Часть 10. Кровавая луна

      Почему пахнет гнилью? Не мокрым асфальтом, не ночной прохладой, и даже не сыростью. Именно гнилью. Будто где-то сдохла крыса, забившаяся в тёмный угол от страха ожидания собственной кончины. Медленно разлагается от влаги. Её маленькое облезлое тельце пухнет, лапки синеют, глазки высыхают, словно яблоки на солнце. И жалкое создание сгинет в одиночестве, без возможности увидеть эту прекрасную лунную ночь...        Луна, между прочим, отлично подходила по настроению. Это был лучший и единственный компаньон Сотриголовы. На патрулях, на миссиях, на ночных прогулках, когда настигала бессонница... Везде зловещая луна следовала за ним, точно приклеенная, чтобы внушать трепет и страх своим загадочным видом, прямо как это делал сам герой. А будет ли он теперь героем, после того, что сделал?...       Сейчас Шота стоял один. Позади него колыхались чёрные деревья лесополосы. Впереди простиралось огромное озеро, возможно даже омут, чьё величие и природное могущество вызывало какие-то неописуемые чувства. Воздух тут полнился свежим ароматом, запахом хвои и смолы... Не то, что в городе.       Пару часов назад мужчина приехал в такую даль на машине Хизаши. Он припарковался так, чтобы можно было в любой момент запрыгнуть в салон и быстро выехать на дорогу. — Ну, приехали. — чуть громче обычного сказал он, вылезая наружу. — Ты меня слышишь? Оу, конечно слышишь. Не делай вид, что всё ещё без сознания.        Он медленно прошёл вдоль бока машины, постукивая пальцами по окнам. Остановился у багажника, но открывать его не торопился. — Как дела, приятель? Не тесно тебе? Хочешь выбраться?        Из багажника раздалось протяжное мычание с истерическими нотками. — Как скажешь. — он надавил на кнопку, и к его ногам тут же упало связанное тело. — Что, настолько надоело сидеть там? Да-да, понимаю: темно, сыро, скучно... Ну, привыкай. Скоро тебя будет ждать жизнь в похожем месте. Как и меня.       Айзава поволок парня за шиворот вглубь чащи. Бедняге оставалось только выпучить глаза посильнее, чтобы хоть что-то разглядеть и изучить местность, в которой он оказался. — Итак. То, ради чего я привёз тебя сюда. — он облокотил наёмника спиной к дереву, сам же сел на пень перед ним. — Ты не дурак, понимаешь, что если мы оказались здесь, а не в полицейском участке, значит будет не так легко выкрутиться из этой передряги... Я буду задавать тебе вопросы. Это почти обычный допрос, только если ты мне не отвечаешь, никто не сможет меня контролировать. Коп не скажет остановиться, если мне вздумается, к примеру, вырвать тебе зуб. Ну что, доходчиво?        Наёмник неохотно закивал головой. Тогда Айзава вытащил из его рта тряпку и спросил: — Кто тебя послал? — Если бы ты знал, не стал бы сейчас мне угрожать. — засмеялся парень. — Это не ответ. — Айзава подался вперёд, сцепив руки в замок и оперевшись локтями на широко расставленные ноги. — Первый и последний раз... — Задай вопрос конкретнее, и я отвечу. — не смотря на колотящееся без устали сердце, наёмник находил в себе силы дерзить. Не то чтобы он сильно боялся Сотриголовы, просто сама ситуация и правда хреновая. Быть схваченным героем-психом и привезённым посреди ночи в незнакомый лес — довольно жутковато, не правда ли? Вот и у парня зашалили нервишки. — Видимо, это целая организация. — быстро ухватился за любезно поданную ниточку Айзава. — У тебя необычное оружие... — он вытащил из сумки, которую бросил рядом на землю, длинную иглу, чуть тоньше мизинца ребёнка. — Такое редко у кого увидишь. — Так ты хочешь мне отомстить за это? Ну прости, мужик, ты сам за мной гнался. — едва слышно усмехнулся он, но Айзава не разделял его шутливого настроя. — Стало быть, ты не обычная шпана, а вполне себе профи. Такого не так легко найти на чёрном рынке, и ещё труднее завербовать. — Честно, чел, меня никто не нанимал. Я не получу ни одного доллара или енна после того, что сделал. Айзава усмехнулся: — Ну, не совсем сделал... Касуми Аканэ то, между прочим, жива. Она, кстати, сильный эмпат. Знал? Может читать эмоции человека, его страхи, потаённые желания... Интересно, что она сделает с тобой, когда очнётся? — Это вряд-ли. — вновь ухмыльнулся парень. — Не я первый, не я последний, кто пытался её убить.        