Глава 5 - Стычка со Свиньёй

Задний двор

Я прошёл на задний двор и встал возле стены с нарисованным повешенным человеком. Тут явно кто-то играл. Я также заметил стоящего в углу здания мужчину и вновь узнал его, про себя сказав: — Опять Заячья Губа, он явно следит за мной, нехорошо. Как только Заячья Губа понял, что я заметил его, он тут же решил скрыться и спокойно ушёл. Напряжение, которое он вызывал своим присутствием, исчезло, и я спокойно выдохнул. Спустя пару минут ожидания я услышал голос: — Ближе, мой сладкий... Я тут же понял, что Алиса всё-таки пришла. И хоть я остался этим довольным, что-то внутри явно было недовольно этой новостью. Я не обратил на это внимания и подошёл ближе к сугробу. Как только я подошёл достаточно близко, Алиса тут же выпрыгнула, крикнув мне: — Отдай своё сердце! Честно, я немного испугался, хотя и знал, что это произойдёт. Алиса, хихикнув, сказала: — Отпор не дал — сердце потерял! Я дружелюбно нахмурился и ответил: — Да ну тебя. Я взял снежок в руку и бросил его в Алису. Я попал ей в плечо, и она возмущённо сказала: — Ах ты ж! Гадкий мальчишка! Я уверенно ответил: — Да вот такой я! Тут Алиса отошла в сторону, тоже взяла снежок в руку и сказала: — Ты хитёр, а мы хитрей! Ловок ты, а мы ловчей! Я хотел увернуться, но всё же передумал и дал снежку попасть мне в голову. — Ай, блять! — выругался я. Алиса подошла ко мне и уже спокойным голосом сказала: — Да ладно тебе, не больно же совсем. Так что как-то так, Тоша, один-один. А желаешь ли ты отыграться? Я ответил ей: — Мы вообще-то Вову хотели поискать, если не забыла. Так что лучше будет поторопиться, а то меня родители искать станут. Алиса недовольно протянула: — Ро-ди-те-ли! Как скучно! Да не будь таким занудой! Давай чуть-чуть поиграем, всё равно тебе дома тоскливо. Я нахмурился и спросил: — А ты-то откуда знаешь? Что-то внутри меня было насторожено и явно недовольно тем, что она рядом со мной. Я не понимал, что это именно такое. Алиса решила продолжить: — Тоже мне тайна. Со взрослыми, в четырёх стенах тоска всегда! Вот меня от взрослых всегда в дрожь бросает! Ну же, Тоша, решайся, я же вижу, ты хочешь поиграть. И если победишь... то я буду твоим проводником. Поверь, у меня есть то, что тебе показать, хи-хи! Найдём твоего Вову! Что-то внутри кричало мне не соглашаться на её сделку. Но я не мог просто отказать ей. Нужно было дать им думать, что они подцепили меня на крючок, дать им чувство, что они ведут игру, и потихоньку заманить их в ловушку. Я вздохнул и сказал: — Ладно, пошли. У меня есть ещё время, только быстро, ладно? Алиса засмеялась и сказала: — Молодец, Тоша, что решился. Давай, пошли скорей. Мы с Алисой бегом выбежали с территории школы и тут же рванули в сторону леса. Я бежал за ней, но не мог догнать, что меня на мгновение удивило, пока я не вспомнил, что она прыгает так, будто до луны достаёт. Так что в скорости она была явно в разы быстрее меня. Алиса остановилась возле Жульки, маленькой собачки, которую я встретил в тот же день, что и Алису, и тут же сказала: — Жулька, ко мне, девочка! После этого Алиса продолжила бежать и спряталась за огромной сосной, чтобы бросить в меня снежком оттуда. Но Жулька выдала её местоположение, так что я сам тоже решил спрятаться. Я отломил ветку у дерева и насадил на неё шапку, чтобы обмануть её. Как только Алиса отвлеклась, я кинул снежок прямо в неё и попал. Спустя пару брошенных снежков она сказала: — Молю, пощади меня! Умоляю! А затем она безудержно засмеялась. Я, смеясь, ответил: — Да всё-всё, живи! Она радостно и облегчённо выдохнула и сказала: — Спасибо, добрый рыцарь! Она притворилась, что преклоняется передо мной, но тут же схватила снег и кинула его прямо в меня. Она попала, но я не терял времени и пульнул в неё уже два контрольных снежка. Алиса сказала: — Ладно, живи-живи. Научил бы меня