ГЛАВА 3 Белый стол

Глава 3:Белый стол  Пик шёл быстро, тащил меня за локоть, и я еле поспевала. — Куда мы идём? — спросила я. Он даже не взглянул на меня. — А те двое солдат? Сем и Филл? С ними всё будет в порядке? Пик на секунду замедлил шаг. Посмотрел на меня так, будто я спросила что-то очень странное. — Я не запоминаю их имена, — сказал он. — Их работа сделана. Теперь ты не их проблема. Мы пошли дальше. Через несколько минут впереди показались белые колонны и крыша. И круглый стол под ней,с маленькими флажками. Как беседка посреди ничего. Там уже кто-то стоял. Высокий, с серыми волосами, в коричневом костюме. Куромаку. Он что-то записывал в блокнот и тихо говорил своему помощнику Курону. Тот слушал и стоял рядом ровно, как солдат. Пик подтолкнул меня вперёд. — Вот она. Забирай. Он разжал пальцы. Рука заныла ,я даже не заметила, как сильно он её сжимал. Куромаку поднял голову и посмотрел на меня. Спокойно.Оценивающе. — Подойди ближе, — сказал он. Голос ровный, без угрозы, но и без тепла. Я сделала несколько шагов. Пик остался сзади, скрестив руки на груди  Его дело сделано. Куромаку чуть наклонился ко мне через стол. — Один вопрос, — сказал он чётко. — Что ты помнишь до того, как попала сюда? Я открыла рот, но тут с другой стороны кто-то пришёл.Тихо, почти незаметно. Парень с бирюзовыми волосами, в простой синей одежде. Зонтик. Он поздоровался и сел на своё место. А потом посмотрел на меня с такой искренней жалостью, что мне стало не по себе. — Выглядит уставшей… — тихо сказал он. Никто не ответил. Я попыталась собраться. Голова гудела. Библиотека, какой-то парень, падение..всё смешалось. — Я… я шла в библиотеку. Кружилась голова. А потом… я здесь. И вдруг тишину разрезал крик. Радостный, громкий: — О! Вот она! Солнышко моё! Феликс влетел к нам, будто его из пушки выстрелили. Подскочил ко мне,улыбаясь на всё лицо. — Привет! Я Феликс! Как тебя зовут? Ты такая милая! Тебе обязательно надо ко мне! У меня все счастливы! Я невольно отшатнулась и сделала шаг назад. Ближе к Пику. Только он хоть кого-то из них напоминал нормального. Пик хмыкнул и демонстративно отошёл в сторону ,мол, не надейся. Следом, не спеша, подошёл Ромео. Красивый, будто с обжожки журнала Улыбка отточенная, как у актёра. — Не слушай его, дитя, — он сделал плавный жест рукой. — В моей Вероне тебя ждёт настоящая красота. Мои девочки(Веронки) примут тебя как сестру. Ты будешь там самой прекрасной. Я просто смотрела на них. Рот открыть не могла. Меня уже делили, как вещь, а я даже не понимала, где нахожусь. — Красота и любовь, — раздался сзади насмешливый, хрипловатый голос. Вару подошёл, засунув руки в карманы. Остановился, оглядел Феликса и Ромео с таким видом, будто на мусор наткнулся. — У одного= балаган для недоумков, — кивнул на Феликса. — У второго=кукольный домик для принцесс. — Усмехнулся. — Оба ваши государства куски дерьма. У меня, в Варуленде, лучше и интереснее. Лицо Феликса перекосило от ярости. — КАК ТЫ СМЕЕШЬ ТАК ГОВОРИТЬ О ДОБРЕ, ТВАРЬ! Он бросился на Вару. Тот ловко отскочил в сторону, и Феликс со всей дури врезался в колонну. — СЕСТЬ. НА МЕСТА. СЕЙЧАС ЖЕ. Голос Куромаку ударил так, что все замерли. Даже Феликс, потирая ушибленное плечо, молча поплёлся к своему стулу. Куромаку, будто ничего не случилось, снова повернулся ко мне. Лицо спокойное, холодное, терпеливое. — Мой вопрос остаётся в силе. Ты знаешь Фёдора? Создателя? Я заморгала. В глазах защипало от всего этого безумия. Давление, крики, драка …я еле держалась. — Кто?.. Я… я не знаю. Я просто шла в библиотеку… — голос сорвался на шёпот. Куромаку смотрел на меня несколько секунд. Потом откинулся назад. — Достаточно. Информации пока нет. — Он перевёл взгляд на Курона. — Она остаётся в Курограде. Первичная адаптация и наблюдение. Курон, отведи её в гостевой сектор. Феликс, всё ещё потирая плечо, недовольно фыркнул, но спорить не полез. Ромео изящно пожал плечами с таким видом, будто всё это было ниже его достоинства. А Вару поймал мой взгляд и подмигнул. С тем же ехидным любопытством, с каким смотрел всю эту сцену. — Так точно. Курон не сказал больше ни слова. Только кивнул и я поняла: надо идти за ним.  