Вот это интересно. Понятно, что если был один наёмник, будут и другие... Но этот тип сказал, что на Аканэ и раньше покушались. Почему она не рассказывала, что стала жертвой охоты за головами? Или тут всё куда сложнее... Какие-нибудь долги, невыполненные условия сделки... Нет, это не то. Ради такого не нанимают профи. И не взрывают городской суд... Возможно, у Аканэ с кем-то личные счёты, и этот кто-то пытается её убить...        И тут он вспомнил. Токийский Кошмар. В день, когда они просматривали старые дела о нём, Касуми сказала, что ненавидит этого человека... Тогда Айзава почему-то не придал её словам значения, но если задуматься, откуда девушка могла знать преступника так близко, чтобы иметь с ним какие-то тёрки, да ещё и личные? Может конечно, подражатель Кошмара убил кого-то из её родственников или друзей, но Айзава в этом сильно сомневался. — Ты говоришь очень размытыми фразами. — в его глазах отразился красный блеск. — Как будто отвечаешь на вопросы, но на деле же просто водишь меня за нос. Топчешься вокруг да около, и мне приходится догадываться обо всём самому. — в его голосе послышались нотки недовольства. Терпение начало сдуваться, как воздушный шарик после вечеринки. — Верно подметил... Таким искусством владеет каждый, кто имеет ценную информацию. А за ценной информацией рано или поздно кто-то приходит. — Да, ты явно тянешь время... — Я отвечаю только то, что хочу отвечать. — надменно улыбнулся парень, пытаясь показать, что он контролирует ситуацию... Но это было не так. Его дальнейшая судьба была полностью в руках человека, сидевшего напротив. — Или то, что тебе можно... Знаешь, я тоже продемонстрирую искусство, которым овладел недавно. — Айзава резко выпрямился, встал на ноги и сделал два быстрых шага к дереву. — Ты очень боишься того, кто тебя нанял. Вернее будет сказать, что ты его верный пёс, которому в награду за службу даются только кости. А ты и рад, ведь если уже проснулся сегодня – жизнь не так плоха. У тебя просто напросто нет выбора. — он говорил всё это таким ровным голосом, словно терпеливо объяснял новую тему неразумному школьнику. В этом и правда было что-то... Опасное. — С-с чего ты всё это взял... — парень так и обомлел. — Это какой-то фокус, да?! Причуда твоя?! Как ты залез мне в голову? — Научился у одной знакомой. Поверь, это не сложно провернуть, даже если не умеешь читать чувства и мысли. — он поднял голову и наконец-то увидел то, что не мог разглядеть в городе... — Красивое небо... Можно увидеть, как звёзды образуют созвездия. Вот лебедь, а рядом с ним лира. Из-за деревьев немного даже выглядывает водолей. — Чего ты добиваешься? — недоумённо парень перевёл взгляд с Шоты на небо и обратно. — Это на случай, если наш разговор зайдёт в тупик... Будет печально, если ты умрёшь в полной темноте. — он сделал паузу, чтобы насладиться небом... И ужасом в глазах наёмника. — Хотя ты ведь столько народу поубивал... Наверняка не разбирался, кто виноват, а кто прав. Мочил всех без разбору, лишь бы платили... Ты ведь не думал, что так будет всегда? Что тебя не настигнет кара? — Ты что, грозишься меня убить? Серьёзно? — немного нервно улыбнулся он. — Да у тебя рука не поднимется! Вас же с самой академии учат всяким геройским заповедям! «Не убей, не причини вреда»... — Ты прав. Герой должен быть милосерден. — ещё более спокойным тоном, чем раньше, произнёс он. Холод в его следующих словах заставил парня в душе содрогнуться. — Поэтому я позволю тебе насладиться красотой ночного неба... Но потом