Том 3. Глава 57 Империя наносит ответный удар Часть 3. Без зимы нет весны, без смерти нет жизни, без сереньких нет цели убивать...…

Высший Тамплиер Талронар. 

Уже третий местный цикл как разум Высшего Тамплиера Талронара не мог успокоиться, постоянно находясь в полнейшем смятении от раздирающих и переполнявших его недобрых предчувствий и неясных ощущений. Его и других высших тамплиеров уже достаточно давно мучили весьма смутные и непонятные видения, а после известий о манипулировании и обмане всех темных и высших тамплиеров Королевой Клинков, его паранойя только сильнее обострилась на фоне получения новых новостей о непрошенных гостях. Чувство всепоглощающего страха и риска провалить возложенную на него миссию, знание того, что враги его расы найдут их и смогут помешать им, только сильнее распаляла нарастающую панику.  Как они ни пытались вникнуть в свои видения, выяснить первопричину своих тревог, которые ощущали уже не только они, но и многие другие. Даже обычные протоссы из касты рабочих, стали чересчур нервными и чувствовали наравне с храмовниками приближение чего-то недоброго для себя. До сих пор в его глазах стоял образ того существа, бывшего когда-то терраном, но встреча с которым так сильно взволновала Талронара, привнеся в его существование доселе им не испытываемые чувства, которые спустя столько лет продолжали питать и наполнять его душу таким неудержимым ужасом, судорожным животным страхом… От того количества «испытанного счастья от лицезрения столь удивительного существа» Талронар так и не смог отойти, едким словом поминания ныне покойного Тассадара. После того как в его разум хлынуло понимание всей его ничтожности в этом мире, после пережитого страха за свою жизнь, в его скудную доселе жизнь ворвались ранее непостижимые для него тёмные мысли, отчего его душа стала меняться, незаметно подталкивая его к пути, по которому шёл некогда Улрезаж. Поначалу он, как и другие тамплиеры, списывал свою тревогу на остаточные ощущения от медленной и мучительной смерти уничтоженного роя этого животного, которому подарили имя, которого оно недостойно - Нагаш. Но мать стаи была уничтожена им лично, как и другие королевы, а улей обезглавлен. Вся их стая разбрелась по ледяной луне и медленно вымирала, не успев толком адаптироваться к местным климатическим условиям. Разведчики, отправленные на поиски выживших, вернулись ни с чем. Улей медленно умирал, вымерзая, а зерги угасали под клыками местных обитателей, не имея сил на сопротивление. Каждый день медленно замерзали сотни зергов из оставшихся остатков стаи, погибая кто где — в пасти, а кто, израсходовав ресурсы своего тела, от холода, который нёс всем «данный дивный мир». Старый аванпост из далёких времён, построенный явно во времена расцвета империи протоссов был удачным выбором для их целей. Большинство считало, что они прибыли сюда основать новую колонию на месте старого аванпоста, но это не было их основной целью. Калдир была не просто древним и заброшенным аванпостом. Нет, он хранил в себе куда более ценный секрет для их расы: данный мир был тайной лабораторией, одной из тех немногих, оставшихся в строю. Это был научный полигон при бывшей военной базе их почившей империи. А главной задачей и целью всей их миссии было восстановление утраченных знаний протоссов и изучение зергов с целью уничтожения их как вида.  