Я обернулась на стол. Пик уже отвернулся, о чём-то говорил с Куромаку ,цифры, сектора, что-то для умных ,точно не для меня. Феликс, всё ещё красный от злости, размахивал руками и что-то кричал Ромео. А Ромео смотрел на свои идеальные ногти, будто это важнее. Вару усмехался в сторонке. Зонтик просто сидел, уткнувшись взглядом в стол. Никто не смотрел на меня. Я снова была проблемой, которую передали дальше. Мы вышли из-под навеса, и белая пустота снова обступила со всех сторон. Но теперь впереди темнело что-то большое. Стены. Огромные, тяжёлые, из тёмно-серого кирпича и бетона.  На стенах висели куроградские флаги ,тёмно-серые полотнища со светло-серой полосой внизу и простой звездой в углу. Курон шёл чуть впереди, не оглядываясь. Я плелась следом. Здесь было тяжелее дышать.Пахло озоном и машинным маслом  Я мельком взглянула на него,спокойный,сосредоточенный,цвет волос немного светлее ,чем у его правителя,но серые ,такого же цвета и глаза. После  я быстро отвела взгляд. Мы подошли к воротам.Большие ворота со скрежетом отъехали в стороы Курон шагнул внутрь. Я за ним. Внутри был не город, а инфраструктура. Широкие проезды из утрамбованного щебня. По ним с лязгом тащили грузы на тележках. По бокам  корпуса цехов, склады, сервисные тоннели. тёмно-серый, ржавчина, грязный бетон. Иногда мигали жёлтые аварийные лампы или синие огоньки от сварки. Ни деревца, ни цветка. Только люди. Их было много. Работали повсюду, как муравьи. Мужики в промасленных комбинезонах таскали балки, закручивали болты огромными ключами. Женщины в серых халатах сверялись с планшетами, тыкали пальцами в стены. стук молотков, рёв дрелей, переклички: — Эй, домкрат в четвёртый! Опять стык просел! — Кабель-канал на восьмом меняют! Кто свободен? — Товарищ! Не лезьте под балку, ну! Никто не обращал на нас внимания. Только один парень, вытирая пот со лба, мельком глянул на меня с любопытством, но тут же кто-то рявкнул: «Товарищ! Не стойте!» — и он рванул дёргать рычаг. Я шла и опять разглядывала Курона. Шаг ровный, спина прямая, но без натянутости.Был усталым ,как человек, который знает список всех неполадок на месяц вперёд. Он не оглядывался, но, казалось, видел всё боковым зрением: где кран заденет конструкцию, где рабочий без каски.  Мы подошли к центральному зданию ,к самому высокому, из того же тёмно-серого кирпича. Похоже на штаб стройки или заводоуправление. — Вас разместят в гостевом секторе, — сказал Курон и показал на пристройку. — Ознакомитесь с распорядком. Товарищ Куромаку примет вас завтра. Он поморщился, глядя на дым из трубы. — Извините за хаос. Плановая замена энергоконтура. И не совсем плановая. Всё вечно ломается. И тут я это увидела. У стены цеха, где работали люди с паяльниками, всё на секунду поплыло. Звук дрели изменился,стал противным, металлическим визгом. Я зажмурилась. Открыла глаза. Всё было нормально. — Вам показалось, — тихо сказал Курон. Он даже не смотрел на меня. Но пальцы сжали планшет сильнее. — Перепад напряжения. Часто бывает. Не обращайте внимания. Голос ровный. Спокойный. Но я почему-то сразу поняла: он врёт. И знает, что я это поняла. День первый. Гостевой сектор оказался рядом с казармой. Комната бетонная коробка: койка, стол, экран, душ. Всё. В шесть утра дверь открылась. На пороге стоял Курон. — Подъём. Завтрак через пятнадцать минут, столовая Блока 7. Форма на стуле. Распорядок на экране. Я села. На экране висело расписание поминутно: завтрак, медосмотр, физиометрия, «свободное время в обозначенном периметре», обед, собеседование, ужин, отбой. Нарушение: “корректировка режима». Столовая напоминала цех. Длинные столы, люди едят быстро, молча. Я села