стану беспощадным палачом. У тебя есть простой выбор: рассказать всё без утайки, или мучиться и, в конце концов, умереть от болевого шока или кровопотери. Парень сам не заметил, как его передёрнуло. По его телу начали бегать мурашки, но он списал всё на холод. — Ты не посмеешь... Да тебя же самого посадят! Вдруг Сотриголова молниеносно приблизился, только на этот раз оказался вплотную, практически лицом к лицу с наёмником. Он был настолько близко, что слышал его рваное дыхание и колотящееся без устали сердце... Странно, что у этого типа оно вообще есть. — Я уже избил тебя, похитил и угрожаю расправой. Лет на десять точно заработал. Так почему ты думаешь, что я остановлюсь? — глаза вспыхнули алым, словно две кровавых луны, и до парня наконец начало доходить, что ситуация у него действительно плачевная, почти безвыходная. — Знаешь, я не люблю бросать дела на пол пути. У меня руки чешутся, если не довожу работу до конца. — Боже... Да ты псих! — словно загипнотизированный кролик, он смотрел в алые глаза. — Десять лет или пятнадцать... Какая разница? Пятью годами больше – пятью меньше. Может даже меньше дадут, ведь ты ублюдок, выкосивший много невинных людей. — он улыбнулся хищной улыбкой. — По этой же причине моя рука не дрогнет. Сотриголова отстранился на пару метров. В его взгляде всё чётче читалась кровожадность. Анаконда начала душить свою жертву. — Знаешь, я очень хочу прямо здесь и сейчас вонзить тебе эту спицу в глаз. — он снова взял в руки оружие, и то опасно блеснуло в лунном свете. — Я... Всё-равно! — замотал головой наёмник, пытаясь избавится от липкого и унизительного ужаса перед тем, кто оказался сильнее его. — Даже если ты убьёшь меня, это будет лучше, чем попасть к ним! Они не просто лишат меня жизни, а уничтожат!       Парень понял, что неосознанно задержал дыхание, пока мужчина был возле него. Почти как опоссум. Но какой смысл притворяться мёртвым, если тебя уже схватили? Если ты уже, считай, мёртв, ведь рассказал слишком много...        — Ты жестоко ошибаешься, думая, что смерть от моих рук будет лучше. — змея разинула пасть, желая заглотить жертву целиком. — Я стану твоим проводником в преисподнюю.       Айзава завёл руку назад, чтобы метнуть спицу. — Это партия! Политическая партия!       Игла вонзилась в дерево возле лица наёмника. — Ты сказал, партия? — недоверчиво зыркнул на него мужчина, и видя это, бедолага отчаянно закивал головой. — Да, да! Вторая по итогам выборов! У них огромное влияние, связи по всей стране и даже в других странах! Это настоящая паучья сеть! — Терракт в здании городского суда тоже их рук дело? — Да, их! — пытался отдышаться, но проклятый пульс никак не унимался. — А бомбу ты заложил, или другой наёмник? — Мы работали в группе. Чтобы убить Касуми Аканэ, мало одного человека с пистолетом. Знаешь, сколько наших она положила?! Кровожадная неуёмная тварь... Это настоящий монстр в человеческом обличае! Зря.       Айзава мгновенно оказался возле дерева, вытащил из него иглу, и в следующее мгновение, подняв руки парня вверх, вонзил её в его ладони. По всему лесу разнёсся дикий вопль. — ЧЁРТ! О БОЖЕ, О БОЖЕ! ПСИХОПАТ! УБЛЮДОК, Я ТЕБЯ... Наёмник хотел упасть и кататься по земле от боли, но не мог, так как его руки были приколоты к дереву, словно бумага на канцелярскую кнопку. От каждого рывка становилось только больнее. — Выбирай слова. Забыл уже, что сам едва можешь считаться человеком? — холод в его голосе сменился настоящим пожаром. Жгучим гневом и ненавистью. Как этот урод смеет обвинять кого-то в жестокости, если сам является убийцей и террористом?! — Ты сам стал монстром. — Да, возможно... — прохрипел он, едва не теряя сознание от агонии. На всё тело накатывали волны спазмов. — Но по сравнению с тобой я сгожусь в монахи. Ты – чудовище... Я знаю. — Что ж, пожалуй, на сегодня можно закончить. — всё же Айзава унял бурлящую магму в сердце. Он сделал несколько глубоких вдохов и спросил, — Больше из тебя нечего выжимать. Ты не настолько глубоко внедрился в организацию, чтобы знать всех деталей, я прав?       