тогда жить, раз такой умный! Я, смеясь, ответил: — Молчи уже, ты ведь уже умерла! Алиса буркнула: — Тоже мне помеха! Давай сыграем во что-нибудь интереснее. Она тут же кинула в меня снежок и скрылась в деревьях. После этого Алиса заговорила: — Раз-два — прилети, сова. Три-четыре-пять — время поиграть. Шесть-да-шесть — дыбом волчья шерсть. Семь-восем — бьём копытом оземь... Я заметил её за деревьями и тут же погнался за ней. Я раздвигал ветки, пытаясь её поймать. Алиса рассмеялась и сказала: — А я тебя недооценила! Думала, ты просто мальчик! А ты зайчик! Шустренький, хорошенький! Ха-ха! Я уже думал, что достал до неё, но, посмотрев в место, где она должна была находиться, увидел пустоту. Тут же мне в спину прилетел снежок. Я понял, что она начала использовать свои способности. Первый контакт с мистикой. Честно, это было даже любопытно. Я сказал: — Я тебе дам зайчика! Она радостно ответила: — Дай мне зайчика, дай! Я заметил её возле одного из деревьев и погнался за ней. Она всё приговаривала: — Зайчик, выходи скорей! Мясом накорми зверей! Я догнал её и схватил за воротник. Погоня тут же закончилась. Алиса сказала: — Всё-всё-всё, ты победил! Пожалуйста, давай немного отдохнём. Ты слишком быстрый, слишком сильный... лакомый слишком. Я про себя подумал: — Неужто зайчик уже пробудился и как-то дал мне силу, раз я смог догнать Алису, хотя раньше не мог? А я, наивный дурак, даже не заметил этого. Как же мной легко манипулировать, чёрт. В меня тут же прилетел снежок, и Алиса вновь скрылась за деревьями. Я сразу же побежал за ней. Я не мог её так просто отпустить. Алиса в это время говорила: — Бедный зайчик прыгает... возле мокрых сосен... страшно в лапы волку серому попасть... думает о лете, прижимает уши... на небо косится — неба не видать... Я гонялся за ней снова и снова, пока почти не вышел из леса. Я остановился и понял, что Алисы больше не видно. Я уже почти дошёл до моста. Я знал, что там, скорее всего, будет Семён. Отдышавшись, я начал выходить из леса в сторону дороги. Я дошёл к мосту и увидел впереди, возле него, стоящего и улыбающегося Семёна. Чуть поодаль стояли Бяша с Ромой. Семён заговорил первым: — Ну, здорова, Антоша! В его голосе читались высокомерие и жажда отомстить за унижения. Тут же Ромка добавил: — Что, не получилось тихо сдрыснуть, да?! Бяша хмыкнул и выкрикнул: — Ха! Очкари-в-жопе-шарик, на! Все втроём попытались окружить меня, но я не сдвинулся с места. У меня не было выбора. Конечно, против троих я не вывезу, но я знал: втроём они не полезут. По логике, сначала должен был действовать только Семён. Я смотрел, как он подходит ко мне всё ближе и ближе. Я стоял смирно, не дёргаясь. На лице не было страха. Я не дам себя в обиду. Семён подошёл вплотную, намереваясь толкнуть меня, и сказал: — Ты слишком много чего возомнил про себя! Я уже был к этому готов. Я максимально напрягся, словно врастая в землю, чтобы он не смог меня толкнуть, и сам сделал шаг вперёд. Это сработало. Семён не смог сдвинуть меня с места. Я сделал ещё шаг ближе. Семён грозно сказал: — Ты, сука приезжая, не на того руку поднял! Ты поплатишься за то, что унизил меня в школе, и никто тебе не поможет! Он уже замахнулся, но я встал в стойку, как боксёры. Папа учил меня этому ещё в городе. Удар Семёна пришёлся прямо в мою защиту. Не теряя времени, я сам замахнулся, но удар лишь слегка задел его. В следующий миг я получил удар ногой в живот. Было больно. Но в прошлой жизни я умел терпеть боль. Я падал спиной с дерева и почти не царапался. Однажды сломал ногу, но сам, без помощи, вышел со стадиона и дошёл до школьного медпункта. Так что терпеть боль я умел хорошо. Я со всей силой и скоростью рванулся вперёд, врезался в Семёна и сбил его с ног. Семён уже хотел встать и снова напасть на меня, но Ромка свистнул, и тот тут же остановился. Рома посмотрел на