в углу. Рядом оказалась девушка с двумя серыми хвостиками и круглыми очками. Одна из близнецов. Куромаджи, кажется. Она спокойно жевала кашу, но глаза бегали по залу,что-то считала, проверяла. — Привет, — сказала я тихо. Она вздрогнула. Быстро кивнула. — Здравствуйте. Вы новый переменный фактор. София. Да? — Ага. А ты? — Стажёр-учётчик Куромаджи. Мой брат, Курохонки, вон там. — Она мотнула головой на парня с такими же очками, который что-то яростно чертил на планшете. — Мы ведём учёт расхода материалов на реконструкцию восточного крыла. Сейчас превышение на четыре и три процента из-за брака в партии сплавов. Выпалила одним духом и снова уткнулась в тарелку. Разговор закончился. (Да я и так ничего не поняла) День второй: «Обозначенный периметр» оказался двором между гостевым блоком и главным зданием. Там чинили разводной кран. Я подошла ближе посмотреть. Рабочий, парень лет двадцати, ковырялся в механизме. Курохико, кажется. — Что сломалось? — спросила я. — Да шестерёнки заглохли, песок попал! — ответил он бодро, даже не обернувшись. — Вечно эта пыль. Сейчас разберу, почищу… эх, и смазки бы новой… — Курохико. Голос Курона раздался откуда-то сбоку. Спокойный, ровный. Он подошёл и встал рядом. — По инструкции, при разборе узла С-4 нужен второй специалист и отключение магистрали. — Да я сто раз уже так делал! — Курохико отмахнулся. — И в прошлый раз тебя чуть не придавило стрелой, — напомнил Курон. Без эмоций. Просто факт. Потом посмотрел на меня. — София, здесь опасно. Идите в библиотечный сектор. Там безопаснее. Библиотечный сектор оказался небольшой комнатой со стеллажами. Вдоль стен были чертежи, потрёпанные технические мануалы, какие-то папки. За столом сидела девушка.Курохайо. Она что-то печатала и даже не подняла голову, когда я вошла. — Простите, я... — Гостевое досье? — она подняла голову. Взгляд серьезный,но без зла — Уже заведено. Опросник заполнен на шестьдесят процентов. Не хватает данных о сенсорных восприятиях при переходе. Вы готовы их предоставить? — Я... я просто не знала, куда идти. — Координаты вашего сектора и разрешённых зон есть в планшете, — сказала она ровно. — Соблюдайте их. И снова уткнулась в экран. Ппц… День третий. Диалог с Куромаку В 14:00 Курон привёл меня в кабинет и встал у стены. Поза нейтральная, но готовый к любым командам. Кабинет оказался большим. Тёмно-серый кирпич, огромное окно за спиной Куромаку ,вид на цеха, корпуса, тяжёлые облака. На столе стопки отчётов, стакан с карандашами, компьютер, схемы на стенах. Куромаку сидел , изучал какие-то данные на экране. Лицо сосредоточенное. — Садись, — бросил он, не глядя. — Ну? Наблюдения? Сон, аппетит, головные боли? — Голова... ещё побаливает с того раза, — сказала я осторожно. — С какого? — Когда Пик меня вырубил. В затылок. Он замер на секунду.  — И он оставил тебя на попечение двух рядовых? Без офицера, без медика? — Ну да... Сема и Филла. Куромаку хмыкнул. С лёгким презрением. — Безответственно. Если бы с тобой в его стенах что-то случилось ,вина легла бы на него. Лично. Ответственность нельзя делегировать, София. Особенно тем, у кого нет ни полномочий, ни компетенции. Я бы на его месте... Свет мигнул. Проектор зашипел, выплюнул цветные пиксели, и картинка поплыла. — Чёрт. Куромаку и Курон повернули головы одновременно. Одинаковое выражение: профессиональное недоумение плюс раздражение. Подошли к проектору. Без слов. Куромаку открутил панель, Курон подал отвёртку. — Контакт? — спросил Курон. — Или перегрев чипа, — Куромаку заглянул внутрь. — Подержи плату. — Так точно. Я смотрела. Они работали как одно целое — чётко, быстро, без лишнего. Ни паники. Только досада. Но Курон, держа плату, на секунду задержал взгляд на проводах. И в этом взгляде было что-то ещё. Тихая тревога. Тщательно спрятанная. Через минуту Куромаку щёлкнул выключателем. Проектор заработал ровно. — Временная мера, — сказал он, вытирая руки. — Завтра