Ведь с пропажей их Королевы Клинков, все зерги в секторе ослабли и потеряли волю к сражениям, они превратились в тех, кем они и должны быть – низшими насекомыми, грязными животными, чьё место только на страницах истории как старый процессор для пси-клинков. Именно сейчас, именно в текущее время, мечта всей их расы и Талронара как никогда близка к своему свершению. Для протоссов это был их последний шанс вернуть не только утраченные знания, но и изучить своего нынешнего главного врага, чтобы затем уничтожить зергов окончательно как вид, лишить их возможности существовать как живого организма. И Калдира подходила для этого как нельзя лучше. На ней имелись врата — древние имперские врата искривления. Нужно было только полноценно восстановить энергетические станции, что их питали, чтобы эти врата смогли снова и снова, практически мгновенно, перемещать всю золотую флотилию протоссов. Этот транспортный узел, мог связать их расу с центральными мирами, обеспечив всем потребным, не привлекая к себя лишнего внимания. Талронар в очередной раз вспомнил их появление на этой ледяной пустыне, успокаивая себя мыслью о праведности и нужности своих действий для своей расы. Он вновь погрузился в свои первый воспоминания о Калдире, когда они, добравшись до ледяной луны, принялись реактивировать и восстанавливать заброшенный аванпост, возводя вокруг него новые поселения. Всё шло хорошо, пока в один из явно несчастливых для протоссов дней один из отбившихся от Роя осколков, не выпустил на Луну свои несметные полчища. Амбициозная, но не слишком видимо взрослая и опытная мать стаи Нагаш, решила выбрать эту Луну для развития своей стаи и собственной эволюции, помещая себя и своих зергов в агрессивную среду. Это стало фактором, который нарушил их планы, отчего пришлось срочно перебрасывать все доступные ресурсы на военное направление, пробуждая вместо рабочих и инженеров воинов. Скудные запасы ресурсов из оставшихся, которые они сохранили после прибытия, были полностью перенаправлены на уничтожение стаи зергов. Нагаш прибыла очень невовремя, фактически именно её прибытие и сорвало все планы Талронара. Протоссы просто не успели развернуть свои производственные структуры полностью и полноценно организовать добычу ресурсов для возобновления затраченного. По сей день не возведены защитные купола, отчего новая колония сильно страдает от окружающей среды, что приводит к колоссальным затратам ресурсов, не давая накопить необходимый запас на запуск врат. Но нет заката без рассвета. Хотя их планы по первичному освоению ледяной луны были нарушены зергами, в тоже время для протоссов это открывало новые, доселе невообразимые возможности, которые ранее не было у их расы. Одной из обновлённых задач стало изучение роя с возможностью препарирования «относительно живых» экземпляров. Нагаш принесла не только проблемы, но и новые возможности. Убив матерей, они смогли задавить заразу в зародыше, как им тогда казалось. А улей и все те сотни тысяч живых образцов зергов были услужливо доставлены самими зергами. Уже сейчас малые лаборатории начали свои исследования, а ведь своего часа ждал почти целый улей, и что самое важное — так это один средний левиафан и два малых, которые Нагаш посадила в ущелье, погрузив их в глубокий сон. И вот это был неоценимый дар судьбы, который Кхала подарила им, дав им надежду на возвращение своего родного дома из лап проклятых зергов. Трудности лишь закаляют разум и тело, по крайней мере так учили всех протоссов. И вот вселенная принесла им новую тревожную весть: впереди маленькую колонию ждут тяжёлые испытания, которые никогда не имели аналогов даже перед появлением такой напасти как зерги. Виденья были абсурдны, а лучшие из мудрецов терялись в догадках. Единственное, что удалось расшифровать из распознанных смутных образов — это предвестие новой встречи с зергами, но не с привычными, а с некими изначально-древними, ранее невиданными для их расы существами. Образы были туманны и противоречивыми, полными загадок и слишком запутанными. Через десяток циклов к луне приблизился древний левиафан. Сначала всех, включая и Талронара, посетила тревожная мысль: Королева клинков вернулась. Ранее ни у кого не было столь старого и большого левиафана. Но первичные данные визуального наблюдения принесли лишь очередные загадки без малейших намёков на ответы. Левиафан лишь краем прошёл возле Луны, устремившись к газовому гиганту и начал активно купаться в плазме, поглощая её, отчего у всех опытных храмовников впервые на их памяти испытавших свойственное ранее только терранам чувство «необъяснимого удивления» не нашлось внятного ответа на это странное поведение зерга. Более того, когда им удалось увидеть это существо, все, кто хотя бы раз сталкивался с роем, поняли одно: этот левиафан не мог принадлежать Королеве клинков. Полученные данные свидетельствовали о том, что левиафан как минимум в три раза мощнее своего известного собрата, а визуальные наблюдения вызвали сотни споров и тысячи вопросов. Кроме щупалец, споровых колоний и плазменных с кислотными плевунами, были обнаружены полноценные технические орудия, гармонично интегрированные в тело этого неизвестного существа, которое видимо когда-то и было левиафаном.  Но сейчас он полностью отличался от своих собратьев. Его хитин отливал металлом, который при этом испускал жизненные показатели, но главное — почти всё тело было исписано странными знаками, заключёнными в разные геометрические фигуры, которые испускали структурированные пси-потоки.  К сожалению, многого не удалось узнать, все-таки без тактильного изучения, сложно судить о возможностях подобного существа, разве что налицо была серьёзная опасность от любого столкновения с подобным существом. После прибытия Нагаш было развёрнуто всего два малых центра по наблюдению. А совет Тамплиеров не решился исследовать его объединённым пси-потоком, ведь это означало раскрыть себя раньше срока.  Тогда, среди протоссов ещё теплилась надежда остаться незамеченными. Ведь одно дело — молодая малочисленная стая, а с другой стороны - древний левиафан, который мог вместить пару сотен стай подобных стае Нагаш, даже не заметив их наличия. Да и кто управляет таким левиафаном, который не уступал, а превышал по всем параметрам личное судно Королевы клинков, да ещё столь отличимый от всего ранее известного? Но беда никогда не приходит одна. К вечеру стало понятно, что ранее умирающий во льдах улей был реактивирован. Пусть он и был слабый и утомлённый, но сам он не мог пробудиться. Что это — совпадение или цепочка взаимосвязанных событий? Протоссы не чувствовали сильный разум, как бы ни старались, ими ощущался лишь небольшой огонёк разума, как от умирающего.  «Неужели мы упустили одну из молодых королев, которая каким-то образом смогла почувствовать неизвестного левиафана и в надежде на спасение пробудила ослабленный улей? – неожиданно возникшая мысль заставила Талронара сбиться с планирования действий по изучению неизвестного левиафана.» Левиафан, казалось, не замечал зергов на луне, и неспешно удалялся на другую сторону газового гиганта, отдаляясь от луны. Странности росли, а ответов все не было. Первый порыв отправить часть сил на уничтожение улья и той, что его пробудила, были задавлены на корню. На Калдире уже наступала ночь, и в сторону улья шла сильная буря. Совет ограничился отправкой двух десятков разведчиков. Их опыт и улучшенные щиты должны были им помочь пережить бурю и дать так нужную колонии информацию. Военные силы неспешно приводились в боевую готовность, вновь пришлось перераспределять ресурсы, стараясь не выдать своих приготовлений. Остро не хватало ресурсов и энергии. Добывающие комплексы были расконсервированы всего на тридцать процентов, до сих пор для них было недостижимым пробудить все наличествующие военные силы. А ведь в самом начале бури пришли странные данные, а с ними и непонятные пространственные метрики.

