Глава 17

Рон и Джордж с тревогой слушали, как Афина рассказывает о своей первой встрече с бабушкой и дедушкой. Чем больше она воодушевлялась, тем сильнее они беспокоились. Она ничего не знала о прошлом Люциуса Малфоя, о Пожирателях смерти и Волан-де-Морте. Но они не имели права ей рассказывать, поэтому молча слушали, пока она не закончила. После этого она резко ушла. Джордж посмеялся над абсурдностью ситуации, но Рон не нашёл в ней ничего смешного. — Полагаю, они не всё ей рассказали, — пробормотал он. — Несмотря на все его разговоры о том, что он хочет жить не так, как его родители, это не похоже на правильный подход. — Они — его единственная семья, и для него важно, чтобы они были рядом, — ответил Джордж. — Гермиона сказала мне, что это была идея Нарциссы. Как только Драко упомянул о ребёнке, она ухватилась за возможность побыть для неё бабушкой. Афина каким-то образом умудрилась обвести вокруг пальца второго человека в Пожирателях смерти. Это талант, если хотите знать моё мнение. Может, ему и нельзя доверять, но я доверяю Гермионе и Драко. Они сделают всё, что потребуется, чтобы защитить её, и не позволили бы Малфоям вернуться в её жизнь, если бы не считали, что это хорошая идея. Рон вздохнул, понимая, что брат прав. Но это не значит, что ему это нравится. — Я не уверен, — сказал он. — Пойми меня правильно. Я никому в мире не доверяю так, как Гермионе, и я привык к Драко. Я знаю, что они не причинят вреда Фини. Просто… это как-то неожиданно, не кажется? Он даже не упоминал о своих родителях, по крайней мере при нас, а теперь они снова в его жизни. Это кажется подозрительным. — Я бы сказал, что ты слишком долго проработал аврором, но, боюсь, ты прав, — ответил Джордж. — Он попросил тебя разузнать о них, так что сделай это. Как только что-то выяснишь, обязательно им сообщи. Нарцисса, может, и не против стать бабушкой, но я не думаю, что Люциус так же спокойно отнесётся к внучке-полукровке и будущей невестке-магглорождённой. Если что-то выяснится, отправляй его в Азкабан, пока он не навредил. Рон кивнул. — Кажется, я уже что-то нашёл.

***

— Значит, это я решил, что мои родители должны быть в нашей жизни? — устало спросил Драко. Он провёл весь день с матерью, рассказывая ей о последних пяти годах своей жизни. Она задавала вопрос за вопросом, иногда интересуясь, почему он уехал, не сказав ни слова. Как он ни старался, он не мог найти ответа, который бы её удовлетворил. — Трудно смириться с тем, что твой ребёнок не хочет иметь с тобой ничего общего, — ответила Гермиона. — Я поняла, почему ты уехал, но им, должно быть, было тяжело смириться с тем, что ты бросил их без объяснения причин. Он пожал плечами и начал мыть посуду, оставшуюся после завтрака. — Ты правда думаешь, что они этого не заслужили после всего, что со мной сделали? — спросил он. — Я ни в чем не виню свою мать. Она не была Пожирательницей смерти. Она не хотела иметь ничего общего с этой жизнью. Но Люциус? Я до сих пор не могу простить его за то, что он сделал. Она обняла его сзади за талию. — Ты правда думаешь, что ему можно доверять? — спросила она. Драко вздохнул и ответил, что не знает. — Я не хочу, чтобы Афина пострадала. Он был так добр к ней, но я знаю, каким обманчивым может быть его поведение. Клянусь, я убью его, если он причинит вред нашей дочери. — Придется тебе с ним согласиться, — пробормотал Драко. — Мама сказала, что ему понравилось общаться с Афиной, но я не верю, что у него не было скрытых мотивов. Мы оба знаем, что он не побрезгует применить к ребенку непростительное заклятие. Страшно подумать, что он мог бы сделать с помощью Империуса. Ее карие глаза расширились, когда она повернулась к нему лицом. — Ты же не думаешь, что он на такое способен? — спросила она. — С какой целью? — Чтобы настроить нас друг против друга? — предположил он. — Он знает, что до нас ему не добраться. Мы ему не доверяем, и он знает, что мы будем настороже. Но Афина? Она еще маленькая и немного ему доверяет. Она более податлива, чем мы. Гермиона почувствовала себя так, будто ее ударили под дых, и у нее перехватило дыхание. Отойдя от него, она села за стол. — Ты прав, — признала она. — Мерлин, как же мне не нравится, что ты прав. И что нам теперь делать? Не успел он ответить, как услышал оклик Рона. Выйдя из кухни, они встретили его у подножия лестницы. — Только что привел ребенка. Она в своей комнате, — сообщил он. Драко кивнул, поблагодарив его за то, что он привёл Афину домой. — Послушай, Драко, я кое-что нашёл по твоей просьбе. Я наткнулся на дело, которое, как мне кажется, может быть связано с твоим отцом. Доказательств недостаточно, чтобы его осудить, но мы можем его допросить. Я хотел обсудить это с вами, прежде чем что-то предпринимать. Пара переглянулась, и Гермиона дала Драко понять, что решение остаётся за ним. — Что это за дело? — спросил он, надеясь выиграть ещё немного времени. Рон кивнул в сторону гостиной, и все трое взрослых сели. — Дело касалось родителей магглорождённого, — начал он, переводя взгляд с Драко на Гермиону. Гермиона побледнела, и Рон понял, что она задаётся вопросом, не связано ли это преступление с её родителями. — Был план найти их и использовать, чтобы добраться до тебя, меня и Гарри. К сожалению — или, не знаю, может, и к счастью — они понятия не имели, о чём говорят Пожиратели смерти. Их пытали, Гермиона. Вот почему ты не смогла снять заклятие. Какая бы тёмная магия ни использовалась, она запечатала воспоминания. — Ты вроде говорил, что доказательств нет, — ответил Драко, услышав, как Гермиона всхлипнула рядом с ним. — Мы не знаем, кто именно это сделал, — сказал им Рон. — Мы уже посадили за решётку тех немногих Пожирателей смерти, которые пережили войну, но Люциус отделался гораздо легче, чем они. Вот почему дело зашло в тупик. Либо они в тюрьме, либо мертвы, либо это Люциус Малфой. Драко выдохнул и повернулся к своей молчаливой девушке. — Гермиона? — осторожно произнёс он её имя, боясь, что она выйдет из себя. — Почему я узнаю об этом только сейчас? — спросила она. — Прошло пять лет, Рональд. Как давно об этом знают авроры? Рон поспешил извиниться и сказал, что только что узнал об этом деле. — Это случилось, когда Министерство было под контролем Пожирателей смерти. Дело замяли, — ответил он. — Мне очень жаль, Гермиона. По крайней мере, теперь у нас есть ответы на некоторые вопросы. Так что ты хочешь делать дальше? — Проведи расследование, — ответила Гермиона. — Только тихо. Кто знает, что может случиться, если он узнает.