меня и спросил: — А это что за шавка тут? Все посмотрели вниз, туда, где стояла Жулька, дрожащая от холода. Ромка начал подзывать её к себе. Я помнил, что он сделал раньше. Как только он замахнулся, я резко подхватил Жульку на руки и отставил её назад. Нога Ромы ударила лишь воздух. Я сам удивился своей скорости. Про себя я подумал: — Чё я такой быстрый-то? Неужто Зайчик помогает? Или это ещё не спал эффект погони за Алисой? Я тут же отбросил лишние мысли и, глядя прямо в глаза Роме, сказал: — Не трожь Жульку. Она тут вообще ни при чём. Я не позволю калечить животное просто так. Особенно беззащитную собачку. Я ничего не мог с собой поделать. Я любил собак и не хотел, чтобы их кто-то обижал. Ромка смотрел на меня, словно оценивая. Я понял, что это важный момент, и сделал взгляд более суровым. Ромка, будто бы, остался доволен моей реакцией. Он посмотрел на Семёна и сказал: — Сёма, иди уже вталкуй очкарику, где его место. А то ты ещё немного — и опущенным станешь. Он ведь тогда по делу истолковал. Если не хочешь опуститься ниже плинтуса, вбей ему в голову, кто тут главный. Бяша добавил: — Согласен, на! Очкарик тебя при всём классе попущенным сделал, на! Семён замялся. Было видно, что он не хочет их разочаровывать. Потом он более уверенно сказал: — Да без бэ! Ща, парашник, я тебе этой печаткой так заряжу — клеймо на всю жизнь останется! Я тут же ответил ему с насмешливой улыбкой: — Ты не устал уже болтать, а? Всё болтаешь и болтаешь. Ты кроме угроз вообще что-то можешь? Жирдяй! Только мелких бить и издеваться. А на деле — стоит дать тебе отпор, ты тут же убежишь, как свинья, которой показали, как делают стейки и шашлыки. А потом прибежишь с дружками, чтобы толпой избить того, кто тебя обоссал. Что, настолько неуверен в себе, что боишься со мной один на один выйти? Раз на раз? Ха, ссыкло! Ромка и Бяша ехидно смотрели на меня, ожидая реакции Семёна. Он был растерян, и я понял, что попал в точку. — Бяша, подсоби, — сказал Семён. Но Бяша ответил: — Да не. После таких слов ты сам должен доказать, что он не прав. Если, конечно, он не прав, на! Бяша остался в стороне. Семён был недоволен его словами. Он коротко посмотрел на Рому в поисках поддержки, но тот лишь смотрел на него так, будто говорил: разбирайся сам. Семён поник, но затем растерянность сменилась злостью. Он злобно сказал: — Ты тварина! Да я тебя щас урою, мудила очкастая! Он побежал на меня. Я сгруппировался и позволил ему повалить меня на землю. Семён начал бить меня. Я быстро выскользнул из-под него, хоть и получил пару ударов. Я терпел. У Семёна была масса и сила, но не было техники, и я это подметил. Я поднялся. Семён в это время только вставал, всё-таки поднимать такой вес было тяжело. Я со всей силой ударил его по голове левой рукой и про себя сказал: — Левый коронный. Семён рухнул на землю. Ромка с Бяшей наблюдали за нашей дуэлью и улыбались. Похоже, им нравилось это представление. А внутри меня кто-то довольно хмыкнул. Я почувствовал странную радость и эйфорию от удара, от того, как он упал. Семён, еле поднявшись, с бешенством набросился на меня. Он повалил меня на землю. Я пытался сбросить его с себя, но он был слишком большим и тяжёлым. После пары оплеух я всё же ногами отшвырнул его от себя. И тут я заметил в его руках мой рюкзак. Увидев, как я напрягся, Семён ухмыльнулся и сказал: — Что такое, очкастый? В рюкзаке есть что-то ценное? Я ничего не ответил, лишь сурово смотрел на него. Ромка подал голос: — А ну, Сёма, давай покажи, что этот очкастый там хранит. Проверим, есть ли что-то ценное. Давай, доставай всё из рюкзака очкарика. Семён не рискнул перечить Роме и начал вытаскивать содержимое. Сначала ничего ценного не попадалось. Но вдруг из рюкзака выпала заячья маска. Все трое удивлённо уставились на находку. Первым заговорил Рома: — Что за барахло... Ничего