Сара Керриган

Праматерь разошлась не на шутку, и скорая буря, которая видимо её уже не пугает. Лицо Сары слегка исказилось в гримасе от очередного внутреннего конфликта. Ожидание момента, когда она выберет себе имя или озвучит своё из прошлой жизни, уже порядком её утомило. Хотя, надо признать, Сару всё ещё немного смущало называть мужчину Праматерью и представлять его как себя - женщиной. А уж говорить о нём в мужском роде для неё по-прежнему было настоящей пыткой. Хотя это смущало лишь её и иногда некоторых древних ХомоЗерус, остальные не придавали этому значения, не понимая, в чем тут сложность. Стыдно признаться, но и у Сары возникала подленькая такая и коварная мысль: что бы с ней произошло, если бы Сверхразум превратил её в мужчину? Как бы она себя вела, если бы Сверхразум сотворил бы из неё мужскую особь? Пробежавший по спине холодок, на секунду заставил Сару испугаться, но она тут же отбросила от себя эти мысли, полностью очистив свой разум, сосредоточившись на текущих проблемах. Пробудив Улей, через его связь, она уже проверила состояние всех зданий и оставшихся особей, что смогла пробудить. Сейчас же, когда она пробудила улей, отдавая команды, Сара продолжала считывать образы местности. Ничего особо подходящего под размещение порталов для мелких не находилось , да и не успела Нагаш создать сеть туннелей, как и червей Нидуса. У той просто поблизости не было никаких ресурсов, а разведывать местность Нагаш стала только перед самой атакой протоссов, которая для неё и её стаи закончилась весьма печально. Отдав рабочим команду бросить добычу ресурсов, она отдала задачу сделать под центральным ульем небольшую полость в виде овала. Как только те закончили, Сара активировала один из переданных малых пространственных маяков и разбила кристалл, который вызвал пространственное возмущение. Секунду спустя на нём образовалась пространственная воронка, переливающаяся всеми цветами радуги, через которую в тот же миг начали проходить мелкие в сопровождении инвиторов и фей: пять десятков мелких, две сотни фей, десяток инвиторов, мек и один биолог — вот и все прибывшие, кто успел пройти через схлопнувшийся портал.  Выстроившись клином, прибывшие, оглянувшись по сторонам и оценив местность, подошли ко мне. На острие построения стояла мелкая, на которой выделялся радужный чепчик больше, чем её странная даже по меркам Либри броня, что всё время хаотично меняла цвета. Она то и заговорила первой: — Старшая, ответственно красючая сотрудница Либри. Зови меня ДиЭчеЛьЧик, мы доставим всё и всех, что угодно и кого угодно в самые сжатые сроки. Нам хватит и благодарности, но лучше вкуснючек отсыпать, если есть, конечно. Мелкая, гордо задрав носик, не мигая, смотрела мне в глаза. Я уже хотела горестно выдохнуть, посчитав, что мне отправили юную мелочь, но та, резко хихикнув, махнула лапкой в мою сторону и продолжила: — А ты и вправду смешная. Не бойся, Сарочка, хи-хи, успокойся, я шучу. Звать меня Мерцание, первородная я, успокойся, так шутнула чутка. Скидывай данные по местности. И это, а где наша Праматерь-то? — озабоченно завертела головкой мелкая, пытаясь найти Праматерь, а я расслабленно выдохнула про себя, обрадовавшись тому, что Либри из первородных, а значит, работать с ней можно. — Праматерь слишком увлеклась охотой. — Минут двадцать назад один разошедшийся правитель одной Империи начал скидывать короткими импульсами мысли и образы с координатами, где следовало забрать тела убитых им урсадонов. К слову, о добыче, координаты все также периодически приходили. Альф урсадонов было всего двое, а с ними было под пару сотен обычных тушек рядовых обитателей данного мира. И были там не только урсадоны. В последнем импульсе было обещание скоро достать пару-тройку патриархов-урсадонов, столь нужных нам. – Малый портал можно поставить здесь. Данных по местности было крайне мало, подходящих природных пещер рядом не было вообще, разве что те могли быть в ледяных горах, но разведка гор проводилась в основном на предмет наличия в них полезных ископаемых, да и то поверхностно. – Ментально передав все имеющиеся данные по местности, я стала ждать реакции мелочи. — Да не густо, — через пару секунд ответила Мерцание, подняв глаза к потолку. Она начала накручивать на палец одну из лент, украшавших её голову, обдумывая