Побег через тень

Тревога взвыла не сразу. Сначала Башня Молчания, словно огромный живой организм, которому причинили боль, замерла. Магические потоки в стенах остановились, свет факелов мигнул. А затем воздух разорвал пронзительный, вибрирующий вой сирен, от которого закладывало уши. — Они знают, — выдохнула Вики, перехватывая Геральда поудобнее. Его вес давил ей на плечо, но это была приятная тяжесть. Тяжесть живого тела. — Оставь меня, — прохрипел Геральд. Он едва переставлял ноги, его лицо было мертвенно-бледным, а на лбу выступила холодная испарина. — С такой ношей ты не уйдешь. Они перекроют периметр через минуту. — Заткнись, — беззлобно огрызнулась Вики, таща его к лестнице. — Я не для того разнесла половину изолятора, чтобы бросить тебя у порога. Они спускались по винтовой лестнице, и каждый шаг отдавался в голове Вики гулом. Она чувствовала, как защитная сеть Цитадели сжимается вокруг Башни. Кроули и Фенцио не были глупцами. Они понимали, что взрыв был отвлекающим маневром. Где-то внизу, у основания башни, распахнулись тяжелые двери. В проем хлынул ослепительный белый свет — свет десятков ангельских мечей. — Нарушители на верхнем уровне! — усиленный магией голос Стража ударил по барабанным перепонкам. — Приказ: живыми не брать. Вики замерла на площадке между пролетами. Путь вниз был отрезан. Путь наверх вел в тупик. Они были в каменном мешке. — Вот и всё, — Геральд тяжело привалился к стене, сползая по ней. Его дыхание со свистом вырывалось из груди. — Я же говорил... — Нет! — Вики метнулась к перилам, глядя вниз, на поднимающуюся волну сияющих доспехов. — Мы прорвемся. Я использую резонанс... — Ты взорвешься, — перебил он её. — Твое ядро на пределе. Еще один выброс — и от нас останется кратер. Он с трудом поднял руку. Его пальцы дрожали, но взгляд, устремленный на Вики, был ясным и жестким. — Есть другой путь. Но он тебе не понравится. — Какой? — Теневой пролом. Вики похолодела. Она читала об этом в запрещенных книгах. Пролом — это не портал. Портал соединяет две точки в пространстве. Пролом разрывает саму ткань реальности, прокладывая путь через Изнанку миров. Это была древняя, забытая магия демонов-отступников, требующая колоссальной цены. — Ты не сможешь, — сказала она. — У тебя нет сил. Это убьет тебя. — Лучше умереть свободным, чем в цепях, — усмехнулся Геральд, и в этой усмешке мелькнул тот самый дерзкий демон, которого она полюбила. Он резко провел ногтем большого пальца по своему запястью, вскрывая вену. Черная кровь брызнула на каменный пол. Но она не растеклась лужей. Она зашипела, вскипая, и начала подниматься в воздух, превращаясь в густой черный дым. Геральд начал шептать слова на языке, который звучал как скрежет камней. Пространство перед ними исказилось. Стена башни вдруг стала мягкой, пошла рябью, как поверхность нефтяного озера. В камне образовалась вертикальная трещина — абсолютно черная, не отражающая света. Оттуда, из этой трещины, пахнуло таким холодом и сыростью, что у Вики перехватило дыхание. — Это билет в один конец, Вики, — предупредил Геральд, не прекращая контролировать разрыв. Кровь продолжала капать с его руки, питая заклинание. — Я смогу открыть это лишь раз. Обратной дороги не будет. Мы упадем туда, где нас не найдет ни Сатана, ни Шепфа. Снизу уже слышался топот сапог. Первые заклинания стражей ударили в потолок пролетом ниже, осыпая их каменной крошкой. — Скорее! — крикнул Геральд, его лицо исказилось от напряжения. Пролом пульсировал, пытаясь захлопнуться. — Куда мы попадем? — спросила Вики, хватая его за здоровую руку. — В забытое место. В мир-свалку. Прыгай! Луч света ударил в стену в сантиметре от головы Вики. Серафимы были уже на пролете. Вики больше не думала. Она крепче прижала к себе Геральда и шагнула в черную, маслянистую трещину в стене. Мир исчез. Исчезли звуки сирен, свет факелов, крики стражи. Исчезло ощущение верха и низа. Их закрутило в ледяном вихре. Это было похоже на падение в ледяную воду с огромной высоты. Тьма была не просто отсутствием света — она была осязаемой, липкой субстанцией, которая забивалась в нос, рот, уши. Они падали бесконечно долго и одновременно всего мгновение. Удар о землю выбил воздух из легких Вики. Она покатилась по чему-то мокрому, жесткому и скользкому. Боль прошила всё тело. Вики застонала, пытаясь подняться на четвереньки. Вокруг была тишина. Не звенящая тишина изолятора, а тяжелая, глухая тишина заброшенного склепа. Здесь не было света. Вообще никакого. Только густой, влажный мрак. Пахло плесенью, стоялой водой и гнилью. — Геральд? — позвала она в темноту. Её голос прозвучал глухо, словно вата поглотила звук. Никто не ответил. Паника холодными пальцами сжала горло. Она пошарила руками по мокрой поверхности — это был камень, покрытый склизким мхом. — Геральд! Она поползла вперед, ориентируясь на слабую, едва ощутимую пульсацию метки связи. Через пару метров её рука наткнулась на ткань. Потом на теплое тело. Геральд лежал в луже. Он не двигался. Его дыхание было поверхностным, рваным. Открытие пролома выпило из него остатки той крошечной искры жизни, что теплилась в нем, в камере. Вики перевернула его на спину, прижалась ухом к груди. Сердце билось медленно, с перебоями. — Мы живы, — прошептала она, гладя его по мокрым волосам. Слезы смешались с грязью на её лице. — Мы сбежали, слышишь? Мы сбежали. Она огляделась, пытаясь увидеть хоть что-то, но тьма была абсолютной. Они были одни, в неизвестном мире, раненые, истощенные, преследуемые всем мирозданием. Но впервые за долгое время они были свободны.