5

      Истощённые лица, бледная кожа, тёмные провалы глазниц. Тюремная форма в чёрно-белую полоску, шапочки и цепи.       Меж отрядов заключенных ходили конвоиры в полной панцирной броне с шоковыми дубинками и кибермастифами. На вышках вдоль заборов за представлением наблюдали стрелки с длинноствольными лазерными ружьями.       Что произошло?       В тюрьму привезли Георга Хокберга. Нет, не на этап, хотя, подозреваю, многие хотели бы отправить капитана, если не на виселицу, то в лучшем случае на урановые рудники.       В кои-то веки Георг отказался от нарядной одежды в пользу тёмной кожаной куртки, камуфляжных штанов и военных высоких ботинок на шнурках. В тот день он собрал волосы в хвост, завивать усы не стал и вообще был не брит.       Георг оглядел собравшихся доходяг, многие из которых громко кашляли, и воскликнул:       – Здравствуйте, парни! Те из вас, кто когда-то служил во флоте или хоть как-то следил за новостями из иных миров, наслышаны обо мне. Я – Георг Хокберг, вольный торговец и владелец компании Classis Libera.       В некоторых отрядах заключённых зашептались, но конвоиры быстро пресекли шум.       – В прошлом году моя компания в составе сил Крестового Похода Очищения вступила в войну на планете под названием Хелга-Воланта, – продолжал Георг. – И не буду скрывать, парни, война там страшная, еретики не хотят отдавать то, что им не принадлежит. Короче говоря, мне нужны храбрые люди.       Некоторые заключённые как смотрели в пыльную холодную землю у ног, так и продолжали. Однако в глазах других появились огоньки.       – Храбрые и дисциплинированные, – повторил Георг. – Мне не нужны трусы, не нужны самострельщики, не нужны те, кто бросит гранаты под ноги моим офицерам. Взамен я обещаю свободу по истечению годового контракта. Все обвинения, неважно, насколько тяжкие, будут сняты.       Заключённые заметно оживились. В этой колонии Брунталиса отбывали наказание осуждённые по меньшей мере на двадцать и более лет.       – А, кроме того, даже простым бойцам я обещаю жалование в сотню имперских тронов в месяц. Сотня! – повторил Георг. – Подозреваю, что многие оказались здесь из-за этой жалкой сотни.       Раздался крик:       – Наебёшь же! Мы там просто сдохнем!       Конвоиры быстро разыскали крикуна и хотели всыпать ему по первое число, но Георг махнул рукой и те нехотя отступили.       – Не наебу, – сказал Георг. – Всё по-честному. С добровольцами я заключаю контракт. Если погибнете, а многие на самом деле погибнут, деньги перейдут вашим родственникам или тем, кого вы укажите в завещании. Контракт – это не какая-та сраная бумажка, подтёрся и выбросил. У меня договор с пенитенциарными учреждениями Брунталиса. Всё будет оформлено по закону. Свобода или смерть.       Георг пригляделся к заключённым. Воры смотрели на него с пренебрежением, кто-то жевал табачную жвачку или курил самокрутку, другие негромко перекидывались остротами, пока перерыв, – конвоиры им не делали замечаний. Такое отношение авторитетов можно понять, – у этих ребят всё хорошо и на зоне. Но вот остальных, даже крепких бойцов из высшей преступной касты, Георг заставил задуматься. На их лицах отразилась мучительная умственная деятельность.       – Выбирайте, парни, – сказал Георг. – Что лучше? День орлом или век вороном? Сколько вам будет, когда закончится срок? Выйдете ли вы отсюда здоровыми? Выйдете ли вообще? Со мной вы покинете колонию самое позднее – через несколько часов. Вы получите хорошо оплачиваемую работу. Да, рискованную, но попробуйте найти что-нибудь подобное. Вы станете честными людьми… если, конечно, – Георг ухмыльнулся, ухмыльнулись и многие другие, в том числе и охрана, – будет желание. – Георг выдержал несколько секунд и продолжил: – Выбирайте. Кто надумает присоединиться, прошу пройти в бараки двадцать третьего и двадцать четвёртого отряда. Там пройдёт символическое собеседование.       Долго уговаривать не пришлось. Народ потянулся к указанному месту. Даже не единицы – десятки.       Десятки только с одной колонии.       Возможно, у Империума на Хелге-Воланте ещё был шанс.