ситуацию. — Ладно, имеем что имеем, ведь ничего лучше сейчас нельзя сделать. У тебя ведь и другие кристаллы-маяки должны быть? Насколько, я вижу, наши тебя хорошо снабдили ими. В общем, давай их сюда! — требовательно протянула она свои лапки в мою сторону. Я же сразу передала всё, что мне отдал «Эээээ пусть будет император». Перебрав те, она мне вернула один небольшой ярко-фиолетовый обратно. — Эвакуационный, а раз Праматерь отдала его тебе, то он тебе нужнее, да и нам он особо то и не нужен. Ладненько, можешь заниматься своими важнючими делами. Нам нужно минут двадцать, перестроим данную пещерку, смонтируем оборудование, установим экранизацию и начертим маскировочные руны, поставим малый портал. Придётся чутка поменять план, надежды на природные полости не оправдались, но мы предполагали что-то подобное, потому сами построим. Короче, два-три часа до запуска первой средней портальной арки у тебя есть, а сейчас всё. Нам не мешать, мы работать, а ты иди погуляй, только далеко не уходи, маленькая исчо.  — Что-то может нужно? — решила я всё же уточнить, понимая, что возмущаться или ругаться не имеет никакого смысла. — Хмм, если есть кристалики или металлы, тащи все сюда, так и правда дело пойдёт быстрее и надёжней. Кивнув, я удалилась на поверхность в центральный улей. Слов или моего присутствия больше не требовалось. Прикинув, что есть в имеющихся скудных запасах стаи, почти мгновенно получила ответ, чего и сколько нужно. Рабочие уже начали движение в сторону вырытой ими ранее полости, таща все затребованное мелкой. Уже через час заработал малый портал, из которого хлынул непрекращающийся поток гретчинов и фей с редкими представителями инвиторов. Те рьяно взялись за рытьё туннелей, уходя все глубже в недра, а значит вскорости все дела там будут налажены. Я же пыталась собрать обледеневших особей с плато, стаскивая их в улей. Я уверена, что скоро нас накроет очередная буря, да и ночь уже почти наступила. Через час непрерывной работы портал, ярко разгоревшись, прекратил выпускать гретчинов с феями, исторг пару сотен мелких, несколько десятков инвиторов с меками, напоследок выпустив десяток биологов и резко потух. Я, заинтересовавшись неожиданным концом портала, наблюдала через одного из рабочих и только успела отметить, как те быстро, разобрав арку, всей толпой стройными рядами скрылись в туннелях. Только снующие гретчины туда-сюда, вынося ледяной грунт, давали понять, что работы активно ведутся и почти без намёка на спешку. Стоило первым тушам местных жителей появиться в улье, как живой ковёр из гретчинов разобрал их на небольшие куски, утаскивая куда-то вглубь пещер. Ещё через час к гретчинам присоединились несколько тысяч инвиторов, что уже не просто выносили грунт, но и делали из него на ходу некие прямоугольные башни, соединяя их туннелями. А ещё через десяток минут из ранее вырытых туннелей вырвалась слизь, а я начала ощущать десяток слабых меток от матерей. Пространственных возмущений я уловить не смогла, но вот что там глубоко под ульем работает далеко не один полноценный портал, было понятно. Стоило слизи, вырвавшейся из пещер, смешаться со слизью улья, как в него бурным потоком начала поступать питательная смесь, отчего улей стал резко оживать, набираясь сил. И немудрено, ведь ему не только ресурсы, но по слизи к нему стал поступать слабый ток из эссенции, который постоянно изменялся. А уже через час после начала бури, все еле-еле живые рабочие под охраной притащили патриарха урсадонов, которого сразу же утащили появившиеся биологи к себе в логово на «опыты». Два часа борьбы с холодом и пронизывающим ветром закончились в том миг, как через слизь был передан мутаген, который запустил мутацию не только улья, но и всех построек. Ко мне же через улей полился поток информации. Биологам и матерям удалось выделить полезные мутации и интегрировать их в здания улья; на подходе были новые эссенции для низших. И на мелочи биологи не разменивались: улей мутировал, не столько приобретая устойчивость к местному климату, сколько запустив каскад из мутаций, с полноценной перестройкой себя в новый, по сути, организм. По слизи пошёл поток не только биомассы и эссенций для мутаций, но и нейрослизь с огромным потоком разнообразных ресурсов. Протоссов ждал очень большой сюрприз, ведь мутации улья ещё не закончились, когда