Парень быстро покачал головой, лишь бы не заставлять своего мучителя ждать. Видно, сильное на него впечатление произвёл этот спектакль. Айзава слегка драматизировал, говоря, что выколет парню глаз, если тот откажется слить информацию, но всё-таки его гнев минуту назад был искренним.       И всё же, на антракт пока закрываться рано. — Скажи, если я сейчас тебя отпущу, что ты сделаешь первым делом? — Первым... делом... — тихо выдохнул он, будто не веря своим ушам. — Наверно, семье позвоню. — Как будто у такого, как ты, может быть семья. — глаза Айзавы вновь наполнились холодом, и этот холод ранил парня даже больше, чем игла. — Представь себе, может... Два мальчика и их мать, которой я плачу грёбаные алименты... При этом мне нельзя приближаться к своим детям ближе чем на сотню метров. — Если это правда, то им же лучше. — находясь на чеку, он начал развязывать верёвки. — Пожалуй... Я ничего не смог дать своим детям. Нас преследовала постоянная бедность и голод из-за долгов моего папаши. — Пытаешь оправдать свои злодеяния плохой жизнью? — Шота быстро, но аккуратно вытащил иглу. Наёмник рухнул на землю. — Вовсе нет.... Я просто расстроен тем, что даже выбрав эту работу не смог ничего дать своим сыновьям. Только несчастья. Но, быть может, живя я изначально в другой обстановке, ты и я могли бы занимать места друг-друга. — он грустно, почти в полном отчаянии посмотрел вверх и обратился то-ли к Айзаве, то-ли к высшей силе. — Я ведь мог быть хорошим человеком, правда?! — Я этого не знаю наверняка. — ему показалось, что по лицу парня покатилась слеза, либо же это был просто лунный блик. — Возможно, мог. Тогда наёмник улыбнулся, глядя на звёзды: — Небо сегодня и правда очень красивое.       С этими словами он достал из кармана пилюлю и быстро её проглотил. Айзава даже не успел ничего сообразить, когда у парня вдруг начались судороги. Он задыхался и захлёбывался пеной, его нос начал бесконтрольно кровоточить. В глазах полопались сосуды, и, в конце концов, они остеклянели. Он умер прямо перед Айзавой. — Так значит, это была твоя исповедь... — вслух пробормотал он, закрывая ещё тёплые веки. — Не волнуйся, я найду тех, кто сделал тебя таким.        Мужчина взвалил тело на плечо, но пошёл не в сторону дороги, а вглубь чёрного леса. Его снова вела интуиция... Не ясно, что он хочет там найти. И что ждёт впереди... А впереди оказался обрыв. Дальше — тёмная водная гладь, словно магическое зеркало отражающее в себе миллионы звёзд.       Не долго думая, Шота бросил посиневший труп в озеро. Может, там наёмник наконец-то найдёт покой? Среди пустого и загадочного пространства, где никто от тебя ничего не требует, не заставляет подчиняться своей воле, не издевается. Такое место должно вылечить его потерянную душу.       Айзава сел на край утёса и задумался. По итогу наёмник, которого он жаждал покарать, оказался просто измученным жизнью и обстоятельствами человеком. Таким же, как он, только из другой семьи, района или города. Но всё-равно, этот подонок таким был не всегда. Система делает людей. Всплыли в памяти слова Аканэ. Как удивительно близко она подобралась к истине. Может, девушка сама попала в похожую ситуацию? Что если она когда-то состояла в этой "паутине", но решила сбежать, и поэтому теперь её повсюду ищут эти уроды?!       И кажется, что в его окружении подобных людей намного больше, чем он мог предположить. Взять, хотя-бы, судью. Он ведь тоже намерено отравился — симптомы у него и у парня точь-в-точь. Значит, он тогда держал в руке такую же пилюлю... Его затянула эта организация, а потом вынудила покончить с собой, чтобы устранить помеху в лице Аканэ. Наконец-то в его голове начала вырисовываться цельная картинка.