Глава 21

Настала очередь Гермионы навестить Люциуса. Суд над ним должен был состояться на следующее утро, и после того, как Драко рассказал ей свою версию событий, ей нужно было услышать её от отца Драко. — Я понимаю, почему вы сделали то, что сделали, — заявила она, как только он сел. — Вы действительно сожалеете об этом? Драко сказал, что вы, как ни странно, раскаиваетесь. — Да, — ответил он. — Когда Драко рассказал нам о вас и Афине… я впервые за много лет вспомнил о той ночи. Наверное, это не то, что вы хотели услышать, но после окончания войны я постарался забыть о ней и о своей деятельности. Это было проще сделать, когда вы не были моей семьёй. — Я до сих пор вам не семья, — перебила его Гермиона. Люциус мягко улыбнулся. — Скажите это моему сыну, — возразил он. — Я действительно считаю, что вы — единственная семья, которая для него важна. Он изменился, и всё это благодаря вам. Он стал лучше, чем я когда-либо был. — Но мы здесь не для того, чтобы это обсуждать, — сказала Гермиона, скрестив руки на груди. — Мне нужно было убедиться, что Драко не лгал. Я верю вам, мистер Малфой. Он с надеждой посмотрел на неё и прошептал слова благодарности. — Для меня это очень важно, мисс Грейнджер, — добавил он. — Я искренне сожалею о том, что из-за меня пострадали ваши родители. Я не жду от вас прощения, но надеюсь, что вы понимаете, как мне жаль. Гермиона кивнула и встала, чтобы уйти. — Я ценю это, мистер Малфой, — ответила она. — До скорой встречи. На следующее утро Драко и Гермиона сидели в зале суда вместе с Нарциссой. Обычно чопорная, сдержанная и аккуратная Нарцисса болтала без умолку, чтобы заполнить тишину. — Афина спросила, не хочу ли я разделить с ней комнату, — сказала она Драко и Гермионе. — Думаю, она переживает из-за того, что я буду жить одна… ей кажется, что в этом большом доме мне будет слишком одиноко. Она такая милая, заботливая девочка. Наверное, она такая же, как ты, Гермиона. — И всё же она накричала на меня за то, что я взял кусочек её хэллоуинской конфеты, — проворчал Драко. — А тебе она разрешила спать в её комнате. Очевидно, что все ей нравятся больше, чем я. — Ох, милый, привыкай, — поддразнила его Гермиона, похлопав по бедру, а затем снова переключила внимание на его мать. — Есть ли у нашей дочери какие-то другие планы, о которых нам следует знать? — Может, она нашла новый дом для нас всех? Спланировала свадьбу для нас? Для себя? — предположил Драко. Нарцисса оглядела зал, в который медленно входили члены Визенгамота. — Нет, только это, — заверила она их. — Не волнуйтесь. Я не собираюсь вмешиваться в вашу совместную жизнь. Гермиона взяла её за руку и крепко сжала, когда в зал ввели Люциуса. — У меня хорошее предчувствие, — прошептала она, ободряюще улыбнувшись. Кингсли Бруствер, министр магии, поймал её взгляд и едва заметно улыбнулся, прежде чем начать заседание. Драко хотел спросить, что она имела в виду, но Гермиона шикнула на него и стала наблюдать за ходом заседания. Факты дела излагались холодно и беспристрастно. Пока Кингсли говорил, Гермиона не сводила глаз с Люциуса, который сидел, опустив голову. После того как обвинения были зачитаны, члены Визенгамота встали, чтобы удалиться и обсудить приговор. — Прежде чем мы продолжим, — сказал Кингсли, попросив их вернуться на свои места, — хочу сообщить, что уже была достигнута своего рода договорённость. Мисс Грейнджер попросила суд проявить снисходительность к обвиняемому в нападении на её родителей. Я принял во внимание её просьбу при вынесении приговора мистеру Малфою. — Люциус Малфой, встаньте, пожалуйста, — продолжил Кингсли. Люциус подчинился. — Я приговариваю вас к шести годам условно и трёмстам часам общественных работ. Мисс Грейнджер уже предложила помочь вам с этими работами, оказывая содействие в своём книжном магазине. Если вы не