вырытые ранее пещеры начали исторгать десятки тысяч особей низших, что частью разбегались в разные стороны от улья, а другая основная часть переходила под моё командование. С каждым новым улучшением особей, весь рой адаптировался и подстраивался под местный климат. Плюс уже была проведена пара десятков дополнительных мутаций. И биологов, как и предполагал Император, заинтересовала больше местная флора, нежели фауна, которую в огромных количествах стаскивали в улей ранее разбежавшиеся низшие. Все ранее выстроенные башни из ледяного грунта начали изменяться, покрываясь слизью, которая не только трансформировала сами башни, но и в верхней части закачались огромные объёмы ресурсов, которые преобразовались в сероватые коконы, из которых рождались орудия, проекторы щитов или радары. Я и сама, не отдыхая ни секунды, активно развивала улей, пока было время, крепя оборону и воспроизводя новые производственные цепочки, омуты рождения, что ускоряли развитие новых личинок. Особенно я была рада, когда с моего левиафана начали через порталы поступать особи моего роя. Прибывшая Загара во главе отряда из трёх сотен королев роя, прошедших первичные мутации за счёт генов урсадонов, включились в создание и развитие новых ульев. Дело шло на лад, новый вид улья развивался бешеными темпами. Уже были основаны четыре новых улья в подземных полостях рядом с крупными залежами ресурсов, а устойчивая к местным температурам слизь медленно распространялась, стремясь поглотить как можно большую территорию. Когда буря пошла на спад, пришёл импульс от Императора. Тот был ранен, но при этом чему-то жутко доволен. Но это хоть и взволновало всех его деток, но на их реакцию я не особо обратила внимание по началу, да и те сначала сдерживались. Ведь для меня было огромным шоком то, что учудили биологи и матери тогда. Те попросили прекратить деятельность всего роя и ульев. Подавшись уговорам, я остановила какую-либо деятельность. И вот эти ситхи чёртовы запустили мутацию всего улья, всех построек, в том числе и оборонительных. Весь улей, каждое здание укрылось в коконы, а по слизи начали поступать бешеные объёмы ресурсов и энергии. Буря шла на спад, я боялась, что мутация не успеет закончиться к окончанию бури. Как будто этого было мало, так десяток крупных рабочих из числа истинных запустили свою мутацию в неизвестные мне биопостройки, не уступающие размерами крупным ульям. Почти девяносто процентов ресурсного потока устремилось к десятку рабочих, производящих неизвестную мутацию, и то, что там зарождалось, будоражило моё воображение и любопытство. Переливаясь яркими голубыми и фиолетовыми цветами, они генерировали огромные объёмы энергии. Было ощущение, что вот-вот и это непонятное образование нечто рванёт. Когда я уже думала, что эта неизвестная хрень точно рванёт, мутационная хризалида распалась, явив биопостройки, похожие на пирамиды. Верхняя часть раскрылась, чем-то похожая на цветок, состоящий из крупных хитиновых пластин, открывая вид на кристалл, из которого в небо выстрелил огромный поток энергии, состоящий из молний, пси и света. Десятки лучей изливались в небо. Эти биопостройки создали гибрид биоэнергетической станции и проектора щита. Десятки лучей, достигнув высоты почти в два километра, начали растекаться, распуская энергию в стороны, образуя зонтики, которые начали сливаться, образуя один огромный купол над сильно разросшимся ульем. Но так от этих новых построек по слизи прорастали толстые жгуты к каждой постройке, что насыщали все постройки энергией, сильно ускоряя их мутацию. А уж когда вся наша территория была отрезана от непогоды, то одна за другой постройки стали заканчивать свою мутацию. Каждое здание обзавелось новой броней с вкраплениями кристаллических наростов, которые, напитавшись энергией, возводили щиты над зданиями. Даже плеточники и споровые колонии обзаводились щитами. А мне в голову по связи с закончившим мутацию центральным ульем понеслись большие объёмы информационных пакетов. То, что сотворили, по сути, на коленке за десяток часов, просто не укладывалось в голове. Они дали рою, каждому зданию щиты, пусть и слабенькие, по их мнению, но это просто не укладывалось в голове. За счёт особенностей некоторых видов местных растений они привили возможность местной флоры накапливать световую энергию, приплюсовав