Восставшая из мертвых

— Что ты здесь делаешь? — спросил отец, оглядывая испорченный костюм. — Эта выходка с краской — твоих рук дело? — Что? — Тайлер моргнул. — Нет! — Тогда что ты забыл на вечеринке у изгоев? Опять якшался с этой Аддамс? Он уже открыл рот, чтобы оправдаться, но заметил яростно жестикулирующего Вещь. — Подожди… Тайлер обошёл отца и присел перед кистью. — Помедленнее. Я не понимаю… Эй, кто-нибудь! Он оглянулся и встретился взглядом с Энид. Её глаза были на мокром месте. — Энид, помоги! Шериф замер рядом, в немом шоке глядя на живую руку. За долгую службу он видел многое, но к такому оказался не готов. — Уэнсдей… Юджин… — Синклер пыталась расшифровать сбивчивые жесты. — Монстр. Он снова напал. — Где? — оживился Донован. — Уэнсдей пострадала? — перебил Тайлер. — Нет. Юджин тяжело ранен. — Веди нас. Шериф достал рацию, вызвал подкрепление и скорую. Тайлер двинулся за ним — мокрый, перепачканный краской, — но Донован остановил его: — Ты едешь домой. Мы потом поговорим о том, что ты тут делал. — Но пап… — Никаких «но». — Глаза мужчины потемнели. — Оно может быть поблизости. Я не стану рисковать твоей жизнью. Иди домой. Тайлер сжал челюсти, но спорить не стал. Не при всех. Энид сочувственно посмотрела на него.

***

Дома он сразу направился в ванную — смыть краску и раздражение. Негодование постепенно вытеснила тревога. Несмотря на слова Вещи, что Уэнсдей не пострадала, сомнение грызло его. А если всё не так? И правда ли это тот самый монстр, что убил того очкарика в День урожая? Воображение рисовало картины одна мрачнее другой. Он проверил телефон — отец прочёсывал лес у Невермора. Нет. Его он спрашивать не станет. Тайлер нашёл номер Энид, но так и не нажал вызов. Было поздно, а писать соседке понравившейся девушки казалось странным. Из адской карусели самонакручивания его вырвал лай Элвиса. Пёс лаял уже давно — только теперь Тайлер это осознал. Он выглянул во двор. Элвис надрывался, глядя в темноту заднего двора. Тайлер молча достал биту и тихо спустился вниз, прислушиваясь к каждому звуку. Ничего, кроме собственного ускоряющегося сердцебиения. — Здесь кто-нибудь есть?! — крикнул он в темноту. Ответа не последовало. — Тише, приятель, — попытался он успокоить пса. Тот жалобно заскулил, продолжая смотреть в ночь. — Это дом шерифа. Советую подумать, прежде чем лезть сюда. Тишина. Он решил проверить двор и вернулся в дом за фонариком. Из тёмного угла гостиной отделилась тень. Тайлер среагировал мгновенно — замахнулся битой, но незнакомка перехватила её и вырвала из рук. — Тшш… Это я. Женщина шагнула вперёд. В тусклом свете фонаря он разглядел её лицо. Ноги подкосились, он успел ухватиться за комод. Прошло много времени, оставившего след на её коже, но это несомненно была она — его мать. Его умершая мать. — Здравствуй, сынок. Она улыбнулась — неуверенно, словно разучилась делать это правильно. — Как это возможно… — прошептал Тайлер. — Я опять сплю? — Нет, милый. Я действительно здесь. — Но как… Я помню твои похороны… — Стоунхерст. Главврач лечебницы. Он всё подстроил, — мягкие черты её лица исказились злобой. Но заметив его напряжение, она быстро взяла себя в руки. — Долгая история. Я всё расскажу. — Раз ты здесь, нужно предупредить отца, — он потянулся к телефону. — Нет! — Франсуаза оказалась слишком близко. От неё пахло бензином, сырой землёй и… кровью. — Ещё рано сообщать о моём возвращении. — Почему? Он чувствовал угрозу, исходящую от неё, но гнал это чувство прочь. Мать взяла его за руки. Кожа была неестественно горячей — слишком горячей для человека, который долго находился на улице в лёгком платье и кардигане. — Я не совсем человек. — Что?.. Инстинкт кричал ему бежать, но Тайлер не мог сдвинуться с места. — Судя по твоему недоумению, ген в тебе не проснулся, — на её лице мелькнуло облегчение. — Тем лучше. Жизнь хайдов коротка. Их воля зависит от хозяев. — От кого?.. — Я всё объясню. У нас мало времени. Пока она говорила, Тайлер машинально заварил кофе — скорее чтобы занять руки. Из её сбивчивого рассказа он понял следующее: его мать — изгой. Её способность свела её с ума. Стоунхерст убедил её, что она опасна для общества и семьи, инсценировал её смерть и ставил на ней опыты в закрытом отделении лечебницы. Она сбежала несколько месяцев назад. — Теперь всё позади. Мы можем снова быть вместе. Она накрыла его руки своими. — Подожди, — Тайлер облизал пересохшие губы. — Ответь на один вопрос. Ты… то существо, которое ищут? Её взгляд потух, а улыбка исчезла. Внутри у него всё похолодело. Скрип шин по гравию. Отец вернулся. — Мы ещё увидимся, — бросила Франсуаза и исчезла через задний двор. Элвис снова зашёлся лаем. Шериф не стал проверять двор — его внимание привлёк свет на кухне. — Почему ты ещё не в постели? Тайлер выглядел так, будто увидел призрака. — Не спится. Донован прищурился, заметив две кружки. — С кем ты пьёшь кофе в такой час? — Сам с собой. Сначала сделал один кофе, потом второй. Если бы знал, что это вызовет подозрения, налил бы в ту же кружку. Донован невольно ухмыльнулся. Остроумно. И до раздражения напоминало кого-то. Аддамс. «Только если после дачи показаний она прилетела сюда не иначе как на метле», — мрачно подумал он. Шериф отогнал эту нелепую мысль, но раздражение осталось. Эта девчонка появлялась в каждом отчёте, в каждом разговоре, в каждой проблеме. Словно магнит для хаоса. И теперь ещё его сын крутится вокруг неё. — Что ты делал на вечеринке у изгоев? — спросил он уже жёстче. — Танцевал. — С дочкой Аддамса? — это не было вопросом. Тайлер поднял глаза. — Она не пострадала? Челюсть Донована напряглась. — Нормально всё с твоей Велмой, — процедил он. — Парнишка еле жив, может не выкарабкается. Но она цела и невредима. Тайлер кивнул. — Спасибо. Донован смотрел на сына дольше, чем требовала ситуация. — Иди спать, — сказал он наконец уже мягче. — Завтра никто не отменял.