согласны с этими условиями, то проведёте шесть лет и триста часов в Азкабане. Вы согласны, мистер Малфой? — Да, — ответил Люциус с облегчением в голосе. Министр магии кивнул и улыбнулся, а затем взмахнул палочкой, чтобы снять кандалы с запястий Люциуса. — Вы свободны, мистер Малфой, — сказал он. — Не заставляйте мисс Грейнджер пожалеть о своём решении. Обернувшись, чтобы посмотреть на свою семью, Люциус поклялся, что не сделает этого. Когда члены Визенгамота вышли из зала суда, Нарцисса, Драко и Гермиона встали со своих мест, чтобы поприветствовать его. Пропустив вперёд жену и сына, он обнял Гермиону и прошептал ей на ухо слова благодарности. — Но почему? — задумался он. — Я же говорила, что верю вам, — ответила она. — Не подведите меня, мистер Малфой. Он благодарно улыбнулся. — Ты правда собираешься позволить ему помогать в магазине? — спросил Драко, обнимая её за талию. Его родители обнялись, и Драко поспешил их разнять. — Не могу представить, чтобы мой отец раскладывал товары по полкам и обслуживал покупателей. Гермиона пожала плечами. — Я думала о чём-то вроде присмотра за детьми, — сказала она. — Он хорошо ладит с Афиной и, может быть, сможет наладить с ней отношения, если они будут проводить много времени вместе. Или всё это обернётся против меня, как с Невиллом на уроке Зельеварения. Подавив смешок, Драко заверил её, что всё получится. — Она, как и её мать, склонна видеть в людях хорошее, — сказал он. — Всё будет хорошо. — Может, вы хотите к нам присоединиться? — предложила Гермиона, поворачиваясь к Малфоям. — Джордж и Анджелина Уизли сегодня присматривают за Афиной. Возможно, только вы сможете увести её от их дочери. Нарцисса с готовностью согласилась, но Люциус вёл себя осторожнее. — Ты уверена? — он спросил. — Я не уверен, что она захочет меня видеть. — Я воспитала свою дочь так, чтобы она верила в возможность дать второй шанс тем, кто его заслуживает, — сообщила ему Гермиона. — Афина любит вас, мистер Малфой. Я верю, что со временем она вас простит. Кивнув, он молча последовал за ней, пока они выходили из Министерства и шли по Косому переулку, пока не добрались до магазина Джорджа. Гермиона провела их в подсобку, а затем поднялась по лестнице в квартиру над магазином. Она открыла дверь и позвала Джорджа, чтобы сообщить о приезде гостей. Афина выбежала из комнаты, а за ней — её дядя. При виде родителей Драко его голубые глаза расширились. — Гермиона, Драко, — вежливо поздоровался он. — Не могли бы мы поговорить с вами наедине? Фини, кажется, тут есть игрушки, которые нужно убрать. Супруги последовали за Джорджем в хозяйскую спальню и подождали, пока он установит защитные чары. — Надо было предупредить вас, что они приедут, — извиняющимся тоном сказала Гермиона. — Суд только что закончился, и я подумала, что будет неплохо сделать Фини сюрприз. Мне правда очень жаль, Джордж. Он нахмурился, но пожал плечами. — Значит, он свободен? - спросил он. — Вас двоих это устраивает? — К этому нужно привыкнуть, — дипломатично ответил Драко. — Если Гермиона сможет его простить, мы будем рады видеть его в нашей жизни. Я не настаиваю на их постоянном присутствии, но от редких визитов я не умру. Джордж кивнул и снова переключил внимание на Гермиону. — Ты правда ему доверяешь? — спросил он. Она улыбнулась, её забавляла эта манера старшего брата опекать её. — В этом вопросе я ему верю, — ответила она. Джордж неохотно принял её ответ. — Афина что-нибудь говорила о том, что происходит? — Она спросила, считаю ли я, что Люциус заслуживает твоего прощения, — ответил он. — Я сказал, что нет. Я не… Я не собираюсь поступать так, как поступили Гарри и Рон, навязывая вам свое мнение. Просто будьте осторожны, вы оба. Я потерял столько родных, что хватит на всю жизнь. Я не хочу потерять и вас троих. — Не потеряешь, — пообещал Драко.