к ней свои другие наработки. По сути, здания теперь могли за счёт света обеспечивать себя и не только энергией на развитие, ускорялась регенерация, усиливались и ускорялись все биологические процессы и возможности без вреда организму, так ещё смогли воссоздать биологический аналог мини-батарей и проекторов щитов. А уж про те крупные биостанции-проекторы щитов — это просто не укладывалось. Данные разработки велись уже давно, и местные растения именно дали недостающие элементы. И на этом не закончились новшества. Были возведены два десятка новых био-зданий, которые производили биосимбионтов. В каждом из них, новый низший получал тестового симбионта, который интегрировался в тело, лечил, усиливал физические показатели и давал слабый щит, способный прикрыть зерлинга от десятка выстрелов из винтовки. Это был чистый симбионт! А если их ещё оснастить симбионтом-бронёй, что ситхи активно практиковали для немалого количества своих низших, то эффект был бы ещё более впечатляющим. Когда-то я обдумывала такой вариант усиления своего роя, но уже тогда мне дали пояснения, что скудных мозгов моих низших банально не хватит, чтобы управиться с бронёй симбионта. Мол, у того симбионта-брони мозгов больше, чем у моих низших, так что броней могли похвастаться разве что мои королевы роя с Загарой во главе. При этом, ситхи своим низшим тоже не давали сразу броню, ведь тем тоже требовалось, так сказать, повзрослеть, набраться жизненного опыта и прокачать свои мозги, прежде чем обзавестись техническими обвесами и артефактами, и то выдавалось постепенно. А мои, хоть и слегка подлеченные низшие, всё ещё были сильно порчеными, неполноценными и не могли бы полноценно вступить в симбиоз, будучи слишком тупыми и агрессивными. Стоило щитам окончательно развернуться, как из глубин туннелей ровными рядами начали выходить основные особи ситхов. Те активно начинали возводить свои постройки в основном оборонительного плана, разворачивали стационарные орудия, турели ПВО. Начали возводить и свои так сказать технические проекторы щитов, стационарные пусковые орудия. Но главное — все они были в жутком гневе, ярость так и плескалась, её можно было потрогать. Каждая особь исходила дымкой, даже вечные пофигисты инвиторы дымили своими глазами, а уж видеть ранее практически безэмоциональных фей, что летали стаями, окутанные алым туманом, сопровождавшимся яркими молниями, фейки были в бешенстве. Все низшие ситхов постоянно рычали, скалили клыки. Особи её роя прижимались к земле, даже королевы роя слегка дрожали. Ведь поток чистой ярости и гнева не уменьшался, ситы не собирались успокаиваться, нет, они только сильнее распылялись. А ещё, учитывая, что с каждой минутой их становилось всё больше, техника рычала двигателями и гудела яростно реакторами, крутила стволами, напитывая их энергией. Осторожно, защитив всеи известными способами свой разум, я краем притронулась к сети ситхов. Да, серым лучше самим убиться. Император наткнулся на разведчиков, и те как-то умудрились его ранить. И вот его детки, которые и так ненавидели серых, сейчас познали истинную ненависть. Ведь серенькие совершили, по их мнению, самое страшное — подло навредили Праматери. О том, что я ощутила только на поверхности, это было просто безумие, эссенция ярости и злобы в чистом виде. Биологи толпой под несколько тысяч вели кучу изменённых споровых колоний разных растений, плеточников, скрытней. Десятки тысяч гретчинов по их указке зарывали разные биомины, засеивали территорию вокруг улья разными спорами и растениями, размещали тысячи странных опухолей, которые производили тысячи разновидностей слизи. Высаживали деревья, закладывали странные организмы по всем ущельям. Биологи были в не меньшей ярости с какими-то садистскими безумными улыбками, они создавали свою линию обороны. Почти под конец бури в улей вернулся Император, притащив двух пленённых зилотов, а зерлинги притащили десяток коконов с трупами серых. Вид у него был боевой, весь в подпалинах, с обрезанным по середине хвостом, со страшной раной на лице, без левой руки. Да, регенерация шла полным ходом, но его вид привёл в тихую ярость всех ситхов. Казалось, не будь самого Императора, те бы уже наплевав на имевшийся план рванули мочить протоссов. Казалось, куда уже больше, но нет, ярость и гнев его деток взял новую высоту.