ценного. А этот очкарик чего-то переживал из-за этого. Да и что за стрёмная маска кролика какого-то? Ты чё, в спектаклях выступаешь? Бяша тут же добавил: — Или в бродячем цирке, на! Я лишь пристально наблюдал за ними. Ромка тут же решил сказать: — Слушай, Сёма, если хочешь восстановить свой авторитет, то заставь очкарика надеть эту маску. Пусть попрыгает нам как зайчик. А если не сможешь его заставить — тогда сам напялишь её и сам попрыгаешь нам как зайчик. Семён был немного удивлён словами Ромы. Он явно не хотел его подводить. Он его боялся, и я это заметил. А это значило только одно — пора поставить свинью на место. Семён злобно смотрел на меня, держа заячью маску в руках, и сказал: — Ну же, надевай маску и попрыгай для нас, а иначе будешь сейчас целовать асфальт! Я вообще не испугался и с насмешкой ответил: — Да ну? Извини, но уж больно хочется увидеть, как ты прыгаешь как зайчик. Хотя, если бы ты валялся в грязи, было бы реалистичнее. Свинья. Семён был одновременно и недоволен, и напуган моим отказом. Собравшись, он сказал: — Ты сейчас живо наденешь эту чёртову заячью маску, очкарик! Я посмотрел на него разозлённым взглядом и спокойно произнёс: — Знаешь что, Семён… иди нахуй. Зрачки Семёна расширились. В его взгляде вспыхнуло бешенство. Он заикаясь от злости выдавил: — Ты!.. ты!.. ТЫ ТРУП! И вдруг я услышал голос внутри себя: — СКАЖИ… СВИНЬЕ… ЗАТКНУТЬСЯ! Я сразу понял, кто это сказал. Зайчик внутри меня явно проснулся. Но сейчас было не время об этом думать. Я ровным голосом сказал: — Заткнись, свинья. Эти слова будто парализовали Семёна. Я продолжил, уверенно, растягивая каждое слово: — Есть у меня подозрение, что ты не просто так перевёлся в новую школу. Сбежал, да? Как крыса сбежал. Потому что сверстники бывают жестокими… с теми, кто не такой, как они. С теми, кто толще. С теми, кто слабее. И ты решил издеваться над другими так же, как издевались над тобой. Семён начал медленно отступать назад. Он был слишком шокирован моими словами. Я продолжил с тем же жёстким и серьёзным лицом: — Ты отыгрываешься за старые обиды. Хочешь казаться тем, кем не являешься. Но знаешь, по щелчку пальцев ничего не меняется. Знаешь, кем ты был? Знаешь, кто ты есть? Семён отступил ещё дальше. Он посмотрел на Рому и Бяшу и с дрожью сказал: — П-пацаны… Но они ничего не сделали. Рома лишь ехидно произнёс: — Продолжай, Тоха. Я уверенно продолжил: — Знаешь, кем ты будешь всегда? Второе имя. Настоящее имя, которое тебе дали одноклассники… Семён, заикаясь от страха, прошептал: — Откуда… т-ты?.. Я резко заорал: — СВИНЬЯ! Мой голос разнёсся по всей округе. Лес будто усилил мой крик. Рома и Бяша теперь смотрели на Семёна не как на товарища, а как на добычу. Я сжал волю в кулак и со всей силы замахнулся правой рукой, отвесив мощнейшую пощёчину Семёну прямо в голову. От удара он рухнул на землю. Про себя я подумал: — Ха! Правый похоронный! Через пару мгновений Семён яростно поднялся. Слёзы лились из его глаз. Он нёсся на меня как танк, но я, разгорячённый игрой в снежки с Алисой, увернулся от его удара и тут же поставил подножку. Семён грохнулся прямо в оставленные какашки, которые Жулька оставила перед тем, как убежать от нашей драки. Я смотрел на него с яростью. Я слишком разгорячился и уже не мог себя остановить. На моём лице появилась улыбка. Рома в это время сказал: — Ай, красава, Тоха! Думал, ты просто высокомерная выскочка, а вон как жирдяя уделал! Семён, заливаясь слезами, простонал: — С-сука… чё я теперь бабушке скажу?! Она меня убьёт, когда увидит! Рома осадил его: — Чё ты там скулишь? Тебя с параши не слышно. Когда Семён встал и попытался отряхнуть одежду, Бяша смотрел на его тщетные попытки и смеялся. Я тоже улыбнулся. Семён слишком сильно меня разозлил, чтобы я мог его жалеть. Бяша сказал: — Ха-ха! Мастёво, на! Рома добавил: — А ну вставай и скачи