День 24 декабря

— И сколько они планируют развлекать бедных детей? — спросила Маргарет, шмыгая носом. Лили стояла рядом с ней, наблюдала за тем, как пуффендуйцы, запутанные в шарфы и перекошенными шапками, пытались отчистить ледяное ограждение от снега. Он шел всю ночь и не переставал сыпать посреди дня. — В утреннем прогнозе говорили, что снег будет идти и завтра, — Маргарет недвольно повела плечами от холода. Зачем она вообще согласилась на уговоры о помощи? Можно же было пойти по пути наименьшего сопротивления, как это сделали Сириус и Марлин, — просто сказать нет. Правда, ее бы просто совесть заела, если бы она поступила как он, но сейчас Марагрет сидела бы в тёплой общей гостиной Гриффиндора, читала письмо от родителей, которое принесла Молния с утра пораньше и была бы в полном ужасе от гама, который наполнял башню. — Не дольше двух часов, наверно, — неуверенно сказала Лили, пряча нос в шарф. — Может они что-то и уберут из своей программы, но ведь большая часть должна быть в движении, так что никто из них не замёрзнет, это точно, — она слегка улыбнулась и посмотрела на Маргарет. — И нам, пока детки будут бегать, нужно будет стоять как столбы, я же правильно поняла? — она пытливо изогнула бровь. — Ага. Два часа быть на готове разнимать драчунов. Отказаться ты всё равно уже не можешь… Со стороны пуффендуйцев раздался крик и глухой удар, на который они тут же повернулись. Несколько студентов разом навернулись на льду, падая друг на друга. — …я уже сказала, что ты согласилась, — закончила Лили. — Отлично, — Маргарет поправила очки и смазала капли от снежинок, из-за которых она практически ничего не видела. — Тогда выпью бодроперцового зелья, а может и найду что покрепче. Лили легонько толкнула ее в бок, но Маргарет и носом не повела — почти не чувствовала его из-за холодного ветра. — Распитие алкоголя на территории замка запрещено, — строго сказала Лили, но Маргарет только покачала головой. — А никто и не говорит, что оно здесь. За то время, что они переминались с ноги на ногу, за ограждением выросла деревянная горка, которая мгновенно покрлась льдом; поднялись столбы, обвитые герляндами, и между ними были натянуты верёвки с флажками, на которые наложили самоотчищающее заклинание. Из замка вышло несколько когтевранцев, которые, тоже по глупости, согласились помогать в слежке на Рождество. Маргарет сунула руку глубже в карман, пытаясь найти часы среди сотен побрякушек. — Они там скоро? — она снова шмыгнула. — Уже время обеда, а мы всё еще здесь. — Все сюда! — как будто отвечая на ее вопрос, заговорила одна из старост Пуффендуя в громкоговоритель. Перед По Франкс, стоявшей на небольшой возвышенности, предстало не больше пятнадцати старшекурсников, которые, даже не думая об отношениях между друг другом, плотно прижимались боками. — Итак, спасибо, что решили принять участие в нашем школьном Рождестве! — продолжила говорить По Франкс, но, похоже, ожидаемых аваций, не последовало, — только несколько облачков пара просочилось сквозь шарфы. — Мы очень ценим, что вы цените младших студентов, которыми мы все с вами были… — Давай ближе к делу, По, — крикнул ей Лэсфинц, ловец Гриффиндора. — Холод собачий! Большая часть поддержала его только кивками, — им меньше всего хотелось высовывать носы и терять не лишнее тепло. — Ой, да заткнись ты. Я тоже есть хочу, если это тебя успокоит… Продолжим… на моей памяти еще ни разу столько студентов не оставалось в Хогвартсе на Рождество, поэтому, вместе со старостами других факультетов, мы приняли решение развлечь… Да хватит вам! Я готовилась, вообще-то, так что будьте добры, не закатывайте свои гребаные глаза! Так вот, было принято решение развлечь наших карапузов, иначе как им, еще таким юным и не совращенным сливочным пивом, почувствовать праздник?! По оглядела студентов, которые всё еще не разделяли ее настроя. — Ладно, насрать на речь… Короче, мы составили вас в пары, список уже вывесили у дверей Большого зала, - ее голос утратил всю торжественность. - Там же написаны места, где вы должны стоять. Завтра все поднимаемся с первыми лучами солнца, а точнее в семь утра, если солнце так и не появится. Да не гудите вы, как будто в первый раз, а. Идём на ранний завтрак, часов до девяти, может до десяти, время на подарки от мамочек и папочек. Полодиннадцатого вы должны уже стоять на своих местах и бдить. Эванс и ваша любимая я приведём младшую животинку к одиннадцати сюда. Сразу говорю, даже на пописать нельзя отходить со своих мест, так что, желательно, сделать всё до начала. Поттер, даже не думай заменять себя вторым Поттером или, что хуже, Блэком. Мне здесь жертвы их безумия не нужны. Она перевела дух и сильнее затянула шарф от ветра. — Стоим до талого, пока дети не вернутся в замок. Одевайтесь теплее, сейчас не время для показа мод, Кристин. Да, — она ткнула пальцем в одну когтевранку, — это я тебе говорю. Чтобы потом не было такого, что я виновата, что ты дура в летней мантии выперлась. Палочки держать в руке на готове, потому что кто знает, что может произойти. На этом, наверно, всё… Хотя нет, стоять! — скомандовала По, когда все, было, ринулись к выходу за ограждение. — Если прям не в моготу стоять, то можете потом покататься, — она качнул головой в сторону горки. — Но только после того, как мы до нее дойдём. Еще где-то будут стоять профессор МакГонагалл и Флитвик, так что тоже не чудите. Может еще кто-нибудь из преподавателей заглянет, про это уж точно не знаю. На этом всё, да. А теперь на обед. По легко спрыгнула с возвышенности и чуть ли не первой оказалась у входа в замок.