полная диагностика. Посмотрел на меня. Мы вернулись к разговору о симптомах. Но теперь в воздухе висело другое. Даже здесь, в самом надёжном месте, что-то ломалось. А двое людей, которые должны были всё контролировать, обменялись взглядами. Один вопрос без слов: «Случайность... или начало?» После проектора что-то во мне сдвинулось. Страх ушёл. Вместо него пришло любопытство. Скромность сменилась настойчивостью. Я поняла: Куроград это не машина. Это люди, которые в ней работают. А главный проводник для меня здесь Курон. Я начала к нему привязываться. Не как к Сему,из за  боли и вины. По-другому. С тихим уважением. С симпатией, которая росла с каждым днём. Он был моим проводником. Моим ну.. «защитником» . И единственным постоянным человеком в этом сером мире. Я становилась назойливее. — София, сегодня свободное время в архиве чертежей, — говорил он. — А вы куда? — Проверка сетей в северном крыле. — Можно с вами? Я буду тихо. Хочу посмотреть. Он вздыхал. Невозмутимое лицо на секунду менялось,усталая усмешка, почти незаметная. — Это не входит в... — В распорядок, знаю. — Я смотрела на него с невинным видом. — Но если я с вами,я же ничего не нарушаю? Он сдавался. Я шла за ним и смотрела. Как он говорит с рабочими. Не орёт, как генерал у Пика. Спрашивает: «Какая проблема?». Слушает. Кивает. Отвечает: «Понял. Нужна замена блока. Я поставлю запрос». Он был голосом Куромаку. Но делал это не агрессивно,а спокойно. И это мне в нём нравилось… Иногда я заставала его в столовой. Он на минуту отрывался от планшета, и я садилась напротив. — Вам не надоедает? — спрашивала я. — Что именно? — он правда не понимал. — Всё. Работа, проверки, вот это всё. Он смотрел на меня. В серых глазах недоумение. — Это система. Она работает. Над системами не устают. Их поддерживают в рабочем состоянии. Он говорил искренне. Для него мир это набор функций ,которые я не понимала  Однажды он вёл меня обратно в гостевой блок. Мы прошли мимо окна. На улице шёл дождь,а  с потолка распыляли воду, чистили воздух. Я остановилась. — Смотри, красиво, — сказала я. Капли блестели в свете прожекторов. — Как звёзды падают. Курон остановился рядом. Посмотрел на дождь. Потом на меня. — Это процедура очистки Т-7. Эффективность 87%. Я промолчала. Он заметил что-то в моём лице и добавил неуверенно: — …Но освещение действительно создаёт приемлемый визуальный эффект. Это была его первая попытка говорить по-человечески. Не по-системному. И у меня внутри всё ёкнуло. На следующее утро он пришёл без обычного распорядка. — Товарищ Куромаку требует вашего присутствия на тактическом совещании, — сказал он. — Через час. Будьте готовы к вопросам. — О чём совещание? — спросила я. Внутри всё дрожало. — Стабилизация связей между государствами. Распределение ресурсов. И... — пауза. — Ваш дальнейший статус. Товарищ Куромаку считает, что адаптация закончена. Голос ровный. Но в глазах ,что-то сложное. Беспокойство? Или та самая ответственность, о которой он говорил в первый день? Он снова вёл меня туда, где другие будут решать. И, кажется, ему это не нравилось. — А ты будешь там? — спросила я тихо. — Если Товарищу Куромаку потребуется помощь с данными или протоколом. Стандартный ответ. Ни «да», ни «нет». Но я решила, что это «да». (Потому что потому) Час спустя мы шли по коридорам к выходу. Страха такого особого не было. Только тревога и странное тепло в груди. У меня здесь появился якорь. Молчаливый, серьёзный парень в серо-коричневой форме. Который ворчал на моё любопытство, но никогда не оставлял одну в этом гудящем механизме. И на совещании, среди спорящих клонов, одного его спокойного взгляда где-то сбоку будет достаточно. Больше, чем все их громкие слова. Собрание. Мы подошли первыми. Куромаку сразу уткнулся в папку, что-то считал. Курон стоял рядом ,что бы подать бумагу, если надо. Я облокотилась на стол и заглянула через плечо Куромаку. — А это что ? — Показатели энергии по секторам — буркнул он. Рукой аккуратно отодвинул мою голову. — Не заслоняй. Подошёл Пик. Сел. Скользнул по мне взглядом  — Всё цело? — спросил он. Куромаку, не отрываясь от цифр: — Повреждение мягких тканей на затылке. Для нейтрализации подростка без оружия ,чрезмерно. Пик хмыкнул. — Жива и ладно. В следующий раз стрелять буду. Можешь потом баллистику сравнивать. Подкрался Зонтик. Сел, снял капюшон, украдкой посмотрел на меня. Я, пока Куромаку и Пик молча сверлили друг друга взглядами, перебралась к нему. — Привет. Ты тут часто сидишь один? — А? Ой... да..— засмущался он, но улыбнулся. — Мне так спокойнее. А тебе... не страшно? — Пока жива — улыбнулась я. Он был милым. Как плюшевый мишка, который боится собственной тени. — Всем приветик! Я не опоздал? ВАЙ! СОЛНЫШКО! Феликс ворвался как торнадо. Снёс стул, схватил меня в охапку и закружил. — Ты не скучала?! А я да! У меня куча планов! Будешь помогать! Из-за его спины материализовался Ромео. Ловко вытащил мою руку из объятий. — Не души дитя, Фелкис. Ей нужно не удушье, а изящество. — Он поднёс мою руку к губам. — Такая хрупкая... как роза. Мои девочки будут в восторге. Я отдёрнула руку. Щёки горели. — Я... не очень привыкла. — И правильно — раздался хриплый голос. Вару прислонился к спинке стула Ромео, наблюдая за всем с видом зрителя. — Привыкнешь,потом от этой тошниловки не отмоешься. Иди сразу ко мне. Я хотя бы не притворяюсь рыцарем из дешёвой оперы. — ЧТО?! — Феликс отпустил меня и набычился. — ВАРУ! — Что «Вару»? — У меня люди СЧАСТЛИВЫ! — Потому что ты им мозги промыл! — ВЫ УЖЕ ЗАКОНЧИЛИ СВОЙ  ОБМЕН «ЛЮБЕЗНОСТЬЯМИ»?! Голос Куромаку резкий, как выстрел. Он наконец оторвался от папки. Все замолчали.(впервые) — Я, может, пропустил момент, — Куромаку медленно обвёл взглядом Феликса, Ромео и Вару, — когда наша встреча превратилась в аукцион по продаже человека. Она здесь не для того, чтобы вы тешили своё тщеславие. — Ой, заговорил, — фыркнул Вару. — А кто решать будет? Ты? Потому что ты у нас самый умный? — Потому что я единственный, кто пытается понять, ЧТО ОНА ЗДЕСЬ ДЕЛАЕТ! — Куромаку ударил кулаком по столу. Папки подпрыгнули. — Системы сбоят! Генераторы скачут! А вы играете в «у кого государство круче»! Может, она связана с этим? Может, пора подумать?! Тяжёлая пауза. Вару только фыркнул. Куромаку провёл рукой по лицу. Усталость проступила сквозь маску холода. — Данные из Курограда получены. Нужна контрастная среда. — Он бросил взгляд на Феликса. Полный скепсиса. — ...Ты так рвался. Бери. На два цикла. Феликс, который уже начал хмуриться, просиял как ёлка. — Серьёзно?! То есть да! Всё будет идеально! Солнышко, ты только посмотри! — Он снова потянулся обнимать меня, но поймал убийственный взгляд Куромаку и резко затормозил. Просто замахал руками. — Всё-всё! Знаю! Я а-кку-ра-тный! Куромаку тяжело вздохнул и снова уткнулся в бумаги. Всем видом показывал: «Я уже жалею об этом решении». — Остальные, — он махнул рукой, не поднимая головы, — свободны. У Пика, Зонтика и меня вопросы по безопасности периметра. Прямое указание: валите. Вару, покачав головой с видом «ну ты и лох», развернулся и пошел к себе. Ромео грациозно поправил прядь, бросил мне томный взгляд и направился в сторону Вероны. — Пойдём! Пойдём! — Феликс подпрыгивал на месте. Схватил за руку и потащил от стола. Я обернулась на ходу. Куромаку жёстко говорил Пику, водя пальцем по карте. Зонтик смотрел на меня с тихим, грустным любопытством. А Курон... Курон стоял за спиной правителя. Не махал. Не улыбался. Просто смотрел. И вот я снова в центре внимания. Только теперь вместо строгой системы хаотичная, искренняя и совершенно непредсказуемая доброта Феликса. Моё путешествие по карточному миру только начиналось. Я не знала, смеяться или плакать. Но, держась за руку этого гиперактивного желтоволосого клона, решила пока просто глубоко вдохнуть. Конец 3 главы (ну,мне нравится)