как зайчик, свинья! Только подальше, а то от тебя дерьмом несёт, фу! Семён захрюкал от слёз и соплей, потом злобно выкрикнул: — Да пошли вы все на хер! Он рванулся на меня. Я ждал этого. Я даже был рад ещё раз его ударить. Азарт боя поглотил меня, жестокость только и ждала момента выплеснуться. Когда Семён подбежал, я ударил его ногой, создавая дистанцию. Я был худым и ловким. Мы с папой часто смотрели бокс по телевизору, да и он сам учил меня паре приёмов, когда мы ещё жили в городе. Я встал в стойку, как меня учили, и начал уворачиваться от нелепых ударов разъярённого Семёна. После одного из уклонов я ударил его в печень. Жировая прослойка смягчила удар, но он всё равно его почувствовал. Затем я левой рукой ударил ему в ухо, оглушив, после чего пнул по ноге, и он упал. Но Семён успел схватить меня за ногу и начал ползти ко мне, чтобы избить. Я отбивался второй ногой, бил его по лицу и голове как мог. В пылу драки очки слетели с моего лица. Семён тут же потянулся к ним, но в этот момент Рома и Бяша подскочили и оттащили его от меня, начиная избивать ногами. Рома крикнул: — Не по-пацански поступаешь! Очки забирать — тоже не по-пацански, гнида! Бяша добавил: — Дерись по понятиям, на! Через несколько мгновений избиения Семён простонал: — Вы чего творите?.. Ой, бля… на лоха позорного меня променяли… ой-ой! Да пошли вы в жопу! Тоже мне друзья… Спустя ещё несколько минут Семён сумел вырваться и убежать подальше от всех. Рома крикнул ему вслед: — Завтра в школе мы тебя выцепим, хрюндель! Бяша тоже крикнул: — Точно-точно! За базар ответишь, на! Рома добавил напоследок: — Горло тебе перережу, слышишь?! А затем они вместе заорали: — СВИНЬЯ! Я уже встал и смотрел на всё это чётко, ведь я успел подобрать очки. В этот момент Ромка с Бяшей подошли ко мне. Бяша первым сказал: — Уверен, завтра он в школу вот с таким фингалом припрётся, Рома, отвечаю! Рома посмотрел на меня и спросил: — Ты как там, Тох? Всё нормально? Я ответил спокойно: — Да, всё нормально. Он от меня получил больше, чем я от него. Рома хмыкнул и тут же протянул мне сигарету, сказав: — На, угощайся. Я сразу отчеканил: — Не, не курю. Бяша усмехнулся и сказал: — Чё, спортсмен, что ли? Рома посмотрел на него и ответил: — А ты в глаза долбился? Видел, как он жирдяю навалял? Бяша хмыкнул: — Базара ноль, Мортал Комбат на! Тоха у нас Рокки Бальбоа. Ромка усмехнулся: — Тогда уж Иван Драго. Курим одну на двоих, гони жигу. Он посмотрел на меня и продолжил уже серьёзнее: — Тоха, чё сказать хотел… не держи зла, брат. Мы тебя на вшивость проверяли. А то очки эти, маска, причёска странная… Он протянул мне руку: — Меня, кстати, Ромка зовут. Мы пожали друг другу руки. Ромка попытался сильно сжать мою ладонь, но я ожидал этого и тоже сжал в ответ. Ромка удивился и хмыкнул, после чего кивнул в сторону Бяши: — Это вот Бяша. Ты не очкуй, со свиньёй мы лично пообщаемся. Я кивнул и сказал: — Ага. Ладно, я пойду рюкзак соберу, пока не стемнело. Я подошёл к рюкзаку и начал собирать вещи. Всё было на месте, кроме двух: тетради не было, наверное, Семён забрал или кто-то ещё. И ещё — маска зайчика, которую я держал в руках. Я долго смотрел на неё. Было чувство, будто она хочет, чтобы я надел её. Я помотал головой и убрал маску в рюкзак. В этот момент я услышал голос Ромки: — Ты там уже всё, Тох? Я ответил: — Да, готов. Ромка сказал: — Ладно, давай мы тебя проводим, нам не сложно. Я пожал плечами: — Ладно, раз хотите. Я не против. Да и идти одному через лес, когда ночь, не круто. А с компанией хоть что-то. Ромка с Бяшей кивнули, и мы втроём пошли в сторону моего дома. По дороге я думал про себя: — Что ж, зайчик внутри меня проснулся… он даже заговорил со мной. Это опасно. Чёрт, я был слишком импульсивен и не смог удержать гнев. Я был слишком агрессивен, а он так легко подтолкнул меня назвать Семёна