Шикамару. В общем, ты ещё подумай. Да и задобрить фурию тоже выгодно, так то... — Хмм... ну давай попробуем. Но ты не будешь издеваться над моим ребёнком. — Буду сдерживаться изо всех сил! О, и Шика уснул. — Так он почти сразу уснул. — Не обратил внимания. Но это — лирика! А главное — что? — Что? — Что у меня во фляге напиток, который можно на пару уговорить, пока дети спят. — Я то не против, — ответил Нара. — Я слышу отчётливое "но" в твоём высказывании. — Ты не боишься спиться, Хизаши? — А-а-а. Логичное возражение... — загадочно ответил Харуно. — Я слышу отчётливое "но", — отзеркалил Шикаку. — Но я уже говорил, что у меня есть алмаз! И этот алмаз имеет гений на поприще ирьендзюцу, так что алкоголизм и его последствия мне не угрожают. Нормальный такой ход конём, согласись? — Это точно. — Слушай, Хизаши. Ты же сейчас всё мне рассказал, но не спросил, согласен ли я на твои условия. — Ага. Не то, чтобы это было условиями. Просто пожелание. А насчёт того, выполнять их или нет, тут решай сам. — Хорошо. ***