Проклятье резонанса

Тьма в этом мире была не просто отсутствием света. Она была хищной. Она жалась к коже, пытаясь проникнуть в поры, в мысли, в душу. Вики сидела на холодном, мшистом камне, держа голову Геральда на своих коленях. Она не рисковала зажигать магический огонь — в этом забытом богами месте любой источник света мог привлечь тех, кто привык охотиться вслепую. Единственным ориентиром служила их связь. Она пульсировала в темноте, как раскаленная нить, натянутая между их запястьями. Геральд пошевелился. Его дыхание, еще минуту назад хриплое и прерывистое, стало ровнее. Демоническая регенерация, пусть и ослабленная, начинала брать своё. — Мы... живы? — его голос был тихим, похожим на скрежет гравия. — Живы, — отозвалась Вики, убирая слипшиеся волосы с его лба. — Ты вытащил нас. Он попытался сесть, опираясь на локти. Стон боли сорвался с его губ, но он подавил его, заставляя тело подчиниться воле. В темноте блеснули его глаза — тусклое серебро, в котором отражалась не радость спасения, а бесконечная усталость. — Ты не понимаешь, что мы сделали, Вики, — произнес он, глядя не на неё, а в непроглядную черноту перед собой. — Теневой пролом — это не просто дверь. Это шрам на реальности. Нас будут искать не стражники. Нас будет искать само равновесие миров, чтобы залатать дыру. — Пусть ищут, — Вики сжала его плечо. — Главное, что мы не у них в руках. Они хотели вырезать мое ядро, Геральд. Они называли это "Протоколом Тишины". Геральд горько усмехнулся. — Конечно. Они боятся. И у них есть на то причина. Он перехватил её руку, поднося её ладонь к своему лицу. Но не для поцелуя. Он прижал её пальцы к своей шее, туда, где под кожей билась жилка. — Чувствуешь? Вики прислушалась. Сначала она чувствовала только пульс. Но потом, сосредоточившись, она ощутила это. Потоки энергии под его кожей текли неправильно. Раньше тьма Геральда была ледяной, структурированной, как кристалл. Теперь она была горячей, вязкой и... знакомой. В ней были вкрапления её собственного света. — Что это? — прошептала она. — Это проклятье, которое я на тебя наложил, — жестко сказал он. — В тот момент, когда мы уничтожили Скверну, когда мы соединили руки... Мы не просто сложили наши силы. Мы переписали магический код друг друга. Он отпустил её руку и откинулся спиной на сырой камень стены. — Ангелы и демоны — разные виды. Их энергия полярна. Но теперь... — он покачал головой. — Твой свет течет в моих венах. Моя тьма стала фундаментом твоего ядра. Мы больше не два сосуда, соединенных трубкой. Мы стали одним организмом, разделенным на два тела. — И что это значит? — Вики почувствовала, как холодок страха ползет по спине. — Это значит, что попытка разрыва, которую планировал Фенцио, убила бы не только тебя. Геральд повернул голову к ней, и даже в темноте она почувствовала тяжесть его взгляда. — Если разорвать эту связь насильно, произойдет коллапс. Две энергии, ставшие единым целым, не смогут разделиться обратно на "плюс" и "минус". Они аннигилируют. — Мы умрем? — спросила она прямо. — Хуже. Мы станем эпицентром. Детонация наших ядер при разрыве высвободит столько энергии, что её хватит, чтобы стереть с лица земли город размером с Лос-Анджелес. Или снести половину Небес. Вики замолчала, переваривая услышанное. Она вспомнила панику Кроули, когда он увидел пульсацию её груди. Он знал. Или догадывался. Они боялись не её мутации. Они боялись, что она — ходячая ядерная боеголовка, детонатор которой находится в руках изгнанного демона. — Я сделал из тебя монстра, — голос Геральда был пропитан ядом самобичевания. — Я хотел спасти тебя в той башне, когда лечил твои крылья. А вместо этого привязал тебя к бомбе. Я виноват, Вики. Я должен был дать тебе упасть тогда, на первом уроке водоворота. Тогда ты бы просто разбилась, но твоя душа осталась бы чистой. — Замолчи, — резко оборвала его Вики. Ярость вспыхнула в ней мгновенно, отогнав страх. Она схватила его за ворот изодранной рубашки и встряхнула, насколько хватило сил. — Не смей брать на себя вину за их грехи! Ты спас меня! Ты единственный, кто видел во мне живое существо, а не «потенциал» или «проблему». — Я обрек тебя на вечные бега! — прорычал он в ответ. — Нет! — крикнула она, и её голос эхом разлетелся по пещере, пугая невидимых тварей. Серо-синее свечение вокруг её тела стало ярче, освещая их лица призрачным светом. — Это Совет виноват! Это они создали систему, где любовь — это преступление, а сила — это угроза. Они загнали нас в угол! Они заставили нас объединиться, чтобы выжить! Она отпустила его и посмотрела на свои руки, светящиеся в темноте. — Если мы — бомба, Геральд, то так тому и быть. Значит, у нас есть оружие, которого нет у них. Значит, они не посмеют нас тронуть, если не захотят взлететь на воздух вместе с нами. Геральд смотрел на неё с немым изумлением. Девочка, которая когда-то боялась высоты, исчезла. Перед ним сидело существо, принявшее свою чудовищную природу как дар. — Ты ненавидишь их больше, чем боишься смерти, — констатировал он тихо. — Я ненавижу их за то, что они сделали с тобой, — ответила Вики, касаясь его впалой щеки. — И я не позволю твоему чувству вины разрушить то, что нас спасло. Мы переписали друг друга? Отлично. Значит, теперь мы действительно неразделимы. Геральд накрыл её ладонь своей. Его пальцы были ледяными, но в этом холоде больше не было отчуждения. — Взрыв, способный уничтожить город... — задумчиво повторил он. — Что ж, Уокер. Если нам суждено сгореть, давай убедимся, что пламя будет видно из самого Рая. Он с трудом поднялся на ноги, опираясь о стену. — Нам нужно идти. Местные обитатели уже почуяли запах свежей, вкусной магии. И поверь мне, они здесь не самые дружелюбные.