свиньёй. Хотя, наверное, я и так бы это сделал… но не важно. Я пошёл у него на поводу. Он слишком легко манипулирует мной. Это плохо. Я должен быть более сконцентрирован. Я не могу так легко поддаваться его словам. Иначе у меня ничего не получится. Прошло немного времени. Мы шли вместе, и в конце концов я решил заговорить: — Спасибо, ребят, что подсобили. Эта свинья какая-то бешеная, да и, блин, тяжёлая зараза. Бяша ответил: — Да без проблем, братан. Он не по-пацански действовал, на! Рома продолжил: — А ты нормальным пацаном оказался. На первый взгляд — обычный терпила. Когда ты Семёну отвечал, мы решили, что ты высокомерная выскочка. А сейчас вижу — нормальный ты. Ну и отделал ты его знатно. Уверен, столько тумаков он в жизни не получал. А твой правый похоронный вообще меня удивил. Где ты так бить научился? Я ответил честно: — Да так. С отцом часто бокс смотрели, пока в городе жили. Он меня мене приёмов научил. Ну и сам я много тренировался. Может, по мне не видно — я худой, но форма у меня хорошая. Ромка хмыкнул: — И не поспоришь. Как минимум бить ты умеешь. Я реально офигел, когда ты его одним ударом свалил. А в школе ты ему, кстати, нос сломал. Он даже слёзы пустил, когда мы его в медпункт вели. Я хмыкнул и сказал: — Ну а чё он пристал. Да ещё и в Катю меня толкнул… Честно, так стыдно стало в тот момент. Прям очень. Теперь я у неё в долгу, ведь она ничего учителям не сказала. Бяша с Ромой переглянулись и хором выдохнули: — Ты, чувак, попал… Рома продолжил: — Катя — змея класса. Та ещё сплетница. Я честно удивлён, что она согласилась молчать. Так что жди беды, брат. Она та ещё садистка. Бяша добавил: — Ага, на! Уверен, она всем ребятам в школе расскажет, но не учителям, чтобы должок сохранить. Она прям змея-змея. Лучше с ней не связываться, Тоха, а то худо будет, на! На что я спросил их: — Слушайте, а кто она такая-то? Да она сначала отреагировала на моё оправдание странно, начала даже угрожать, что меня из школы выгонят. Хотя, ну, наверное, это должна была быть нормальная реакция, всё-таки я её ненароком облапал, ей явно неприятно было. Но потом она нормально отреагировала, даже согласилась на моё предложение, и честно, не могу сказать, что она змея какая-то. На что Ромка сказал мне: — Братан, мы тебя понимаем. Катька с виду обычная девочка, но внутри она — яд. Стоит с ней хотя бы немного поговорить, так она сразу покажет свою истинную натуру. Уж поверь нам, мы с ней с детства знакомы, с первых классов. Спустя некоторое время я обернулся к Бяше и спросил его: — А почему тебя Бяша зовут-то? Бяша ответил: — Потому что я волк в овечьей шкуре, на! Но Рома тут же сказал: — Брехнёшь. Пургу гнать он умеет, а зовут его так потому, что блеет как овца. Всё после того, как из чёрного гаража живым выбрался. Тут же Бяша изменился в лице. Страх при упоминании чёрного гаража выбрался наружу. Ромка продолжил: — Видишь? С ним так всегда, когда об этой херне заговоришь. На что я удивлённо спросил: — Ты сейчас о чём? Рома удивлённо сказал: — Ты серьёзно про эту страшилку не знаешь? На чёрной-чёрной улице… в чёрной-чёрной подворотне… стоит чёрный-пречёрный гараж. И он знает о тебе всё: где ты живёшь, что любишь, с кем дружишь. Ты наверняка слышал о пропавших детях, здесь это не первый год происходит. Все местные знают, кто здесь замешан, даже взрослые… Он продолжил: — Вообще везёт тебе, ты вон в лесу считай живёшь. Он к тебе так просто не сунется, тупо сочтёт, что среди деревьев будет выделяться. А у нас эту хрень может где угодно поджидать: иногда в конце переулка или возле дома. А ещё… идёшь такой себе ночью, и тут — раз… он стоит где совсем недавно пусто было, дверь открыта, внутри мрак… и тут как… Бяша, не выдержав, начал выть, как вопят младенцы, перебивая рассказ Ромы. Ромка, поняв намёк, сказал: — Ладно-ладно, проехали… Спустя некоторое