***

Общая гостиная Гриффиндора быстро опустела, когда по замку раздался бой часов к обеду. Но не все студенты рванули в Большой зал — в дальнем углу, склонившись над картой Мародеров, Джеймс и Сириус тихо перешептывались, чтобы даже портреты не могли мы услышать. — …а я тебе говорю, что нужно только над площадкой это сделать, — настаивал Джеймс, указывая на рисунок новой постройки пуффендуйцев. — Тогда в чём смысл? МакГонагалл сразу всё уберёт, а если над всей территорией, то тогда это будет задачка посложнее, — в противовес говорил Сириус. — Тем более, там будет полно старшекурсников, которые еще и помочь ей могут. — А что Римус говорит? — откидываясь на спинку кресла, неуверенно спросил Джеймс. — Что мы идиоты, но уже размножил записки. Послушай, ну в чем смысл пугать небольшой тучкой? Давай, Сохатый, решайся. Мы что-то от этого потеряем? — Нет, — быстро и твердо сказал Джеймс, смотря сквозь Сириуса, всё еще борясь с собой. — Правильно. Ты же сам сказал, что это наше последнее Рождество здесь. Так почему бы не сделать его грандиозным? — умолял Сириус, уже готовый встать на колени, чтобы Джеймс согласился. Джеймс поджал губы, вспоминая строгий взгляд Лили, когда она заставляла его поклясться, что они ничего не планировали на Рождество. Они только начали встречаться, только-только стали ближе, как он хочет устроить очередной розыгрыш. — Только не говори, что Лили Эванс, прошу тебя. — А ты не говори, что моя сестра к этому тоже спокойно относится, — развел руками Джеймс. — За полтора года Пегги смирилась. Тем более, ей ведь ничего и не говорят за то, что я конченый, — спокойно ответил Сириус. — Да и Эванс сама уже была вовлечена в заварушку Пегги, не забывай об этом. Да, это было сделано для Лунатика, но всё равно… ай, ладно, не хочешь, тогда сделаем по-твоему. Еще уговаривать тебя надо. Я говорил, что рыжие — это зло, но ты ведь не слушаешь. Джеймс ухмыльнулся. Это был их последний год. Еще в поезде, когда он уезжал из Лондона, они договорились, что точно устроят что-нибудь в самый последний день года, но какого именно никто не обговаривал. — Значит, последний раз в этом году? Глаза Сириуса, которые почти утратили тот огонёк азарта, что наполнял каждого из мародеров во время шалостей, моментально загорелись. — Последний раз в этом году, — улыбнулся Сириус, вставая со своего кресла. — Отлично. А теперь в Большой зал. Я есть хочу, просто умираю, — он положил руку на живот, который тут же заурчал.