время Рома спросил меня: — Тоха, а вот скажи, нахрена вы-то сюда переехали? Я выдохнул и сказал: — У отца тут новая работа, а мама раньше в посёлке жила, давно ещё, при Союзе. Рома хмыкнул и сказал: — Здесь же нечего делать, только гнить. Ну или как Бяша — по лесам шастать. Он у нас турист, летом целую неделю в палатке жил, здесь рядом, прикинь? Хотя от мамки его звезданутой я бы сам в лес сбежал. Спустя некоторое время мне послышался какой-то звук. Я не придал этому значения, но тут Рома тоже услышал его и, остановившись, сказал: — Слышите? Кто-то бродит в лесу, по ходу… Высоченный, причём с нашей скоростью идёт… Ромка поднял шишку из-под земли, кинул её вперёд и крикнул: — Эй! Ответа не последовало. Рома снова сказал: — Кто-нибудь видел? Я решил сказать: — Пойдёмте скорее, а то вечереет. В далеке я будто слышал пение на флейте. Тут же мурашки побежали по моему телу. Я знал, кто это. Я про себя подумал: — Блять, хозяин леса тут! Чёрт, наверное, вновь с Алисой увижусь, а Ромка с Бяшей куда-то пропадут. Так, ладно, нужно успокоиться… хотя как успокоиться, блять, когда я буду один с этими тварями?! И голос изнутри что-то шепнул: — ТВАРИ. Я тут же понял — это зайчик внутри меня. Он явно недоволен происходящим, как и я. И тут я посмотрел вправо от себя и увидел, что вместо Ромы была Алиса, которая сказала: — Ну привет, сладкий зайчик. Я обернулся к ней, даже слегка испугался, но затем спросил: — Эй! А я ведь потерял тебя! Она ответила: — Да, потерял, потому что зазевался. Я спросил: — А как давно ты тут? Алиса сказала: — А я всегда была тут. Ладно, ну пойдём же! Мы собирались искать Вову. Алиса тут же повела меня в лес. У меня было ощущение, будто я маленький мальчик, которого ведут через лес. И тут я заметил чёрный гараж, стоящий перед нами. Алиса сказала: — Это здесь. Я чувствую его запах. Может, Вова играет с нами в прятки? И он решил спрятаться… внутри? Я подошёл поближе и постучал в гараж. Тут же перед глазами прошмыгнула картина истерзанных детей. Одна из них была Сеня Талалаева — одна из пропавших детей в прошлом. Вторым был Вова Матюхин, пропавший ребёнок совсем недавно. Я отпрянул назад от испуга. Я знал, что теперь начнётся жесть. В голове пронеслась мысль: — Ну зачем я, блин, доверился ей?! Да нужно, чтобы они верили, что они взяли меня на крючок, но блин… как же страшно-то! Я вновь решился постучать по гаражу. Ворота гаража распахнулись. Я не успел разглядеть, что там было внутри. Голос в голове тут же крикнул: — БЕГИ! Я тут же помчался прочь как мог. Когда я уже не мог бежать, я оглянулся. Я ничего не видел. Было слишком темно. И тут я услышал чей-то голос: — АНТОН! На мгновение я решил, что пришло спасение, и крикнул: — Я ЗДЕСЬ! Но тут же два глаза засветились из-за дерева. Кто-то там стоял, и наверху у него были рога. Я сразу понял, кто это. Это был хозяин леса. Рядом с ним появились ещё четыре пары светящихся глаз. Я в ужасе про себя сказал: — Лесные духи… блять… Я учуял запах животных. Лес перестал прятаться и показал себя. Хозяин леса начал подходить ко мне. Его шаги по снегу, его огромный вес и размеры — земля будто дрожала. Я упал на землю и начал от страха пятиться назад. Мне было страшно, а что-то внутри меня было взволнованным. Мы оба не хотели тут находиться. Хозяин леса навис надо мной. Я чувствовал его дыхание всем телом. И тут я услышал голос Алисы: — Ну же, попробуйте его на вкус, хозяин! Я от ужаса оцепенел. Я почувствовал, как язык прошёлся по моей шее. Алиса сказала: — Я же сказала, это наш зайчик. И я уверяю вас, хозяин, я исправлю его. Больше он не будет вам перечить, и всё пройдёт как надо. Мне всё ещё было страшно, я не мог мыслить здраво. И тут хозяин леса подал голос: — Тебе-е-е… бе-е-е-ри! На землю тут же упало множество конфет и игрушек. Я узнал среди них игрушечный автомат Вовы Матюхина. Я посмотрел испуганными глазами на хозяина леса и увидел у него в руке маску зайчика. Хозяин леса надел маску мне на лицо и сказал: — Зайчик. А внутри меня что-то сказало: — Ты мудила редкостная. Ты сам выгнал меня, и я не вернусь к вам. И тут свет ударил мне в лицо. Я прикрыл его рукой. Когда свет слетел с моего лица, я убрал руку и увидел своего отца, который явно искал меня. Отец облегчённо и напуганно сказал: — Антон! Вот ты где! Ты совсем сдурел?! Это вообще как понимать?! Язык проглотил?! Одноклассники твои к нам пришли, сказали: ты сбежал от них в лес, в самую чащу. И… что это за дрянь ты напялил?.. Я тут же снял с себя маску зайчика и бросил её возле себя. Отец, оглянувшись, сказал: — Так, пойдём отсюда скорее. Мать узнает — такой нагоняй нам устроит, мало не покажется. Отец помог мне встать, и мы пошли в сторону, где он оставил машину. Идя к машине, папа сказал: — Чтобы маме ни слова, ясно?! Ни единого намёка, где я тебя нашёл. Я ответил: — Да, пап. Папа всю дорогу рассказывал, как он боится потерять меня и Олю. Это был страх, но не животный, а благородный. Я внимательно слушал и кивал. И тут из-за спины я услышал голос Алисы: — Помни… пока ты со мной, никто тебя здесь не тронет. Я даже не хотел оборачиваться, я не хотел сейчас видеть её морду, вот просто не хотел. И вот мы с отцом зашли в дом, и папа, войдя, сказал: — А вот и мы! На что мама ответила: — Явились, не запылились. Мама спустилась с лестницы, кинула на отца гневный и презрительный взгляд, а затем посмотрела на меня, увидев небольшой синяк на моём лице. Один из тех, что оставил мне Семён, и тут же спросила: — Так, а это что за синяк? Папа тут же сказал: — Да он в школе, поди, врезался во что-то, как он сказал, простофиля. И мама тут же ответила: — Весь в тебя. Папа смерил маму злобным взглядом, а затем договорчески подмигнул мне и сказал: — Да ничего страшного с этим синяком, скоро рассосётся. И родители ушли. Я не успел пройти к себе в комнату, как на меня накинулась Оля, сказав: — А я лису видела! Тут же я услышал, как что-то упало. Это была мама, она от слов Оли выронила чашку с чаем, а затем, после секундной паузы, сказала: — То сова, то лиса! Когда же тебе надоест? А Оля тут же сказала мне: — Правда-правда! Такая пушистая! Она у забора стояла на задних лапках, совсем как человек. Она меня позвала, а тут мама вышла, и лиса убежала. Но затем я услышал голос мамы, которая сказала: — Не было там никакой лисы, не выдумывай! И тут я подошёл к Оле и серьёзным тоном сказал: — Не подходи к ней! На что Оля удивлённо спросила: — Ты чего, Тоша? Но я продолжил: — Не подходи к ней, слышишь? Не смей общаться с ней! Ни при каких обстоятельствах не подходи к ней! Ни за что! Прошу, ради меня, не подходи к ней! Если она попросит пройти к ней, то не соглашайся и тут же убеги к маме. И закрой шторы, если увидишь её в окне! Ты меня поняла?! И тут к нам подошла удивлённая мама, а я, замявшись, ответил: — Ну, лиса укусить же может, а бешенство никто не отменял. На что мама сказала: — Это ведь была не настоящая лиса. Расскажи ему, Оль. И Оля начала говорить: — Она на двух ногах ходила и в платье одета, только она была взаправду. И мама сказала: — Видишь? Мама устало улыбнулась, как будто это всё объясняло. И я тоже выдавил из себя улыбку, и мама спокойно ушла. Но когда я остался с сестрой наедине, я шёпотом сказал ей: — Ещё раз увидишь её — беги! И вот, немного отдохнув и поев, я пошёл к себе в комнату. Приключения приключениями, но домашку никто не отменял, так что я начал делать уроки. Желания заниматься у меня не было, хотя я вроде и не тупой, так что уроки я всё же сделал. В отличие от Игры, у меня не было ни кошмара, ни совы, которая принесла бы очки, ведь очки-то я и не терял. Так что я спокойно приготовился ко сну и уснул сладким сном, готовый к захватывающему завтрашнему дню.